Глава 40 (Лем)

Я с ума сходил, волнуясь за Кристину и нашего ребенка. Я готов был разломать королевский замок, не оставив там ни следа. Несложно было догадаться, что после нашей погони в лесу, король заберет ее к себе в замок. Вопрос куда именно, в какой из комнат ее искать?

Это была самая большая сложность, несмотря на то, что на следующий день мне пришло извещение о том, что меня снимают с должности главного судьи. Это всего лишь мелочь по сравнению с тем, что моя Кристина не со мной. Стоило дать развод, и ее тут же забрали. Еще и король не пойми что хочет от нее.

Я не мог уснуть в ту ночь, а когда уснул, мне казалось, что проснусь рядом с ней и все у нас будет хорошо. Развод нехило подкосил меня эмоционально. Я и предположить не мог, что моя бывшая жена так много для меня значит. Я отпустил свое прошлое и Лиру ради Кристины. Почему, чтобы понять насколько сильно тебе дорог человек, его надо просто отпустить? Почему эти чувства вскрыли такую сильную рану только сейчас?

Да потому что пока Кристина была рядом, мне было удобно, есть и есть, а когда ее вновь забрали у меня, я ощутил гигантскую пропасть в душе, которую заполнить может только она. Я думал, что после развода будет легче, что смогу без нее. Нет, не могу. Она мне нужна.

— Господин Вернхнин, — в кабинет постучался Джеймс.

— Что там? — спросил я, потерев переносицу.

Никого не хочу видеть сегодня. Если, конечно, этот кто-то не хочет помочь мне вернуть Кристину. Итак хватало слухов по городу, что моя бывшая жена променяла судью на короля. В эти моменты хотелось сравнять весь город с землей, но я сдерживался. Это мое дело с королем, а не невинных жителей. Внутренний предохранитель говорил мне, что с Кристиной и ребенком ничего не случится в том замке. С ними все будет в порядке, а мне надо приготовиться, чтобы забрать их.

— Это я, — дверь резко распахнулся и в кабинет ввалился господин Леви — невысокого роста мужчина с проседью в темных волосах. — Господин Верхнин, я подам на апелляцию. Ребенок у Камиллы не мой!

— Я больше не занимаюсь никакими делами, — начал я, увидев, как дернулось лицо Леви.

— А мне и не надо. Ты глянь на результаты! Ребенок не мой! — он кинул на мой стол бумагу.

— А я тут при чем? — я мельком глянул на бумагу.

— При том. Она крутилась возле тебя тогда! — продолжил Леви, расхаживая по кабинету.

— У меня с вашей женой никогда ничего не было, — ответил я правдиво, взяв бумагу в руку.

Лекарское заключение, сделанное в другом городе, показало, что ребенок всего лишь на несколько показателей относится к господину Мишелю Леви.

— Проводилась экспертиза у наших лекарей, — я откинул бумагу.

— Ребенок не мой! Ты что не видишь? — он резко остановился, и уставился на меня.

— На одну четвертую, судя по всему по этому заключению, — я спокойно держался, вспоминая, что тогда толком не вник в бумагу. — У тебя братья есть?

Тот резко остановился.

— Нет, нет. Не мог он, — протянул Леви. — Мой брат живет на другом конце королевства.

— Может, он приезжал, пока вас не было в городе? — я спросил наводящий вопрос.

Мне со своей семьей разбираться надо, а не с этой.

— Нет, нет. Он не мог. Слушай, разберись с моей проблемой, — Леви ткнул в бумагу. — Забери у этой алименты, а я помогу с твоей.

— Это как? — я откинулся на спинку.

— Поговорю с королем. Он не откажет дальнему родственнику. Вернем твою должность.

— А мою жену? — напрягся я, мысленно радуясь нашедшемуся союзнику.

— С этим нет, — он поморщился. — Он же мне и подсунул эту лживую змею под именем Камилла когда-то.

В моей голове немного прояснилась и сложилась картинка. Еще в те времена, когда я все же появлялся в замке, Камилла тоже была там. Они весьма тесно общались с королем. На приемах семья Леви всегда сидели рядом с королем.

— Знаете, что! — Леви вновь поднялся. — Я требую, чтобы вы предоставили свои волосы для экспертизы. Я должен точно знать, что вы не отец моего ребенка.

