Глава 22

Он держит меня, крепко прижимая к себе, тяжело дышит в лохматую его стараниями макушку…

Я по инерции цепляюсь за его плечи, пытаясь собрать воедино разбегающиеся мысли…

Я никогда не была импульсивной особой. Легкодоступной тем более. Демиду в свое время пришлось не один десяток кругов вокруг меня́ нарезать, чтобы добиться того же согласия на свидание. Хотя понравился он мне сразу, практически с самой первой встречи… как и Сай… Хотя встреча с последним получилась ещё та. И было это только сегодня, а кажется будто много времени прошло. Столько всего за это время случилось, столько пришлось пережить вместе.

Иногда за год можно прожить и испытать больше, чем за целую жизнь, а за день — больше чем за год. И в экстремальной ситуации узнать человека… ну, или не совсем в данном случае человека… можно лучше, чем прожив целую жизнь бок о бок. Одно лишь то, как он убеждал меня спасаться самой, наплевав на него, на его жизнь… Каждый бы так смог? Каждый бы решился? Очень сильно сомневаюсь. Все, кого я встречала до этого… в этой жизни… либо пытали меня и хотели убить, либо стремились использовать в своих целях. Так или иначе. Контраст ощутимый.

Это совсем не означает, что я "поплыву" теперь и сразу запылаю к Саю неистовой любовью, но и голову пеплом посыпать тоже не буду. Было и было. Судя по всему, хотели этого мы оба. И оба взрослые, зрелые личности. Так что спокойно принимаем произошедшее и двигаемся дальше…

Упираясь в плечи мужчины, медленно поднимаюсь с его бедер. Стараясь не краснеть, поправляю многострадальную пижаму. Сдуваю с лица непослушную прядь волос и смотрю на пушистых зрителей произошедшего, про которых я под конец и забыла. Ощущать себя эксгибиционисткой было не очень приятно. Утешала лишь мысль, что даже будучи разумными, это были всего лишь звери.

Большинство ларков занималось своими делами и если на наши "игрища" они и обратили внимание, то видимо ненадолго. Но вот вожак смотрел внимательно, неотрывно следил за каждым моим движением. Отвернувшись от вожака наткнулась на пронзительный взгляд Акелы. Он лежал совсем рядом, принюхивался жадно и смешно шевелил ушами, я бы сказала, что нервно. А потом склонил набок голову и… Судя по умильному и даже смешному выражению его до этого грозной морды, кажется он был ошарашен. Шокирован. Видимо зрелище было не для слабонервных инопланетных созданий и теперь у бедного ларка моральная травма.

Смех сдержать получилось с трудом. Покачав головой обернулась… и тут же резко отвернулась снова!

Сай стоял спиной ко мне и… кажется, вытирался.

Закусила нервно губу. Выдохнула. Да уж, в такой ситуации я ещё никогда не оказывалась. Ленка бы в голос хохотала, расскажи я ей подобное. Ага. А ещё сказала бы не теряться и хватать такого мужика пока сам идёт в руки, и пока другая, более хваткая дамочка не подсуетилась и не увела.

Эх, Ленка, как же мне будет тебя нехватать…

— Ты ведь это изначально не планировала, не так ли? — Вздрагиваю и резко оборачиваюсь. И буквально напарываюсь на внимательный, задумчивый взгляд шоколадных глаз. — Сначала мне показалось, что… Опасность вокруг… Вероятность не пережить этот день… И ты…

Я усмехаюсь весело:

— Ты подумал, что я решила таким старым как мир способом выпустить пар? Избавиться от накопившегося напряжения, ну и развлечься напоследок, вдруг завтра не наступит, да?

Он улыбается в ответ, немного смущённо, что удивительно ему идёт, и запускает пальцы в и без того растрепанную моими стараниями гриву. В памяти не к месту всплывает воспоминание о том, насколько мягкие и шелковистые эти темные пряди, как приятно скользят между пальцами.

