Глава 30

Вернувшись в зал Биайна снова сделалась холодной и высокомерной. Вздернув нос, девушка смотрела куда угодно, кроме мужа. Фатмар бросал косые взгляды на горянку, хмуря брови после разговора с мужчинами. Поймав вопросительный взгляд Кирчу, чуть улыбнулась, кивнув. Все у них будет хорошо. Крепкое тело ажгжара едва заметно расслабилось, губы изогнулись в намеке на усмешку.

Из хозяйственной комнаты появилась Исла, сопровождаемая одной из девушек. Помощница несла стопку постелей и пару полотенец.

— Милая, тебе приданое успели упаковать?

На вопрос нашей хозяйки горянка печально покачала головой. Но тут лицо ее приобрело задумчивое выражение, и через минуту девушка вытянула из-под рубашки целую гирлянду бус. Часть из них были явно выполнена из золота, с вставками из драгоценных камней. Так же на глаза попались два ряда крупного жемчуга разного цвета и ожерелье из зеленых бусин. Большая редкость. Слегка тряхнув связкой бус, Биайна вопросительно оглядела всю компанию.

Вартас уважительно присвистнул. Ичиро, подойдя к девушке, внимательным взглядом обвел украшения, покивав головой.

— Вот эти зеленые, или розовый жемчуг можно будет разобрать, если надо. Они у нас в ходу. Остальное лучше спрятать. Вещи ценные, но муж твой тоже не голодранец, так что напрасно не трать. Вдруг захотите большое поместье поставить. Береги жену, друг.

— Сегодня отправляйтесь отдыхать, а завтра как следует отпразднуем, — Кирчу дружески хлопнул по плечу Фатмара.

— Вот возьмите. Понятия не имею, что там в доме у них творится. — Исла подозвала помощницу, отобрав у той стопку белья, передав все Биайне. — Не пригодится — вернете, но лучше пусть будет. Вартас, ты пока поживешь здесь.

— Но, Исла…

— Без «но». Или ты подсказывать молодым собрался, что делать?

— А если сами не справятся? — широко усмехнулся великан, поигрывая бровями, за что тут же получил легкий подзатыльник от Ислы.

— Невестка, проводи наших молодых, а я тут переговорю с мальчиками.

Проводив Биайну до дверей, где нас нагнал Фатмар, я отправилась наверх в спальню. Нужно было подумать.

Биайна оказалась и правда умелой хозяйкой. Первые несколько дней Фатмар только и делал, что носился по поселению и соседним деревням, доставая вещи первой надобности, которых не было в доме. Как я поняла, там требовалось все, начиная от плошек и мисок, заканчивая занавесками и покрывалами. Большую часть дня горянка проводила с нами в поместье, изучая у Ислы особенности жизни в этой местности. Как я поняла, зимы в ее родных местах были более суровыми и не требовали таких погребов, какие использовали здесь. Но принцип заготовки продуктов в целом отличался не слишком. Мне была приятна компания прямолинейной и старательной девушки. Впрочем, Биайна тоже чувствовала себя вполне комфортно, сидя с нами на кухне.

Все шло своим чередом. Мы все веселились и тихо хихикали, наблюдая за молодыми. Биайна подергивала плечами, чуть прикрывая глаза если Фатмар приближался к ней. Великан же старался при любом движении дотронуться до супруги, провести ладонью по спине, или легко задеть плечом. Рядом с таким мужчиной даже высокая статная горянка смотрелась вполне миниатюрной.

Вместе с первым снегом мужчины отправилась на охоту, надеясь достать крупного оленя, следы которого уже несколько дней будоражил их мысли. Прекрасная погода, со спокойным снегопадом и без ветра к вечеру изминилась совершенно. Когда стемнело, начался настоящий буран, заставивший обеспокоенно выглядывать на двор.

