Глава 19. Макс

Она двигалась очень медленно, нервно озираясь по сторонам. Не думал, что за такое время подручными средствами можно так ее освежить.

Сейчас передо мной стояла волшебная беременная фея в лиловом. Теперь-то я уж точно запомню название этого цвета!

Мира была невероятна, и я не мог оторвать от нее взгляд. Самая красивая и прекрасная женщина на свете. Мать моего сына. Моя девочка.

Я видел, как в панике она собиралась сбежать от меня. Видел, что она дернулась в сторону выхода, но бравые сотрудницы загса предупредили эту выходку. С меня им новая мебель, как и обещал!

Кажется, в этом зале собрались все, кто только мог. Даже тетушка Миры оказалась здесь. Хорошо хоть, Артем предпочел не участвовать — не хотелось бы видеть его постную рожу.

Ее тетя же лучилась счастьем и, кажется, искренне была рада за племянницу. Чувствую, что нам с ней предстоит серьезный разговор. А пока…

Пока я смотрел, как моя девочка вкладывает в мою руку свои дрожащие пальчики, отнимая их от огромного живота. Не верится, что можно быть такой пузатой и милой одновременно.

Ее рука тряслась в моей. Не знаю, как там проходила ее первая свадьба, но теперь она почувствует разницу. Вот так бывает по-настоящему!

Даже когда внезапно.

Даже когда стащили одежду у других молодоженов.

Даже когда не знаешь, чего ожидать.

Когда эта мелкая невеста пришла сказать мне, что объявлена амнистия, я пытался втиснуть свой зад в розовые брюки. Мой зад, как и сами брюки, был против. Хорошо хоть, не порвал!

Зато теперь стою во вполне приличном костюме, для антуража только заставил Олега нацепить пиджак. Тот оказался ему как раз. В конце концов, я за него квартиру купить должен!

Друг сначала был против, но, когда мы все выстроились под чутким руководством начальницы дворца бракосочетаний, понял, что отлично вписывается. Бурчал только что-то про то, что Маша ему яйца оторвет, что не предупредил. Ничего, переживет как-нибудь.

Я мягко развернул свою прекрасную невесту к регистратору. Та тоже была в платье розового цвета. Ну, или дорожной розы, или грязной розы, или розы в пыли… Голову сломаешь от названий!

Она что-то говорила, а я смотрел на Миру. На ее приоткрытый рот, испарину над верхней губой. Держал ее трясущиеся пальцы.

Сейчас она совсем не походила на ту ледяную стерву, которая заехала мне между ног в машине. От Снежной Королевы осталась лишь гордая осанка и блестящие серебром глаза. Моя девочка. Теперь моя во всех смыслах.

Я искренне надеялся, что она теперь не станет со мной воевать, как прежде, но сам не верил в это. Будет вгрызаться в каждый миллиметр личного пространства. Спорить из-за каждой мелочи. Но рано или поздно она поймет и станет мне настоящей, самой любящей женой.

Почему-то я был уверен в этом.

Из мечтательных мыслей меня вывел голос регистратора:

— Согласны ли вы, Вознесенская Мирослава Илларионовна, взять в законные мужья Трофимова Максима Сергеевича? Является ли ваше желание добровольным?

Я наблюдал, как глаза Миры расширились, уголки губ стали подергиваться. Да я и сам еле сдерживался от нахлынувшего веселья. Добровольным? Ага, как же!

Вот и Мира не выдержала и стала тихо посмеиваться. Затем громче. И вот мы уже не заметили, как весь зал хохотал вместе с нами, включая работницу загса.

Нахохотавшись вволю, моя невеста повернулась ко мне и с горящими глазами произнесла:

— Да согласна я, я еще жить хочу и родить благополучно!

Я ухмыльнулся и ответил согласием на свою часть вопроса.

Вторая заминка возникла практически сразу за первой. Нам назвали наши фамилии. Здесь я не стал упорствовать. Все же ее фамилия всегда была говорящей. Не думаю, что она захотела бы ее поменять. Но я ошибался. Ее рука тронула мою, а сама она обратилась к регистратору:

— Я бы хотела взять фамилию мужа. Это же возможно? Я хочу стать Трофимовой.

Я удивленно смотрел в серебро самых прекрасных глаз на свете. Для кого-то, может быть, это и мелочь, но не для меня. Только мы двое понимали, что только что решила для нас моя супруга.

Она решила, что будет со мной, что доверится мне. Что оставит за спиной все то, что было, и начнет с чистого листа. И это будет непросто ни для нее лично, ни для бизнеса, ни для меня.

Я сжал ее руку в жесте признательности. Моя девочка…

Нас объявили мужем и женой, и по ее щеке скатилась слезинка. Я развернул жену к себе лицом и стер ее пальцем. Какой бы эта свадьба ни была спонтанной, неправильной, глупой и грубой — она была настоящей.

Нашей свадьбой!

Я легко ее поцеловал. Она поднялась на носочки и ответила мне, прижимаясь своим большим телом так тесно, что на секунду мне показалось, что я чувствую движения малыша. Нашего сына!

— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, моя девочка! — я обнял ее и погладил по голове. Мира всхлипнула.

Она с такой нежностью и податливостью жалась ко мне, что я почувствовал острое и совершенно неуместное желание увести ее отсюда и любить до утра. Мой моментально затвердевший член уперся ей в ногу.

— Я смотрю, что тебя возбуждают плачущие толстопузые невесты, — она улыбнулась мне сквозь слезы и незаметно прижала ладонь к бугорку в моих штанах.

— Мирааа! — я предупреждающе зарычал.

Чертовка еще раз привстала на цыпочки, закрывая мое недвусмысленное положение ото всех, провела по выпуклости рукой и легонько сжала ее:

— Я тоже очень хочу вас, мой муж.

В этот момент я готов был послать к чертям всех присутствующих, подхватить жену на руки и унести ее в нашу спальню. Закрыть там. И не выпускать минимум неделю. С перерывами на еду от Анзора. Кстати…

— Дорогая, если не хочешь пропустить банкет от Анзора, то убери свои шаловливые ручки. Иначе я за себя не ручаюсь. Унесу и затрахаю до трясущихся ножек.

Она наконец-то покраснела и подняла на меня глаза. Вот беременные женщины! Клянусь своим новым статусом мужа, что она сейчас выбирала между тем, чего ей хочется больше: секса или еды. Но даже для меня победитель был очевиден.

— Ммм, и где будет банкет?

Я лишь хмыкнул. Надо откормить ее минимум до размеров Маши, а то отощала совсем с этим ее токсикозом. Я развернул жену к гостям, и все ринулись нас поздравлять.

Наблюдая с высоты своего роста, я удивлялся. На росписи должны были быть мы вдвоем: я и моя невеста под дулом пистолета. Но сейчас вокруг было настоящее и даже какое-то искреннее торжество.

Молодежь, за исключением той вздорной девицы, веселилась и напевала какие-то современные матерные частушки. Работницы загса уже принялись уничтожать бесконечные запасы конфет и шампанского. Олег не вылезал из телефона, как обычно.

И лишь тетя Ира сиротливо и неуверенно мялась возле нас. Мира это заметила и с нежностью обняла женщину.

Оказывается, моя жена умеет прощать и доверяться. Думаю, в наших отношениях эти качества ей не раз пригодятся. Я подошел к ним.

— Давайте переместимся на банкет, я закажу такси. Каким составом поедем?

Я опасливо покосился в сторону наших случайных гостей. Что с ними делать дальше, я не знал. В этот момент к нам подошла румяная и счастлива Мила.

— Не беспокойтесь, Максим Сергеевич! Тетеньки из загса останутся здесь — им еще работать. Там вроде пара росписей ждет их, — она хихикнула. — А мы дальше гулять пойдем. Спасибо вам за все!

Всего еще особо и не было. Будь на моем месте кто-то другой, оставил бы молодую ячейку общества без одежки и без квартиры. Но я буду даже рад сдержать свое слово.

— А у вас что, даже не будет банкета? — Мира нахмурилась, и я понял, что она задумала.

Мила отрицательно покачала головой, снова делая оленьи глаза. Ну что ж, это было предсказуемо. Мысленно я уже прикидывал, сколько такси заказывать.

— Максим, давай они с нами поедут! Там же много места?

В банкетном зале одного из моих отелей места было еще на пять таких компаний. Анзор, думаю, будет только рад увеличению чека. Я обреченно вздохнул:

— Поехали.

Моя жена нежно улыбнулась, и я даже не заметил, как мы все погрузились в машины и отправились праздновать. Только Олег напоминал мне истеричную особу, постоянно ругаясь с Артемом по вопросам нашей безопасности.

Во всей этой кутерьме я и забыл про наше положение. А не стоит… Теперь мне особенно есть что терять.

Как позже оказалось, взять с собой молодежь было исключительно удачным решением: они быстро сориентировались на месте; один из них взял на себя роль тамады — он оказался кавээнщиком, а другие организовали вполне себе веселый вечер, на котором главными героями были две пары молодоженов.

Более странного банкета я в жизни не видел.

Столы ломились от чебуреков, шаурмы, хачапури и прочих фирменных блюд Анзора. Вокруг веселились молодые люди. Играл плейлист из чьего-то айфона, подключенного к дорогущей аппаратуре.

Рядом сидела такая же ошарашенная Мира.

— Макс, может я чокнулась там, в Сочи? Что вообще происходит?

Я лишь пожал плечами, с радостью наблюдая, как моя супруга подкладывает в свою тарелку еще еды. Мои сотрудники с выпученными глазами сновали между столами.

Олег все-таки признался Маше, что она пропускает важное событие. Она обложила его нецензурными словами и примчалась к нам, одетая во все розовое. Выглядела она как свежий бисквитный торт, и они вместе с Мирой смеялись минут десять, тыкая друг в друга пальцами.

Чуть позже я оставил супругу в компании парня-фотографа и вышел освежиться на улицу. У порога курил Артем.

— Ну что ж, поздравляю. Теперь в качестве приданого тебе наверняка отдадут твой драгоценный ресторан. Я удивлен, что у тебя получилось.

