Глава 10

На шершавой теплой поверхности бубна уже лежала пара капель, стоило начинать, если я все же решила. Глубоко вздохнув, взяла в руки колотушку, взвешивая инструмент в руке. Размах был большим, насколько позволяла моя поза, со скрещенными ногами на земле. Стоять я себе в этой ситуации не доверяла. Когда колотушка с силой коснулась упругой поверхности бубна, над полем прокатился грохот, схожий с раскатом грома. За спиной раздались испуганные возгласы людей. Ничего, сейчас все разбегутся.

От удара по активным линиям силы пробежала вибрация, заставляя тонкое пространство сиять и дрожать. Я считала про себя. Один, два, три, четыре…

БАМ!

От второго удара, с оттяжкой в долю секунды на горизонте в землю ударила молния. Черные тучи, быстро собираясь на краю неба, перекатывались валами, набегая на серое дождевое небо. Они двигались сами по себе, без помощи ветра, заглатывая пространство над головой, приближаясь, заполняя собой все вокруг, казалось, до самой земли. Три, четыре…

БАМ!

Группа молний, ярких, кривых изломанных разбежалась по сине-черному бархату. Дождь стал сильнее, постепенно наполняя пыльную землю влагой, напитывая ее. Вокруг моего тела стала собираться энергия бури, заставляя кожу слегка вибрировать и слабо светиться белым. Дождь меня уже не касался. Только бы молния не попала, а то обидно будет.

Четыре.

БАМ!

Сорвав с шеи амулеты вместе с лентой, отбросила металлические пластины от себя на несколько метров. Может, поможет избежать эклектического сверхразряда.

БАМ!

Небо было сплошным покрывалом, с вспыхивающими зигзагами, освещающими контуры облачных валов. Все вокруг гудело и сверкало, но гремел только бубен. Через некоторое время, когда мои руки уже начинали дрожать от напряжения и накопленной энергии, над полем появилась она. Сатулано. Первая жрица Ясноокой Чивы. Высший чин, с которым мы могли говорить вот так.

Высокая фигура, сотканная из белесого тумана широкими шагами плавно шла от дальнего края поля. Жрица скользила над поверхностью земли, и ее призрачные юбки и длинные волосы, переплетенные множеством лент развивались от неощутимого ветра. Полупрозрачный, дымный образ, выше меня почти в половину, заставил сердце сжаться, но упрямства во мне достаточно, чтобы быть жрицей.

Сатулано остановилась в метрах десяти от меня, постоянно меняя очертания и контуры. Вокруг уже сплошной стеной лил дождь. Первая жрица чуть склонила голову набок.

— И? — голос, леденящий кровь, пробирающий до самой поджелудочной, заставил внутренности скрутиться в тугой узел.

БАМ!

Сатулано было трудно удержаться в этом мире без моей помощи, так что не стоило сбиваться с ритма. Взглянув на вызванную, вспомнила все, чему учили старшие. И правда, с такой жрицей стоит говорить прямо.

— Я не стану выполнять волю Богини, пока мне не вернут Анейшу, — спокойно и прямо посмотрев в глаза Сатулано, я чуть вздрогнула от молнии, ударившей в землю в ста метрах от нас.

— Какую волю? — жрице было не просто говорить, мне было трудно ее слушать, но в таком случае я была готова пожертвовать многим, ради встречи с дочерью. Так как длительность моей жизни пока оставалась прежней, это было то, что и в самом деле имело значение.

— Ту, ради которой меня отдали ажгжару.

Сатулано хмыкнула, чуть наклонившись вперед и почти вкрадчиво прошипев с высоты своего роста.

— Ты думаешь, что можешь ставить условия?

Бам.

Руки задрожали от интонаций жрицы. Я делаю ставку на свои особенности. Но если это не то, что надо, ничего не выйдет.

— Не думаю. Это цена за мою работу. Если она не приемлема для вас, Мать может прислать сюда другую из своих дочерей.

Сатулано скривилась.

— Ты не получишь Анейшу. Рем отдан другой.

— Мне не нужен Рем. Привяжите ее душу к другому мужчине.

Бам.

— Черити, носящая имя Тирма, из ветви Мадзё, ты не смеешь… — Сатулано стала увеличиваться в размерах, заслоняя собой половину неба. В десяти метрах от меня в землю били молнии, обжигая и слепя светом. Тело стрясло от страха, но я жрица не в первом и даже не в восьмом поколении. Мне все равно. У могу назначать эту цену.