В зале первого этажа было четыре окна. За тонким, стылым стеклом было темно. Громко завывал ветер, откликаясь в печной трубе. От первого до второго шесть шагов. Дальше дверной проем, так что шагов получалось девять. Иногда десять. Потом снова шесть. Разворот. Шесть шагов обратно. Я куталась в шаль, теребила подвеску на шее, после третьего круга больше не поправляя занавески. Предчувствие собиралось внизу живота холодным комом. Эта внезапная вьюга после тихого спокойного дня, дрожь в пальцах и темнота за окном сделали меня нервной и раздражительной. В зале сидели обе девушки с матерью, Исла, Биайна и еще несколько деревенских женщин, чьи мужья тоже отправились охотиться. Хозяйки обеспокоенно поглядывали на меня, почти в полном молчании занимаясь рукоделием. Атмосфера была угнетающая, и даже кошка, жившая в поместье, не грелась на печи, а статуей сидела на нижней ступени, поводя головой вслед за моими движениями.

* * *

Из окна я так их и не разглядела. Ни фонарей, ни огней. Как мужчины сумели найти дорогу в такой буран, имея только одного ледяного куджана (остальные ящеры еще пару дней назад залегли в спячку) я не представляла. Скрип первой двери, громкие мужские голоса, хриплые и резкие, тонкий бич холодного воздуха. Не дожидаясь, пока они сами пройдут в помещение, дрожа всем телом от плохого предчувствия, отдернула занавески перед вторыми дверями, распахивая деревянные створки. В зал тут же влетел резкий порыв, съедая все тепло, сорвав с плеч шаль, бросив в лицо хлопья колючего снега. Кожа тут же запылала, исколотая тысячей иголок. Напротив стоял Кирчу. Глаза ажгжара были непривычно черными в полумраке, с полностью скрытой поверхностью, а за спиной клубилось что-то огромное и темное. Над головой мужчины, из самрой черно черноту смотрели огромные желтые глаза. Чуть отступив в сторону, пропустила прибывших внутрь. Мгла была очень опасна, но явно хорошо контролировалась ажгжаром. Это не то, чего я ждала.

Пройдя в комнату, сопровождаемый черным размытым облаком, Кирчу свистнул, потянув повод. По деревянному полу застучали когти и в зал зашел ледяной ящер. Зверь дернул длинным языком, пробуя воздух, не двигаясь в глубь помещения. Он и так быд настолько большим, что занимал практический весь дверной проем. Первое, что я заметила непривычного в облике зверя — широкая, застывшая корка крови на гладком голубом боку. Подняв глаза, холодея от ветра и оправдывающихся предчувствий, рассмотрела белые, облепленные снегом волосы под теплой меховой шкурой.

С улицы появился Вартас, бледный и очень хмурый, за ним шел Фатмар. Первые двери закрыли, отрезая стылому ветру доступ в зал. Скинув меховые варежки прямо на пол, мужчины без слов принялись растягивать веревки, которыми Ичиро был привязан к седлу. Узлы заледенели и не поддавались. Вартас вынул из чехла охотничий нож, осторожно поддев путы, разрезая. Кирчу все так же стоял на месте, окутанный облаком мглы. Когда веревки были убраны, воины осторожно сняли ажгжара. В этот момент замедленное, растянутое пространство словно лопнуло с громким звуком.

Девушки закричали, женщины повскакивали со своих мест, покидав рукоделие.

— Жив?! — взвизгнула Исла, не в силах двинуться и только крепче прижимая руки к груди.

— Да, но крови много потерял, — сипло ответил Вартас. Женщины, немного придя в себя, бросились выполнять необходимое. Сдвинули столы, кто-то побежал на кухню за горячей водой, другая помчалась за чистыми тканями, одна из сестричек уже бежала с верхнего этажа, неся небольшой саквояж, с которым я ходила по больным. Стряхнув оцепенение, передернула плечами. Нужно было избавиться от остатков предчувствия, когтистыми лапами цепляющегося за ноги, и приступить к делам.