— Ага. Подумал, но только поначалу. Пока не ощутил сейчас твою растерянность… — Он упирается одной рукой в стену над моей головой и склоняется ближе ко мне, всматриваясь в мое лицо, ища что-то в моих глазах. — Ты ведь этого не хотела. По крайней мере сначала. Зачем тогда ты..?

Я отвечаю вопросом на вопрос, своим провокационным вопросом на его:

— Ты жалеешь?

Он улыбается и отрицательно качает головой, склоняется ещё ниже, слишком низко:

— Точно нет. А ты?

— И я нет. Но это вряд ли повторится. И говорить об этом я точно не хочу…

Он молча всматривается с минуту мне в глаза с абсолютно нечитаемым выражением лица, а потом медленно отодвигается и руку убирает. А я облегченно выдыхаю про себя.

— Одевайся. Предпримем ещё одну попытку покинуть это "гостеприимное" место.

— С тем же успехом?

— Сомневаюсь…

Он поднимает брови, с вопросом в глазах смотря на меня, но я молчу. И он также молча одевается. Флегматично сматривает и прячет оружие. Подходит к двери, где уже в нетерпении мнусь я.

— Система, действуем по уже проверенной схеме. Открываешь дверь… выпускаешь меня… прикрываешь дверь, но не до конца… Если на него реагируют с агрессией закрываешь дверь полностью…

*****

Я не понимала насколько была напряжена всё это время. Лишь выбравшись в коридор и облегчённо прижавшись спиной к стене и смотря на стоящего рядом Сая я выдохнула и позволила себе расслабиться.

Мы выбрались! Оба! Мы сделали это!

Когда дверь открылась и я вышла, Акела неожиданно кинулся ко мне и принялся обнюхивать. А потом сел рядом и долго смотрел мне в глаза. Бедный ларк был растерян и даже, я бы сказала, дезориентирован. Вникать в причины этого мне откровенно не хотелось. Были подозрения, что обнаруженный ответ мне совершенно точно не понравится.

Когда попытался выйти Сай, стая напряглась. Но никто на него на этот раз не бросился. Лежали, втягивали воздух носами, самые любопытные приблизились и не доходя пары шагов ещё раз обнюхали.

Всё это время я была напряжена, ожидая очередного нападения. Но этого не случилось.

По моей просьбе система приоткрыла дверь сильнее и… Видимо у Сая лопнуло терпение, потому что он решительно протиснулся в проем и встал рядом со мной.

Момент истины…

Пару мгновений спустя на моем лице расцветает улыбка. Я беру мужскую руку и крепко сжимаю. И начинаю медленно двигаться к выходу в коридор.

Каждый раз, как очередной ларк, мимо которого мы пробирались, поднимал голову и принюхивался, я внутренне замирала, но упрямо двигалась дальше.

Ладонь свою гордый инопланетный мачо у меня почти сразу отобрал и даже норовил по привычке вырваться вперед — приходилось пресекать. Если кинутся, хоть успею прикрыть. И вот именно это, думаю, ему и не нравилось. Хрупкая мужская гордость билась в конвульсиях.

Когда уже сворачивали в коридор, удостоилась прощального взгляда от вожака. Говорящего такого взгляда. Думаю, в будущем конкретно этому ларку мне лучше на глаза больше не попадаться. Целее буду. Мужская гордость оказалась хрупка не только у двуногих мачо…

Но помимо ущемленной мужской гордости была ещё одна проблема. Акела. Этот ларк сначала вплотную приблизился к Саю, тщательно обнюхал его, оскалил грозно зубы, заставив нас замереть, а затем вздохнул, совсем по человечески, и уселся рядом. И с тех пор двигался за нами следом, не отставая ни на шаг и, похоже, планировал продолжать в том же духе и дальше. И вот это была проблема. Не то чтобы я его боялась, нет. Да и Сая он похоже уже не тронет. Но… Вряд ли жильцы того убежища, куда мы направляемся, образуются такому пополнению. Хорошо если не начнут тут же палить с порога. Идти с нами для этого зверя не вариант. Но как объяснить ему, что идти за нами не нужно? Хотя… Снова забываю про их особые способности…

Вздохнув сажусь рядом с пушистиком на корточки и осторожно тянусь к его спине. Удивительно, но он даже не напрягается, спокойно даёт себя погладить. Шерсть на ощупь мягкая и шелковистая. А ещё холодная.

