Глава 37. Генерал

Кирилл

Как только до меня доходит, что в нашем доме может быть кто-то еще, в голове проносятся мириады мыслей. И все они, мягко говоря, не радужные.

Мы тут уже третий день, и до сих пор никого не заметили.

Как?!

Сканирую дом взглядом, будто могу подключить несуществующий рентген. Мысленно прохожусь по планировке, как генерал перед битвой изучает карту местности.

Так…

Первый этаж — прихожая, где можно сыграть в футбол, такая она широкая. Но там можно спрятаться разве что в шкафу под лестницей, да и то если ты размером с хоббита. Потом кухня… Тоже приличных размеров, но все-таки там не скроешься, если только не мастер камуфляжа уровня «Невидимка». Гостиная для больших компаний — самая большая комната в доме, но тоже открытая. Дальше —подсобное помещение, утыканное техникой.

Второй этаж — три спальни, в две из которых мы с Лилей ни разу не заглянули. Ванная комната с панорамным окном. И чердак, о существовании которого я вообще не задумывался ровно до этого момента.

В принципе, если отслеживать наши передвижения, с большой натяжкой можно предположить, что он или она просто мастерски скрывались. Типа ниндзя какой-то домашний. Мы спим — он бродит. Мы на первом этаже — он на втором…

Но камеры ведь только на первом этаже! Или это только те камеры, про которые я знаю? А может, этот придурок просто знает слепые зоны лучше меня?

Манекен в моих руках становится неожиданно тяжелым. Пластиковое лицо смотрит пустыми глазницами, и от этого взгляда мурашки по спине.

Лиля!

До меня только сейчас доходит, что моя женщина осталась в доме одна, где может быть какой-то психбольной. Или психбольная. А я тут стою в снегу по колено и рассуждаю, как Шерлок Холмс на пенсии!

Вон даже в комнату ее этот кто-то пробрался. Взяли же как-то Лилину красную ночнушку, натянули на манекен и стопроцентно сбросили не случайно. Это же не розыгрыш, это послание какое-то извращенное.

Бросаю манекен в снег — пусть валяется — и несусь к дому.

Даже сам от себя в шоке, как это так быстро получается добираться до крыльца. Будто снег под ногами испарился. Адреналин творит чудеса — не замечаю ни холода, ни сугробов.

Врываюсь в прихожую, как спецназовец на штурм, и чуть не сбиваю с ног Лилю.

Она стоит у самой двери, кутается в мокрый банный халат и стучит зубами — очевидно, что замерзла, пока ждала меня. Влажные волосы прилипли к щекам, губы почти синие, а глаза огромные от испуга.

Моя жена до того трогательная сейчас, что у меня невольно екает сердце. Выглядит, как котенок, которого выбросили на холод. Хочется обнять, согреть, защитить.

— Ну что там, Кирь! — выпаливает она, не дав мне и рта раскрыть. — Есть кто-то? Говори уже!

Раз спрашивает, значит не видела меня в окно.

И вот тут я подвисаю…

Оно бы надо ей рассказать про манекен, про ее вещь на нем и про все мои догадки разом. Выложить правду как есть, без прикрас. Но…

Последнее, что я хочу делать, это пугать мою беременную жену. Она и так на нервах, а тут еще такие новости.

Потому я не нахожу ничего лучше, кроме как соврать:

— Лиль, там пакет мусорный, огромный, по ходу дела с крыши сорвался — вместе с пластом снега упал. Ты, наверное, его и приняла за тело, черный же. Ты что-то про волосы говорила… В общем, ничего такого. Ложная тревога.

Всматриваюсь в ее лицо, пытаясь понять, верит ли. Ищу в глазах подозрение, сомнение, но вижу только облегчение, смешанное с усталостью.

— Но я же четко видела… — начинает она неуверенно, но тут же спохватывается. — А-а, ясно… Наверное, действительно показалось.

Очевидно, что ей хочется мне поверить. Намного проще думать, что это был мусор, чем допускать мысли о чем-то более зловещем.

На этом она собирается развернуться и уйти наверх, а я решительно не могу ее вот так отпустить.

— Лилечка, ты же замерзла, наверное? — заботливо спрашиваю я. — Давай я тебе мой халат принесу? Он теплый и сухой. А ты посиди пока на кухне, кофе выпей, согрейся, ладно? Я все-таки на всякий пожарный случай проверю дом сверху донизу, хорошо?

Ожидаю споров, препирательств, но Лиля просто кивает. Даже не сопротивляется, что для нее нехарактерно. Видимо, тоже чувствует, что что-то не так.

Решаю ее как-то обезопасить, пока буду искать это треклятое «привидение», что поселилось тут нелегалом.

— И еще, на всякий пожарный подопри дверь стулом так, чтобы ее снаружи не открыть, ладно? — прошу я, стараясь не выдать беспокойства в голосе. — Просто для моего спокойствия.

Удивительно, но она и с этим не спорит.

Молча кивает, будто понимает серьезность ситуации без лишних объяснений. Благодарно принимает махровый халат, что я приношу из ванной с первого этажа. Он кажется огромным на ее хрупкой фигуре, доходит ей почти до пят.

— Я пока кухню приберу, а ты иди осматривай дом, — предлагает она, завязывая пояс.

