Глава 30

Лан проводил меня обратно в покои и заставил полноценно поужинать. Эта прогулка и этот разговор сблизил нас. Теперь в присутствии первого лица государства я не чувствовала себя скованно и наконец-то смогла спокойно поесть. В этом высокородном и уверенном в себе мужчине я увидела черты того самого Лана — веселого и доброго человека, который не рассказал мне так много.

Разговор в саду не шел из головы. После него в душе появилась странная и липкая грусть, от которой никак не избавиться. Но почему? Он ведь не сказал ничего нового. Я и раньше понимала, что Лан, даже будучи простым аристократом, не женится на мне. Наши близкие отношения ни чем не закончатся, ничего не означают. Кроме того, что я отдалась мужчине, будучи незамужней, конечно. Для общества это повод считать меня порочной, но что-то подсказывает мне, что Лан не будет никого посвящать в наши отношения.

Рассчитывала ли я на то, чтобы стать его женой? Наверное, нет… Тогда почему так горько? Простушка, мечтающая о свадьбе с самим императором — не смешно ли? Нимфа, мечтающая о жизни с темным магом… Это безумие. Лан как можно мягче дал мне понять: мечтать о чем-то большем не стоит. У него есть невеста, у меня тоже, наверное, скоро появится много ухажеров. Эти странные чувство и нежность к императору нужно забыть, оставить в прошлом, будто и не было ничего. Да, так будет лучше.

Всю следующую неделю я видела Лана лишь вечером, когда он забегал на ужин. Все остальное время проводила вместе с Аглаей, изучая этикет и разучивая танцы. Никогда не думала, что это настолько тяжело! Все эти пируэты, фигуры, реверансы, квадраты… Под конец дня у меня пухла голова, и я выглядела не менее уставшей, чем император.

У нас в деревне все было по-простому: к старшим — на «вы», к сверстникам и младшим — на «ты». Но по дворцовому этикету при обращении к тому или иному должностному лицу использовалось столько эпитетов и разных вариаций слов «светлый», «государевый», «великий», что я не могла понять, кто и зачем придумал такие сложности. Аглая настойчиво вбивала знания мне в голову, а я стонала и все пыталась понять, зачем это нужно. Эта моя черта бесила камеристку, которая фактически стала моим учителем, но поделать она ничего не могла. Отвечала и вновь учила.

Однажды вечером Лан пришел в мои комнаты, но привычной вереницы слуг за ним не наблюдалось. На мой удивленный взгляд император осторожно произнес:

— Гретта, я хочу, чтобы этот вечер мы провели с моей семьей.

Когда смысл фразы дошел до меня, я испуганно распахнула глаза и замотала головой.

— Нет!

— Да, — мягко настоял Лан и сделал шаг вперед. — Гретта, они уже ждут тебя.

— Я не готова! Я не могу! Лан, прошу тебя…

— Гретта! — громче произнес император и в считанные секунды сократил между нами расстояние. Его крупные ладони легли на мои плечи, заставляя смотреть прямо в глаза магу. — Я не могу все отменить, они уже собрались.

— Но я не готова, мое платье не подхо…

— На тебе прекрасное платье, — заверил меня Лан. Я была одета в довольно простой наряд из белого хлопка, расшитый цветами у края юбки. — Пойдем, — больше аргументов я не придумала, поэтому император без сопротивления увел меня из моих комнат, которые я очень редко покидала за эти дни. — Всё будет хорошо, — пообещал он, когда мы шли по коридору. — Они очень ждут тебя. У меня хорошая семья, две сестры, собака, невеста, а также пара друзей. Мы просто поужинаем. Этикет соблюдать не обязательно.

Интересно, на семейных ужинах его всегда соблюдать не обязательно или только сегодня, дабы я не позорилась? Ох, я, наверное, никогда так не волновалась. В определенный момент мне захотелось вырвать у Лана свою руку и броситься наутек. Спрятаться где-нибудь за колонной и сидеть там, пока все не разойдутся.

Увы, мне не хватило смелости. Мы добрались до малой столовой очень быстро. Настолько, что мне хватило времени решиться на отважный поступок. Белые лакированные двери распахнулись, и император ввел меня в сверкающее бежевым цветом помещение. Все здесь, даже пол, блестело и сверкало. Столовая была буквально надраена до блеска. В столь роскошной обстановке я почувствовала себя пятном на натюрморте, прямо как тогда, в самой дорогой гостинице торгового города.

Когда глаза привыкли к свету, я увидела перед собой искусный длинный стол, за которым сидели самые привилегированные особы страны. В изголовье стоял один пустой стул, явно для императора, и ещё один такой же по левую руку от него. Справа от места монарха — две девушки в бежево-золотых платьях, затем два молодых человека в сине-зеленых мундирах и молодая женщина в голубом одеянии, с шикарной золотой косой до пояса.