— Хорошо, — холодно ответил я, и посмотрел на Леви таким взглядом, что он уселся на стул. — И даже вместе с собой я вам предоставлю еще одну вещь.

Иногда полезно ходить по следу того, кто тебя преследовал. Я достал из кармана кусок ткани с клочком волос и передал его Леви.

— Заодно проверьте и этот.

— Чей это? — Леви небрежно взял в руки ткань, поморщившись, будто я ему крысу протянул.

— Пока не скажу. Мне нужно вернуть свою бывшую жену, — спокойно ответил я.

— Но не против короля же вам выступать. Это самоубийство, — продолжил Леви.

Я тяжело вздохнул и выдохнул.

— За свою женщину будешь бороться даже с королем, — ответил я. — Сначала мы проверим вот это.

Я кивнул на платок, если моя догадка окажется верной…

***

По старой памяти девочки — эксперты из нашего отдела провели тест, который показал, что король является отцом ребенка Камиллы Леви. Вот только для этого потребуется время.

— Вот все вы здесь куплены… — процедил сквозь зубы господин Леви и схватился за голову. — Кто он?

Прорычал на меня, но тут же попятился, увидев мой взгляд.

— Я на вас всех в суд подам! Все куплены здесь, — он тыкнул в несчастных девочек, сжавшихся от ужаса.

Еще бы. Камилла, видимо, подкупила кого-то, чтобы результаты оказались поддельными.

Или не Камилла. Последняя мысль зацепилась в моем сознании, когда я рванул за господином Леви, успевшим выбежать из здания суда.

— Убью, всех убью, — верещал мужчина, пытаясь залезть в карету.

Я втолкнул его вместе с собой.

— Я эту су….

— Едем к вашей бывшей жене, — перебил я его, и приказал кучеру трогаться.

Всю дорогу Леви то сжимал, то разжимал кулаки.

— Чей это волос? — спросил он. — Твой?

— Нет, не мой, но я его нашел и подумал, что это вполне может быть отцом ребенка Камиллы, — я пожал плечами.

В их деле, меня на самом деле меньше всего волновало, кто там отец ребенка. Я даже сразу поверил той экспертизе, что была предоставлена нашей лабораторией. Подкупить можно всех, тут даже не надо сомневаться. Мой косяк, что проглядел, но как-то мне было все равно. Вот халатность обернулась таким происшествием. Если это хоть немного мне поможет с Кристиной, я только за. Тем более господин Леви не знает, что это был волос короля, а я знаю, что он сейчас поедет к своей бывшей жене.

— Кто это? — вновь спросил мужчина.

— Я все равно не скажу, пусть Камилла скажет.

— Ты понимаешь, — он вновь тыкнул мне. — Мы же ребенка с магией делали. Как же так? Ну изменила она мне, но ребенка мы же вместе делали. Как так-то?

— Я не маг-лекарь, ничем не могу помочь. Может так случилось, что не получилось, а магия приняла того, — я пожал плечами.

Быстрее бы уже туда добраться. Камилла должна знать, где именно держат Кристину. Меня никогда не интересовала чужая личная жизнь, особенно, кто с кем спит из знати, но за этот день мой интерес возрос чуть ли не до небес.

Только сейчас надо дождаться результатов.

Я хочу попробовать решить все с королем мирным путем, но если не получится… Чудовище всегда рядом.

***

Камилла явно не ожидала увидеть сегодня кого-либо. Мы прибыли в дом ее родителей и застали девушку, кормящую ребенка.

— Чем вызван ваш визит? — спросила она.

Хотелось спросить у нее, не желает ли она стать королевой, но я промолчал.

— Чей ребенок? — Леви сжал руки в кулаки.

— Твой, идиот, — отозвалась Камилла.

Она поднялась и уложила ребенка в кроватку, пока я удерживал Мишеля. А ведь Кристина тоже будет вот так же делать. Качать и кормить нашего малыша, когда он появится.

О, да. Я снова стану отцом.

Почему-то когда теряешь кого-то тебе становится важным сделать то, что не успел. Я чувствовал, что вскоре все закончится, и мы с Кристиной воссоединимся. Так и застыл на месте, но под грозным взглядом Камиллы,

мы вышли из детской.

