Глава 27

Мало того, что я проторчал в Пекине не три запланированных дня, а почти восемь, несколько раз переносил дату вылета, так еще по итогу наш рейс задержали в связи с погодными условиями, что приводило к тому, что я опаздывал домой по всем параметрам.

Поэтому в Москву я прилетел уставший, злой, невыспавшийся и на взводе.

Мои смс отправленные Лене до сих пор числились как непрочитанные. И я не мог понять в чем дело.

Она не брала трубку, не реагировала на сообщения и выяснить в чем причина ее молчания у меня не выходило.

А еще беспокоила смена настроения, судя по переписке. Последние дни я отчетливо чувствовал холод в ее голосе, в коротких ответах.

Словно после моего отъезда между нами пролегли не только тысячи километров, но и огромная невидимая пропасть.

И опять в воздухе повисали десятки вопросов: что не так? что произошло за время, пока меня не было? "чем я мог ее обидеть за время своего отсутствия?

Чертова женская логика, которая всю жизнь ставила меня в тупик. Зачем придумывать проблемы на ровном месте, когда все наконец-то устаканилось, наладилось и вошло в нужное русло?!

Когда мы смогли найти общий язык?!

Москва встретила меня обильным снегопадом. На полупустынных улицах стройными рядами работала снегоуборочная техника, очищая дороги от грязно-белой жижи. Дворники на машине едва справлялись, счищая налипающий на лобовое стекло снег.

Я попросил водителя остановиться у цветочного магазина.

Взгляд сам упал на букет нежно-персикового цвета из каких-то редких сортов роз и прочих зеленых веточек. На каком-то подсознательном уровне напоминая мне мою помощницу. Расплатился с продавцом, вернулся в машину и дал команду уже без остановок ехать по указанному адресу.

На часах показывало пять утра.

Я зашел в дом, прислушиваясь к звукам внутри. Тишина.

В принципе, в такое время неудивительно. Заглянул на кухню, налил стакан воды, взглядом подыскивая какую-нибудь вазу для цветов и замер, замечая на столе лист бумаги.

Еще раз огляделся, отмечая все ли на месте и чувствуя сильнейшее нежелание брать в руки и читать, что написано в этом послании. Пятой точкой ощущая исходящий от него негатив.

Сделал глоток воды, все еще гипнотизируя бумагу. Поставил стакан на мойку и все-таки дотянулся до белоснежного листа, пробегая глазами по ровным строчкам.

Заявление?

На увольнение?

От Лены?

Она это серьезно?

Я даже не понял в первый момент, что почувствовал: протест, ярость, недоумение или страх?

Эмоции смешались в клубок, закрутившись вихрем. Ударили по и так натянутым до предела от усталости нервам.

Какое к черту увольнение?

Она о чем?

Да что, черт побери, произошло тут пока меня не было?!

Смял в руке бумагу, швыряя ее в мусорное ведро. Чувствуя, как растет желание придушить кого-нибудь.

Бросил букет на столешницу прямо так, без воды и направился к ней в спальню.

Комната была закрыта, но сейчас мне стало откровенно плевать и на время, и на банальную вежливость, и на личное пространство.

Я слышал про бзики беременных, про их повышенную обидчивость, про то, что в такой период гормональный фон зашкаливает, но за все время, что мы провели вместе ни разу не наблюдал ни одного неадекватного всплеска эмоций с ее стороны.

Лена всегда казалась мне уравновешенной особой. Что сыграло немаловажную роль в нашем сближении.

И сейчас я просто ума не мог приложить, что повлияло на ее решение в данном случае?

Какая муха укусила?

Толкнул дверь, с удовлетворением отмечая, что она не заперта. Шагнул внутрь, включая свет.

Кровать была заправлена, вокруг идеальный порядок, а вот сама виновница ситуации отсутствовала. Хотя в шкафу оставалась одежда и кое какие ее вещи. На тумбочке лежал забытый телефон.

И что это значит?

Что за гребанный ребус на мою голову?

