Глава 9. Мира

Утром меня ждало разочарование. Все тело все еще нестерпимо болело. Должно быть, оно не оценило дорогу. Точнее, только ее половину. При мысли о том, что мне будет нужно сегодня снова садиться в автомобиль и ехать в нем полдня, стало дурно.

Хотя нет. Стало дурно мне от «полюбившегося» за эти месяцы токсикоза. Я подорвалась с кровати и ринулась в туалет.

Умывшись, я снова доползла до постели. Внутри пинался малыш. Ощутимо так, прямо под ребра. Я охнула от боли. С одной стороны, это чудо, а с другой… Моя беременность — это сплошное сладкое мучение.

В дверь тихо постучали. Ну вот, теперь снова вставать. Я кое-как доплелась до двери и открыла. Напротив меня стояло такое же замученное существо, только попышнее в формах.

— Мир, давай останемся здесь. Я не переживу еще одно такое путешествие.

Маша ввалилась в номер и улеглась бочком на кровать. Да, теперь лежать мы с ней могли только так: боком или другим боком.

— А с кем Кирюха?

Я сонно привалилась к косяку. Боюсь, если я лягу, то уже до вечера не встану.

— Ой, они с Олегом пошли на площадку детскую. Я хоть отдохну от него, совсем меня замучил, — она внимательно всмотрелась в мое лицо. — Такое ощущение, что ты не спала совсем. Что, думала снова про своего принца? Ты почему с ним разругалась вчера так сильно? Я думала, потомишь этого нахала да и все, а ты вон как разошлась.

Я не смотрела на нее. Собиралась с силами, чтобы пойти и попробовать впихнуть в себя еду.

— Маш, я не хочу об этом. Сама-то расскажешь, что там у вас с Олегом?

Она тут же поджала губы и попыталась встать. Зрелище еще то. Мы уже как пингвины, еле переваливаемся. После смешных потуг Маша встала, начисто проигнорировав мой вопрос.

— Ладно, пошли я поем, а ты попытаешься. Потерпим полдня и доставим малышей до дома.

Она весело мне подмигнула и гордо, утиной походкой засеменила на выход. Я быстро сняла халат, натянула объемное платье и последовала за ней.

* * *

Через час мы уже пытались устроиться поудобнее в опостылевшем автомобиле. Как Олег вокруг нас ни суетился, легче от этого не было. Гора подушек росла пропорционально нашему неудобству.

Кроме того, Маша оказалась права: я так и не смогла позавтракать, вылетев из ресторана при первом же вдохе. Ну почему мне достался самый жуткий токсикоз на свете?!

Дорога к концу показалась мне жестоким аттракционом, за который я заплатила деньги и теперь не могу слезть раньше времени, а кабина автомобиля — пыточной. В итоге мы, разбитые и несчастные, жаждущие туалета и душа, въехали в Москву и…встали в пробку.

Как Олег ни матерился, легче от этого не становилось. История закончилась на том, что я не выдержала и выпрыгнула из салона на очередном светофоре. Маша кричала мне вслед, а я лишь отмахнулась. На метро доеду.

Ноги были безмерно рады променаду, а спина молила о пощаде. Приступ жалости к себе прервал телефонный звонок.

— Мира, ты совсем охренела?! Тебе нельзя от меня отходить, это небезопасно! Мне Макс голову оторвет. И куда ты собралась? Быстро вернись в машину!

Из потока ругани Машиного личного безопасника лишь один вопрос заставил меня задуматься: собственно, а куда я и правда собралась?

Я только сейчас поняла, что после всего произошедшего ни в одну из известных квартир я попасть не смогу — у меня нет ключей. Да и просмотром новых заниматься сегодня я вряд ли в силах. На секунду я зависла. Отмахнувшись от всего, доковыляла до лавочки.

Телефон выключила. Чтобы не доставали. И тут мой нос учуял божественные ароматы. Повернув голову вправо, я наткнулась на вывеску, гласившую, что внутри — рай для любителей шаурмы.

Желудок, в котором с утра было всего несколько сухариков, сделал стойку. Собственно, а почему бы и нет?

Я зашла в помещение и поразилась тому, что меня не тошнит. Ко мне тут же подлетел мужчина с самыми пушистыми усами, что я видела в своей жизни.

— Ой, дэвушка! Я сейчас вам такую шаурму заверну, что ваш сыночек будет пинаться ножками аккуратно-аккуратно!

Я с любопытством на него уставилась. Добродушный на вид дядечка. Оставалось лишь согласиться.

И вот через полчаса я уже сидела с этим самым усатым товарищем и наминала вкуснейший суп, который был мне предложен после шаурмы, салата с бастурмой, чебурека и еще шаурмы. Это было потрясающе вкусно, и главное — малыш явно оценил эту еду и не пытался извергнуть ее обратно.

Мужчина по имени Анзор травил мне истории про своих шестерых детей. А я хохотала как умалишенная. После очередного рассказа я не выдержала:

— Анзор, а с чего вы взяли, что у меня сын будет?

И я запила свой вопрос вкуснейшим лимонным морсом. Мужчина хитро улыбнулся:

— Дорогая! У меня пять дочерей и сын! Я выучил наизусть все признаки беременности и уже лучше любого теста. Сын у тебя, сильный, но вредный, вон довел тебя как. По глазам вижу, в отца пошел!

Я немного поперхнулась, и он мягко похлопал меня по спине.

