Часть 18. Илья

Успокоиться удалось только тогда, когда мы выехали на трассу. Лали сидела сзади со Снежаной, а у меня была возможность просто смотреть на дорогу и думать.

В первую очередь я размышлял о том, до чего докатился мой брак. Нет, как бы Лера ни старалась склеить наши с ней отношения чужим для нее ребенком, у нее вряд ли что-то получится. Зато я понял многое за последнее время. То, что Снежана для меня важна, и что я начинаю испытывать к ней отцовские чувства, в первую очередь.

— Здесь две комнаты и гостиная, — сказал я Лали, когда мы поднялись в снятые апартаменты. — Располагайся и отдыхай. Если что-то понадобится, сразу говори. У меня завтра пара встреч, потом задержимся здесь на день и вернемся.

— Хорошо, — просто кивнула в ответ няня и ушла.

Раньше мне бы и в голову не пришло мешать личную жизнь с работой, но сейчас взять с собой ребенка и няню показалось вполне закономерным.

Сам я прошел в свою комнату и залез в мини-бар. Б*я, я так сопьюсь ко всем чертям, потому что выпить в последнее время мне хочется чаще, чем сделать что-нибудь еще. И все же отказывать себе в этом не хотел. Потому что сейчас, когда был вдали от дома и тех проблем, которые так или иначе появлялись, когда мы с Лерой общались, чувствовал облегчение. Прежде всего потому что Лали и Снежана были рядом.

На следующий день, когда был на тех самых встречах, ради которых и приехал в этот город, постоянно ловил себя на мысли о том, что думаю о девочках. Как они там? Всего ли хватает? Не станет ли стесняться Лали вызвать персонал отеля, если будет в чем-то нужда? И успокоился только тогда, когда вернулся к ним.

Няня нашлась в гостиной. Она сидела и читала какую-то книгу, а Снежана, наверно, спала в их комнате.

— Привет, — поздоровался я, входя в номер. Лали тут же вскинула голову, и в глазах ее мелькнул странный испуг.

Мы так и не говорили о том самом поцелуе, да я и сомневался, что стоит вести о нем разговоры. Было и было, и вроде как ничего особо страшного мы в этом не видели. Оба. Иначе бы точно этот поцелуй всплыл в беседе.

Черт! А ведь я даже не знал, есть ли у Лали парень или муж, что было вполне нормально, если учесть, что она недавно родила.

— Здравствуйте, — сказала она и поднялась, видимо, собираясь уйти, но я не дал ей этого сделать.

— Подожди, — произнес, скидывая пальто и бросая его в одно из кресел. — Ты ела?

— Только завтракала, — кивнула Лали.

— Тогда останься. Дочь спит?

— Да.

— Прекрасно. Сейчас я закажу еды. Чертовски проголодался.

С этими словами направился к телефону, гадая, не сочла ли Лали произнесенную фразу слишком двоякой. Мне бы этого не хотелось, хотя, надо сказать, эта женщина и вызывала у меня вполне конкретные желания.

— Ты будешь мясо или рыбу? — уточнил я, обернувшись к няне, когда выбирал блюда и диктовал заказ.

— Мясо, — пробормотала она растерянно. — Илья Алексеевич, я…

— Все. Тише.

Как будто уговаривал ее заняться со мной сексом, в самом деле! Продиктовав заказ и получив заверения, что его принесут в кратчайшие сроки, я вернулся к Лали и сел напротив нее. Не знал, о чем с ней говорить, но няня сама решила этот вопрос. Она отложила книгу и спросила:

— Можно задать вам вопрос… ну, о Снежане?

Я мгновенно напрягся. Не знал, чего ожидать, поэтому просчитать, что именно захочет разузнать Лали, не имел никакой возможности.

— Конечно, — кивнул в ответ. — Есть какие-то проблемы?

Вообще я мало представлял себе, что за трудности могут ждать в воспитании ребенка. Она плохо какает? Почти не ест? Ей нужны новые ползунки или чепчики?

— Нет, никаких проблем, — покачала головой Лали. — Я просто… Николай сказал, что этого ребенка вам подкинули, — выдохнула няня, и я откинулся на спинку кресла.

Ах, вот оно что.

— Да, подкинули. Ее мама решила отказаться от ребенка.

Няня поерзала на диване, а я не мог понять, что ее так задевает, пока снова не вспомнил, что малыша Лали похитили. Черт! Она, видимо, и представить не могла, что можно вот так просто подбросить ребенка, как будто он ненужная вещь!

— Но ты не должна переживать. Я готов сделать все, чтобы Снежана не чувствовала, что ей чего-то не хватает.

Лали поджала губы и стала теребить край своей безразмерной кофты. А мне захотелось отвезти ее в какой-нибудь брендовый бутик, чтобы она купила себе те вещи, которые бы шли ей гораздо больше этих балахонов.

— Значит, о ее матери вы ничего не знаете? — спросила она, и тут в дверь номера постучали.

— Это ужин, — сказал я няне и пошел открывать дверь.

Мы расставили тарелки на невысоком столике. В комплекте к еде шла бутылка вина, но, открывая ее я уточнил:

— Тебе ведь нельзя, наверно?

Лали покачала головой.

— Я буду сок.

Несколько минут мы ели в молчании. Я обдумывал, что ответить на вопрос няни, а она бросала на меня взгляды, но тут же отводила глаза.

— Я знаю, что ее зовут Оля. И что она родила мне ребенка, которого потом мне и подбросила. А больше — ничего, — наконец выдал я те крохи информации, которыми обладал.

Лали поежилась, отставила тарелку и отпила глоток сока. И я спросил, переводя разговор на другую тему:

— А ты? Расскажешь о себе?

И тут же понял, что дал маху, потому что Лали вскочила с дивана и принялась еще быстрее теребить край одежды. Все же я был дураком, потому что лез туда, куда не следовало. Она не знала, где сейчас ее ребенок! Что, б*ядь, Лали могла мне рассказать?

— Извини, я не хотел давать тебе поводов нервничать, — сказал я, поднимаясь следом за ней.

— Все нормально, — пробормотала она. — Если вы не против, я пойду.

Я даже не успел сказать, против я или нет, как Лали ушла в комнату к Снежане, и на этом наш вечер за ужином был окончен.

К моему сожалению.