Я присел на кровать, пытаясь сложить пазл и понять куда двигаться дальше. Где искать ответ? Кому звонить в первую очередь?

Водитель ее не отвозил, Алена тоже не замечала ничего странного в поведении Лены.

Судя по камерам наблюдения, ближе к позднему вечеру Лена вызвала такси и поспешно куда-то уехала.

Единственный человек, кто мог пролить свет на всю эту ситуацию, была невеста моего брата — Женя. Они близкие подруги и последняя наверняка должна знать хоть что-то о поспешном отъезде своей протеже.

— Привет, старик. Извини, если разбудил. Я могу поговорить с Женей? — набрал Руслана.

— А она тебе зачем понадобилась? — с угрожающими нотками спросил брат.

Я прямо наяву увидел его хмурый подозрительный взгляд.

— Нет, не подумай ничего плохого. У меня вопрос о Лене. Она вчера уехала без предупреждения. Куда — неизвестно. Никого не предупредила. А на столе заявление об увольнении.

— Ха! В чем-то ты перегнул, братишка. Просто так никто не уходит. Признавайся — чего наворотил?

— Да в том-то и дело, что ничего не предвещало. Меня вообще в стране не было! Я сам ни черта понять не могу, что происходит.

Руслан помолчал, затягивая паузу и хмыкнул:

— Странно. Но извини, в этом помочь не могу. Женя спит еще. Будить не стану, она и так поздно вчера легла. А в ее положении, сам понимаешь, полноценный сон — один из залогов здоровья мамы и малыша.

— Понимаю, — процедил сквозь зубы.

— Могу пообещать, что отзвонюсь сразу, как она проснется. Если, конечно, что-то прояснится.

— Хорошо. Буду ждать. Перезвони даже если она ничего не знает. Я на связи, если что.

— Договорились.

Я скинул вызов и снова уставился на телефон.

Спать было уже некогда.

Принять душ и в офис. Там тоже работы накопилось непочатый край. Чем быстрее начну, тем быстрее закончу.

Я упал спиной на кровать, раскинув руки и уставившись в потолок. Все настроение полетело коту под хвост.

Я так ждал, когда вернусь домой, так хотел побыстрее закончить с делами, что оказался совершенно не готов к подобному повороту событий.

Тренькнул телефон, оповещая о входящем сообщении.

Начальник охраны прислал весточку о том, что Лена брала билет на поезд до родного города. Значит, искать ее нужно там.

К обеду начало казаться, что еще немного и голова у меня просто взорвется. Посетители, важные бумаги, договора, несостыковки. Сказывался бешеный ритм прошедшей недели и истощение нервной системы. Какое бы ни было крепкое здоровье, но полноценный отдых никто не отменял.

Наверное, стоило бы взять сегодня выходной. Наплевав на дела и рабочие проблемы.

В конце концов, небо не обрушится на землю, если еще один компания проживет без меня. Под руководством Скоробогатова.

Но самое паршивое было даже не это. А то, что до сих пор не было никаких новостей о Лене.

Руслан не звонил, мои спецы тоже молчали. Я бы мог предположить, что она просто что-то придумала и обиделась, если бы не упрямые факты. Во-первых, повод для обиды должен был быть очень веским, во-вторых, за время моего отсутствия у нее было достаточно дней, чтобы спокойно обдумать ситуацию, написать мне и выяснить все спорные пункты.

Но ничего подобного и близко не произошло. Не мог я накосячить до такой степени, чтобы со мной перехотели даже разговаривать. Да еще и часть вещей оставили вместе с телефоном.

Три чашки крепкого кофе, увы, не помогли. Усталость вместе с напряжением били кувалдой по вискам.

Нервы сдавали.

— Глеб Анатольевич, к вам Артюхина Евгения. Пропустить? Говорит, срочно, — раздался по внутренней связи голос Натальи.

— Какая Артюхина? Она записана? — рявкнул раздраженно, слыша незнакомую фамилию.

