Глава 15

— Это как? — вырвалось у меня. Сначала захотелось завопить от радости, а потом пришла горечь: уедет Жульсина, заберёт своего дракона, и мы больше с белоснежной красавицей не увидимся.

— Полетаем? — на меня лукаво смотрели два хитрющих бирюзовых глаза и хлопали длинные чёрные ресницы. Аккуратная драконица кокетливо повела крылом.

Обалдеть! У дракона — ресницы! Хотя, Жемчужинка ведь девочка, ей положено кокетничать и хлопать глазками с ресничками. А два раза просить не надо. И на первый соглашусь. И пусть моя многострадальная попа получит ещё один сеанс иглоукалывания, но от такого предложения не откажусь ни за какие шоколадки и компрессы с ромашкой!

Прямо в сорочке я забралась на шею живого транспорта, — ночь на дворе, никто и не заметит, сорочка белая, почти сливается с чешуёй, — поёрзала, устраиваясь, мимоходом изумилась: нигде не колется. Может, это только драконы-мужчины такие колючие? Вроде как щетина у них растёт? А, подумаю об этом завтра. А сегодня — прижалась к тёплой чешуйчатой шкурке, и Жемчужина взмыла вверх.

Вы когда-нибудь держали в руках ящерку, снятую с нагретого солнцем камня? Нет? Зря! Маленькое чешуйчатое чудо крепко держится коготками за кожу, а ладонь ощущает биение крошечного сердца, словно бьётся жилка. Тук-тук-тук, быстро-быстро! Сразу чувствуешь себя огромным существом, от которого вот эта маленькая зверушка (пусть не зверушка, а земноводное) полностью зависит и доверяет, кося блестящим чёрным глазом.

Вот сейчас такой зверушкой была я. С одним отличием — это я, положив голову на шею драконицы, слышала стук её большого сердца. И оно билось в унисон с моим. Впервые в жизни пришло осознание — для чего живу. Не помню, куда мы летали и сколько времени провели в воздухе, — всё это померкло перед гулким звуком живого драконьего сердца. Очнулась, когда Жемчужина приземлилась на берегу круглого озера, поверхность которого серебрилась лунным светом.

— Передохнём немного, — молвила красавица, — я сегодня первый раз летала в теле, непривычно.

Скатилась по гладкому крылу, словно по горке, и с наслаждением прошлась по мягкой прохладной траве, разминая чуть затёкшие ноги. С детства любила ходить босиком. Только присела на ещё тёплый камень, как воздух пришёл в движение и рядом бесшумно опустилась громадная чёрная тень.

— Мрак? — не поверила своим глазам. — А как ты тут?

— Налетались? — строго пророкотал он, а потом закурлыкал, переплетая свою шею с шеей Жемчужинки.

Глядя на них, по щекам побежали солёные ручейки слёз. Ну как же так то?! Ведь невооружённым глазом видно — эти двое любят друг друга. Значит, Дарку всё же придётся жениться на этой белобрысой? Бедный парень, до смерти придётся с ней мучиться. Зато как будут рады вся семейка Окстан! А больше всех Жулька. Мне кажется, что ей будет доставлять удовольствие доводить мужа своими истериками и отравлять ему жизнь. Даже если Дарка в ссылку отправят куда-нибудь в безлюдную пустошь, она за ним отправится и там всю каторгу ему испортит. У неё же один ветер в голове, и тот встречный.

Сижу на камушке, сопли по плечам распустила, наблюдаю, как двое влюблённых дракона резвятся в озере. Наконец, они наплавались и вылезли из воды. Разные, но одинаково прекрасные.

— Ты чего это? — прогудел Мрак, заметив дорожки от слёз и сопливые погоны.

— Дракошку жалко, — всхлипнула я.

— Какого? — встрепенулась Жемчужина, затем ревниво прищурилась: — Ты ещё с кем-то знакома?

— Тебя жалко, — ещё раз всхлипнула. — Такая хозяйка у тебя пакостная!

