Глава 24

Слава

Поворачиваю голову к источнику звука и чувствую, как тело начинает потряхивать. Понимаю, что мне нечего бояться, но все равно испытываю дискомфорт от присутствия рядом женщины, которую я предпочла бы больше никогда не видеть.

— Наконец мы с вами встретились, — скалясь, произносит блондинка.

— Не могу сказать, что рада этой встрече, — стараюсь взять себя в руки.

Как и в прошлую нашу встречу она окидывает меня изучающим взглядом, останавливается на животе.

— Я надеюсь, вы подумали над моим предложением? — наконец оторвав взгляд от моего живота, она поднимает глаза.

По выражению ее лица вижу, что настроена она серьезно.

Странно даже, что появился она только сейчас.

— Я вам все сказала в прошлый раз, извините, но я тороплюсь, — собираюсь закончить этот разговор.

Делаю шаг вперед, давая понять, что разговор окончен, однако женщина сдаваться не собирается. Схватив меня за локоть, вынуждает остановиться.

— Руку уберите, — произношу спокойно, и в то же время с ноткой угрозы в голосе.

В памяти вспыхивает разговор на пороге моей квартиры. Эта женщина пыталась купить моего ребенка. Угрожала его отнять, а теперь заявилась в университет, стоило мне только тут появиться.

— Я хочу поговорить, — продолжает настаивать жена Вадима, — я ведь могу и по-плохому, — переходит к открытым угрозам.

— Что вы вообще тут делаете? Следите?

Вдруг приходит озарение. Ведь в университете я не появлялась с того дня, как загремела в больницу, почти сразу после встречи с этой чокнутой дамочкой.

Она как-то странно хмыкает и закатывает глаза.

— Это ни к чему, просто дала консьержке денег и твою фотографию, и попросила позвонить, если заметит тебя.

Она говорит об этом так спокойно, даже с какой-то непонятной мне гордостью, будто это в самом деле нормально — вот так преследовать людей.

Хорошо, что хоть домой ко мне не заявилась. Снова.

— Послушайте, — делаю глубокий вдох, — оставьте меня в покое, я не отдам вам ребенка, если вам так хочется детей — родите своего.

Лицо женщины напротив вытягивается, во взгляде мелькает что-то нехорошее, но она почти сразу берет себя в руки.

— Не нужно так нервничать, девочка, мы же не хотим, чтобы ты снова оказалась в больнице, — она качает головой, будто ее в самом деле заботит мое состояние, — этот ребеночек ведь и мне нужен.

Я открываю рот, собираясь высказать ей все, что я думаю о ее гениальном плане, но в наш неприятный разговор вмешивается третье лицо.

— Какие-то проблемы? — за моей спиной звучит голос Миши — приставленного Киром водителя.

Я поворачиваюсь и чувствую, как на мое лице появляется дурацкая улыбка. На меня накатывает огромное облегчение. Может, не так уж и плохо, что Кир оказался таким упертым.

Появление Миши безусловно придает мне уверенности. В его присутствии эта дама на конфликт не пойдет.

— А вы… кто? — растеряно глядя на Мишу, произносит жена Вадима.

— Охранник, — басит мужчина, а я поджимаю губы в попытке подавить рвущийся из груди смешно.

Замешательство, отразившееся на лице женщины дает мне необходимую фору.

­— Нам уже пора, — пользуясь моментом, разворачиваюсь, беру Мишу под локоть и тяну вперед.

— Аа… — недоуменно тянет мой водитель.

— Все хорошо, мы уже закончили.

Бросаю последний взгляд на женщину. Она по-прежнему пребывает в растерянности.

Миша больше вопросов не задает. Перехватывает мою руку, второй, поддерживая, страхует меня на лестнице.

— Я вполне могу спуститься сама, — напоминаю, улыбаясь.

— Знаю, но мало ли что, а я головой отвечаю. Вот так оставишь вас, а к вам уже какие-то сомнительные личности липнут, — посмеиваясь произносит парень.

Вздыхаю, признавая, что он прав.

— Миш, а вы не могли бы не докладывать Кириллу Александровичу о… хмм… об этой ситуации, — обращаюсь к парню, когда он выруливает на дорогу, — я сама с ним поговорю, вечером.

— Боюсь, он уже в курсе, — виновато сообщает Миша, — я должен докладывать обо всем, — он пожимает плечами.

Обессилено откидываюсь на спинку сидения. Отлично, просто отлично. Если две секунды назад я еще надеялась на призрачный шанс разрулить все без очередного приступа гиперопеки у Кира, то теперь даже надеяться на это не стоит.

До дома мы добираемся довольно быстро, Миша провожает меня до двери квартиры, аргументируя это все тем же лишением головы в случае, если со мной что-то случится.

На вопрос о том, что со мной может произойти, пока я буду ехать в лифте, он только пожимает плечами.

Демонстративно вздыхаю, качаю головой и отпираю дверь. Прощаюсь с водителем, вхожу в квартиру, надеясь наконец выдохнуть и обо всем подумать в тишине, но стоит мне только закрыть дверь и устало опустить на пуфик, как я вдруг понимаю, что в квартире нахожусь не одна.

Поворачиваю голову и натыкаюсь на Кира. Он стоит, навалившись на стену и скрестив руки на груди. Его недобрый взгляд не сулит ничего хорошего.

— Привет, — произношу тихо, расстегивая пуховик.

Он вдруг становится жутко неудобным и начинает давить со всех сторон.

Кир ничего не говорит, молча подходит ко мне, опускается на корточки и помогает снять обувь. Потом ставит тапочки и забирает куртку.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — убрав в шкаф мой пуховик, он наконец озвучивает свой вопрос.

У меня есть канал в телеграм, кому интересно, подписывайтесь. В поиске наберите ИСТОРИИ ЛЮБВИ ВИКТОРИИ ПОБЕДЫ, посты там возобновятся в конце недели.