Глава 61

Когда на улице уже начало смеркаться, у меня созрел план. Я должна попытаться выбраться отсюда, и мне все равно, что будет. В конце концов, Даня меня точно не убьет, ведь так?

Я поняла, что единственный способ, когда он придет и принесет мне вещи, для новой игры. Тогда-то я постараюсь его отвлечь и убежать. Но есть и другой вариант, к примеру, убежать из клуба, но там определенно шансов меньше, ведь везде камеры и охрана. Они обо мне знают, Даня всех предупредил, что за мной должен быть глаз да глаз. Обстановка в клубе напряженная, там довольно шумно и именно поэтому, там, меня чуть ли не за руку водят.

Здесь же мы, судя по звукам одни, и мне нужно воспользоваться моментом, правда я до конца не представляю, как именно? Бежать из дома тяжело, но куда потом? В лес? Вот тут, уже страшновато.

Вся на нервах хожу по комнате туда-сюда, вроде все понятно, но моя наивная душа до сих пор не может понять, что человек, с которым я выросла, который заботился обо мне может быть таким монстром.

Как назло, моя припухшая щека пытается доказать, что я совершенно не знаю этого человека. Словно я не видела очевидных вещей. У меня нет зеркала здесь, но я уверенна, что вид у меня явно не товарный, могут возникнуть вопросы. Даня так разозлился, что даже не подумал об этом, и это скорее действие наркотиков.

Можно было обратить на это внимание в клубе, все равно освещение позволит игрокам меня рассмотреть, я этим всегда и пользовалась, своей внешностью, но там такие люди собираются, что их только повеселит моя история, а может и наведет на определенные мысли, сделаю только хуже.

Резкий удар двери об стену заставляет меня обернуться. Даня как призрак входит в комнату, на меня даже не смотрит. Стыдно что ли?

- Вера, я принес тебе платья на выбор, - он кладет несколько вещей на кровать и громко выдохнув, поворачивается ко мне. – Есть вопросы?

- Да, - твердо отвечаю. – Моя щека. Твой след горит на моем лице, - задираю подбородок, чтобы он получше меня рассмотрел.

- Ах это, - он среди вещей находит небольшой пакетик. – Вот, косметика. Приведи себя в порядок, сегодня должно быть многолюдно. И давай только без глупостей, хорошо? Ты не хуже меня понимаешь, что всем на тебя плевать.

Вот тут он в точку. Но есть один человек, которому было не все равно. Интересно, он действительно уехал?

- Зачем ты все это делаешь? Ради денег? – осторожно беру пакет в руки.

Даня закатывает глаза, он выглядит не очень, какой-то измученный, и потрепанный. У него отходняк?

Я знала, что он чем-то балуется, всегда с ним ругалась по этому поводу, но он отвечал, что это лишь баловство.

В конце концов, молодежь постоянно что-то пробует, он не исключение, и я как-то смирилась. Главное, что когда мы работали, Даня был адекватен, а когда он зависал со своей компанией, которую я терпеть не могла, меня рядом не было. Хоть и переживала за него все время.

- Что ты хочешь сейчас услышать? – вдруг спрашивает он.

- Правду.

- Вера, я не хотел, чтобы все получилось именно так, но ты меня подставила. Ты знаешь, сколько я потерял бабла, когда ты учиться уехала? Не знаешь? А я тебе скажу, это большие деньги. Ставки были на тебя, ты так хорошо играла, что ни у кого не возникало сомнений, что ты отлично разведешь богачей, а потом, ты решила, что с тебя хватит. И ушла. А я, остался. Боролся до конца, я хотел отсюда уехать точно так же, как и ты, но не мог. Куда я без денег поеду, а?

- Тебя только это волнует, а мои чувства не в счет?

- Чувства? Ты сейчас о чем? – Даня начинает громко смеяться, да так, что мне еще больше становится не по себе. – О том, что не хотела быть в команде, или о том своем хахале, которого полюбила? Конечно, меня волнуют деньги, они всех волнуют, все хотят есть и красиво жить.

Ясно, вести беседы бесполезно.

- Почему я не могу отработать и уехать? – я заранее знаю ответ, но мне нужно его отвлечь.

- Потому что ты нужна мне, ты разве не слышала, что я люблю тебя?