— У меня есть подтверждение! — крикнул Леви.

Воздух накалился, когда пламя вспыхнуло рядом с ним.

— Ребенок не мой. Вот документ — он чуть не швырнул в Камиллу бумагами.

— Ты с ума сошел? Это подсудное дело, — прошипела она, мельком пробежавшись глазами по бумагам. — Какое, ты имел права сравнивать ребенка без моего разрешения?

— А какое ты имела право подставлять меня и платить за деньги за чужого ребенка. Иди к тому, кто тебе его заделал.

Камилла нервно посмотрела на меня.

— Вы на его стороне?

— Я ни на чьей стороне, — я пожал плечами. — Мне нужно забрать свою жену у короля, поэтому я тут.

Я вышел вперед, загораживая Камиллу от ее бывшего мужа, пытающегося накинуться на нее.

— А при чем тут король и ваша бывшая жена? — спросила она.

— Она сейчас у него, — я нервно сжал кулаки.

Камилла нервно глянула на мужа.

— Вы очень часто бывали в замке, — продолжил я. — Может, вы знаете, в какой его части могут держать женщин, нужных королю.

— Гостевые покои на третьем этаже, — ответила она. — Но к чему это все?

— К тому, что ты, тварь, изменила мне, — крикнул ее бывший муж, и впервые в жизни мне захотелось ему заехать по лицу, но я сдерживался.

Только драки при маленьком ребенке нам не хватало. Я вновь глянул на него.

— Знаешь, что. Забирай свои деньги. Не нужен нам такой отец, — фыркнула Камилла и повернулась ко мне.

— Камилла, это точно? Больше нет других мест?

— Точно-точно. Или в крайнем случае, — она нервно глянула на мужа, и шепнула мне. — Пятый этаж, правое крыло.

— Это был король? — уже спокойней спросил Мишель Леви. — Это волос короля? О, боги.

— Но мы с Убером предохранялись! — возмутилась она.

В воздухе повисла тишина. Если честно, обалдел даже я. И это еще результаты не готовы.

— Это было еще два года назад! Пока он не связался с этой. Ой, все! Идите отсюда, — захныкала Камилла, по ее щекам потекли слезы.

Женщина закрыла лицо ладонями, и сбежала в детскую.

Я развернул Мишеля и мы ушли из дома.

— Ребенок короля, — хмыкнул он, когда мы вновь уселись в карету. — Кто бы мог подумать.

— Это еще факт. Результатов нет.

— А вдруг магия держалась два года? — ошарашено спросил он. — У меня с ней ничего не получалось.

Он обалдел не меньше, чем я. Но главное — я знаю, где Кристина. Вот только осталось проверить еще кое-что.

После разговора с Кристиной, я еще больше убедился, что надо уходить из этого мира. Не знаю, как, но сделаю все возможное, чтобы это свершилось.

Тем более там все серьезней, чем хотелось бы. Королю нужен наш ребенок, хотя у самого он есть. Возможно есть, все-таки без результатов экспертизы нельзя ничего толком сказать. Вот так не принимай участия в светской жизни.

Я уже много раз представлял, как драконом залетаю в замок короля, разрушая его, а Кристина спускается на мою спину и мы улетаем. Но начнем с того, что он знать не знает, что я чудовище. Или собрать армию, захватить замок.

Только боюсь, пока я буду собирать людей Кристина уже родит, и станет королевой. А потому я должен добиваться всего дипломатией. Хотя на самом деле я уже гою диким желанием сильно ударить короля. Естественное желание для человека, у которого держат взаперти любимую женщину. Мне даже совсем не жалко короля. Я же знаю, какой занозой бывает моя бывшая жена. Она способна накрутить мозг собеседника на вертел и медленно прокручивать его над пламенем.

Какое-то неведомое чувство, скорее всего интуиция, вели меня не домой, а в приют, где жила Эсти. Как можно было не заметить короля в приюте?

Я заглянул к знакомому директору приюта, который мне когда-то дал документы для моей Кристины. Не знаю, какие ответы я хотел здесь найти, но все равно пришел.