Ичиро уложили на сдвинутые столы, откинув в сторону плащ и меховое покрывало. Ажгжар был бледен до синевы и дыхание едва присутствовало, слабо поднимая грудь. Затянув рукава повыше, перекинула амулеты за спину, чтоб не болтались. Бегло осмотрев мужчину, остановилась на черной от крови тряпке, обмотанной вокруг бедра. Ополоснув руки в тазу, медленно приподняла ткань, тут же прикрыв глаза от ужаса. Рваная рана, длинная, от самого колена и практически до паха, глубокая, с явно виднеющейся костью в одном месте. Неровная и широкая. Руки мелко задрожали, но глубоко вздохнув, заставила себя успокоиться. Еще раз внимательно осмотрев рану, убедилась, что кровь уже почти не идет.

— Что случилось?

— Мы выследили кабанов. Шли с Ичиро и Хоканом до опушки, ждали удобного момента. Почти добыли, когда зверь кинулся на Хокана. Ичиро успел его оттолкнуть в сторону, но сам попал под клыки. Он успел ранить зверя, но тот в последний миг рассек ему ногу, — тихо стоя у другой стороны стола рассказывал Вартас. На небольшом столике справа от меня на чистой скатерти уже раскладывали инструменты и порошки.

— Принесите иглы, которые по шелку. Две или три. Вденьте длинные нитки. Еще нужна маленька миска, туда стакан горячей воды, — оглядывая инструменты, попросила я. Оглядев зал, остановилась взглядом на черном облаке, частично закрывающем второго ажгжара. Мгла все так же смотрела желтыми глазами, не мигая. — Что с Кирчу?

— Он закрывал нас от бурана и запечатал жизнь брата в теле. Если отпустит — Ичиро умрет от потери крови. Кирчу сказал, ты сможешь помочь, если доберемся. Сможешь ведь?

— По крайней мере, я сделаю все, что возможно.

Поправив передник, который на меня завязал кто-то из женщин, прочитала короткий наговор на твердость руки и попросила благословения у Чивы. Вылив в маленькую миску с водой почти всю склянку с дезинфицирующим раствором, приступила.

Грязную тряпку с запекшейся кровью убрали. На рваную рану, которая выглядела до невозможного жутко, вылила раствор. Жидкость тут же вспениласть, выжигая попавшую заразу. Хлопья плотной пены стали спадать, стекая на поверхность стола и пол. Нужно было дождаться, пока весь состав не сойдет. Примерно через две минуты у мня была чистая рана. Первым делом нужно было разобраться с крупной артерией, концы которой клочьями торчали из плоти. Зашить ее я бы не сумела, слишком тонкая работа, но может, получиться срастить ткани. Подтянув один конец маленькими щипцами, сровняла край.

— Держи здесь, — передав щипчики Биайне, стоящей с другой стороны стола и помогающей мне, взялась за второй конец. Другая сторона была в несколько лучшем состоянии, только пришлось выдавить небольшой кровяной сгусток, собравшийся как пробка. Приложив оба конца друг к другу, обернула место соединения тонкой пленкой из водорослей. Моих сил должно хватить на приращение к такой небольшой поверхности.

Потерев ладони, дождалась присутствия тепла в окоченевших пальцах. Направив немного силы в нужное место, дождалась слабого бирюзового свечения. Сейчас все получалось только из-за крайне низкой температуры тела ажгжара и сильно замедленного кровотока. Без помощи Кирчу, что бы он там не делал, Ичиро умер бы еще в дороге от потери крови.

Порадовавшись, что первая часть прошла так удачно, принялась разбираться с мягкими тканями. Здесь было не так страшно, с подобными я как-то работала. Правда, только однажды, но все же, какой-то опыт был. Взявшись за тонкую длинную иглу с шелковой нитью, более внимательно осмотрела края. Шрам, определенно, будет весьма отвратительный. И, скорее всего, Ичиро будет хромать. Если выживет.