- Разве это любовь?

- Ну, одно другому не мешает, Вера. Я по-прежнему твой друг и прости, за это все, - он обводит руками комнату, - у меня просто не было другого выхода. Ты бы просто так со мной не осталась.

- Теперь всегда будешь держать меня в клетке?

- Это временно, пока ты не поймешь, что обратной дороги нет. Ты дала свое согласие тогда, два года назад, на эту авантюру и все выгорело. Теперь мы в одной команде, понимаешь? – он берет меня за руки и притягивает к себе. Наши лица слишком близко, мне неприятно от одной мысли, что он собирается сделать,  и поэтому, ничего лучше не придумав, отворачиваюсь.

Я люблю Никиту. Всем сердцем люблю и сама мысль, что другой хочет меня поцеловать, вызывает отвращение.

- Даже так? – Даня сильнее сжимает мои запястья, причиняя физическую боль.

- Ты всегда был моим другом, но большего я тебе не дам, - шиплю ему в лицо.

У него в глазах столько всего намешано, что я просто не могу никак предугадать, каким будет его следующий шаг, и чтобы не терять больше времени, пользуюсь всего секундной заминкой и со всей дури бью коленом ему в пах. Даня громко взвизгивает и скорчившись от боли, отпускает меня. 

Понимаю, это мой единственный шанс бежать, и стремглав несусь из комнаты в коридор. Мне нужно бежать быстрее, подальше отсюда, поближе к Резнику.

Все это приобретает уже не здоровый оттенок, и не то, чтобы я не верила в его любовь, просто у Дани она какая-то слишком одержимая, страшная. Я такой не хочу и никогда не пойму.

Буквально пролетаю лестницу, цепляясь ногой за последнюю ступеньку и подворачиваю ногу. Только этого не хватало, но я настолько хочу сбежать, что адреналин не дает почувствовать в полной мере боль в ноге.

Подбегаю к входной двери, она, как назло, оказывается заперта. Нет, только не сейчас. Быстро осматриваю прихожую на наличие ключей, но ничего нет по близости. Черт возьми. Ну, как же так?

Есть вариант вылезти в окно, что я и планирую сделать, но на них стоят решетки. Господи, не дом, а тюрьма какая-то, пока я обегаю несколько комнат и кухню, чтобы найти запасной выход, слышу, что Даня спускается по лестнице.

- Вера! – зовет меня он. – Какой смысл в этой киношной сцене? Ты понимаешь, что у тебя нет уже вариантов? Ты отсюда не сбежишь, как бы ты не старалась.

Это мы еще посмотрим. Один раз я уже сбежала от тебя, получится и в этот.

Протискиваюсь под лестницу, чтобы переждать пока он спустится, а я смогу подняться снова на второй этаж. В ванной, у моей комнаты, хоть и небольшое окно, но там точно нет решетки.

- Тебе нужно было меня чем-то вырубить, так бы ты полезла в мой карман, нашла ключи и спаслась бы, - снова говорит Даня. – А может быть, что в момент, когда бы ты полезла, я бы очнулся, перехватил твою руку, повалил тебя на пол и между нами затеялась бы драка. Хотя, я не хочу тебя больше бить, я хочу тебя просто поцеловать. Это тоже киношная ситуация, не находишь?

Он спускается на первый этаж, осматривая пространство.

- Ты всегда любила эту хрень, твоя мечта стать актрисой была слишком велика. Ну, я могу тебя поздравить, Вера, ты главная героиня триллера, - снова смеется. – Хотя, какого триллера, господи. Смешно то как.

Я вплотную прислоняюсь к стене, пульс частит, дыхание сбивается и где-то далеко-далеко, я ощущаю боль в ноге. Главное сбежать. Главное сбежать.

- Я не могу понять, почему ты так себя ведешь? – Даня проходит в кухню, постоянно ерошит себе волосы, нервничает и злится. – Ты не нужна больше своему мужику, я ему все написал, что ты встретила меня, поняла, что любила только меня, разве это не правда?

Он точно под наркотой, в здравом уме, человек бы не смог нести такую чушь.