Драконица подозрительно покосилась бирюзовым глазом и уточнила:

— Почему «пакостная»?

— Сестрёнка, — хохотнул Мрак, — а девица у нас с юмором! Самокритика — это хорошо!

— Сестрёнка?

Голова соображать отказывалась наотрез. Про Жульку думала, что у неё ветер в голове, а похоже сама подхватила такой же сквозняк, пока летела.

— Ну да, — драконы уселись напротив и переглянулись. — Мы — брат и сестра, с одного помёта.

— Значит, Дарку не надо жениться на Жульсине? — слёзы высохли мгновенно.

— Фу! — скривился Мрак. — Только такой пиявки бесполезной нам в семье не хватало!

Ладно, один вопрос прояснили. Теперь меня другое интересует:

— А где сам Дарк?

— Спит, — были бы у драконов плечи, Мрак бы ими пожал, а так — только шипастой головой мотнул.

— Ну, я же видела, как он в тебя превращался! — знаю, звучит глупо, но простуженный на сквозняке мозг умнее ничего не смог выдать.

— Это происходит, когда мы вместе, но я могу отделяться от своего носителя, — поучительно сказал агатовый исполин. — После слияния мы питаемся энергией человека и можем на некоторое время приобретать материальное тело, а то, что ты видела, — это обычный симбиоз. В этом мире нам без людской энергии не выжить.

— О! Поэтому люди-драконы так много едят! — догадалась я. — А нельзя как-то объединиться насовсем?

— Мама рассказывала, что в нашем мире мы могли существовать сами по себе, — грустно вздохнула драконица, — ни от кого не зависеть.

— Девочки, — посуровел Мрак, — пора возвращаться, уж скоро восход.

Покидать озеро было неохота. Я бы тут подзадержалась ещё немного, но труба зовёт: Раксана утром будет ждать свой заказ.

Летели низко, при подлёте к замку драконы начали таять, еле успели сгрузить меня на лётную площадку. Надеюсь, что не встречу никого, пока буду добираться до своей комнаты.

Ошиблась. Проходя мимо этажа, где находились господские покои, на лестничной площадке столкнулась с Варном.

— Ким? — прищурился помощник. — Ты что тут делаешь?

Я удивилась, что он не удивился. А ведь я в женской ночной сорочке! И вообще, — чего спрашивает? Я ведь немая! То есть, немой.

— М-м-м-м, — вдохновенно промычала и принялась размахивать руками, тыкая вверх.

— А впрочем, так даже лучше, — усмехнулся парень и сделал шаг навстречу. — Надоело ждать.

Как-то нехорошо усмехнулся. Чувство самосохранения завопило — дёру!!! Я отшатнулась и припустила вниз по ступенькам.

— Зря стараешься! От меня не спрячешься! — прилетело в спину.

А следом шею сдавило тугой петлёй, я судорожно дёрнулась и свет в глазах померк.

***

В себя пришла резко, словно кто-то окатил холодной водой. Открыла глаза, похлопала ими, закрыла и решила вновь уйти из себя — слишком странная картина предстала моему взору.

— Очухалась? — послышался рядом голос Варна. — Не притворяйся, я знаю — ты меня слышишь.

В смысле «очухалась»? Он понял, что я девушка? Хотя, надо быть полным идиотом, чтобы не увидеть под сорочкой женские выпуклости, которые были бы лишними элементами на мужском теле. А он совсем не идиот. Вновь приоткрыла глаза и хмуро воззрилась на ученика. Бывшего, так понимаю.

— Ну, и как мы себя чувствуем? — осведомился новоявленный похититель.

А как может себя чувствовать жертва, пристёгнутая наручниками к … Кстати, а к чему? Увеличила просвет между веками и осталась недовольна: никогда не любила учёных. Это у меня фобия после гибели родителей. А тут и к гадалке ходить не надо, сразу понятно, что нахожусь в лаборатории в окружении незнакомых приборов в качестве подопытной крольчихи на гладком холодном столе. К нему-то и пристегнули.

