Глава 13

Джиа

— Итак.

— Итак? — Джейден больше дразнится, чем переспрашивает.

— Почему электронная музыка?

Слегка вздохнув, он привлекает меня спиной к груди, утаскивая за собой на песок. Вокруг нас никого, кроме легкого бриза и шума волн атлантического океана. Мой взгляд устремлен в безлюдный темный пляж, пока тело полностью окутано Джейденом.

— Кажется, я уже говорил тебе о том, что вырос в семье музыкантов и подобное образование для нас является обязательным, — начинает свой рассказ, когда я стараюсь сконцентрироваться на его словах, а не на близости. — Даже сестренка, которая начинала свой путь в качестве профессиональной танцовщицы, сейчас учится в Музыкальной школе Университета Майами на отделении фортепиано.

— Ты говорил, у нее была травма. Но я уверена, она хочет подражать тебе, поэтому и выбрала музыку, — мои руки вторят положению его рук, которые бережно обнимают.

— Думаю, музыка в нашей крови.

Внезапно он наклоняется, чтобы потереться губами о мое плечо, вызывая по телу приятные ощущения. Так щекотно.

— И все же, почему диджеинг?

— Обожаю экспериментировать со звуком. Заметь, я сторонник именно электронной танцевальной музыки, которая включает в себя огромное разнообразие других жанров, где основной составляющей является ритм. Это сравнительно молодое направление уже подмяло под себя хаус, техно и местами поп-музыку, которая очень активно попадает под эту категорию в последнее время.

— Я думала, это обычная клубная музыка, — пожимаю плечами и продолжаю глядеть на его профиль.

— Все верно, ведь она проигрывается не только на открытых площадках фестивального масштаба, но и непосредственно в клубах.

— И танцевальная, потому что ее ритм заставляет двигаться всех вокруг, — самостоятельно заканчиваю свое предположение, на что парень согласно кивает в ответ.

— Вообще-то, побудить к танцу — самая главная и единственная цель диджея, — продолжает он, когда замечает мое легкомысленное восприятие на этот счет.

Но это не так. Я уважаю то, чем он занимается. А точнее, меня поражает, с каким фанатизмом, рвением и ответственностью он подходит к своему делу. Он полностью отдает себя этому искусству. По настроению Джейдена можно с легкостью определить, что музыка является смыслом его жизни, рассказами о которой он готов делиться на протяжении дня и ночи.

— Каждый может быть ди-джеем, — после некоторой паузы продолжает парень, — но не каждому дана такая возможность, как умение управлять танцевальным настроением. Нужно очень хорошо постараться, чтобы сначала завести, а после — довести публику до состояния экстаза. Находиться за диджейским пультом — это как управлять музыкально-танцевальным миром. Подобное ощущение наделяет тебя особой силой, от которой, в прямом смысле слова, сносит крышу.

Тишина моего ответа вовсе не означает, что я не согласна с ним. Воспоминания о том, как заводилось тело от музыкальной игры Джейдена, пусть даже и против собственной воли, все еще свежи в моей памяти. По поводу последней мелодии могу смело заявить, в моих глазах этот парень — диджей, достиг своей основной и единственной цели: мое состояние еще долгое время будет находиться в экстазе.

— Мне интересно, как вообще сочиняют музыку?

Казалось бы, я задаю типичный вопрос музыканту, однако желание выудить информацию о том, каким образом родилась столь нежная мелодия, непохожая ни на один из его треков, разрывает меня на части от любопытства. По крайней мере, ничего подобного из репертуара Джейдена я не слышала ранее. Но не спрашиваю его об этом в лоб.

Он стискивает меня крепче в своих объятиях. Его широкая улыбка затрагивает не только губы, но и полные блеска глаза.

— Когда впервые вижу перед собой танцующую девушку, внешняя и внутренняя красота которой неизбежно вдохновляет, — приятный его голос щекочет мой слух, — стараюсь тут же набросить мотив на фортепиано.

— И?.. — хихикая, прячу голову в плечи, борясь с его неуклонным щекотливым дыханием.