Потеряв терпение, удобней перехватила колотушку и спокойно ответила на гневный взгляд Сатулано.

— До скорой встречи.

Тон-бом-бом.

Тон-бом-бом.

Ритм был очень быстрым, почти не слышимый в треске молний, он, тем не менее, отлично выполнял свою задачу. Линии пространства успокаивались, закрывая ход между мирами. Сатулано, дольше не удерживаемая, а изгоняемая мной, стала стремительно таять. Ее бледное лицо исказилось гримасой ярости. Но было поздно. Я хорошо обучена.

Туманное сизое тело первой жрицы растаяло, изодранное ветром и водой. Небо перестало грохотать, став равномерно серым. Дождь лил сплошной стеной, за мгновение насквозь промочив весь верх и первые юбки.

Тяжело, пошатываясь, поднявшись с земли, я опять едва не грохнулась, когда наклонилась за платком с амулетами и бусами. Запоздало опомнившись, вынула из мешочка на поясе жука-топчуна, уронив того в грязь. Большое насекомое сердито застрекотало, а потом растопырило верхние твердые крылья, подставляясь дождю. Пусть наслаждается, он у меня отличный помощник.

Перекинув за спину грязную котомку с амулетами, взяв в другую руку бубен, побрела в сторону деревни, постоянно спотыкаясь. Как же я устала.

* * *

Мелкая всех выгнала с поля. Точнее, люди стали разбегаться, когда над землей раздался первый оглушительный удар. Даже я слегка вздрогнул, не ожидая такого резкого перехода. Дойдя до края поля, остановился под деревьями, наблюдая за происходящим со стороны. Сперва все было довольно терпимо, но когда напротив ведьмы появилась женщина-призрак

, волосы на загривке сами собой зашевелились. С такого расстояния было не разобрать, о чем идет разговор, но беседа явно была не из приятных. Новоприбывшая хмурилась, со всех сторон, в опасной близости от моей добычи в землю били молнии. Даже сама Тирма слабо светилась, как наэлектризованный, перед грозой, шпиль башни.

Наблюдая за происходящим, я с опасением ждал, когда же разряд попадет все же в саму своенравную ведьму, но к общей радости, этого не произошло. После нескольких коротких быстрых ударов бубна, женщина-призрак, от которой растекались волны мрачной силы, растаяла. С трудом подняв свои пожитки, шатаясь и спотыкаясь, моя ведьма медленно брела к краю поля. Мокрая и уставшая, она была совсем не похожа на ту, что только что ругалась с могучим духом.

Подавив желание ей помочь, я заметил Хету, молчаливо стоящую на конце поля. Девчонка была укрыта темным плащом, но все равно, льющаяся потоком вода уже промочила подолы длинных юбок. Дождавшись наставницу, младшая жрица подхватила ее под локоть, не давая упасть. От протянутого второго плаща Тирма отмахнулась. И правда, теперь уже не актуально. Чуть выждав, двинулся следом за ними. Хорошо, что попросил Вартаса растопить печь в доме. Оно сейчас будет к месту.

Отдав Хетарике амулеты, закрылась в спальне, с отвращением скинув мокрую одежду. Вода прошла насквозь практически через все юбки. Наскоро смыв с лица остатки жирной краски, обернула волосы сухим полотенцем, принесенным прислужницей, и, наконец, улеглась отдыхать. В первый раз за это утомительное и неприятное путешествия мне удалось оказаться в постели без украшений и множества слоев одежды.

Хета забрела мокрое и плотно закрыла двери, давая мне немного одиночества.

Проснулась я уже среди ночи. Отоспавшись после камлания, злая на Чиву и Сатулано, я осторожно встала с кровати. На другой стороне громко сопела Хета. Сухая одежда и вычищенные амулеты находились здесь же на сундуке перед кроватью. Замечательно. Что я там обещала ажгжару? Два дня? Вот и достаточно.

Порывшись в сумке, первым делом вытянула длинные светлые бинты. Сбрызнув ткань едко пахнущим раствором, обернулась на младшую жрицу. Девчонка поморщилась, застонала и перевернулась на спину, но не проснулась. Тоже устала. Это мне на руку.

