Глава 17

— Эмм, спросив не боюсь ли я холода, что именно ты имел ввиду? И зачем раздеваешься?

Чувствуя себя абсолютнейшей идиоткой, я всё же задала этот глупый вопрос. Ну ничего другого в голову просто не пришло. Логично было бы предположить, что он решил совершить благородный в наших реалиях поступок и поделиться со мной своей одеждой, но… Своим вопросом про невосприимчивость к холоду он меня запутал. Зачем тогда мне, с этой моей невосприимчивостью, вообще его вещи? Скидывай комбинезон и иди! Или… они под ним тут белье не носят? Так у меня есть мой любимый комплектик. Подукороченный слегка, но чистенький. И жертв никаких не нужно.

Инопланетянин как раз расстегнул свою меховую шубу и распахнул ее, демонстрируя комбинезон вроде того, что был на мне, только серый. Вскинул голову и удивлённо посмотрел на меня, так и не успев эту шубу снять.

— Если ты ещё сохранила такое редкое чувство как смущение, я отвернусь. Но переодеться тебе придется. Иначе живыми мы отсюда не выберемся.

Переодеться…

Откашлявшись, улыбнулась.

— Это необязательно…

— Ошибаешься, обязательно. Если этого не сделать все твари на данном уровне примчатся на запах крови. Так что давай, стеснительная, снимай комбинезон и одевай мои вещи.

И этот командир взялся за завязки своих самодельных утеплённых мехом неизвестной мне пока твари штанов. Шуба уже на полу лежала.

А мой новый спутник ещё внушительнее Ранмара выглядит без всех этих шкурок. Плечи уж точно шире, а вот талия явно тоньше.

— Ты не понял. Я не особо стеснительностью страдаю. Просто имела в виду, что комбинезон испачканный сниму, но тебе при этом раздеваться не обязательно. У меня под комбинезоном пижама… Точнее то, что от нее осталось, но пока можно и так. А там может и найдем что-то в лаборатории той же. Отстирать никак, да?

Мужчина отрицательно покачал головой.

— Запах все равно останется. У тварей слишком хороший нюх. Особенно на кровь. Особенно своих. Очистка помогла бы, но мы вряд ли запустим электронику.

В голове шевельнулось мысль… А если я? Как систему? Через полученный мною непонятным способом допуск несчастной Киры Бэйли?

Я посмотрела задумчиво на своего спутника и принялась решительно снимать комбинезон.

Мы ещё слишком мало с ним знакомы чтобы делиться такими секретами. А чтобы оголяться перед ним видимо достаточно, подсказал ехидный внутренний голос. Нервно хмыкнув, я выпрямилась. Зажав в руках свёрнутый в кулёк испачканный комбинезон вопросительно посмотрела на отводящего глаза инопланетянина, который споро надевал свои вещи обратно.

— И куда мне его…?

— Здесь оставим. Будем уходить, закроем дверь чтобы запах притупить и тварей со следа сбить. А тебе лучше обтереться. Лицо, шея, руки. Те места, что были залиты кровью.

— Хорошо…

Положив на пол кулёк с комбинезоном, стала собирать влагу с поверхностей и оттирать кожу. Неожиданно перед носом появился кусок чистой ткани. Нервно оглянувшись на мужчину, молча взяла подношение и благодарно кивнула.

Запасливый спутник однако попался. Вот только откуда он из достает я так и не увидела.

Закончив, бросила ткань к комбинезону и привычно повесила кобуру с бластером на пояс. Снова почти голая и с оружием…

— Ну что? На выход? — улыбаюсь я и… вижу в ответ лишь скулу и ухо своего спутника.

Так не пойдет!

Аккуратно касаюсь ладонью плеча мужчины.

— Послушай, мне не хочется сегодня умереть лишь потому, что ты на меня специально не смотришь чтобы не смущать. Я же сказала, что всё нормально. — Господи, да я на даче у мамы в более коротких шортах траву пропалывала кверху задом! И абсолютно ничего лишнего никто не увидел. А топик так вообще на одних бретельках был. — Если тебе станет от этого легче, можешь представить, что я твоя сестра…

Могу биться об заклад чем угодно, но… Мне явно послышалось в этом невнятном мужском бормотании "А вот это вряд ли получится…"

— Я тебя понял и на этот счёт можешь не переживать. Ни один шестилап до тебя не доберется. Как и прочая тварь пока я жив.