— Можешь не стараться изображать из себя немую. Я прекрасно знаю, что ты умеешь пользоваться языком и голосовыми связками.

Ну, это он наугад может сказать, я пока поподдерживаю часть своей легенды.

— Да ладно, — ухмыльнулся он, старательно настраивая какой-то прибор. — Неужели не хочешь узнать, зачем ты здесь?

Вообще-то, хочу. Даже жажду. Но. Издавать звуки воздержусь.

— Вот, какая ты упрямая, может, жить тебе осталось всего ничего, а со старым другом пообщаться не хочешь.

Это он загнул. С друзьями так не поступают.

— Ничего, — хмыкнул Варн, проявляя завидное терпение. — Сейчас матушка придёт, у неё заговоришь, если будет нужно.

Так. Тут ещё и матушка где-то обитает. И, наверное, всем заправляет. Никогда не поверю, что такой юнец додумался до чего-нибудь выдающегося.

— Ну, что тут у нас хорошего, пока меня здесь не было? — раздалось от предполагаемой двери.

А вот и матушка изволили пожаловать. На языке вертелось: «Всё было хорошо, пока МЕНЯ здесь не было!» Повернув голову, чтобы рассмотреть главную лабораторную крысу, чуть не подавилась воздухом — мадам Раксана! Плодовитая, однако, крыска. И доченька есть, и сынок тут.

— Да, жаль немного, — непритворно вздохнула леди, — поторопился Варн. Придётся завтра без кофе в дорогу отправляться.

— Мама, я прекрасно могу заменить Ким, — оскалился Варн.

— Руки не заменишь, — отмахнулась она от отпрыска и переключилась на меня. — Итак, начнём. Я ещё в первую нашу встречу, когда магией прошлась по тебе, всё поняла. И то, что ты из другого мира, и то, что притворяешься немым парнем. (Ничего себе, какая силища магии у неё!) А для моего опыта как раз нужен был иномирец. Наши не выживали. Да и ты выживешь или нет — вопрос. Но, судя по моим расчётам, должна.

И тут я не выдержала — подала голос.

— И во имя чего великого я тут задницу морожу на вашем столе?

Раксана рассмеялась чистым серебристым смехом. Можно было бы получить удовольствие от его звучания, если бы он не исходил от сумасшедшей экспериментаторши.

— Конечно — драконы! Меня выворачивает наизнанку, когда представляю, что у меня внутри обитает ещё одна сущность. Она просто паразитирует! Питается моей энергией, пользуется моим телом, когда захочет, может сама отделиться, а я не могу её выгнать! Но я изобрела способ избавления от этих пиявок. Человечество скажет мне спасибо. Я изгоню этих монструозных уродов из нашего мира и моё имя прославится в веках!

Я.Я.Я.Я. Любит себя леди, прямо обожествляет.

На щеках дамочки заиграл лихорадочный румянец, глаза зажглись безумным блеском, она сделала небольшую паузу и продолжила:

— Но, надо признать, присутствие ящеров даёт человеческому телу долголетие и расширяет магические каналы. Без них мы проживём не более 150-200 лет. Но, — тут Раксана опять приняла позу статуи самой себе на постаменте, — можно же использовать эликсир долголетия. Ты представляешь, сколько за него можно запросить у богатеньких?

— Не очень, — буркнула я. — У него такой сложный состав?

— Не особо, — дамочка спустилась с постамента и занялась более прозаическим делом: села на стул около большого прибора с мигающими лампочками и множеством трубок. — Самый главный ингредиент — это кровь с определённым химическим составом. А чтобы добиться такого состава, нужно пропустить её через коллайдер. Наши люди после такой процедуры умирали. Посмотрим, выживешь ли ты.

— Стоп, — всполошилась я. — Вы хотите спустить с меня всю кровь?

— Нет, конечно, — она посмотрела на меня, как на дуру. Хотя я — когда хочу, тогда и дура. Вот сейчас не мешало бы захотеть, авось ещё что-нибудь узнаю. Только надо ли оно мне в данный момент в таком-то положении? — Я подключу тебя к аппарату переливания крови. Если всё пройдёт успешно, поселю в своём замке и буду периодически сцеживать нужное количество для эликсира.