Крепкая шелковая нить стягивала холодную сероватую плоть, мало похожую на ткани живого тела. Пришлось делать очень мелкие стежки, чтобы соединить все должным образом. Длинная кривая линия шла почти от самого колена почти в пять ладоней длиной, извиваясь как змея. Прикрыв рану водорослевой пленкой, которая должна уберечь от воспаления, забинтовала чистой тканью.

Осталось самое сложное. Вернуть Ичиро нормальную температуру тела, и сердцебиение. Держать его в такой низкой температуре дальше было просто опасно.

Ополоснув руки и сняв заляпанный передник, подошла к Кирчу. Было не слишком разумно приближаться к ажгжару с таком состоянии, не зная, какая сила им используется, но более важно было не наделать глупости в лечении. При моем приближении, мгла немного разошлась, открывая мне вид на мужчину с черными провалами глаз. С минуту посмотрев в глаза, на глуби не которых плескалась та же мгла, поняла, что разговор вести мне нужно с кем-то другим. Посмотрев в огромные желтые глаза, висевшие в центре тьмы.

— Ты держишь дух Ичиро в теле?

Мгла не двигалась какое-то время. Потом послышалось тихое шуршание, контуры тьмы немного разошлись, вернулись в прежние границы и глаза мигнули. Хорошо.

— Он умирает от потери крови или переохлаждения? — я не могла проверить все тело ажгжара, боясь навредить масштабным вторжением.

Тьма молчала. Я призадумалась. Возможно, формулировка имеет значение, или вопрос слишком сложный.

— Если я верну нормальную температуру телу Ичиро, он умрет?

Желтые глаза мигнули.

Значит, все же кровь он сам не сможет восстановить. Варианты есть, но все же…

— Если я восстановлю его кровь, он выживет?

Этот разговор напомнил мне тот случай, когда я парализованной лежала в доме Ваар-но. Что ж, жизнь сделала виток спирали, чуть изменив плоскость.

— Я могу использовать свои силы на всем его теле?

Кирчу, как огромная деревянная кукла повернул голову в сторону брата, и сделал несколько широких шагов. Мгла, размытым шлейфом следовала за ним. Подойдя к раненному ажгжару присмотрелась, увидев в нескольких местах слабо светящиеся точки. На лбу, в районе горла, над сердцем, внизу живота Понятно. Что ж, тогда остается только один способ. Кому-то повезло, что он не восприимчив к огненной крови.

— Вам всем нужно выйти.

Мы остались одни: я, и два ажгжара. Один в трансе, второй без сознания. Еще было облако тьмы с желтыми глазами. Самое общительное из нашей компании. Посмотрев на мглу, вынула из шкатулки тюбик с красками.

— Я могу помочь ему, но ажгжар получит часть такой же силы, как у меня. Мир духов станет для него открыт и видим, — я не спрашивала, просто было как-то страшно принимать подобное решение самостоятельно, а на Кирчу сейчас полагаться не приходилось. Мужчина изо всех сил сдерживал своего потустороннего помощника, сохраняя жизнь брату. Расстегнув плотную куртку, стянула рукава с негнущихся рук Ичиро. Потом кое-как сняла шерстяную рубаху, под которой оказалась нательная тонкая сорочка. Устав возиться с одеждой, последнюю просто распорола ножом, оголив грудь. Дальше пришлось стаскивать сапоги. Остатки брюк тоже попали под нож. Одна штанина все равно никому не нужна. Воин остался только в нижем белье, коротких льняных шортах. Решив, что эта деталь мне помешать не должна, приступила к работе.

Наговор, точнее тихий призыв-молитва получался сам собой, уж очень хорошо его знала, а вот узоры выходили кривоватые. Линие дрожали, чуть изгибаясь, не слушаясь холодных пальцев. Рисунок, хаотичнее линии и зигзаги, сходился лучами в области сердца. Похожим образом расписана была и область вокруг свежего шва. Узор доходил до самой шеи, останавливаясь на границе с нижней челюстью, до кистей рук, до самых ступней. Все крепче сжимая конус с краской в ладони, про себя молила духов везения, чтоб только хватило пасы. К счастью, мне сегодня не нужно было расписывать ему спину. Этим займемся, если ажгжар сумеет принять часть жреческой силы.