Закручивая ноги от лодыжек до колена, с трудом сдерживала шипение. Раствор щипал кожу, вызывая сильный зуд. Приходилось терпеть. Если я верно оценила ситуацию, желтоглазый может видеть эхо моих шагов по земле. Значит, было необходимо заблокировать силу, не оставлять шлейф. Это неприятно, но необходимо. Закончив с ногами, несколько минут посидела, стараясь свыкнуться с ощущениями. Когда зуд стал более терпимым, быстро оделась, повесив на шею только один амулет. Заплетя волосы плотной косой и сгрузив остальные вещи в сумку, щедро мазнула по глазам бирюзовой краской. Завтра будут болеть. Но это будет потом. Осенив Хету знаком благословения, осторожно села на подоконник, перекинув ноги наружу. Ну, понеслась.

После грозы на небе не было ни луны ни звезд. Без краски в такой темени и вовсе ничего не разглядишь. Усмехнувшись, осторожными перебежками двинулась прочь со двора. Как удачно, что здесь даже ворот нет. До края деревни, кольца пограничных камней. Я добралась без происшествий. Время было до крайности удачным. Вся деревня крепко спала, а мой амулет надежно скрывал от ажгжарова чутья и собак.

Остановившись у границы, в том месте где мы проходили днем, я едва слышно свистнула. Через пять минут со стороны поля показался мой замечательный жук. Зеленый топчун опустился на землю напротив меня, радостно стрекоча. На его небольшом роге на носу висела связка моих амулетов, брошенная на поле.

— Ай, ты моя умница. Самый умный жук на свете, — ласково ворковала я, от чего насекомое довольно затопало. Просто прекрасно. Лучше и не придумаешь. — Ну давай, иди сюда. Только по-тиху.

Установив на линии контура прозрачный камень из запасов Хеты (у меня такого уже по статусу не было, а она, думаю, пока и без него переживет), осторожно стала двигать его вперед. С другой стороны медленно протискивался топчун. Полный послегрозовой магии, являясь и сам по себе не простой букашкой, он вполне был способен отразить защиту черных камней в кристалл, дав мне пару мгновений, чтоб перескочить контур. Линии контура, на мгновение вздрогнув и став видимыми, сменили направление, отражаясь в прозрачный камень. Который начал стремительно темнеть. Не тратя времени, я быстро переступила невидимую линию, пока контур был разомкнут. Буквально через мгновение камень Хеты наполнился чернотой до краев, и моего жука выкинуло из контура. Бедняга с тихим щелчком отлетел почти на метр. Подхватив свои амулеты, подняв помощника и вернув на законное место на поясе, я обернулась, проверяя контур. На первый взгляд все было на месте. Вот и славненько. Подобрав юбки, я быстро пошла вдоль контура, уходя от дороги и не оставляя следа. Теперь-то меня не так просто будет найти, ни Богине ни желтоглазому.

Отсюда мне не открыть путь в Чиван. И хотя в родном мире было проще спрятаться на время, Атму я тоже немного знал, так что используя излучение защитного контура как прикрытие, осторожно потянулась к нитям пространства. Далеко без сагатов и амулетов не прыгнешь, придется использовать природные точки соприкосновения, он этого должно быть достаточно. Усмехнувшись, я шагнула в вязкое тело пространства, выступая почти в десяти километрах от деревни. Как удачно. Что у них контур из волшебных камней. Кто сказал, что врата могут открываться только белыми камнями? Просто уметь надо. Жаль, еще раз не шагнуть. Пока ажгжар так близко, и Сатулано, скорее всего, пытается следить, сагаты лучше не использовать.

Поправив сумку, я двинулась на юг. Судя по слабому запаху, там была вода.

Пробираясь через высокий рогоз, я сердито фыркала. До реки оставалось каких-то пара шагов, а попробуй доберись. Особенно в темноте. До рассветных сумерек было не больше двух часов, и мне предстояло убраться как можно дальше до того момента, пока я не ослепла. Река появилась внезапно. Просто следующий шаг мной чуть не был совершён в воду. Обругав себя за невнимательность, присела у темной глади, погрузив руку в воду. Какая-нибудь тварь должна же тут водиться. Тем более в такую темную ночь.