Так. Похоже, перспектива помереть прямо сейчас во цвете лет нецелованной девственницей немного отодвигается, на смену ей маячит перспектива стать вечным донором. Дело осталось за малым — выжить!

— Дёргаться не советую, — наклонившись, зашипел Варн. — Так больше шансов выжить. Мне бы не хотелось сжигать твоё использованное тело, оно мне нравится. Я бы им сам с удовольствием попользовался.

И этот гад провёл рукой по груди и животу. Стало до тошноты противно. Хотела продемонстрировать свой ужин, но желудок смущённо булькнул, сообщив этим, что поздно, он уже справился со всей едой.

— Привяжи-ка ты её покрепче, — озабоченно произнесла будущая «великая и прославленная в веках», прерывая тем самым процесс облапывания, — чтоб даже не шелохнулась.

Мумия из меня и стола получилась знатная: Варн не пожалел тряпичных жгутов, только и могла, что моргать и дышать. Почувствовала, как в вены на обеих руках ввели иглы, напряглась в ожидании неизвестного. Вся жизнь пронеслась перед глазами одним смазанным кадром. Да и было жизни той, щенок написял (и нет, тут не ошибка, именно написЯл).

Раздался щелчок, часть приборов загудела, а потом начался мой личный ад. Если выживу, страх перед жизнью после смерти мне не грозит: я уже буду знать, как себя чувствую грешники в котлах под улюлюкание чертей. Казалось, что по венам течёт раскалённая лава, так всё внутри горело и плавилось. Это продолжалось, наверное, долго, время растянулось на многие часы, и моё сознание никак не хотело облегчить мне страдания своим уходом. Напротив, оно прочно обосновалось в черепе и зудело на каком-то тарабарском языке. Несколько раз приходило облегчение, но потом начиналось всё заново. В конце концов, что-то внутри взорвалось и… всё вокруг стало таким маленьким… А почему Раксана вопит от ужаса и Варн валяется в обмороке? Ой, не в обмороке, оказывается, это я на него немного присела и чуток помяла. Ни фига себе! Это я такая большая и страшная стала?

***

В нос ворвалось множество запахов, я даже ощутила липкий тошнотворный вкус ужаса этих двоих, что находились у меня в ногах. Ох, а что с моими ногами? Где мои аккуратные пальчики? Хотя… Чёрные длинные коготки тоже смотрятся ничего. Я пошевелила ими и очень захотела проверить их остроту. На чём же? О! Ш-ш-ш-кр-р-ряб! Аппарат, недавно гордо называемый «коллайдер» разделился на несколько частей — ага, по числу моих коготков. Ух, здорово! Попробовала повернуться. Тесновато. А что у меня так спину оттягивает? И попу? Ё… Обернувшись, узрела толстенький хвост, покрытый белоснежными чешуйками с чёрной окаёмкой. У меня есть хвост! Самый настоящий хвост! И крылья! Эх, помещеньице маловато! Развернулась, снеся на пути часть оборудования своим великолепным хвостом, и проломила изящными рожками стену. Тьфу! Пылищи сколько! Какая толщина тут у штукатурки? Неэкономно строители использовали материал, дяди Коли на них нет, он бы им живо рассказал, по чём грамм перерасхода. Оглянувшись, дабы удостовериться, что Варн так и продолжает валяться, а дамочка превратилась в живой памятник с выключенными от испуга мозгами, и потопала на выход, — размять новообретённые крылья. И скажу я вам от всей своей драконьей души — сны имеют особенность сбываться! Ведь не зря же мне снились полёты, теперь я могу подняться в небо наяву. Наверное. Я же не слишком толстая?

