Глава 11

Настроение мужчины резко меняется. Я замечаю это по его агрессивному выражению лица. И по тому, что теперь он со мной не церемонится.

Перед тем, как оказаться вновь на мне, он снимает с себя штаны вместе с боксёрами и отбрасывает их в сторону.

Эмиль больше не целует, а кусает мои губы. Его руки стали более требовательными, я бы даже сказала жадными. Они трогают каждый доступный участок и, когда его пальцы оказываются в опасной близости от моей промежности, я дёргаюсь от неожиданности, и Эмиль ловит мой вздох.

Начинает грубо целовать и остервенело ласкать меня между ножек.

— Эмиль! Аккуратнее… — шепчу я, чувствуя, как сильно забилось сердце от страха перед неизвестностью.

Щеки и подбородок горят из-за того, что кожа раздражается из-за его лёгкой небритости. Я пытаюсь его оттолкнуть, но он словно ничего не замечает.

Доигралась!

— Любишь нежно? — спрашивает он с некой усмешкой. — А мне вот нравится погрубее и, так как я твой клиент, значит будет по-моему!

Не понимаю, что происходит и почему его настроение так быстро поменялось, я же ничего не сделала! Вопрос про срок был ошибкой, он подействовал на него как красная тряпка.

Понимаю, что, если я не возьму себя в руки, то у меня начнётся настоящая паника, поэтому пытаюсь расслабиться перед тем, как все произойдёт.

Чувствую, что достаточно мокрая, чтобы попробовать принять его большое достоинство, но этого может быть недостаточно.

Я пытаюсь его поцеловать, чтобы разбавить напряжённую обстановку и вернуться к тому, как было до моего неуместного вопроса.

Я пытаюсь нежно гладить его по груди, чтобы успокоить сорвавшегося с цепи зверя. Но ничего не выходит.

Эмиль хватает мои руки и грубо заводит их за мою голову.

Следом он берет в другую руку свой огромный член и четко направляет в меня.

Я же пытаюсь отодвинуться, но у меня не получается.

Вот тут я начинаю сильно волноваться. Сердце бьется, словно бешеное. Перед глазами все начинает плыть. Я все испортила!

Я просто обязана все исправить.

— Погодите, я… — не успеваю договорить фразу, как Эмиль наклоняется для того чтобы вновь меня грубо поцеловать.

И неожиданно резко в меня войти.

О. Черт!

Я не даже не думала, что это может быть так неприятно. Словно меня ножом проткнули, а не членом. Из глаз в момент брызнули слёзы, больше скорее от испуга.

Эмиль же перестаёт меня целовать и заглядывает в глаза.

— Ай! Ай… — хнычу я, и он отпускает мои руки. — Вы можете вытащить…

Он ко мне не прислушивается, но больше не двигается, находясь глубоко во мне.

Я же вытираю слёзы и не могу поверить в то, что это все же случилось.

— Какого хрена? — спрашивает мужчина.

— Ай, — хнычу я, когда он начинает все же вытаскивать из меня член и всовывать его обратно! — Больно же!

Глаза Эмиля, что ранее были покрыты пленой похоти, становятся ясными. Он наклоняет голову в бок, вглядываясь в меня, как в диковинную вещь.

Следом он все же вытаскивает из меня свой член, присаживается на диван и с удивлением его рассматривает. Проводит по нему большим пальцем и показывает мне на нём еле заметную кровь.

— Ты девственница? Серьезно?

А разве он ничего не почувствовал?

— Как видите, — вздыхаю я, в который раз вытираю слёзы, не в силах остановить истерику. — И уже нет.

Эмиль не даёт мне встать, когда я пробую это сделать, он теперь удерживает меня за талию, смотря на то, как я заливаюсь слезами.

Боли уже совершенно нет. Я ничего не чувствую. Это слёзы от стресса, который я получила.

Я никогда не цеплялась за свою невинность, просто так получилось, что у меня никого не было. Однако мне все равно обидно, что все случилось неизвестно с кем, ещё и за деньги.