Я аккуратно глажу широкую спину и смотрю в невероятно умные глаза.

Ты хороший защитник и мог бы стать со временем хорошим другом, но тебе нельзя со мной, нельзя с нами. Для тех, кто живёт там, куда мы идём, ты опасен. Они могут испугаться и отреагировать агрессивно. Ты понимаешь?

Он молча смотрит на меня. Слушает. Вглядывается в глаза.

И я закрепляю вслух:

— Ты останешься здесь. Со своей стаей. Со своей семьёй. Твое место здесь.

Он наклоняет голову набок, затем трясет головой и вдруг ухватывает меня зубами за короткую штанину пижамы, мазнув прохладным носом по бедру, и осторожно тянет в сторону входа в помещение, из которого мы с таким трудом выбрались.

Но посыл я поняла.

— Нет. Я не могу пойти с тобой. Не могу остаться с тобой здесь. Мое место не здесь, понимаешь? Это твой дом, не мой. Мой мне ещё только предстоит найти…

Он фыркает и снова хватает меня за штанину, но тянет уже в другую сторону. В конец коридора, куда нам с Саем нужно попасть чтобы добраться до шахты и спуститься.

— Нет, ты не можешь пойти с нами! Не можешь! Да пойми ты!

Он отпускает мою штанину и садится напротив. Снова смотрит в глаза. Во взгляде ярких, красновато-оранжевых глаз мне мерещится обида и немой укор.

Встряхиваюсь и, поудобнее перехватив бластер, решительно устремляюсь вперёд.

— Возвращайся к своим, Акела. Нам не по пути… к сожалению…

А ведь мне действительно нравится этот умный не в меру зверь. Я бы не отказалась от такого друга и спутника. Шанс, что такой предаст значительно ниже, чем дождаться предательства от двуногих разумных.

Матеря себя на чем свет стоит, не выдерживаю и оборачиваюсь. Он так и сидит недалеко от входа и не моргая смотрит мне вслед.

Отворачиваюсь, ощущая себя самой настоящей предательницей. Внутри зудит неприятное колкое чувство.

Чтобы отвлечься устремляю взгляд на Сая:

— Доктором чего была Кира Бэйли?

— У тебя непонятным образом оказался ее генетический материал, но ты не знаешь кем она была?

Сай собран и напряжен. Он внимательно осматривается, прислушивается. И не зря. Многие двери открыты, некоторые покорежены и сломаны. И неизвестно кто или что может поджидать нас за одной из них. Да, это территория стаи, но кто даст гарантию, что тут не водится что-то дружественное им и опасное для нас… например какая-нибудь инопланетная особь, которой также как и им внедрили ген гвэйл?

— При нашей первой и единственной встрече доктор Кира Бэйли… уже была мертва. Причем давно. Так что расспросить ее, как ты понимаешь, у меня возможности не было. Ее допуск уровня Си и его уровня недостаточно чтобы получить доступ к медицинским базам данных. Вот и возник закономерный вопрос — что это за доктор такой, для которого медицинские базы данных недоступны. Значит доктор совсем не медицины. Но чего?

— Психологии…

Я торможу и, хмурясь, смотрю на Сая:

— Она была обычным психологом?

Он качает головой, заглядывая в очередной проем:

— Не обычным. Она была менталом. Работа с сознанием и подсознанием. Внушение. Программирование.

Эмм, программирование? Это он о гипнозе? Что-то мне всё меньше нравится то, что я узнаю. Кому и что она внушала? Что за программы закладывала? Да и кому? Подопытным животным?