Он бросил окурок себе под ноги и затоптал его ботинком. Потом с вызовом посмотрел на меня. Я не мог понять, что ему от меня нужно и почему Мира все еще его не прогнала: Олег с Германом теперь вполне могут справиться с задачей нашей охраны.

— На будущее: у нас здесь для окурков урны предусмотрены. Не стоит мусорить.

Он с ненавистью посмотрел на меня. И на нем, и на мне еще виднелись следы недавней битвы. Синяки почти сошли, но осадочек остался. Этот урод семь месяцев морочил голову моей девочке. Трепал ей нервы.

Но сегодня я больше не хотел ни драк, ни разборок. С меня хватит. Не хочу тратить время и силы на таких, как он. Мы присмотрим за этим охранничком. Надеюсь, вскоре он нам не понадобится и уйдет восвояси. Хоть на службу к Герману пусть валит.

— А ты, я смотрю, стал совсем наглым. Думаешь, она не догадывается, что ты ее используешь? Думаешь, теперь ты победил и она твоя? Она никогда твоей не станет.

Разговор стал приобретать странное направление. Мне совершенно не нравилось, что он имеет наглость высказывать мне подобное. Да и зачем ему это?

— Она — своя. Я на ее жизнь и внутренний мир не претендую. Она будет со мной всегда по собственному желанию.

Он ухмыльнулся и закурил следующую сигарету.

— Как сегодня? Ты бы еще пистолет к ее милой головке приставил. Тоже мне, решение самостоятельное. Она поймет, что ты не можешь ей дать того, что она хочет. Поймет и уйдет к другому.

— Это к тебе, что ли? — я со смесью снисхождения и презрения смотрел на него. — Уйдет к тебе? Знаешь, чтобы я даже рядом тебя с ней не видел! Охраняй мою жену на расстоянии. Не приближайся к ней, ты меня понял? Если я хоть раз застану тебя…

— Достаточно! — сзади меня появилась Мира. Я нахмурился. Как много она слышала? Потому что если только последнее…

Она смотрела на меня жестко. Ни капли былой нежности. Снова это отчуждение во взгляде.

— Я сто раз тебя просила не лезть в мои дела! Почему ты всегда делаешь так, как хочешь? Какое право ты имеешь командовать в моей жизни? Никакого!

Она распалялась все сильнее, а на лице Артема, которое она не могла видеть, проступало мрачное удовлетворение. Он наверняка видел, как она приближалась. Специально меня провоцировал. Урою гада!

— Мы поговорим об этом дома, Мира.

Она кивнула Артему.

— С собой у себя дома разговаривай. А я устала и еду к себе домой. Одна! — последние слова она отчеканила. — Поехали, Артем. Моя машина готова?

Тот вышел на свет и кивнул.

— Прошу извинить, Максим Сергеевич, мне нужно отвезти мою начальницу домой. До свидания!

Голодный блеск в его глазах мне не понравился. Не к добру все это. Я мягко посмотрел на жену.

— Мира, давай не будем сейчас спорить. Я сам могу отвезти тебя домой, и если ты так хочешь, то оставлю одну. Давай не будем горячиться.

Я уловил сомнение в ее взгляде. Но, очевидно, моих слов оказалось ей недостаточно. Она молча развернулась и ушла в сторону зала. Черт.

Понимая, что я могу сделать лишь хуже, я не пошел за ней. На душе скребли кошки. Какое-то шестое чувство не давало покоя. Все же не стоит ее отпускать.

Я твердо решил поехать с ними и дождаться ее здесь. На улице было прохладно, и я стал замерзать. Как долго она одевается. Внезапно мое ожидание прервал звонок телефона.

Это был Герман.

— Привет, молодожен! Поздравляю! Я тебе звоню по делу. Есть интересная и не очень приятная информация касательно Артема.

Я напрягся. Кажется, я не зря волновался.

— Говори.

— О нет, — он невесело усмехнулся в трубку. — Это надо бы обсудить лично. И захвати свою супругу. Советую их вдвоем никуда не пускать. Ее охранник под жестким колпаком.

— Хорошо, спасибо.

Волнение внутри разгоралось. Я быстрым шагом вернулся в зал. Обошел его весь, заглянув в туалеты, но Миры нигде не было. Черт!

Я начал искать Олега, но не находил и его. За столом я обнаружил лишь взволнованную Машу, которую успокаивала тетя Миры.

— Девочка, ну что ты за ерунду говоришь такую! Все хорошо! Свадьба вон. Может, тебе, как и Мире, домой отдохнуть поехать?

Я дернул тетушку за руку:

— Где Мира?!

Очевидно, что-то в моем взгляде напугало ее. Она судорожно прошептала:

— Ее Артем через черный ход увел, они домой поехали.

Я оставил ее и метнулся к черному ходу. Черт, черт, черт! Как я мог забыть про него! Я практически бегом добрался до места.

Толкнув дверь наружу, я понял, что она чем-то придавлена. Нажав на нее плечом, я услышал, как по ту сторону что-то с грохотом завалилось.

Наконец, открыв ее, я с ужасом понял, что это не что-то, а кто-то…