Пока протискивалась по коридору, аки червяк в несколько центнеров, сметая со стен картины и гобелены — понавешали тут, приличным чешуйчатым дамам не пройти! — замок, — я так думаю, что замок, — стал сотрясаться, а снаружи доноситься мужские голоса, брань и звуки оружейного боя. Ставший острым слух уловил разъярённый рык Вишны и боевой клич Дарка. О как. Освободители пожаловали. Опоздамши. Я тут сама неплохо освободилась. Только выход придётся подогнать под свои теперешние размеры. Оказалось, лаборатория находилась на цокольном этаже, кое-как долезла по узкой лестнице на первый этаж, прошла тараном к дверям, ведущим наружу, выбила их со значительной частью стены, прочихалась и прогудела:

— Здрасьте!

Бой прекратился мгновенно. Все участники потасовки замерли, в восхищении разглядывая меня. В восхищении, я сказала, а не в ужасе! Как можно по-другому смотреть на эти восхитительные крылья, на изящные рожки, а острые зубки? Оскалясь, продемонстрировала два ряда внушительных костяных кинжалов, коими был снабжён мой прелестный ротик, с достоинством королевы села на попу и обвила лапы великолепным хвостом с треугольным острейшим шипом на кончике. Ещё раз мило улыбнулась, щёлкнула зубками, и милостиво кивнула:

— Продолжайте, я никуда не спешу.

— Ким! — возмущённо заорал Вишна. — У тебя совесть есть?

— Моя совесть имеет хомячий вид, — ответствовала я.

— Это как?

— Она или спит или грызёт. В данном случае, в виду последних событий, она очень хочет есть.

— Ну, тогда подожди немного, мы сейчас этих повяжем, а после позавтракаем, — начал Дарк, возвращаясь к потасовке.

Но я перебила:

— Может, я их просто съем? — и показательно плюнула огнём. Красивым таким. Ярким. Горячим. — Будет мясо, запечённое в фольге. А что? Доспехи сойдут за фольгу, даже вкуснее получится.

Защитники замка, впечатлившись увиденным, тут же побросали оружие и сдались, только бы не быть зажаренными. А я немного расстроилась — накрылся сытный белковый завтрак. Ладно, это я пошутила. На самом деле я сейчас не отказалась бы от бисквитного пирожного со сливочным кремом, горячего мокачино и шоколадного пломбира. А ещё… Тьфу ты, в моём теперешнем виде этого всего надо килограммы и литры. Сплошные расходы, денег на которые у меня нет. Расстроилась ещё больше. Пока предавалась унынию по поводу своего дальнейшего жизнеобеспечения, Дарк собрал всё валявшееся оружие, а Вишна спутал поверженных противников магией. Золотистые жгуты магической энергии намертво приковали их к полуразрушенной стене. Стоп. Магия!

— Вишна! — громоподобно взвизгнула я, подпрыгнув на все четыре лапы. Земля слегка содрогнулась. — Твоя магия проснулась!

До меня только сейчас дошло, что к златокудрому вернулась сила и сам он выглядел как-то не так. Кожа его словно светилась изнутри, а глаза сияли чистым голубым светом. Воздух вокруг уплотнился под действием незнакомой энергии.

— Проснулась, — буркнул тот, прочистив ухо мизинцем. — Будь добра, говори потише и вообще, вернись в двуногую форму.

— Я бы с радостью, но не знаю — как, — понурилась я и сконфузилась.

От волнения принялась ковырять коготком правой передней лапки каменную поверхность двора. Увлеклась и немного не рассчитала силу. Как результат — несколько вывороченных каменюк легли ровненьким рядком. А как не сконфузиться? Я же в сорочке была. А тут мужиков куча и все глазеют.

— Ну, я вызываю стражу? — осведомился Дарк.

— Не нужно, я сам их … хм… отконвоирую, — ответил Вишна.

— Там внизу ещё двое: Раксана и Варн, — сдала я своих похитителей. — Гадом этот Варн оказался, предатель подлый, — пожаловалась «брату» и так жалко себя стало, что захотелось реветь. Солёная влага поползла по чешуйчатым щекам.

— Дарк, — кивнул Вишна, — займись!

