Глава 26

Вера

- Девственница, - произносит Никита это слово, будто пробует его на вкус. - Охренеть.

Он встает с дивана, и отходит на противоположную от меня сторону, погружаясь в свои мысли. Кажется, я его потеряла, эти бетонные стены выросли между мной и им, с такой скоростью, что я даже моргнуть не успела.

- Ну, прости, что у меня нет опыта, - дрожащими пальцами стараюсь застегнуть рубашку, но получается с трудом. Это так унизительно оказывается.

- Дело не в этом, - психует Никита, и проводит рукой по своей голове, взъерошив себе еще больше волосы. - Ты не должна извиняться, это я во всем виноват. Не правильно все понял, и вообще не должен был…

Он отворачивается от меня, и становится еще хуже. Я понимаю, что он взрослый, у него наверняка, было много женщин, но никогда не думала, что буду жалеть, что не лишилась девственности раньше, и помешала нам быть вместе. Хотя сейчас, кажется, что это просто нелепо.

- Я наверное, пойду, - с трудом поднимаюсь на ноги, и хочу убежать, скрыться от него, и того позора, который будто парализует тело. - Прости, что разочаровала тебя. Я не хотела, чтобы этот вечер так закончился.

В доме настолько тихо, что мои печальные вздохи, вполне похожи на всхлипы. Я должна держаться и не расплакаться. Слезы - последнее, что ему сейчас нужно.

Уже практически выхожу из гостиной, стремясь как можно быстрее добраться до своей комнаты, и в одиночку пережить эти чувства, как он хватает меня за локти, развернув к себе лицом.

- Вера… - Никита закрывает глаза, и утыкается в мой лоб своим. - Это очень плохая идея, ты понимаешь?

- Нет, - мотаю головой. Не хочу чтобы он говорил то, что еще больше сделает больно. - Не говори ничего, я не хочу ничего слышать, связанного с моим возрастом. Ты думал, я что, гулящая девка какая-то? А я ни с кем даже толком не целовалась, я же тебя…

- Иди спать, Вероника, - грубо прерывает он меня, и даже слегка отталкивает. - Ты не понимаешь, что творишь, девочка. Лучше нам остаться теми, кем мы являемся. Ты племянница Ани, все вообще не должно быть так. Я ненавижу себя за этот порыв и слабость. Идиот.

Лучше бы он этого не говорил. Лучше бы он просто ушел, или уже сказал правду, чем вот эти благородные попытки, показать мне, что между нами пропасть.

Хотя полчаса назад, этот мужчина так целовал и обнимал меня, так трогал, будто хотел. Я поверила, что могу привлекать его как женщина, а теперь что? Вспомнил Аню?

Первым делом, хочу крикнуть ему, за что он так со мной? Или, что я ненавижу его и все, что с ним связано, но мое доверчивое сердце упертым голосом твердит, что я люблю его с детства, и что мои чувства так же реальны, как голубое небо над головой.

Но какой сейчас смысл в истерике?

Никита даже шанса мне не дает. Кидает последний виноватый взгляд и уходит к себе в комнату, а я в свою очередь, несусь вся в слезах к себе.

Как же обидно! Как же я устала! Почему в моей жизни не может быть все просто? Слезы льются и льются, подушка уже вся мокрая от моих эмоций, от боли, которая внутри.

Зачем тогда я здесь? Чтобы видеть этого удивительного мужчину и понять, что он никогда не будет моим?

Честно? Мне даже плевать на то, что меня нашел Даня. Плевать, что мне могут предьявить что-то, за наши с ним махинации.

Все, чего хочет мое сердце, это любви к одному единственному мужчине. В его власти либо подарить мне счастье, либо окончательно разбить сердце и надежды.

Нет. Я не могу так просто здесь лежать. Надо что-то делать, как-то убедить этого припадочного, что мир не перестанет существовать, если он откроется, если поверит в меня. В нас. Сколько можно носить эту холодную маску, скорбеть? С Виолой он не сильно переживал, что вдовец.

Я полностью разделась, но так как не рискнула идти голой, натянула одну единственную сексуальную вещь в моем нижнем белье - полупрозрачную ночнушку.

Иду до конца. Если и это не поможет, то завтра же соберу свои вещи и съеду. В этой пытке, я больше вариться не буду.

Желудок скрутило от нервов, когда я вышла из своей комнаты, и двигалась по небольшой лестнице наверх. Вино уже выветрилось, хотя чему удивляться? Я столько проплакала и осознала, что хмель как рукой сняло.

Медленно нажимаю на ручку, и толкаю дверь. Странное ощущение, я никогда не была в этой комнате, и в какой-то момент моя решимость дает трещину, ведь мало ли что у него здесь? 

Но, все не так плохо. Большая комната, кругом даже минимализм, как и везде в доме. Приятное глазам освещение от красивого и стильного ночника на тумбочке. Кровать, шкаф, телевизор на стене, письменный стол, пианино. Пианино?

- Что ты здесь делаешь? - Никита стоит у окна, его холодные глаза скользят по моему телу, и этот как морозный ветерок по коже.

Жду в дверях несколько секунд, а затем смело шагаю к нему. При всей моей браваде, я не могу четко сформулировать, что скажу, но если что, буду импровизировать. Я не разговоры разговаривать пришла.

- Я приняла решение, - с придыханием отвечаю.