Видимо у меня последний вопрос просто на лице написан, потому что я слышу мрачный ответ Сая:

— Здесь ведь не только вирусные лаборатории были, не только исследовательский комплекс. Неподалеку находился исправительный объект. А под самими лабораториями… То место, куда я тебя веду… Там раньше содержали особых разумных…

— И чем же они такие особенные?

Вот так новости. Лаборатории, из которых утекли все вирусы и сбежали все подопытные. И подопытные от этих вирусов мутировали до невероятных видов и форм. Исправительная колония, из которой наверняка выжило немало особого контингента. Плюс ещё какие-то особые разумные. Не людей-икс же они там держали?!?

Сай останавливается и, вздохнув, смотрит мне в глаза. Видно, что этот разговор ему неприятен, что бередит воспоминания о событиях, о которых он мечтает забыть. Но при этом понимает, что рассказать нужно, что я имею право знать, куда именно он меня ведёт и где я вообще оказалась. Предупрежден значит вооружен. Интересно, у них тут в ходу подобная поговорка?

— Пленники этого яруса не проходили не по каким базам. Их нет в местной системе. Ни имён, ни статуса. Лишь порядковые номера и прозвища, выданные надзирателями. Сам ярус контролировался отдельным, особым искином. Персонал этого яруса был специально… обработан… ментально. Запрограммирован на выполнение определенных задач. Именно этим и занималась доктор Кира Бэйли. Работой с персоналом нулевого яруса и его узниками.

Чем дальше в лес, тем страшнее. Но информация интересная. И догадка одна есть, которую нужно проверить…

— Ты… Ты ведь был одним из узников этого нулевого яруса?

Только не ври! Не разочаровывай меня…

— Да…

Просто скупое "да" и всё. Никаких пояснений. Ясно, рассказывать о себе он пока не готов, не горит желанием. Зайдём с другой стороны…

— Ты так и не сказал… Что такого особенного в узниках этого яруса? Они обладают какими-то особыми способностями?

Бред киношный, но что-то спросить нужно было. Пусть возразит, пусть ответит хоть что-то.

— Не совсем. То есть некоторые да, но не все. Тут всё намного прозаичнее. Большинство пленников просто перешли дорогу или оказались неугодными кому-то могущественному. Но при этом достаточно ценными, чтобы их окончательно уничтожить…

Пару мгновений мы молча смотрим друг на друга.

Кому же ты перешёл дорогу, Сай? И чем так ценен своему пленителю? Уж явно не ради красивых глаз тебя продержали на этой богом забытой планете черт знает сколько времени. А кстати… сколько?

— Сколько времени ты уже здесь? Если не хочешь не отвечай…

— Чуть больше трёх лет…

Твою же мать!

Некоторое время мы двигаемся молча. Я даже не знаю, что можно ответить на такое признание. Как ты тут не сошел с ума за три года? Как выжил? Абсурд… Я всегда придерживалась принципа "Не можешь сказать что-то умное, лучше помолчи!". Вот и иду молча. Иду и думаю. Судя по всему он появился здесь примерно за год до начала местного апокалипсиса. Год заключения, а потом ещё несколько выживания в тяжелейших условиях. Три года жизни… Интересно, у него кроме погибшей сестры есть семья? Родители может? Кто-то наверняка разыскивал его и так и не нашел. Ему есть к кому стремиться? Он хочет вернуться в убежище и я иду с ним потому что это пока лучший для меня вариант. Но… Что-то подсказывает мне, что оставаться надолго я там не захочу. Осмотрюсь, присмотрюсь к обитателям, имея надёжное место, в котором можно укрыться при необходимости, поищу возможность выбраться с этой проклятой планеты. Нужно найти одежду, продовольствие, раздобыть оружие. И самое главное — найти корабль. Может здесь есть ангар какой? Пусть даже под многолетним слоем снега… Вдвоем мы могли бы справиться. Но…

Мне нужен допуск более высокого уровня! Не альфа, я этого тридцатизначного буквенно-цифрового кода не знаю. Что-то попроще, но повыше допуска доктора Киры Бэйли. А значит что? Значит мне нужен труп! И не абы какой, а весьма высокого ранга…

Вздохнула, представляя то, что придется сделать и вспоминая незабываемые ощущения от этого не самого приятного с эстетической точки зрения процесса.