- Ты меня к себе не подпускала, зато, за каких-то полгода, раздвинула ноги перед ним. Неужели  ты не видела, Вероника, что я любил тебя? Сколько раз мы с тобой засыпали под просмотром фильма, ты ко мне прижималась, говорила, что я твой человек, а как подвернулась возможность, так сбежала от меня. Кто ты после этого?

Он ходит и орет на весь дом, как сумасшедший, а я больше не могу это слушать. Хватит.

Даня исчезает из виду, выскальзываю из проема под лестницей, чтобы подняться по ступенькам, но как только делаю несколько шагов, он хватает меня сзади за капюшон, разворачивая к себе лицом.

- Ты не сбежишь, Вера, - хриплым голосом произносит он и тащит меня в гостинную. – Зачем ты только все усложняешь?

Даня бросает меня на диван, его взгляд словно стеклянный, мне даже кажется, что он смотрит на меня, но будто не видит.

- Даня, пожалуйста, отпусти меня, - прошу я. Слезы застилают глаза, я не хочу здесь с ним больше находиться. Мне так страшно. Впервые мне с ним страшно, а всему виной его неадекватное состояние.

Но он не реагирует, просто начинает хохотать, как ненормальный.

- Отпустить тебя, чтобы ты к ментам пошла и выдала меня?

- Я ничего никому не расскажу, - тут же отвечаю. Я ведь действительно никогда не собиралась сдавать его, я даже Никите ничего про Даню не рассказывала. – Я просто уйду, и мы все забудем.

Но Дане все равно, он весь в себе, начинает причитать, говорит бессвязно, будто сам с собой, а я сильнее прижимаюсь к спинке дивана.

- Одевайся, ты пойдешь со мной! Глупая ты дрянь! – он подходит ко мне, тянет свои руки, но тут слева открывается входная дверь и на пороге появляется человек.

Сквозь слезы сложно разобрать кто именно, но когда присматриваюсь, не могу поверить глазам.

- Никита? – вылетает из моего рта.

Даня резко смотрит на меня, затем снова на моего прокурора.

- Отошел от нее, живо, иначе я за себя не ручаюсь, - чеканит каждое слово. Он выглядит очень злым, сильно сжимает челюсть и кулаки, готовый рвануться в бой.

- Какого, блть хрена? – кричит Даня и тут же поднимает меня с дивана, прикрываясь мной как щитом. – Как ты тут оказался? Ты же уехал?

- Я вернулся за своей девушкой, - отвечает Резник, всматриваясь в мое лицо. – И ты будешь харкать кровью за фингал на ее лице.

Я бы порадовалась, честно, ведь в его появлении, как и в его словах, звучит подтверждение, что он не поверил в сказки Дани и вернулся за мной. Значит теперь все хорошо, я в безопасности.

Но откуда не возьмись, у Дани в руках появляется пистолет. Особо нечему удивляться, я знала в каких кругах обитает мой друг, и что они на все способны, даже на оружие, но, когда дуло пистолета прислоняется к моему лицу, начинаю дрожать.

- Без резких движений, понял? – Даня очень решительно настроен, его голос звучит даже уверенно, но его состояние дает о себе знать, его всего трусит, то ли от страха, то ли от холода, не понятно. – Она моя, приятель, и я не знаю, как ты нас нашел, но лучше тебе уйти по-хорошему, иначе харкать кровью будешь ты.

- Вера, все будет хорошо! – Никита будто не слышит слова Дани, он продолжает стоять на пороге с сосредоточенным лицом.

- Ты блть не понимаешь, с какими людьми ты вообще связался? – ситуация накаляется, а мой друг сильнее сжимает меня.

Он делает шаг назад, затем еще один, но резкая боль в ноге напоминает о себе, и я громко стону. Естественно, этот момент не проходит мимо Никиты, и он дергается, а затем звучит выстрел, да вот только я так напугана, что, опустив голову вниз не могу понять, куда он направлен.

Дальше, происходит что-то непонятное: Даня ругается, падает, прижимая меня к себе, в этот момент, кто-то его дергает наверх, а я начинаю кричать. От слез уже вообще ничего не понятно, только боль в теле напоминает, что все по-настоящему.

До чего дошла моя жизнь, Господи, а мне ведь только через месяц девятнадцать.

- Вера! – встревоженный голос Никиты, звучит откуда-то сверху, и я проваливаюсь в темноту.