Глава 11

Утреннее мягкое солнце чуть согревало после предрассветной сырости. Гавса уже давно вытянула кувшинку из заводи, двигаясь по узкой излучине реки. Вот как только вытянет на широкую воду с течениями, можно будет отпустить болотницу.

Осторожно села, от чего поверхность листа опасно заколыхалась. Гавса тихо зашипела, выравнивая мою «лодку», которая от движения, чуть сменила направление. В сумке с вещами постоянно что-то излучало вибрацию. Видимо, некоторые из амулетов активировались с той стороны. Но как бы не хотелось, сейчас не был никакой возможности переговорить ни с мамой ни с бабулей, являющейся главой нашей ветви. Задумавшись, повернулась к гавсе. Большие глаза внимательно, с подозрительностью следили за мной.

— Найди мне какой шест подлиннее или весло. А то ты уплывешь, а мне потом как к берегу добираться?

Болотница фыркнула, но все же ушла на глубину, оставив меня медленно дрейфовать на поверхности.

Примерно через час, мой речной транспорт, наконец, вывели к воротам реки. Широкая, блестящая в лучах утреннего солнца, она занимала почти весь горизонт. В глубине даже что-то ёкнуло от страха. Это не маленький ручеек, а огромная река, которая может покончить со мной за мгновение. Надеюсь, здесь нет порогов. Иначе мне совсем плохо может быть.

Болотница нетерпеливо забулькала, придерживая лист и не давая ему вынестись течением в центр этой водной змеи. Да, теперь мой черед. Гавса свою часть сделки выполнила. Порывшись в вещах, протянула ей обещанный гребень, который был проворно схвачен зеленоватыми перепончатыми руками. Болотница любовно прижала обновку к себе и уже хотела скрыться в глубине, когда я ее остановила взмахом руки.

— Погоди, — запоздала мысль, как и все сегодня, промелькнула в голове. Болотница заслужила предупреждения. — Если кто опять будет использовать зов в той заводи, г де ты живешь — не ходи. Не всякая Чиванская жрица будет добра. И не в каждый день.

Болотница ответила мне задумчивым взглядом, не давай понять, услышала или нет. А затем плавно опустилась в глубину темной воды, чуть подтолкнув мой лист.

* * *

В комнату к ведьмам я заглянул сразу после полуночи, проверяя, как спит Тирма после такого насыщенного дня. Не знаю, о чем она спорила с духом, но это явно не подняло ее настрой. Две девчонки свернувшись на широкой кровати, крепко спали, ровно и глубоко дыша. Было очень сильно желание подойти и посмотреть на старшую из жриц, но внезапно пробудившаяся совесть шепнула, что это будет не вежливо. Вартас совершенно прав — я слегка спятил с этой Чиванской ведьмой.

Аккуратно прикрыв двери, я, наконец, забрался на теплую печь, намереваясь вдоволь поспать перед дорогой. Однако, в который раз этого мне не удалось.

— Ажгжар! Проснись! — женский голос был полон нетерпения, но к счастью, мелкая не рискнула теребить меня за ногу. Рефлексы часто работают быстрее головы. Резко сев на своей лежанке. Я сквозь темноту вгляделся в растрепанное, едва различимое лицо Хеты.

— Чего тебе?

— Тирма ушла, — зло прошипела девчонка, тут же скатившись с печи и принявшись греметь посудой при свете слабого огонька.

Выругавшись, быстро спустился вслед за ведьмочкой, которая вынимала котелок из слабо тлеющей печи при свете масляной лампы. На лавке сонно моргал Фатмар, пытаясь разобраться в причинах нашей несвоевременной активности. Я, практически согнав дремоту, внимательно следил за злыми резкими движениями Хеты. Жрица как раз управилась с котелком, и уже садилась за стол с дымящейся миской и ложкой в руках. Я же пока никак не мог связать новость с последовательностью ее действий.

— А ты что делаешь? — решил разобраться на прямую.

— Ем. Чего и вам советую. Если я хот что-то поняла правильно, скорая остановка нам не светит.

— С чего вдруг такая перемена? — предварительно проверив пустую спальню, я все же взял чистую миску с полки, усаживаясь рядом с ведьмой.

Девчонка сердито сверкнула на меня глазами, активно жуя. Отправив в рот первую ложку, позволил себе выразительно поднять бровь, показывая, что не удовлетворен таким ответом. За спиной шумно потянулся Фатмар, здраво рассудив, что сон на сегодня окончен.

— Условия изменились. Богиня и жрица не сошлись в оплате работы, что бывает редко. Тирма должна выполнить то, для чего вам там понадобилась. Однако, Мать считает, что сами, без меня вы в этот раз не справитесь. Ведьма из ветви Мадзё. Нельзя было что попроще выбрать? Не знаю, почему именно эта, но чувствую, что мы вляпались в какое-то основательное болото.