Потратив с полчаса на бесполезный призыв, нехотя вынула руку из воды. Жаль. Придется делать по другому. Оцарапав руку одним из амулетов, позволили капле набухнуть и упасть в воду. Быстро зализав царапину, стала ждать кого-нибудь из плотоядных тварей. Интересно, кто же явиться. Не прошло и пары минут, как по поверхности пошла рябь. На мгновение все замерло, а потом в паре метров от крутого берега из-под воды показалась небольшая голова, похожая на человеческую.

Гавса. Не плохо.

Больше болотная, чем речная, эта тварь, скорее всего обитала где-то в заводи поблизости, когда почуяла мою кровь. Из воды торчали только огромные глаза без белка и зеленоватый лоб. Так же по поверхности разбегались длинные водоросли-волосы. Суда по всему, гавса была еще совсем молодая. Высунув на поверхность плоский нос, она втянула воздух, пробуя на вкус. Гавса была дальней родственницей ундины, особым умом не отличалась, как и повышенной кровожадностью. Некоторые не особо умные личности относили их к нечести, но у настоящей гавсы, как у этой, не было ничего общего с тварями из пятого мира.

Не разобравшись с кем имеет дело, гавса протянула свои перепончатые лапы, подплывая ближе к берегу, в надежде меня поймать и утопить. Усмехнувшись, опустила ладонь в воду, чуть поднимая температуру. В теле еще оставалось немного энергии после грозы. Зашипев гавса отскочила, желая сбежать от опасной добычи.

— А ну, вернулась сюда. Иначе сварю. — Перепугавшись, не имея раньше дел с такими как я, болотница вернулась на прежнее место, хлопая глазами. — И так, милая. Мне не с руки тебе вредить, но нужно срочно убраться вниз по реке.

В ответ опять раздалось шипение. Правильно, гавсы не помогают людям просто так. Да и в целом никак. Но у меня были идеи.

— Милая, давай серьезно. Я могу вскипятить воду на ближайшие пять километров отсюда, уплыть не успеешь, — это, конечно, были враки, но кто ей скажет, — а вот если поможешь, заплачу.

Порывшись в сумке, с грустью достала гребень для волос. Это была отменная, довольно дорогая вещица со вставками из перламутра. У гавс длинные волосы, такая вещица должна понравиться. И правда, стоило гребню оказаться в зоне видимости болотницы, как в больших глазах отразилось восхищение. Однако, опять засомневавшись, гавса зашипела и оскалила маленькие белые зубки в мою сторону.

— Так, давай еще раз. От тебя нужен только транспорт и немного проводить меня из заводи к течению. Поможешь — отдам. Нет — сварю. — Гавса задумалась, и кивнув через пару минут, указала куда-то в сторону, тараща глаза. Предположив, что там она должна достать мне средство передвижения, утвердительно кивнула. — У тебя пять минут. Плыви.

Болотница скрылась под водой. Сомневаюсь. Конечно, что она имеет представление о длительности этих пяти минут, но надеюсь, сообразит, сто это не много. Небо постепенно начинало сереть. Если гавса уплывет, скорее всего придется дожидаться утра на берегу. Не смертельно, но не хотелось бы. Чем больше расстояние, тем лучше.

Пока ждала болотницу, на всякий случай сняла свои юбки, оставшись в нижних шароварах. Было очень непривычно, но если я окажусь в воде, будет обидно утонуть из-за намокшей ткани. Даже в свёрнутом виде, скрученные и сухие, юбки оказались весьма увесистыми.

Болотница не подвела. Когда я уже почти потеряла веру в нее, у воды появился лист гигантской кувшинки. Не знала, что они растут в этой местности. Большущий, почти в метр диаметром, лист имел невысокие края. Надеюсь, он меня выдержит, все же я не так чтоб много весила.

Чтоб забраться на кувшинку, пришлось снять обувь и зайти в воду. Положив сверток из юбок и сумку с вещами, медленно залезла на тело листа, от чего он заколыхался. Гавса, опасливо отодвинувшись от меня, придерживала лист вытянутыми руками. Кое как разместившись, я боком улеглась на немного шершавую прохладную поверхность, затолкав юбки под голову. Болотница потянула лист с отмели, едва слышно передвигаясь в воде. Какое-то время мы плыли среди высоких камышей и рогоза, пока не оказались на открытой воде. Плавно наступали сумерки, лишая меня зрения. Прикрыв глаза, я отдалась на волю болотнице и речным течениям.