— Гав! — громко поприветствовал нас Рекс, сидящий неподалеку от стола, возле большой миски, в которой лежала свежеобглоданная кость.

Пять пар глаз сосредоточились на мне. Никто не обращал внимания на хозяина этого ужина, их интересовала только я. От столь пристального внимания мурашки пошли по коже. Я мечтала провалиться сквозь землю, стать прозрачной, но только бы избавиться от этих изучающих взглядов, оценивающих мое лицо, фигуру, одежду и даже позу. Закрыв глаза и сделав глубокий вдох, я приказала себе успокоиться. Не сожрут же они меня, в самом деле! Лан рядом, он защитит меня от всего и вся. Ну и что, что от мужчин за столом воняет магией? Пусть только попробуют прикоснуться к моей Гейнэ — Лан им головы открутит, а я ещё и добавлю, разбив о них пару тарелок.

От волнения мысли понесло куда-то не туда. Наше знакомство ещё не началось, а я уже представляю, как буду отбиваться и спасаться. Так нельзя, Гретта. Эти люди — семья моего опекуна, и воспринимать их как врагов не следует. Подозреваю, что именно их влияние на Лана будет определять характер наших дальнейших взаимоотношений.

— Привет, дружок, — Лан потрепал своего питомца по голове, а он смотрел на него с нелепым обожанием, смешно высунув свой розовый язык. — Всем добрый вечер, — обратился к своим близким император. В ответ на это все присутствующие встали и склонили головы. Не обязательно соблюдать этикет? Ну-ну… — Рад представить вам Гретту — мою подопечную, — император встал за моей спиной и положил руки мне на плечи. — Знаю, что её появление вызвало у вас много вопросов, — при этих словах глаза девушки в голубом странно сверкнули, — но надеюсь, что вы найдете общий язык. Гретта очень дорога мне.

— Мы уважаем твое решение, брат, — подала голос одна из женщин в золотом платье. Наверное, это старшая сестра императора. От твердого и невероятно осмысленного взгляда принцессы мне захотелось выпрямить спину ещё сильнее. — Однако, нам непонятны причины, по которым ты ввел в семью никому неизвестную девушку из низшего сословия.

«Они очень хотят тебя увидеть». В устах Лана эта фраза звучала куда более доброжелательно, навевая мысли о том, что дорогим ему людям просто интересно посмотреть на меня. Теперь же складывается впечатление, что меня привели на корм хищным рыбам. Доброжелательностью здесь и не пахнет, скорей желанием посмотреть на «ту, кто посмела».

— Ты сомневаешься в моей способности принимать адекватные решения, сестра? — с улыбкой поинтересовался Лан, но в голосе проскользнул холодок. — Раз я совершил этот поступок, значит, на то были очень веские причины.

— Это как-то связано с тем, что ты исчез из своей резиденции, и даже лучшие маги не могли найти тебя?

— Возможно, — хмыкнул Лан. — А может, это как-то связано с тем, что я остался жив после встречи с существом из нижнего мира.

— Мы нашли кровь на земле и на его лапах, — вдруг произнес один из мужчин. Высокий шатен с проницательным взглядом. — Однако, сейчас ты здоровее всех нас вместе взятых. Как ты выжил после такой кровопотери…?

— Гретта, садись, — оборвал его император и практически силком подвел меня к столу. Отодвинув стул, заставил сесть на него. Я оказалась напротив той самой старшей сестры, которая не сводила с меня взгляда, как удав с кролика. Я улыбнулась ей, но в ответ она лишь немного прищурила взгляд.

Не припомню, чтобы когда-нибудь я чувствовала себя так же некомфортно. Эти люди мне явно не рады и подозревают в чем-то нехорошем. Даже слова Лана не убеждают их в том, что я не хочу никому зла. Как в такой обстановке можно ужинать? Меня не покидала мысль о том, что кто-то из них мог подсыпать мне что-то в тарелку.

— Если вы сейчас же не перестанете сверлить мою подопечную настырными взглядами, я буду ужинать вместе с ней каждый день до скончания века, — ровным голосом произнес император, накладывая себе мясной салат.

После этой фразы раздались тихие вздохи и наконец-то зазвенели столовые приборы. Лан думал, что мне станет легче после того, как он попросил не пялиться на меня так нагло? Почему-то волнения совсем не убавилось. Я чувствовала себя зайцем в стае волков. Если женское настороженное внимание ещё можно было вытерпеть, то вот долгие взгляды от мужчин заставляли мою кожу гореть.