- Какое решение? - Резник медленно приближается, осторожно, как хищник, но раз пришла, чего уже бояться?

Молчу. А и правда, какое решение я приняла? Просить его, чтобы переспал со мной? Не много ли ему в конце концов, чести?

Прокурор становится напротив, его взгляд темнеет, когда он смотрит на мою полупрозрачную ночнушку, понимая, что на мне даже трусиков нет. Этот взгляд почти осязаем, как призрачное прикосновение к моей коже.

- Вера, ты зря пришла, ничего не получится, - с силой сжимает челюсти, а от его тела волнами исходит напряжение.

Давай Вера, доведи его до бешеного состояния, и вылетишь даже не завтра, а сейчас, в этом лоскутке ткани.

Плевать.

Становлюсь на цыпочки и нежно касаюсь его губ своими. Никита цепенеет, но не отталкивает и я решаюсь: сильнее прижимаюсь в поцелуе к нему, обнимая за шею.

Я настойчиво запускаю свой язык в его рот и вкладывая всю свою любовь в этот поцелуй, отдаюсь процессу, и он отвечает.

Громко выдохнув, Никита прижимает меня к себе, мои соски сразу напрягаются от трения наших тел, и так хорошо в этот момент. Кажется я победила, и та часть прокурора, что не была занудой, проснулась.

Я нравлюсь ему. Он хочет меня.

- Что же ты делаешь, глупая? - рычит мне в губы. - Жалеть же потом будешь.

- Я люблю тебя, Никита, - едва слышно, произношу я, глядя мужчине в глаза.

Лицо прокурора вмиг, становится холодной маской. Любой отголосок желания, исчез, воздвигнув между нами непроницаемые стены.

Я вдруг понимаю, что ошиблась насчет его чувств. Ладно, застала его врасплох и Никита не ожидал визита ночью в свою спальню, но с признанием в любви явно погорячилась.

- Вера, я не тот кто тебе нужен, - смотрит на меня так, словно я вообще ничего не смыслю в этой жизни. - Я намного старше тебя, это может плохо закончиться. Мы не можем быть вместе. 

- Откуда ты знаешь, кто мне нужен?! - бью кулаками по его мощной груди, в диком отчаянии. 

- Я намного старше тебя, и повидал жизнь. Тебе нужен кто-то твоего возраста, чтобы жить. Жить и наслаждаться каждым днем, а не со мной оглядываться на мое прошлое. Ты понимаешь? - мужские ладони обхватывают мой затылок и заставляют посмотреть в глаза. 

Не хочу понимать, хотя знаю о чем он говорит. Тетя Аня. Он всегда будет принадлежать другой женщине, хотя, ее давно и нет с нами. 

- Я хочу быть с тобой, хочу чтобы ты был моим первым, а все остальное мне неважно, - тихо шепчу я, сквозь слезы. - Возраст - всего лишь цифра.

- Дело не только в возрасте, Вера, - поднимает глаза к потолку. -  Я уже сказал, что не могу дать тебе того, чего ты хочешь.

- Но с другими же ты был? С соседкой, например? - Господи, в каком же отчаянье звучат мои слова, но меня это так задевает, что я не могу уже остановиться и не унижаться еще больше.

- Вера, мне нужна была разрядка, я хотел и трахал кого-то. Я хотел, чтобы это было грубо и жестко, не задумывался о чувствах. Я не искал близости или нежности, или чего-то такого, чего ищешь ты. Я получал с ними удовольствие, и легко уходил, на своих условиях. Того, что нужно тебе, я не смогу дать. Это все умерло вместе с моей женой и уже вряд ли вернется.

Кошмар.

- Откуда ты знаешь, что нужно мне, Никита? - спрашиваю я. Сердце заходится, зачем я сама нарываюсь? Еще чуть-чуть и он вообще не будет сдерживаться в словах.

- Я вижу это в твоих глазах, - спокойно отвечает он. - Ты внушила себе, что любишь меня, ты выбрала меня в качестве первого мужчины в своей жизни, ты наверняка попросишь большего, да и бл*ть! Ты понимаешь, что заслуживаешь большего?

Я настолько ошеломлена от его слов, что готова упасть в обморок.

- Девочка, ты хочешь любви и нежности, но во мне этого нет. Ты запала на мою внешность, образ жизни, манеру общения, но ты совершенно, не знаешь меня и каким бессердечным козлом я могу быть, поэтому, пока не поздно, остановись.

- Не верю, что настолько все с тобой плохо, - сжимаю руки в кулаки, до боли. Может эта физическая боль хоть немного отвлечет от душевной?

- Поверь, я хотел просто трахнуть тебя, может даже несколько раз, но с этой стадии, наши отношения бы не сдвинулись. Я этого не хочу. Не пытайся разглядеть во мне чувства, их нет. Ты ничего обо мне не знаешь, а когда узнаешь, уверен, тебе не понравится.

Зачем ты так со мной, Никита? Хочу выкрикнуть это ему в лицо, но мое тело словно парализовало от его жестокой правды.

Все это была попытка соблазнения: цветы, ужин, взгляды. На деле, я просто стала для него очередной девушкой, с которой можно потрахаться и не утруждаться заботой. Без надежды на что-то большее, чем секс.

- Иди спать, Вероника, тебе завтра рано вставать, - после долгой паузы, мой любимый прокурор, отворачивается от меня, тем самым, выносит нам приговор.