— …и далее наращиваю мелодию дополнительными звуками при помощи синтезатора, подключенного к специальной установке с подходящей программой, которая предназначена для сведения и сочинения треков, — он продолжает отвлекать меня разговором, проводя носом по волосам. Когда добирается губами до второго уха, приятная лихорадочная дрожь проносится вниз по моему позвоночнику. — Так что, благодаря твоему таланту родилась новая музыкальная композиция.

— Нет, — я снова втягиваю шею, чтобы защитить ухо, на которое покушаются губы Джейдена. — Мой талант здесь не при чем.

— Еще как при чем.

— Это всего лишь вдохновение, — никак не уймусь. Мне неловко воспринимать все вышесказанное Джейденом на свой счет.

— Ничего себе всего лишь, — удивленно усмехается парень. — Стив сказал, что этот трек — бомба, учитывая, что у него очень хорошее в этом плане чутье. И я верю ему, как поверил твоему танцу.

Молчу, потому что ничего не нахожу в ответ. Приятно осознавать, что пусть и крохотная часть того лучшего, что я когда-либо делала, сыграла определенную роль в его музыкальной жизни.

Повсюду рассыпанные мелкие песчинки, шум приливной волны и легкий ветерок гармонично дополняют крепкие объятия и стук сердец в едином ритме. Мы просто сидим и наслаждаемся поцелуями в окружающей нас обстановке до тех пор, пока мое тело самостоятельно не отзывается на его прикосновения, а разум отчаянно стремится отсрочить неизбежное. Я уже боюсь испортить то, что потихоньку разгорается между нами. Когда-нибудь все зайдет слишком далеко, и мы не сможем остановиться. Поэтому выскользнуть из кольца его рук, сменить настроение и усмирить физическое напряжение — самое правильное решение.

Я предлагаю Джейдену вернуться к машине, как бы это печально не звучало. Он не пытается скрыть разочарование в глазах. Мне также жаль, что подобный сказочный вечер подходит к концу, однако завтрашний день принесет много нового и интересного для меня, а для него — поездку в Лас-Вегас на целую неделю.

Такое расставание нам будет только на руку. Каждодневные занятия поглотят меня с головой, да и он будет отвлечен не менее ответственной работой. По словам Джейдена, его ждут семь изнурительных дней и ночей. Менеджер договорился о нескольких выступлениях на вечеринках в ночных заведениях Лас-Вегаса, а также в клубах отеля и открытых площадках перед бассейном с зоной для отдыхающих. Днем отели, а ночью клубы. На сон остается всего пару часов. Неужели его организм в состоянии выдерживать такую напряженную активность? Но что поделаешь, когда таков образ жизни любого артиста. Мне ли этого не знать.

Дальнейший его рассказ о поездке на радио-шоу в Голландию вызывают не самые приятные воспоминания. Глупое сформировавшееся представление об иных направлениях танца привело вовсе не туда, куда я стремилась. Но как бы все не происходило, тот ужасный мой перформанс в клубе, его легкомысленное поведение с блондинкой в туалете и мимолетная встреча наших взглядов, поспособствовали тому, что сейчас мы вместе — на верном пути осуществления нашей мечты.

— Ну, а что насчет тебя? — интересуется Джейден, когда мы подходим к машине. В его вопросе, как и глазах, прослеживаются намеки на то, чтобы задержаться и продлить еще немного вечер. — Почему балерина?

Знаю, что не ограничусь одним предложением, поэтому опираюсь спиной на капот машины и складываю руки на груди. Тем временем, Джейден устраивается рядом.

— Мы росли с сестрой очень активными и непоседливыми девочками. Нашим родителям рекомендовали для нас балетную школу, поскольку сам танец требует абсолютного внимания, концентрации в себе, вырабатывает отличную физическую подготовку, выдержку и дисциплину. В конечном счете, прививает эстетический вкус, — воспоминания о проведенных днях в балетном классе и театре с выдохом вырываются из моей груди. — Можно сколько угодно перечислять достоинства этого искусства. Чтобы усмирить маленьких разбойниц, данный вид танца подходил как нельзя лучше, постепенно превращаясь в смысл моей жизни. Отчасти я благодарна родителям за это.21b4bc

Одной рукой Джейден тянется ко мне, чтобы обхватить за талию и прижать к себе.