Я смотрел на жрицу, что сидела рядом, и не узнавал в этом существе той милой и неуклюжей девочки-подростка, которую видел ранее. Резкий, низкий голос, немного циничное выражение лица и резкие уверенные движения остро контрастировали с обычным ее обликом. Девчонка криво усмехнулась, в ответ на мой взгляд. Чуть отодвинув ворот, она дернула за ожерелье с ярко-красными камнями, акцентируя внимание.

— Ради этого дела пришлось одеть амулет моих предков. Опасная штука, которая помогает обострять те составляющие личности, что нужны в данный момент. Только стоит немного поторопиться, даже с ней, мне будет не просто найти Тирму. Не тогда. Когда она в состоянии «тишины».

Быстро покончив с крайне ранним завтраком, отметил для себя, что нужно будет задать мелкой массу вопросов. Начиная с того, что такое это состояние «тишины, и заканчивая жрицами ветви Мадзё. Про предчувствия Хете не стал говорить ничего. Знала бы мелкая, куда на самом деле они «вляпались», может, тоже решила бы сбежать.

* * *

Девчонка начала с того, что развела во дворе перед домом небольшой костерок. Тихо подвывая, мелкая забрасывала в желтое пламя то один пучок трав, то другой. Перед самым костром у ног Хеты лежал маленький амулет в виде ящерицы. Весь в нетерпении, с легким налетом раздражения и любопытства, я присел рядом, внимательно разглядывая безделушку и следя за действиями девчонки. Через какое-то время, когда над горизонтом начло светлеть небо, а наши ездовые ящеры уже были готовы к движению, Хета открыла глаза и сердито выругалась.

— Что? — нетерпеливо потребовал ответ. Рыжая ведьмочка перевела на меня свои слегка затуманенные зеленые глаза.

— Она на воде. Там мне не отследить. Вода — кровь земли. Ее может вынести куда угодно.

— Направление хоть можешь указать? — Хета уверенно ткнула тонким пальцем в горизонт. Отлично, если есть хотя бы направление, то можно понадеяться на мои умения и удачу. — Собирай свое барахло, и так время ушло.

Через полчаса Усну уверенно повернул голову от деревни, уловив запах Тирмы. Ведьма ехала на его спине достаточно долго, чтоб куджан мог взять след. Теперь был только вопрос скорости, сумеем ли мы догнать реку.

….

День был утомительным донельзя. Мошкара, кружащая над рекой, немного сдувалась ветром, но все же доставляла массу беспокойства. То же касалось и зноя, начавшего донимать меня ближе к полудню. Я бы с огромным удовольствием окунулась в прохладную реку, но всерьез опасалась, что потом не смогу забраться на свою «лодку». От голода немного спасали сушеные фрукты, небольшим запасом хранящиеся в сумке с вещами, но вода подходила к концу, а пить прямо из реки я все же опасалась. Дождавшись прохлады вечера и удачного места, осторожно направила свой транспорт к берегу в самом узком участке реки. Проводить ночь на здешней воде совсем не хотелось. Помимо гавсы, тут явно обитало еще несколько не самых безобидных существ.

Проведя ночь на дереве, привязавшись ремнем к стволу, я проснулась задолго до рассвета. Вслушиваясь в птичий щебет и другие ночные звуки, стойко игнорировала зуд, появившийся вместе с зовом. Судя по всему, помимо мамы и ба, со мной страстно желала пообщаться еще и настоятельница. Однако, я все же была достаточно упрямой и целеустремленной жрицей. Можно и потерпеть. Только ноги болели от заблокированной силы.

Следующий день я в основном двигалась по звериным тропам. Природа была похожа на родную, чиванскую, даже большая часть растений оказалась знакомой. Двигаться было тяжело, ноги отекли и чесались под повязками. Ближе к середине дня я устало опустилась на мшистую землю в тени высокого дерева. Срочно требовалась вода. От жажды сильно пересохло в горле и начинала кружиться голова. Порывшись в сумке, с тоской посмотрела на последний кусок лепешки, несколько задеревеневшей, но все же питательной и решила, что в сухомятку мне ее не одолеть.

Пришлось задуматься. Чары сейчас использовать было совсем не с руки. Хету, наверняка, привлекли к моим поискам, если я хоть немного знала характер Сатулано. Девчонка, не будучи еще инициированной, не смогла бы отказать. Да и причин у нее нет. Стоит мне только пальцами неверно щелкнуть, как меня, словно по маяку, найдут. Придется действовать по-старинке.

Оглядевшись кругом, почти сразу разглядела нужное. Веточка в форме галочки, росла чуть выше моей головы. Конечно, речная лоза была бы предпочтительнее, но умеючи, можно и с такой управиться. А я умела.

Потратив минут пять на очистку веточки, снова закинула сумку на плечи и двинулась в указанном направлении. Прутик, напитавшись теплом рук, уверено тянул «носиком» в сторону воды. Ручей, чистый, быстрый и студеный обнаружился в густых зарослях через две сотни шагов. Напившись, стараясь сдерживать жажду и избежать спазма в пустом желудке от холодной воды, наполнила мягкую флягу а потом решилась немного облегчить боль в ногах. Скинув сапоги, и подтяну повыше штанины, как была, с бинтами опустила ноги в воду. Конечности спазматично дернулись от холода, но я терпела, ожидая, когда боль отступит.