— Даже не думай! — отрезаю я. — Сиди, пей кофе, грейся. Я потом сам все уберу. Как только проверю дом от подвала до чердака.

Не хочу, чтобы она напрягалась, лазила по полу на коленях, собирая осколки и вытирая варенье. Еще порежется, не дай бог, я сам порезался, пока собирал мелкую стеклянную крошку. За финт с блинами я на нее почему-то больше не злюсь. Тем более после такого стресса.

А если там действительно кто-то есть, последнее, что мне нужно — это чтобы Лиля была на открытом пространстве без присмотра.

Слежу за тем, как она заходит в кухню, слышу скрип стула, которым она подпирает дверь изнутри.

Теперь можно заняться охотой на призрака.

Кстати, я даже не знаю, есть ли тут вообще подвал? Навскидку нет, но, может, какая потайная дверь, будь она неладна…

Осматриваю прихожую на предмет какого-нибудь оружия, но здесь ничего подходящего нет.

Почти сразу вспоминаю, что вообще-то у камина в гостиной лежит вполне себе настоящая чугунная кочерга. Здоровенная, тяжелая — то, что надо! Один удар такой штуковиной — и любой незваный гость свалится, как мешок с картошкой.

Это я так надеюсь.

Вооружившись кочергой, ощущаю прилив уверенности. Взвешиваю ее в руке — вес приличный, длина сантиметров шестьдесят. Теперь я не беззащитный хомяк, а вооруженный до зубов защитник семьи. Ну почти.

Методично обхожу дом, заглядываю в каждый шкаф, каждый угол, за каждую дверь. Даже под кровати свечу фонариком телефона.

Но никого нет, и следов пребывания чужака в доме тоже не обнаруживается.

Постели в нетронутых спальнях девственно чисты, простыни не смяты, подушки лежат ровно. Даже пыли нет.

Захожу в секретную комнату с камерами. Компьютер еще включен, экраны мониторов мерцают зеленоватым светом.

Активирую вайфай, хочу позвонить хозяину дома, чтобы узнать, как попасть на чердак и есть ли подвал.

Но…

Роутер мигает красным, будто дразнится.

Интернет пропал от слова «совсем».

Просто так? Совпадение? Что-то не верится.

Черт меня дергает проверить еще одну догадку, которая сверлит мозг с самого утра…

Ведь из головы не выходит одна странность — я видел на видео, как Лиля шла по коридору сегодня утром в своем халате и с полотенцем на голове, направлялась на кухню портить мои блины. Но запись из кухни так и не посмотрел. А меж тем сейчас четко вспоминаю, что Лилина фигура как-то странно выглядела, даже если учесть, что изображение далеко не лучшего качества, к тому же сделано при слабом освещении коридора.

Дрожащей рукой открываю папку с записями, нахожу нужную, еще раз просматриваю. Теперь, когда знаю, на что обращать внимание, вижу четко — походка ни разу не Лилии. Слишком широкие шаги, слишком уверенная поступь. Лиля ходит мелкими быстрыми шажками, а эта фигура вышагивает как мужик.

Открываю запись с кухни, и сердце ухает вниз…

Кто бы это ни был в халате моей жены — это точно не она!

Даже несмотря на то, что гаденыш старательно отворачивает морду от камеры, явно зная, где она находится, мне уже все ясно как день.

Фигура не та! Плечи шире, рост выше, а Лиля у меня девушка миниатюрная, тонкокостная. Этот тип движется по кухне, как медведь в балетной пачке, — грузно, неуклюже, совсем не по-женски.

Получается, не она пакостила с блинами…

Как-то сразу падает камень с души — жена не виновата в утренней диверсии. Но тут же там материализуется новый булыжник размером с холодильник. Ведь очевидно, что все это не к добру.

Да ну на хрен такие приключения! Я же не в боевике снимаюсь, я обычный пиджак в отпуске!

Решительным шагом выхожу из комнаты, не забыв прихватить с собой кочергу — она теперь мой лучший друг. Спускаюсь к Лилии, стучу в дверь кухни.

— Лиль, это я, открывай!

Слышу скрежет отодвигаемого стула. Дверь приоткрывается, и в щелке появляется Лилин глаз.

— Ты один? — шепчет она, оглядывая меня с ног до головы.

— Конечно, один. Кого ты ждала?

Отмечаю, что Лиля уже выглядит спокойной, даже кофе успела сделать на двоих — две дымящиеся чашки стоят на столе рядом с сахарницей. Пахнет молотой арабикой и корицей.

— Лилечка, давай поступим так, — говорю я, усаживаясь рядом с ней и обхватывая ее ладони своими. — Ты сейчас пойдешь, высушишь волосы феном, только я с тобой пойду. На всякий пожарный случай. Потом ты оденешься потеплее, и мы отсюда уезжаем.

Это решение дается мне нелегко — дом классный, отпуск оплачен, да и планы у меня на этот отпуск были наполеоновские. Но между безопасностью Лилии и всем остальным я выберу безопасность Лилии. Всегда.

— Ты с ума сошел? — Жена смотрит на меня, как на умалишенного, и тычет пальцем в окно. — Посмотри, что творится на улице…

Поворачиваюсь к окну, и челюсть отвисает.

Там, как по заказу, снова идет снег. Причем не просто идет — валит крупными хлопьями.