Я, приподняв бровь смотрю с усмешкой на товарища по несчастью.

— Звучит слишком торжественно… Как клятва…

— Я не даю обещаний, которые не могу сдержать… — был мне исчерпывающий ответ. И обнадеживающий, что очень важно. Вид на земле вымирающий — мужчина принципиальный и благородный. Да мне повезло со спутником!

— Приготовься. Выходим.

— Так точно, командир!

На мою шутливую браваду мужчина отреагировал странным, болезненным каким-то взглядом. Я случайно задела какую-то болезненную струну? Что-то с прошлым связанное? Он служил? И вспоминать об этом не любит… Значит служил явно не писарем в штабе. Плюс его навыки владения оружием, точность броска и абсолютное хладнокровие при этом. Военный спец. Как и Ранмар. Везет мне в этом мире на военных. Да и в том…

Открываем дверь. Выходим.

Весело…

Уж чего я точно не ожидала, выползая через с трудом открывшуюся дверь, так это того, что с той стороны нас встретить непривычная уже тишина и пустота. Ни единой живой души! Ни единой твари, жаждущей нашей плоти!

Я не спец, конечно, по выживанию, да и с повадками местных тварей пока не очень хорошо знакома, но что-то подсказывает мне, что эта тишина совсем не к добру.

— Плохо…-звучит в унисон моим безрадостным мыслям напряжённый голос инопланетянина.

Блин, как же его зовут то?! Мне до чёртиков надоело называть его мысленно то инопланетянином, то спутником, то и вообще, товарищем по несчастью! Почему он имя назвать не захотел? Скрывается от кого-то? Или у них это с обычаями связано как-то? Может просто не положено или означает что-то важное? Назовет к примеру мне свое имя и окажемся мы неожиданно глубоко женатыми! Не, я пока с этим делать спешить не буду. Пусть остаётся безымянным инопланетянином! Я и так уже одного почти женила. Потом семь верст на своем горбу тащила и жеваным мяском кормила. Холостой проще. Куда хочу, туда иду… налегке и с песней!

— Я так и поняла, что ничего хорошего…

Длинный широкий коридор, с множеством боковых ответвлений и частично открытых дверных проемов в аварийном освещении казался убегающим в бесконечность и… довольно жутким. Глянцевое половое покрытие было сплошь усыпано осколками битого стекла и кусками раскрученного пластика. Тут и там на глаза попадаются бесформенные обрывки каких-то грязных тряпок. Видимо бывших когда-то чьей-то одеждой. И изгвазданы эти тряпки явно не дождевой водичкой.

А какой в этом коридоре стоял "аромат"! Слабый запах разложения перебивал удушающе сильный запах гари. А ещё паленой плоти и шерсти. Что здесь произошло?!? И почему запах за столько времени не выветрился хоть немного?!

Держа одной рукой крепко бластер, другой прикрыла ладонью нос, борясь с рвотными позывами. Да тут даже самый стойкий и крепкий сложится пополам!

Кстати о стойких и крепких…

Одного взгляда на моего… спутника, хватило чтобы понять, что и его пребывание в этом месте не оставило равнодушным. Шапку он больше не надевал, поэтому мне было хорошо заметно как сильно мужчина побледнел. На его лбу выступила испарина и взгляд сделался такой… Почему-то вдруг появилось ощущение, что причина его нездорового состояния совсем не в чудовищной вони, что здесь стоит.

— Ты в порядке?

— Да…

Ладно. Какой вопрос, такой и ответ. Сама дура. Как здесь вообще можно быть в порядке?

— Куда нам теперь?

— Прямо. Нет! Нужно заглянуть кое-куда… Пятое ответвление налево…

Что-то мне не понравилось это его нервное "нужно заглянуть". И маршрут, и дураку, то есть дуре, понятно, что на ходу изменил. Нам точно нужно было прямо. Так зачем искать на пятую, итак не очень везучую, точку приключений?