— Ну, Руслан, — кидает смешок Эмиль. — Ну, мудак! Я сказал, не привозить мне этих шмар, а он мне целку! — разговаривает он больше сам с собой. А его лицо так и светится непонятным для меня весельем. — И перестань ты ныть. Я тебя не насиловал, ты сама сюда пришла, ещё и умолчала.

После того как его слова до меня доходят, я правда перестаю хныкать. Время уже не повернуть вспять, дело сделано.

— Это что-то бы изменило? — спрашиваю у своего первого мужчины.

— Вряд ли, я бы все равно тебя взял. Уж слишком ты аппетитная на вид, — говорит Эмиль, вновь раздвигая мои ноги, чтобы оказаться сверху. — Прости, но я все же закончу, отпускать тебя не собираюсь.

— Может, позже?

Глупый вопрос. Сказал же, что не отпустит. Его благосклонность прошла, словно её и не было вовсе.

— Это несерьёзно. Ты отработаешь, как нужно. Это тебя не убьёт.

Эмиль вновь берет в руки член и пытается в меня его впихнуть, я же цепляюсь за его плечи и стараюсь дышать ровнее, ощущая то, как он меня растягивает.

Ужасной боли уже нет, но все равно приятного в этом мало, это, наверное, потому что мужчина больше не старается.

— Ой! — дёргаюсь, когда он проникает глубже.

— Терпи, Лисичка, терпи! — рычит мужчина, глубоко дыша мне в шею.

Он начинает движение. Взад и вперёд. Туда и обратно. Его руки крепко удерживают мою талию, не давая сдвинуться ни на миллиметр.

Как тут терпеть! Как это вообще может кому-то нравится. Не понимаю.

Давление ужасное. Ещё и этот его большой вес, который придавливает меня к кровати.

Тело бросает в пот. Мои вздохи смешиваются с пошлыми звуками наших тел, которые бьются друг о друга.

Эмиль все же начинает меня целовать, но даже это не может меня отвлечь от ужаса данной ситуации.

— Я больше не могу! Вытащите это из меня, — шепчу я.

На удивление, я чувствую, что мокрая, что вообще не вяжется с тем, что здесь между нами происходит.

— Терпи, милая. Терпи. Я не могу остановиться, — гортанно произносит он, впиваясь губами в мою шею.

— Эмиль!

Царапаю его за спину так сильно, как могу, чтобы он хотя бы поубавил свой темп. Я же ещё совершенно не привыкла!

— Не могу. Не хочу… И не буду!

В подтверждение своих слов, он сильнее толкается вперёд, выбивая весь воздух из моей груди.

О, Боже!

— Пожалуйста… — прошу я, однако вижу в его глазах похоть, которая смешивается с чем-то вроде чувства превосходства.

Я думала, что он не так ужасен, а оказалось, что я была права. Он такой же, как и все эти мужчины. Его ни капли не остановило то, что он у меня первый. Ему все равно. Он даже меня не жалеет. Кажется, что с каждой минутой берет меня все жёстче.

— Нет. Тебе же уже не больно. Значит, мы продолжим, — бескомпромиссно заявляет он. — Ты такая мокрая, я в шоке…

И это самое позорное, что моему телу это все немного, но нравится. Я все ещё не привыкла к этим странным ощущениям, когда ты принадлежишь мужчине, и он делает с твоим телом всё, что хочет.

Спустя, наверное, минут десять, он все же с меня слезает, но не успеваю я обрадоваться, как он поворачивает меня боком, следом заставляет облизнуть свои пальцы, чтобы он мог увлажнить место, куда вновь врывается с новой силой.

Эмиль поворачивает мою голову так, чтобы ему удобно было меня целовать. Целовать так, что щеки от смущения горят. Это не поцелуи, это пожирание. Сношение в чистом виде. Такое даже в порнофильмах не показывают.

И я правда ещё полчаса назад думала, что могу им играть? Наивная дурочка, это он со мной, оказывается, играл, однако это ему быстро надоело.

Следом он толкает меня на живот и наваливается на меня сверху. Вот в такой позиции дышать практически невозможно.