Закончив с узорами, сняла с пояса связку из тотемных амулетов. Девять каменных амулетов на красном шнурке. Но нужны были не изображения животных. Развязав шнурок, скинула все подвески на стол. Плотная нитка была обвязана вокруг крепкой шеи Ичиро.

— Ну, помоги мне, Ясноокая.

Освободив руки, оперлась ладонями о тело ажгжара в тех местах, где линии рисунка сходились во едино. Прикрыв глаза, искала в глубине своего тела ту искру, которая давала всему жизнь. Маленькая эфемерная сфера в районе солнечного сплетения, до краев полная бирюзовым сиянием. С большой осторожностью зачерпнув горсть силы, потянула ее вверх, через легкие, через горло, ощутив слабый отзвук огня на губах. Не поднимая глаз на Кирчу, стараясь не делать резких движений, коснулась ледяных губ Ичиро своими. С трудом разомкнув их, протолкнула внутрь горячую искру, на мгновение ослепнув от боли. Как только искра перетекла, быстрее отстранилась, зажав рот бессознательного ажгжара ладонью, не давая собственной магии вырваться из чужого тела. Мгновение, и мужчина выгнулся дугой захрипев, оттолкнув меня судорожным взмахом рук. Споткнувшись, зацепившись за столик с инструментами, едва удержалась на ногах. Подняв глаза на темнеющее облако мглы, которое разрослось чуть ли не на половину комнату, сглотнула.

— Отпусти его.

В ответ на мою просьбу, в чернеющем тумане распахнулась огромная пасть, дыхнув на меня чем-то стылым, от чего зашевелились волоски на руках. Эта сущность пугала. И все же, мгла отступила. Медленно, плавно, облако стало рассеиваться, бледнея. Прошло не больше минуты, когда тьма испарилась, оставив шатающегося Кирчу самого по себе. Ажгжар растеряно моргал, явно потратив больше сил, чем было можно, но все же держался на ногах. Сделав шаг к столу, на котором моя магия все еще скручивала раненого, Кирчу оперся руками о поверхность, стараясь не упасть. Протянув ладонь, ажгжар хотел было коснуться брата.

— Не трогай! Он должен сам, тогда будет жить, — чуть затуманенные глаза ажгжара посмотрели на меня. Тряхнув головой, Кирчу следил за тем, как узоры, криво начерченные мной на сероватой коже воина, постепенно наливаются голубым свечением. Тело расслабилось на коротких два вздоха, а затем прочертилось напряжением каждой мышцы.

Прошло довольно много напряженных минут, пока кожа Ичиро, наконец, стала розоветь, изгоняя мертвенную бледность. Тело расслабилось, дыхание замедлилось, выравниваясь.

Пошатываясь от усталости, побрела в сторону кухни, где ждали выставленные мной вон люди. Распахнув дверь, поманила Ислу.

— Его нужно перенести в комнату и обтереть. К утру, вероятно, будет жар. Я оставлю отвар, какой нужно. Если станет совсем плохо — будите. А пока я пойду спать. Позаботьтесь обо всем.

Вернувшись в зал, приобняв усталого Кирчу, двинулась в сторону лестницы. Ажгжар пытался протестовать, но сам едва не падал. Когда Вартам и Фатмар, в сопровождении Ислы, занялись Ичиро, мой мужчина, наконец, согласился позаботиться и о себе.

Стоило голове коснуться подушки, как спокойствие и темнота накрыли плотным одеялам, позволяя расслабиться. Конечно, может я сделала и не совсем верный выбор, поделившись с Ичиро частью своей силы, но все же спасла жизнь хорошему человеку. А о новых возможностях он, может, никогда и не узнает.