— В твоих словах чувствуется некоторая недосказанность, — говорит он, когда мое тело принимает его теплую ладонь.

— Я с легкостью бросила все это. Загорелась желанием изменить свою танцевальную жизнь.

— Нет, — произносит он, сосредотачивая на мне все внимание. — Ты не бросила. Ты всего лишь решила не останавливаться на достигнутом и идти вперед. Поэтому ты здесь. Со мной.

Только ему, этому парню, удается так легко и просто убедить меня в обратном, придать уверенности в принятии решении и не сдавать назад.

Не помню, как мы вскарабкались на капот автомобиля. Сейчас весь смысл и значение происходящего хранится в плотно прижатых друг к другу телах, сплетенных руках и глазах, устремленных в небо.

— Джей, взгляни, — указательным пальцем привлекаю его внимание в сторону темного и бесконечного полотна с миллиардами мигающих частиц. — Видишь, как вдалеке падает звезда? Скорее загадывай желание.

Я тут же прикрываю глаза и впадаю в образ маленькой девочки, которая отчаянно стремится верить в чудеса. Сконцентрироваться на осуществлении конкретного сейчас очень сложно. Воображение то и делает, что разбегается по разным углам, лишая возможности мысленно попросить самого заветного. И все же, учитывая сегодняшнее воодушевленное состояние этой девочки, находящейся в надежных мужских руках, стоит ли просить о чем-то более важном и значимом для нее? Я смело хватаюсь за эту крохотную соломинку чувств и молю лишь о том, чтобы подобное состояние никогда не покидало.

Те самые руки еще крепче прижимают к себе, когда я открываю глаза и поворачиваю голову. Лицо Джейдена настолько близко, что от его дыхания кожа на шее покрывается мурашками.

— Ты загадал желание? — взгляд неподалеку излучает искреннее тепло, сверкая блеском исходящего лунного света.

— Нет.

— Почему?

— Любовался тобой, пока ты жмурилась.

На губах парня проявляется едва заметная улыбка. Но когда он смотрит на меня в ответ, его слова несут в себе исключительно глубокую весомость.

— Все дело в том, что мое желание уже исполнилось.

Нет необходимости уточнять о нем. О его желании. Оно четко отображено в глазах, словах и поступках этого человека. Он как будто не знает предела той самой нежности, которая затягивает своим ласковым водоворотом, заставляя тонуть в чувствительном океане по имени Джейден.

Едва касаясь губами моего рта, он словно молит о разрешении, постепенно сводя с ума. Я больше не в состоянии удержаться. Как по знакомому сценарию, я первая, кто побуждает к поцелую. Такому нежному и осторожному. Еще чуть-чуть и взаимная робость заменяют мягкие губы, гладкий язык, а решительные и блуждающие по телу мужские руки все больше завлекают в свою безумную игру. Безудержное влечение — вот, что приходит на смену всему разумному. Парень не намерен медлить ни с нарастающим размахом поцелуев, ни с дальнейшими действиями. Сползая руками чуть ниже талии, он ловко дергает к себе за бедра. Легко устроившись на нем, мои ноги по собственному желанию сплетаются за его спиной. Чуть обнажившуюся кожу ласкает такая теплая и уже знакомая ладонь. Он продолжает мастерски сминать ее, искусно скользить губами, получая в ответ не меньшую от меня свободу. А я… отключаюсь от происходящего, ухожу от реальности, растворяюсь в его руках. Находясь под властью Джейдена, его губ, рук, дыхания и крепкого тела, я стираю все расставленные мной запреты и границы. Если бы мы только хотели прекратить все это.

— Останови меня, иначе я тебя съем, — сквозь поцелуи едва различимо нашептывает он, будто читает мои мысли.

Нет ни единого желания разрывать этот момент. И все же, через пелену безумия старательно рассматриваю счастливое лицо парня и его манящие опухшие губы.

— Не помню, когда последний раз так целовался, — выдерживает паузу, как будто что-то прикидывает в уме. — Точно, — широко улыбается, — никогда.

Я не нуждаюсь в большем признании. Потому что нет ничего более возвышенного, чем ощущение отпечатка незабываемого поцелуя на своих губах.