Молодой Затонский скрылся внутри замка, а Вишна внимательно стал меня рассматривать.

— Что? — поёжилась под его колючим взглядом, опустившись на хвостик, слёзы высохли мгновенно. Чего это он задумал? Опять опыты или эксперименты?

— Закрой глаза, — принялся давать он указания, — вдохни глубоко и попытайся представить себя прежнюю.

— Ага-а-а, а вдруг я буду голая, — пришлось озвучить свои опасения.

— Если ты об этих, — синеглазый мотнул головой в сторону притихших защитников замка, которые только что таращились с любопытством, но после слов Вишны принялись изучать каменную кладку замка, — то они ничего не вспомнят. Я позабочусь. И об одежде твоей тоже позабочусь, не волнуйся. Давай! Смелее!

Как не хотелось взмыть в небо прямо сейчас, но попробовать вернуть своё тело захотелось ещё больше. И я старалась, пыхтела, не знаю, сколько минут, но, в конце концов, распахнула глаза от того, что кожа покрылась пупырышками от прохладного ветра, и стоять на холодных камнях стало неуютно.

— Получилось! — опять завизжала я и кинулась на шею Вишне.

А потом меня прижали сильными руками к горячей груди и поцеловали. По настоящему… Я читала пару любовных романов, там, где описываются чувства героини от поцелуев и того, что бывает дальше в горизонтальной плоскости. Стыдно сказать, даже мечтала о том, как в кафе придёт шикарный красавец, закажет чашку кофе, тут же влюбится в меня и на глазах у всех признается в любви и унесёт на руках в счастливую жизнь. Туда, где не нужно с утра пораньше нестись на работу, ломая голову, что одеть в дождливую погоду, потому, что в шкафу только тонкая куртка и зимний пуховик, где можно зайти в любой бутик и купить пару обалденных вечерних туфель, стоимостью приличного авто, туда, где холодильник не сияет пустым нутром, а на столе всегда стоит вазочка с конфетами из настоящего шоколада. Дурочка. Я только сейчас это поняла, какая я была дурочка. Ведь когда тебя целует любимый мужчина, то весь мир кажется добрым и ласковым, и в нём не существует ни подлости, ни коварства, ни материальных проблем, душа раскрывается, из сердца льётся счастье, и все вокруг счастливы вместе с тобой. Влюбилась, на свою голову. Столько держалась, столько дней не позволяла своей любви проклюнуться к солнцу, а тут… Растаяла. Как же теперь? Как жить дальше? Как я буду в своём мире без НЕГО?

Но это придёт мне в голову позже. А сейчас я упивалась свалившимся счастьем. И вообще, на меня сегодня много чего свалилось. Не сломаться бы.

За спиной что-то грохнуло.

— Не понял, — воскликнул Дарк. — Вы что, не брат с сестрой?

Ну и кто здесь дурочка? Он что, не видит — мы заняты! Очень заняты!

Однако наследник герцогства не спешил проявлять сообразительность и продолжал возмущаться:

— Эй, да оторвитесь вы друг от друга! Я же с вами разговариваю. Совесть имейте!

— Нет у меня совести! — ответила я, когда поцелуй прервался за надобностью продышаться.

— Кто-то говорил, что она есть хочет, значит, — есть, — съехидничал Дарк. — И потом, что делать с теми двумя внизу?

— Подожди немного, я разберусь, — шепнул на ухо Вишна, опустил меня за землю, а сам пошёл внутрь замка.

Без него сразу стало холодно и неуютно, словно лишилась важной части себя. Почувствовав в ногах пресловутую слабость, которая неожиданно догнала, когда уже всё закончилось, сползла тихонько по стенке и закрыла глаза. Господи, как же я устала. Устала всё время быть в напряжении, боясь выдать нашу тайну, устала молчать и притворяться. А ещё устала бегать от любви к Вишне, словно от гриппа с осложнениями — как ни старалась, а она всё же пробила мой панцирь. Убейте меня кто-нибудь, авось получиться, наконец, отдохнуть от всего этого кошмара, в который превратилась моя жизнь.

