Глава 15

В доме полнейшая тишина, а на кухне царит легкий кофейный аромат, скорее всего Резник не так давно смылся. Засранец. Кто бы в этом сомневался, и когда он только спать успевает? Толком не спит, не ест, в отпуске на работу ходит… такими темпами, доведу мужика до истощения.

Понять только не могу, раз ему так не нравится моя компания, почему сразу не сказать, как есть? Или он специально избегает меня, как бы, намекая, чтобы свалила сама, без разговоров?

Подключаю телефон к портативной колонке и врубив музыку, начинаю готовить себе завтрак. Нужно составить план, решить уже наконец, что делать, иначе мама точно позвонит, а тогда все будет выглядеть еще хуже.

Дане я пока решила не звонить, это ничего не даст,  разве что, почву для дурацких размышлений. Не хочу, чтобы он думал, что я своим звонком информацию пробиваю. Нет. Пусть пока все остается как есть.

Я далеко. Живу в неведении. Ни о чем не переживаю.

У меня есть другие мысли и дела, в конце концов, моя жизнь только начинается, я должна учиться и работать, чтобы никогда не вернуться домой, и еще, мир не вращается вокруг клуба. Главное, что никто из персонала или посетителей не пострадал, а деньги Капитана мне не жалко. Даже если все закроется и заглохнет, он выкрутится. И Дане работу найдет. Так что, пока залягу на дно, а там видно будет.

Есть более насущные вопросы, например Никита. Почему с ним так тяжело? Он закрытая книга на самой дальней полке, вижу только корешок, не более. Но это самая желанная для меня книга.

Я же в этот город приехала из-за него, не потому, что мне помощь нужна, и я вся такая девочка-проблема. Прокурор меня волнует. Жить в его доме и не иметь возможности стать ближе, просто убивает, но ничего сделать нельзя, даже соблазнить его не могу, от того, что его никогда нет дома.

Мысль одна за другой начинают скакать в голове, верчу задницей в такт музыке, представляя как руки Никиты блуждают по моему телу и как мне хорошо от этого. Мечтать же не вредно, а представлять себе его, тем более. Никто не узнает, что у меня в голове и на сколько я влюблена в этого мужчину.

- Доброе утро, Вероника, - слышу сквозь мелодию его голос и чуть ли не подпрыгиваю от неожиданности.

Повернувшись, стараюсь мило улыбнуться. Картина снова шикарная: я в длинной футболке, которая уже не кажется, такой уж длинной, вытанцовываю перед плитой, совершенно позабыв, что это чужой дом и я тут, как бы нежеланная гостья. Были бы мы парой, этот момент мог стать прекрасным, а так, даже страшно представить, что он там себе стоит и думает.

- Доброе утро, - махаю ладонью, как идиотка. Почему в его глазах, подобные милые вещи совместного проживания, всегда превращаются во что-то непристойное? Ну, вот правда. Резник так осуждающе смотрит, словно я пью воду из унитаза. – Прости, за шум. Не думала, что ты еще дома, поэтому решила послушать музыку. Я тут завтрак готовлю.

Как по минному полю, честное слово.

- Я вижу, - кивает он, засунув руки в карманы спортивных штанов. Никак не могу уловить его настроение, и понять о чем общаться? Злится он или нет?

Он даже представить себе не может, как я мечтала вырваться сюда к нему, узнать его как человека, а не лелеять тот образ, что придумала в детстве. Да и мама с бабушкой, никогда доброго слова не сказали в его адрес, а я наотрез не согласна. Я просто не могла влюбиться в плохого человека, сердцем чувствую, что он добрый, хоть и непонятный. Но такой красивый, прям плакать хочется от несправедливости бытия.

Расправляю плечи и одним движением руки выключаю музыку на телефоне. Танцы не удались сегодня.

- Хочешь и на тебя сделаю? – мысленно, я уже подготавливаю свою следующую реплику, когда он откажется и сославшись на важные дела, покинет дом, но на мое удивление, ничего такого не происходит. Резник медленно входит в кухню, и бросив странный взгляд на мои ноги, становится напротив.

- Было бы здорово, - легкая ухмылка касается его губ. – Пахнет довольно вкусно.

Он еще не успел договорить, как мою грудную клетку распирает дикая радость.

- Будешь завтракать со мной?

- Ну, если ты не против накормить меня завтраком, то я очень даже не против, - мы встречаемся глазами, и жар охватывает все тело.

- Это твоя кухня, так что… - мямлю я.

- На которой ты довольно неплохо смотришься, и, по частоте готовки, могу сделать выводы, что ты тут больше хозяйка, чем я, - Никита усаживается за стол, не сводя с меня глаз, а для меня, каждый вдох дается с трудом. - Кофеварку включишь?

Он. Остается. Со. Мной. Завтракать.

Не могу поверить своему счастью. Может я все еще сплю? Нет, не сплю. Звонок мамы как клинок, разбивающий мои розовые фантазии, абсолютно точно дает понять, что все наяву. Что на него нашло?

- Ты любишь гренки? – не выдержав этого игривого взгляда, я сразу отворачиваюсь к плите, где уже во всю шкворчит сковородка.

- Вообще-то да, но не помню, когда ел их в последний раз.

Бедненький. Не доедает. Судя по всему, училка-соседка завтраками его не баловала. Ужас, как вспомню эту личность, так мурашки по коже, вчера целый день о ней думала и о том, что она испортит мне жизнь в колледже, хоть и за всю пару ни разу не посмотрела в мою сторону. Радует то, что практические занятия начнутся только через неделю, вот там мне точно будет весело, а пока можно пожить.

- Я люблю гренки, особенно, когда лень что-то изобретать, - тараторю я, переворачивая хлеб на сковороде, а затем виртуозно подлетаю к кофеварке и включаю ее. – Я мажу их медом, надеюсь, тебе понравится.

- Не сомневаюсь, - расслаблено звучит голос прокурора, а мое тело странным образом напрягается. Этот тембр… мамочки. Пережить бы этот незапланированный завтрак.

Я медленно оборачиваюсь, сильно сжимая лопатку в руках. Не знаю, что происходит, но Резник сегодня будто другой: он смотрит в упор и по его расслабленной позе, понимаю, что никуда не торопится.

- Я хотел бы извиниться передо тобой, Вероника, - неожиданно выдает он, окончательно выбивая меня из колеи.

Мне послышалось?

- Извиниться? - сразу переспрашиваю.

- Да, - Никита прикрывает глаза и словно переводит дыхание. – За мои слова на счет наследства. Я не знаю, что на меня нашло и почему вообще сделал подобные выводы, но мне бы не хотелось, чтобы ты думала, что я против, чтобы ты тут жила. Просто, пойми, мне нужно время привыкнуть к компании. Я слишком долго жил один и это сложно. Прости, что был груб, больше этого не повторится.

Если бы не запах пережаренного хлеба, я бы с легкостью могла подумать, что попала в идеальную нереальность, где этот шикарный мужчина извиняется передо мной и собирается привыкнуть к нашей совместной жизни. Но это кажется все более чем реально, а гренки действительно начинают сгорать на сковороде.

Вот это поворот.