— Может объяснишься? Не хотелось бы рисковать жизнью, не зная из-за чего.

— Там… можно найти одежду.

Врёт. Точнее не договаривает. Одежду там мы действительно возможно найдем, но идем туда совсем не поэтому. Говорит он не хочет. Не идти я не могу. Не здесь же оставаться когда почти дошли до того самого убежища, кто бы в нем не обитал. Подвоха какого или ловушки я не чувствую. Это вообще со мной никак не связано. По крайней мере я так чувствую. Словно инопланетянин хочет что-то увидеть там, в чем-то убедиться, в какой-то своей не очень хорошей догадке.

С каких пор я стала такой излишне проницательной?

В общем выбора у меня и нет. Идём куда он сказал. Просто нужно быть готовой к любым неожиданностям хотя это вряд ли возможно.

— Ну, веди, Сусанин…

— Кто?

— Не обращай внимания. Это шутка такая. Идём. За чем бы мы ни шли на самом деле…

На нервный взгляд вынужденного напарника я лишь улыбаюсь. И мы начинаем медленно пробираться вперёд. Хотелось бы сказать, что тихо и незаметно, но нет. Как стадо слонов в посудной лавке после бомбежки! А как ещё можно пробираться в военных ботинках по полу, сплошь усеянному битым стеклом?! Слышно нас наверняка было и в другом конце этого бесконечного коридора.

— Ты бывал здесь раньше?

Идти в зловещей тишине было трудно. Ага, и во мне неожиданно проснулось желание поболтать. Просто в тишине казалось, что из любого проема разгромленной комнаты на тебя сейчас броситься что-то стремительное и невероятно зубастое. И не столько страшно было мне это самое "зубастое", сколько убивало само ожидание нападения. В общем, нервы ни к черту с этой жизнью. А собственный голос отвлекал, создавал иллюзию защищённости, повседневности что ли. Не знаю как объяснить, но я это чувствовала и это помогало.

— Один раз… — скупо и словно нехотя ответил мой вынужденный напарник. — Очень давно. Когда ещё всё только начиналось…

Хм. И сейчас он вернулся и… захотел побродить?

— Я пытался потом снова пробраться сюда, но… Тварей здесь оказалось слишком много. Было много того, чем можно было поживиться…

А зачем он снова пытался сюда пробраться?

Мы минуем одно разнесенное вдребезги помещение, другое. Я вижу раскуроченные металлические клетки и разбитые пластиковые боксы, в которых явно кто-то содержался раньше. А ещё я постоянно замечаю разрозненные фрагменты тел каких-то животных и… гуманоидов. Следы большой охоты местных тварей и жуткие остатки их кровавого пиршества. Мне жалко тех разумных и неразумных, кто нашел здесь свой конец, но… Меня мучает все сильнее вопрос… Куда делись те, кто здесь резвился? Из практически законсервированного наглухо холодом помещения?!

Но вокруг всё та же тишина, разбавляемая лишь хрустом разминаемых под подошвами наших ботинок осколков стекла.

И от этого ещё более жутко.

А вот и пятое ответвление налево. Даже гадать не берусь, что именно нас там ждёт. Что он надеется… или боится… там найти…

Разбитые прозрачные двери. Явно не из простого стекла. Что-то более плотное и менее прозрачное. Какой-то неизвестный мне пластик. Множество характерных пятен на полу и костей.

Ито не простая лаборатория. В этом отсеке кого-то держали. Характерные стеклянные боксы по обеим сторонам от двери, больше напоминающие комнаты с тремя прозрачными стенами. Как вольеры. Но смущает наличие в каждом из них средств, напоминающих сантехнику. Унитаз, раковину. Ещё я вижу кровать. А сами помещения, если не обращать внимание на прозрачность стен, напоминают ту камеру на корабле отца Ранмара, в которой я провела по моим подсчётам несколько недель своей новой жизни.

По спине пробегает холодок, ладони потеют. Я резко останавливаюсь и напряженно смотрю на мужчину рядом со мной.

— Куда ты меня привел?!