* * *

Пока мы, разделившись, исследовали берег реки, пытаясь точно определить, по какому из рукавов двинулась ведьма, я допытывался у мелкой на интересующую меня тему.

— Что значит «режим тишины»?

Мелкая, сидя передо мной на спине Усну, недовольно передернула плечами, но все же ответила:

— Тирма заблокировала потоки Силы в совеем теле. Мы, жрицы Чивы, получаем энергию из земли, пропускаем через каналы и преобразуем в Силу. Любое движение Силы оставляет эхо в пространстве. И чем сильнее жрица, тем яснее след.

— Ты говоришь про бирюзовое свечение земли, где прошлась Тирма?

Мелкая застыла от моих слов. Промолчав с минуту, Хета тихо уточнила.

— И давно ты можешь разглядеть ее след?

— С пару дней. Так ты об этом?

— Примерно. Именно как следы на земле эхо мало кто видит, обычно это больше как отблески в пространстве.

— Примерно понятно. Так сейчас эта вредина не оставляет магических следов. Ладно. Главное, что следы на земле не пропали. Всякую дичь ловили.

Хета сердито рыкнула, оскалившись в мою сторону:

— Она тебе не дичь и не добыча. К ней следует относиться с уважением и почтением, а не так!

— Только по тому, что я к ней отношусь подобным образом, у меня есть шанс ее уберечь. — Девчонка с удивлением и непониманием смотрела на меня, полуобернувшись в седле, я же демонстративно не спускал глаз с горизонта. Когда напряжение немного отпустило, опять глянул на попутчицу, напоминая. — Ты обещала рассказать про род Мадзё.

— Не было такого. Ничего не обещала. Ты и так знаешь больше, чем тебе полагается. А про ветвь Мадзё тебе и вовсе слышать не положено. — Упрямо сжала губы девчонка, отворачиваясь.

С минуту мы ехали молча, каждый размышляя о своем, пока мелкая, резко встрепенувшись не сдернула один из амулетов с шеи, чуть не сверзившись со спины куджана. Хета сердито шипела, как обиженная кошка, держа какую-то побрякушку на вытянутой руке, другой потирая грудь. Амулет, похожий на половинку луны, явственно дымился на красном шнурке. Я натянул поводья, останавливая Усну, встревоженного, резкими движениями на спине. Немного разобравшись в поведении Чиванских ведьм, терпеливо ждал дальнейших событий. Разъяснения себя не заставили ждать. Девчонка зло встряхнула амулет.

— Серьезно? Вот прям так все и сразу?! — голос был возмущенный и полный обиды. Как будто в ответ на этот вопрос-требование, откуда-то из далека налетел резкий порыв ветра, окутавший запахом миндаля. Юная жрица передернула плечами. — Твоя воля.

Следующие несколько минут тишину нарушало только громкое дыхание ведьмы. Слова, произнесенные после, были тихими и какими-то обреченными.

— Я расскажу тебе про ветвь Мадзё. Но в замен, ты убережешь Тирму.

* * *

Ногам было легче. Мокрые бинты ослабляли напряжение, а от холода так свело нервные окончания, что и боли почти не чувствовалось. Единственное, было обидно за сапоги, которым скорее всего, придет конец. В них противно хлюпало.

Через час пути по лесу природа стала резко меняться. Деревьев стало гораздо меньше, а высокие травы и кустарники уступили место мхам и лишайникам, на которых уже начинали появляться первые красные ягоды. Кое-где попадались выбеленные солнцем вывороченные пни деревьев или стволы, больше похожие на кости огромных животных. Сообразить, куда меня занесло, я смогла только когда по бедро угодила в черную жижу, оказавшуюся вместо твердой земли под мшистым ковром.

Извернувшись, скинула вещи на твердый участок, старясь побыстрее ухватиться за что-нибудь, пока не промокли юбки. Цепляясь пальцами за траку, обдирая ладони острыми тонкими листьями, кое-как вытянула себя из трясины. Тяжело дыша от всплеска адреналина и испуга, повалилась на землю. Когда сердце перестало бешено стучать в горле, как можно скорее стянула изгвазданные шаровары и две нижних юбки, пока не испачкала остальное. Верхние слои материи оказались только слегка, по краю вымазанны в торфяной болотной жиже. Справившись с делами первой необходимости, с тоской посмотрела на сапоги, с которыми скоро, без сомнения, придется расстаться. Немного повздыхав над насущным, решила что дальше оттягивать неизбежное не имеет смысла.

Я оглядела пространство вокруг себя, практически уверенная в том, что увижу. Сизое пространство, с красно-зелеными вкраплениями, невысокая трава с белыми метелками, похожими на мех, черные пни обгорелых деревьев, белые стволы, высушенные и опаленные солнцем.

Ризатные болота. Группа из четырех больших топей с разными особенностями. Одно из самых негостеприимных мест в Атму. Теперь я точно знала, где нахожусь.