— Значит, так, да? — тихо спросил Дарк, тоже устало пристраиваясь рядом.

Он прислонился  спиной к стене замка, руками опёрся о колени и хмыкнул:

— А я всё гадал, почему это мой Мрак против наших отношений. Он всё знал, зараза хвостатая, знал, и ничего мне не говорил! — парень в сердцах пнул лежащий камень.

— Не в этом дело, — я рассеяно наблюдала за полётом несчастного булыжника. Далеко пролетел, видать, сильно Дарк разозлился.

— А в чём? — тут же ощетинился несостоявшийся ухажёр. — Он такой же менталист, как и я! Он знал, что вы никакие не родичи и любите друг друга! Это я, осёл, не догадался считать вас!

— Осёл, — согласилась я. — Но с другой стороны. Мрак и Жемчужинка — брат и сестра, из одного помёта. А драконица почему-то выбрала меня. Странно. Я же из другого мира. Зачем я ей?

Ошарашенное выражение лица Дарка говорило о том, что и эту информацию Мрак утаил. Конспиратор!

То, что Жемчужина слилась со мной, сомнений не вызывало. Иначе, как же я тогда смогла стать белоснежным драконом? У меня нет магии, я обычная. Да ещё из другого мира.

— Постой-постой! — оживился парень. Обида напрочь покинула его, на смену пришёл щенячий восторг. — Это получается… получается, что ты моя сестра по дракону? Офиге-е-еть! У меня есть сестра иномирка! Иномирка-дракон! Да мне все обзавидуются! — радовался Дарк. — Дай я тебя обниму, сестрёнка! — и полез обниматься.

Какой же он ещё ребёнок!

— Не понял! — прогрохотал вернувшийся Вишна. — Лапы от неё убрал, или повыдёргиваю, не посмотрю, что ты будущий герцог!

Ух, какой сердитый собственник! Но приятно-о-о-о!

— Мастер! — завопил Дарк и полез обниматься уже к нему. — А Ким, оказывается теперь мне сестра! По дракону! А когда вы поженитесь, то ты станешь моим братом!

— Шурином, — поправила я и расхохоталась. Смешно было видеть, как Вишна пытается отвертеться от возбуждённого потрясающей новостью парня.

— Без разницы! — вопил наследник герцога, совсем не соблюдая правила поведения аристократов. — Первый меч королевства — мой родич!!!

Дальнейшим воплям помешал открывшийся портал, из которого метнулась большая тень. Воздух сразу заледенел, всё вокруг покрылось сверкающим инеем. Тень накрыла собой пленников и уволокла обратно в портал. Солнечные лучи принялись хозяйственно убирать неведомо откуда взявшийся иней, он исчезал на глазах, и вскоре о минутном обледенении ничего не напоминало.

— А куда это их? — удивился Дарк.

— Тебе лучше не знать.

— А те, двое?

— Уже там.

Обстоятельное пояснение. Мы сразу всё поняли, что ничего не поняли, но переспрашивать злого Вишну желания не высказали. Чтобы перевести тему разговора, я спросила:

— А как вы меня нашли?

Вообще-то, этот вопрос мучил давно, как только я услышала голос Вишны, так и вопросилась им.

— Жемчужинка позвала на помощь, потом закричала и пропала. Ну, мы с Мраком кинулись к Вишне, что, мол Ким похитили, — захлёбываясь стал рассказывать Дарк. — А он как услышал, так засверкал весь, как … — тут парень осёкся, подбирая нужные слова, а потом растерялся: — как бог?

Мы вдвоём уставились на златокудрого с немым вопросом.

— Давайте покормим Ким, — ушёл тот от ответа. — Где тут поблизости можно поесть?

Я наскоро осмотрела свой наряд, созданный иллюзией Вишны, и осталась довольна: дорожный костюм из брюк и жакета с тонкой блузкой сидел на фигуре как влитой. Неудивительно — это ж индзаказ!