Голова кругом. Тело начинает дрожать. Я уже привыкла к ощущениям, к тому, что оно все же ему подчиняется, хотя головой я понимаю, что это ненормально.

Только я начинаю привыкать и даже втягиваться во вкус, как Эмиль заставляет меня встать на колени, сначала его поцеловать, а после он тянет мою голову вниз, к своему колом стоячему члену.

— Соси, — приказывает он, сильно сжимая мои волосы.

— Но, мы же договорились… — говорю я осипшим голосом.

— Ты правда думала, что я на это поведусь? — спрашивает он с издевательским смешком. — Открывай рот.

Он жмёт мне на щёки и заставляет принять его член. Когда он его в меня толкает, я начинаю откашливаться, потому что это просто тяжело в себя брать.

Когда у меня начинают уже затекать мышцы, он все же меня отпускает и снова меня толкает на спину. И все начинается заново. Круг за кругом.

Это длится целую вечность. Так проходит час, второй, третий…

Я никогда не думала, что мужчины так могут, ведь я где-то читала, что средний секс длится минут пятнадцать, но никак не часами!

Эмиль иногда все же даёт мне передышку, покуривая сигареты и наполняя очередной бокал с алкоголем. Когда его член начинает падать, он заставляет меня делать минет, когда ему надоедает одна поза, он сменяет ее другой.

Все тело начинает болеть, лицо горит от пожирающих поцелуев.

Я даже не думала, что имею такую хорошую растяжку. Не знала о многих позах. Не думала, что подобное вообще возможно. Все мои представления о сексе полностью поменялись.

В небольшом окне уже виднеется рассвет.

Боже. Сколько же времени уже прошло?!

— Эмиль… — хрипло зову его. — Уже все?

Спрашиваю после того, как он недавно кончил и докурил очередную сигарету. Он, кажется, даже не устал. На его лице нет ни капли сонливости.

— Нет, — даёт он короткий ответ, притягивая меня к себе за талию.

Наверное, ещё около часа он измывается над моим телом и, наконец, с рёвом кончает второй раз.

Я же настолько устала, что сил нет даже одеться. Мы ложимся на его кровать, Эмиль притягивает меня на свою грудь и спустя пару минут крепко засыпает. А я хоть и не чувствую своего тела, но сна ни в одном глазу.

У меня полный переворот в сознании. Словно мне пришлось в одну ночь окончательно повзрослеть.

Я знаю, что я собой хороша, что многим парням, да и мужчинам нравлюсь, я всегда этим пользовалась. Бывало, заигрывала, но никого близко не подпускала.

Я играла с ними, и мне нравилось, что они за мной бегали и были максимально снисходительны. Эмиль же быстро меня раскусил и поставил на место.

Когда металлическая дверь открывается, я прячусь под одеяло и стыдливо поднимаю глаза на надзирателя, который смотрит на меня, как на нечто грязное.

— Время вышло, выходи, я выведу тебя за ворота, — сообщает он мне.

Приподнимаюсь.

— Я могу одеться?

Жду, пока мужчина закроет дверь, однако он продолжает стоять на месте и пытливо на меня смотреть.

— Одевайся.

— Костян, выйди, — подаёт голос Эмиль, отворачивая голову к стене.

Надзиратель все же уходит, но оставляет дверь полуоткрытой.

Встаю с кровати и, найдя свои вещи, начинаю одеваться.

Пока не понимаю, что конкретно я чувствую. Наверное, осознание всего этого кошмара накроет меня уже дома. А пока голова пустая.

Подхожу в двери и бросаю на мужчину последний взгляд. Он даже ко мне не повернулся. Получил своё и лёг спать.

Хотя, а что он мне должен сделать? Признаться в любви?

Смешно.

— Алис, — доносится до меня его голос, который меня останавливает. — Я буду ждать тебя через неделю.

— Прощай, — только и говорю, наконец, выходя из этой камеры, в которой я оставила свою невинность вместе с гордостью.

Надеюсь, что это была наша первая и последняя встреча.