Глава 35. Этот сумасшедший муж

Лилия

Я спросонок даже не понимаю, чего Кирилл от меня хочет.

Прижимаю одеяло к груди, как щит, хотя сама в пижаме, смотрю на него круглыми глазами и пытаюсь вникнуть в суть претензий.

А там сути нет!

Там одни голые эмоции:

— Спишь тут, значит, да? В ус не дуешь, пока я там внизу…

— Слушай, тебе кто не давал спать в соседней спальне или спальне напротив? Их тут три на втором этаже, и вовсе ты был не обязан спать на диване в гостиной вторую ночь подряд, тем более если тебе там не нравится…

Вроде бы очевидные вещи говорю. Но даже это бесит моего мужа.

Он нависает над моей кроватью и продолжает возмущаться:

— Я вообще-то как джентльмен себя вел, уступил тебе второй этаж, пока сама не позовешь, но ты даже этого не оценила!

Вот это предъявления. Вот это по-взрослому… И этот человек занимает руководящую должность в крупной фирме, с его-то чудной логикой.

— Тебя что так взбесило? — спрашиваю у него. — Что я тебя не пригласила с собой спать? Типа ожидал, что ли?

В этот момент я вижу, как у Кирилла подергивается левое веко.

— Издеваешься надо мной? Ты зачем блины ногами давила? Ну не понравился тебе сюрприз, просто не ела бы. Бросать на пол и портить зачем? Записку рвать от души написанную. Я старался вообще-то…

Он так искренне возмущается, что поневоле верю. Хоть и знаю, что не делала этого.

Нелепо пытаюсь отшутиться:

— Кирь, ты часом ничего высокоградусного не пил? Я не делала ничего ни с какими блинами, сам видишь, только проснулась.

Ведь видел же, что я спала. Видел?

— Не беси меня, женщина! — рявкает он.

Потом делает шаг к моей кровати, выуживает из-под нее одну из моих пушистых тапочек, победно вскрикивает и почти тычет мне ею в лицо.

— Видишь?! Следы от блинов! Еще отпираться будем или правду скажем? Так, мол, и так, Кирюша, я испортила твой сюрприз…

Даже не знаю, что на это ответить.

Нервно сглатываю, пытаюсь ему доказать:

— Кирь, я не делала этого. Я что, дура, что ли?

— А кто делал, Лиля? — Он отшвыривает мой тапочек подальше. — Здесь, кроме меня и тебя, никого больше нет. Или на барабашку будешь переводить стрелки?

Мне только и остается, что развести руками.

Муж тычет в меня пальцем и говорит обвинительным тоном:

— Ради тебя старался, старался, а ты… Ничего не ценишь!

С этими словами он уходит, при этом не забывает громко хлопнуть дверью.

Я аж вздрагиваю от резкого звука.

Так и застываю на кровати, продолжаю прижимать одеяло к груди.

Прислушиваюсь, к его удаляющимся шагам, напряженно вздыхаю.

А ведь вчера почти помирились…

Меня очень тронуло, как он защищал наш брак, как признался, насколько ему больно от нашего разрыва.

Дура, полночи думала, может ошибку совершаю, может не нужно рубить с плеча.

А тут оказалось, что показалось.

Мистер Неадекваша во всей красе.

Нет, он в разном меня мог раньше обвинить. Кофе там забыла купить, костюм его забрать из химчистки, рубашки развесить, а заодно и погладить. Обычно в нашем браке претензии были более-менее по делу, хотя скорее менее, чем более. Но такое…

Это ж надо такое насочинять! Блины его я давила. Это какие это, интересно? Вчерашние, более чем уверена, стоили того. Еще и тапки мои измазал какой-то дрянью зачем-то.

Его обвинения не выдерживают никакой критики, между прочим.

Ладно бы я во сне ходила, но не было такого ни разу в жизни.

Тихонько встаю с кровати, надеваю халат. Не решаюсь нырнуть ногами в испачканные тапочки, спускаюсь босиком, хотя пол холодный.

На цыпочках прохожу мимо гостиной, заглядываю. Кирилла там нет.

Зато из кухни раздаются звуки скрежета чего-то об пол. Осторожно и тихо, прямо как пума, я крадусь по коридору, заглядываю в приоткрытую дверь. Наблюдаю удивительнейшую картину: Кирилл стоит на коленях на полу, чем-то его трет, заодно собирает в мусорное ведро осколки тарелки. А пол грязнющий… Будто на него вывалили банку варенья.

Жуть!

Это он специально для правдоподобности сделал, что ли? Чтобы было сподручнее обвинять меня в этой чуши?

Вот тут-то мне становится по-настоящему не по себе.

Решаю не заходить в кухню вовсе, тем более что аппетита после такого пробуждения совершенно нет.

Поднимаюсь, подумываю сходить в душ. Но зачем мне душ, когда есть джакузи…

Помявшись минуту, я беру из своей комнаты полотенце, заодно прихватываю стул.

Закрываюсь в большой ванной комнате с панорамным видом, подпираю стулом дверь, чтобы больше никаких непрошенных гостей в мою нирвану.

Набираю воды в ванну, щедро сыплю туда ароматической соли. Скидываю халатик, белье, и с наслаждением опускаюсь в воду.

Усиленно стараюсь расслабиться, наблюдаю за зимней сказкой за окном.

Снежинки кружат, все белым-бело, красота, если не вспоминать про приступ помешательства моего мужа.

Да, ключевое — если не вспоминать.

Но как про такое забудешь?

Лежу себе, пытаюсь поймать тот сказочный релакс, который вот-вот должен наступить, но никак не приходит. И вдруг вижу, как мимо окна пролетает человеческая фигура. Причем женская! Длинные темные волосы развеваются во время падения.

Сверху вниз ка-а-ак шмяк…

Чуть не икаю от страха.

Сглатываю не пойми откуда появившийся в горле ком.

Вся сплошь покрываюсь гусиной кожей, хотя вода горячая.

Тихонько встаю в ванной, как есть, голая подхожу к окну, пытаюсь посмотреть вниз. Но ничегошеньки не вижу. Потому что на улице опять снег.

И даже если кто-то упал сверху в сугроб, видимо снега навалило столько, что человек в него попросту провалился.

Мелькает мыслишка, что мне привиделось. Глюк словила…

Но нет же! Я пока что своим глазам верю.

Бегу к своему халату, тут же в него укутываюсь, совсем забыв про полотенце, хотя сама мокрая как мышь. Отодвигаю стул от двери, открываю.

— Ки-и-ирь! — панически ору.