Через пару минут, после того, как Дарк объяснил Вишне координаты ближайшей таверны, мы вышли из портала прямо на её крыльцо. А ещё через полчаса я сыто отвалилась от стола, умяв приличную порцию мясного рагу, целый мясной пирог и кувшин взвара.

— Так всё же, как вы меня нашли? — вернулась я к волнующей теме. Если Вишна хотел отвертеться, то не получиться. Я — как бультерьер, вцепилась — не отпущу.

— Это он, — открестился Дарк. — Я только рядом был.

— Тут много непонятного, — вздохнул Вишна, осознав, что отвечать придётся. — Сначала, я дико испугался, что снова потерял… в общем, потерял тебя, — он запнулся, помолчал, потом продолжил: — Наверное, от этого моя магия и проснулась. Ты же из другого мира, я не могу чувствовать, где ты находишься. А потом, словно канатом потянуло.

— Может, меня мир принял?

— Нет, не то, — он мотнул головой. — Сейчас он тебя принять не может.

— Почему?

— Потом, — отмахнулся он. — Ты лучше скажи, что было там, в лаборатории?

Я честно всё выложила. Правда, когда рассказывала о том, какую боль приходилось терпеть, стало страшно: Вишна весь побелел и засиял ослепительным светом. Мамочки! Что с ним такое? Немногочисленных посетителей выдуло из таверны в одно мгновение. Пока и я доставала из пяток своё сердце, Вишна перестал сверкать и с подозрительным вниманием рассматривал что-то над моей головой. Что он там увидел? Рога? Ещё одну голову? Ой-ёй!

— А-а, — начала было я.

— Помолчи! — перебил Вишна. — Дарк, а ну, подключи свой ментал и считай Ким.

И вид при этом у него такой взволнованный был, что сердце опять пустилось в более надёжное укрытие — теперь оно ограничилось коленками. Я даже не вякнула, когда Дарк положил обе ладони на мою голову. Приготовилась к самому худшему: наверное, Раксана что-то нарушила в моём организме и я скоро умру. А иначе, чего синеглазый так разволновался? Сам признался, что боится меня потерять. Всё. Похоронят меня где-нибудь здесь. Хотя, есть надежда, что на фамильном кладбище Затонских, ведь они мои единственные местные родственники. Надо, пока не поздно, эскиз памятника набросать. Хочу из мрамора такую девушку с длинными волосами, чтоб она стояла и…

— Поразительно! — воскликнул Дарк, опустив руки. — Я, конечно, не могу утверждать, всё ж я ещё студент, но…

— Ну чего? — дёрнула я его за рукав, поторапливая. У меня тут судьба решается, а он мямлит!

— Это то, что я думаю? — осторожно спросил Вишна.

— Похоже, — кивнул Дарк. — Надо специалистам показать.

— Так чего сидим? — я всполошилась не на шутку. — Давайте, идём к этим специалистам! Может, ещё не поздно!

— Успокойся, сядь, — Вишна поймал вскочившую меня и насильно усадил на стул. — Ничего страшного, просто я не поверил, что сам увидел, решил ещё менталиста спросить.

— И что ты там увидел? — я никак не могла успокоиться. Прекрасно знаю, что когда говорят «Успокойся», то ничем хорошим дело не заканчивается.

Я нервничала и не могла понять, чего они так лыбятся? Даже рукой макушку пощупала — вдруг рога растут? Чего-то ж они увидели там?

— Я тебя сейчас убью! — не хуже Жемчужинки прорычала я, теряя терпение.

А этот гад нагло рассмеялся, затем пересадил меня к себе на колени и поцеловал. Ну-у-у-у, ладно, раз такой расклад, — с убийством подождём… никогда не поздно.

— Любимая, ты с драконом слилась в одно целое! Ментального дракона больше нет! Она — это ты! — прошептали мне в губы.

Я опешила. Правда, не знаю от чего больше. Или от того, что мы с Жемчужиной стали одним целым, или от того, что меня назвали любимой…