Приют был совсем не примечательным, как и остальные приюты. Он получал такие же дотации, как и все остальные городские. Небольшое здание, разделенное на жилую и административную части. При чем в жилую часть нельзя было попасть, не минуя административную.

Будь я королем, то делал бы это тихо и в темное время суток.

Я бы вошел в здание, кинул на входе проверяющей пару монет, говоря, что пришел проведать девушку. Меня бы послали в бордель, но я умело бы разговорил…нет, пригрозил бы, если она не пропустит, то у нее появятся проблемы.

Так просто запугать того, кто просто хочет работать и добираться домой живым. Тем более сироты никому не нужны. Кто будет о них заботиться, кроме них самих?

Хотя я тоже сирота, не знающий родителей, а Кристина, моя Кристина. Ее родители отвернулись от нее. Даже не знаю, что хуже — любящие люди, которые отворачиваются, или те, кого ты вообще не знал.

Я поднялся по лестнице в административной части. Раз уж ноги сами меня сюда привели, то сам и спрошу у директора.

— Господин Вернхнин, рад вас видеть. Наслышан, о том, что вас сняли, — Стивли — директор приюта предложил мне присесть.

— Меня интересует такой вопрос. Точнее тот день, когда умерла Кристина Эсти.

Директор пожамкал губами, неохотно глядя на свой стол. Я закатил глаза, и достал из кармана пару золотых слитков.

— Вы же знаете, что это был трагический день для многих горожан. Ввалились в приют тогда разбойники и убили ее, — тяжело сказал директор, побледнев в один момент.

Протянул руку к золоту. Послышался шуршащий звук и слитки исчезают в ящике стола.

— Кристина была неплохой девушкой, она у нас осталась на подработку. У нас охраны вообще нет.

Значит, не в жилые покои, а в административные покои приходил король.

— К ней кто-то приходил, пока она работала здесь?

— Вы знаете, мы не особо позволяем такое. У нас все-таки дети, — продолжил директор. — Но да приходил к ней один. Мы думали, что он собирался ее замуж звать, или забрать ее отсюда, но вопросы нам не позволялось задавать. Тот тип приходил, платил неплохие деньги что мне, что Эсти. Так, что я и не против был.

Меня передернуло от одной мысли, если б мне платили за приятные ночи с подопечными.

— Как ее убили?

— Перерезали горло, — холодно ответил мужчина, и отвел глаза. — Мы ничего не могли поделать.

В те дни мало, кто мог что-либо сделать. Благо они закончились. Больше никто не посмеет угрожать городу.

— А…

Я не успел спросить, как в дверь бешенно застучали.

— Господин Стивли! — послышался женский голос. — Там пожар. Опять Антуанетта все подожгла!

— Прошу простить меня. Дети, сам понимаете, с магией особо не дружат.

Дети…

Я поднялся вместе с директором.

За дверью стояла взъерошенная женщина, державшая в руках подгоревшую штору.

— Господин Верхнин, был рад вас видеть.

— Не сомневаюсь. Всего доброго, — кивнул я, и поспешил покинуть кабинет.

Вот только, когда я вышел из здания, я увидел в одном окне пламя. И там дети.

Дым еще не успел распространиться так, что в кабинете директора его не учуять.

Я тут же рванул обратно.

— Господин Вернхнин, водные маги сейчас прибудут, — сказал директор, с которым я столкнулся.

— Я помогу, пока они не прибудут, — ответил я.

Воспитатели пытались меня остановить, но сами выбегали на улицу с детьми, которых успели подхватить.

Я забежал на этаж, где горела комната. Здесь одни малыши от младенцев до трех-четырех лет.

Увидел дым, клубящийся в конце этажа. Тут же рванул туда, раскрыл дверь, увидев рыдающую малышню, забившуюся в угол. Их было трое. Они прижимались друг к другу, глядя на горящую напротив них кровать. Дети боялись выйти, и я тут же подошел к ним, и подхватил двоих на руки, вытаскивая в коридор, затем забрал и третьего.

К нам спешили воспитатели, а я осматривал детей — не поранились ли они. И тут мой взгляд зацепился за лицо одного из них. Знакомые синие глаза смотрели на меня с испугом, а жесткие черты лица были узнаваемыми, но я не мог вспомнить, где видел это лицо. А потом острая вспышка узнавания пронзила мою голову.