Он не отвечает. И такое ощущение, что и не слышит. Он молча идёт вперёд, разглядывая разрушенные боксы. Кого бы в них не держали, постигла узников та же участь, что и местный персонал. Не выжил никто. Да даже если бы и сумел спастись от когтей и клыков… Как выжить в закрытой лаборатории без еды и воды?

Но мой спутник похоже считает по другому. Он упрямо идёт вперёд, всматриваясь в разрушенные камеры. А затем замирает на месте. Я даже не уверена, что он дышит.

Сглотнув и не ожидая ничего хорошего, медленно иду к нему. Чем бы это не оказалось, я должна это увидеть. Должна понять…

Ещё один прозрачный вольер. Ещё одна, по сути, камера. Но она цела. Ни трещины в стеклянных стенах, хотя полно кровавых разводов и тонких следов от множества когтей. А ещё я не сразу понимаю, что камера эта совсем не пуста. Просто не сразу замечаю среди насыпей из золы и пепла очертания тела, прикованного к необычного вида металлической кушетке. Тела, присыпанного той же самой золой.

Здесь был кто-то. Прикованный. И возможно он сгорел живьём. Инопланетянин знал его…? Ее?! Как я сразу не поняла, что тело небольшое, хрупкое по форме, больше напоминало подростковое или…женское?!

Неужели его сестра? Та самая, на которую я так сильно похожа?

Почему-то именно эта мысль пришла мне в голову самой первой. А инопланетянин лишь стоял и молча смотрел. А потом медленно, буквально заставляя себя, приблизился к вольеру и осторожно, едва слышно, постучал по пластиковой стене.

Что он делает?!

Каюсь. У меня начали появляться сомнения в разумности моего спутника. Что я в сущности о нем знаю? Что я знаю о том, через что ему пришлось тут пройти? Даже самые стойкие ломаются. Может и он…

Так я размышляла ровно до того момента, как услышала со стороны прикованного к кушетке тела странный звук, похожий на глухое мычание!

Кажется безумие заразно!

Никто и ничто не способно было здесь выжить! Не так! Не в таких условиях! Долгое время среди вони гниющих тел, среди смрада и гари! Без еды и воды! Абсолютно обездвиженным! И... В вольере явно был очень сильный пожар. Сгорело абсолютно всё, кроме металлической кушетки и специальных наручников... Словно они были сделаны из огнеупорной стали... Словно кто-то заранее знал, что это свойство для этих вещей необходимо... Словно кто-то знал, что пожар возможен и очень даже вероятен и не хотел чтобы узник вырвался на свободу...

Узник, способный этот пожар устроить...

Или узница...

Это же не может быть...

Да?

Я поймала себя на том, что медленно пячусь назад. Шаг за шагом. Не сводя взгляда с тела под слоем пепла, которое начало тихонечко шевелиться.

У меня галлюцинации!

Мне это кажется...

— Я нашел ее через несколько дней после того, как все началось. Вот в таком беспомощном состоянии. Вокруг царил настоящий хаос. Персонал метался, пытаясь спасти свою жизнь. Никому не было дела до пленников. Почти всех сожрали в первые дни. "Счастливчиков" на следующие. Ей не повезло родиться с определенной особенностью. То, что в иных ситуациях считается невероятным благом, сыграло с ней злую шутку. Регенерация, равной которой по силе нет ни у одного живущего в этой галактике создания... И неспособность умереть ни от голода, ни от жажды, ни от холода и огня... Тем более от своего собственного...

— Гвэйла... — губы не слушаются, язык заплетается как у пьяной. Я не уверена, что когда-то была в состоянии подобном этому. Никогда и ничем не была так шокирована.

— Я принял тебя за нее тогда. Там, наверху. Думал ей удалось спастись...

— Это твоя сестра? — шепчу я.

— Нет... к счастью. Моя сестра умерла раньше. Просто я хотел ее спасти. И не смог. Слишком много тварей. А у меня не было оружия. Она просила... Умоляла помочь ей! А я ушел! Бросил! Хотел вернуться и много раз пытался. Но прорваться сюда становилось всё сложнее. Твари размножались и охотились уже стаями. А потом я потерял надежду ее спасти. Надеялся, что она умерла. Что регенерация отказала... Если бы я знал...