— Так это… она… невеста Руслана Анатольевича, вашего брата, — растерявшись, залепетала секретарь.

— Невеста кого? А, черт! Женя! — вспомнил, что они еще не успели расписаться с Русланом. — Да, пропусти. Пусть заходит.

В дверь тихонько постучали и буквально сразу же на пороге появилась миниатюрная фигура будущей невестки. Даже бесформенная куртка, больше похожая на одеяло, не портила ее фигуру.

Еще одна ведьма, только по душу брата.

Женя прикрыла за собой дверь и решительным шагом дошла до рабочего стола.

— Привет! — уперлась руками в столешницу. — Звонить я не стала, решив, что подобное по телефону не обсуждают. Хотела увидеть тебя лично.

Судя по ее тону, разговор предстоял серьезный.

— Я весь во внимании.

— Я не шучу, Глеб, — отрезала она.

— Мне как бы тоже не до шуток. Твоя подруга не объяснила ни слова. Оставила вот это, — достал из ящика стола проклятое заявление, которое за сегодняшний день я перечитал раз двадцать. Вглядываясь в каждую букву, каждое слово в надежде найти отгадку. — И укатила за горизонт. И как это понимать?

— У нее были на то причины.

— Может расскажешь, наконец?

Женя закусила задумчиво губу, сомневаясь заслуживаю ли я правды. Побарабанила пальцами по поверхности стола.

— Вы пересекались с ней в прошлом? — больше констатируя, как факт, чем спрашивая.

Я чуть было не поперхнулся.

Я не говорил о нашей встрече ни Руслану, ни кому либо другому.

Не делился подробностями ни с кем. Даже с Леной ни разу не обсуждал этого, решив полностью перезагрузить наши отношения.

А это могло означать только одно: Лена сама рассказала подруге о нашем знакомстве в ночном клубе. И, наверняка, о том, что происходило потом. Со своей колокольни.

В кабинете повисла тишина. Многозначительная, намекающая.

— Да. Однажды. Не совсем удачно, — протянул осторожно, встречаясь с острым обвиняющим взглядом.

— Ты для этого ее взял на работу?

— Не понял? — повел головой.

— Не надо так на меня смотреть, Глеб.

— Тогда поясни?

— Ты решил закрыть гештальт? Для этого придумал и должность, и условия? Еще и брата подключил? — гневно сверкнула она глазами.

Голову снова сдавило нервным напряжением. От непонимания, от предчувствия новых проблем.

— Да какой к черту гештальт? — выпалил, не выдерживая. — Что вообще происходит? Почему нельзя просто поговорить? Я не знаю в чем виноват и виноват ли вообще?! Я даже не могу понять, что происходит! Чем я ее обидел? Да, в первую нашу встречу знакомство не удалось, да, я повел себя не самым лучшим образом. Но мне казалось мы перевернули эту страницу! Забыли! Вычеркнули из памяти. Все! — хлопнул ладонью по столу, ставя жирную точку. Выдохнул шумно, прикрыв веки. Сжал переносицу двумя пальцами и добавил тише: — Жень, я просто хочу ее увидеть. Понимаешь? Я не прошу чего-то сверхъестественного. Просто мне это важно. Нужно. И она мне… нужна.

Мы замолчали, уставившись друг на друга. Я — с болью и отчаянием, она — с недоверием.

Словно сканируя насколько мне можно верить.

— Лена уехала не из-за тебя, — наконец, заговорила будущая невестка. — У нее проблемы другого характера. Вчера ей сообщили, что родители попали в автокатастрофу. Папа в реанимации, мама тоже в тяжелом состоянии. Она и сорвалась. А заявление оставила потому, что не сможет работать. По крайней мере пока. Насколько все это затянется — неизвестно. Сколько потребуется сил, денег и терпения — тоже. Такие вот дела. Так что не суди строго. После таких новостей сложно трезво и рационально соображать. Хотя, я думаю, ты и сам все понимаешь.

— Твою мать!