— Ах, аккуратнее, дорогая, аккуратнее! Теперь кормить тебя буду я! Только я знаю, что хотят вредные мужчины, — он подвинул ко мне листок с бумагой. — Давай пиши, куда тебе трижды в день еду привозить. И никаких отказов! Вижу, как отощала.

Я улыбнулась ему:

— Конечно, отощала. Семь месяцев токсикоз мучает! Я уже и не помню, когда ела вот так, нормально и с аппетитом. Только вот насчет адреса я пока не знаю, я…

— Дайте мне ваш телефон, а я пришлю вам ее новый адрес сегодня вечером.

Я резко обернулась, чтобы встретиться глазами с Максимом. Его зрачки были темно-синими, что выдавало плохо скрываемое раздражение. Сзади него стоял такой же злой Олег. Анзор весело защебетал:

— О! Вот и муж моей дорогой пожаловал! Ну все, я умываю руки. Мне еще тебе готовить ужин вкусный-превкусный! А тебе пора отдыхать. Езжай домой и полежи.

И веселого усача как ветром сдуло. Почувствовал, что запахло жареным. Я подобралась и приготовилась к глухой обороне. Что он меня в покое не оставляет?

С минуту мы сверлили друг друга упрямыми взглядами, пока он тяжело не вздохнул и не протянул мне планшет.

— Вот, посмотри там, в закладках, четыре варианта квартир. Все готовы будут показать их в течение часа, тебе только выбрать. Платить можешь сама, хотя варианты недешевые. Зато в пешей доступности от офиса.

Он ухмыльнулся и буквально вложил мне в руки гаджет. Я оторопело уставилась на него.

— Мне показалось, тебе нравится гулять до работы, да и полезно это. Ну и я совершенно уверен, что мисс трудоголик завтра уже с утра будет повелевать своими пчелками. Вот смотри!

Он подошел ко мне совсем близко и прижался бедром вплотную. Меня прострелило током, а малыш начал активно пинаться. Максим положил свою руку на мою и как бы невзначай приобнял.

— Посмотри сначала эти варианты. Лично мне они нравятся больше.

Его рука направляла мою, а внутри живота узлом скручивалось желание. Если бы не… Если бы не знаю что, то я бы точно бросилась на него и заставила разложить себя на столе.

Внезапно мне невыносимо захотелось ощутить его внутри себя. Моя кожа покрылась мурашками, я задрожала от плохо сдерживаемого возбуждения. Да что ж это такое!

Тем временем его рука гладила мою и нежно массировала пальцы. Как под гипнозом он открыл мне несколько вариантов квартир, но я не могла на них сосредоточиться.

— Лучше посмотрим в машине.

Макс потянул меня на себя и под ручку вывел из закусочной, по дороге попросив Олега все уладить. Я была дезориентирована, как в первую нашу встречу. Реагировала на него, но не так. Еще вчера мой мозг не выливался в мои же трусы.

Он открыл дверцу внедорожника и посадил меня на пассажирское сиденье. Затем сел сам. Я подняла глаза. Он все понял, понял и беззастенчиво этим воспользовался. На крошечной стоянке машина была припаркована в глухую стену. И затонирована, а значит, нас не видно с улицы.

И почему я об этом подумала?!

И тут его губы накрыли мои. Он сжал мою голову своими руками, его язык резко протолкнулся мне в рот. Я захлебнулась в ощущениях. Это было так иначе, так волнующе.

Моментально я решила, что это нужно для здоровья, иначе я взорвусь! Ну хоть разочек. Я позволю себе эту слабость всего раз.

Я вцепилась в его волосы и ответила со всей страстью и тоской, что копились во мне эти месяцы. Он принялся целовать меня всю, прошелся по шее к ключице, шептал мне на ушко о том, как он соскучился.

Я словно в тумане обнимала его руки, очерчивала контур плеч. Потом добралась до пресса и издала стон удовольствия. Его руки были везде.

Он содрал с меня легкую куртку и рванул пуговицы на платье. Оно распахнулось, открывая мою слегка располневшую грудь. Он высвободил ее из чашек, взял в рот. Я стонала от удовольствия, вжимая его в себя.

На секунду Максим оторвался:

— А тебе можно?

Я кивнула. Смешно, но еще неделю назад, когда врач в Сочи сообщила о том, что секс мне разрешен, несмотря на самочувствие, то я рассмеялась ей в лицо.

А теперь была благодарна.

Моя кожа горела под его руками, он нырнул пальцами мне в трусики, оттянул их. Потом вставил пальцы в меня и легонько сжал клитор.

Моментально меня затянуло удовольствием. Внутри все взорвалось, забирая в водоворот оргазма. Я всхлипнула и прижалась к его губам. Потом расстегнула ширинку и достала член. Сжав его, я нежно провела по нему пальцами в такт спазмам моего удовольствия.

Он привстал, сняв с себя штаны, разодрал мое белье и аккуратно посадил на себя. Я ощутила, как он полностью заполняет меня, и снова всхлипнула от удовольствия.

— Боже, Мира, девочка моя…

Я хотела прижаться к нему, но не могла — живот не давал мне наклониться вперед. Он же своими руками схватил меня за задницу, сжал ее и начал методично поднимать и опускать мое тело.

Еще не отошедшая от оргазма, я снова ощутила, что внутри все натягивается. С каждым его толчком я стонала, упираясь ему в грудь руками. Всего десяток движений, и я снова вскрикнула, утонув в удовольствии. Я выгнулась, ударившись спиной об руль.

В этот же момент Максим содрогнулся, изливаясь в меня.