— Система…

— Да, доктор Кира Бэйли?

Один плюс у того, что мне предстоит сделать, всё же есть — я наконец перестану быть доктором Кирой Бэйли! Уже оскомина от этого обращения...

— Где-нибудь поблизости есть… тела сотрудников?

Идущий рядом Сай сбился с шага и замер, смотря на меня округлившимися глазами.

Да, она всех вечно удивляла... Главное чтобы не до инфаркта.

— Вас интересуют какие-то особенные тела, доктор?

Ыыы, какой шикарный вопрос. Система жжет. А брови Сая уже потерялись где-то в волосах, но хоть отмер и идёт следом.

— Да, ты права. Тела сотрудников с уровнем допуска выше Киры Бэйли…

Цепкий взгляд Сая, полный озарения, был мне наградой.

— В этом отсеке почти все тела с необходимым вам уровнем допуска были уничтожены в первые дни после сбоя. Но есть тело доктора Сандерс, у него был допуск уровня Би.

— Би... это ведь выше моего теперешнего?

— Да, на одну ступень.

— Отлично! И где оно?

— Конец коридора. Бокс 37.

— Он заперт?

— Да, но вашего теперешнего уровня допуска достаточно. Код тот же.

— Хорошо.

Указанный бокс мы нашли быстро. Дверь действительно была открыта, но покорежена снаружи. Множественные следы когтей украшали прочную металлическую обшивку двери. Видимо звери, возможно даже ларки, пытались добраться до находящегося там тела.

Привычно прикладываю большой палец в углубление, привычно же чувствую укол, ввожу заученную комбинацию символов. С шипением и скрежетом дверь открывается. Я ожидаю сшибающих с ног миазмов разложения, всё-таки в этом отсеке значительно теплее, чем в предыдущих, но мои страхи не воплощаются в жизнь. Мы осторожно проникаем внутрь и дверь с шипением закрывается за нашими спинами.

Помещение оказывается просторным кабинетом. Бардак и разруха царят и здесь. Всё разбросано, словно по комнате ураган пронёсся. Какие-то пластиковые диски валяются массово, у самой двери осколки бутылки из плотного узорчатого стекла. Словно кто-то этой бутылкой в дверь со всей силы запустил. По центру комнаты массивный стол из резного дерева. Кресло. А в кресле труп мужчины в медицинском халате с обожженым, обезображенным лицом. Рядом с ним на столе лежит неизвестной мне модели бластер. Непохожий ни на мой, ни на тот, что у Сая. Похоже бедный доктор Сандерс свёл счеты с жизнью…

Хрустя осколками стекла и пластика, Сай медленно приближается к трупу и склоняется над прикрепленным к модернизированному медицинскому халату бейджем.

— Доктор Каин Сандерс… Младший научный сотрудник… Биоинженер… — Странная пауза, а затем с удивлением в голосе завершение. — Химеролог…

Кто?! Химеролог?!?

Это реальная профессия? Я считала, что это понятие скорее из раздела фэнтези. Хотя… Легко можно поверить в реальность этой профессии стоит только вспомнить тварей, с которыми нам пришлось столкнуться по пути сюда. Я конечно в этой вселенной новичок, но даже Сай, являющийся местным, был мягко говоря слегка удивлен некоторыми образцами местной хищной фауны, которые, к слову, пытались превратить нас в закуску.

Каин Сандерс… Теперь меня, похоже будут звать так. Запоминаемо. Особенно имя. Библейские земные мотивы в далёкой от Земли галактике.

Теперь мне только и остаётся как проводить аналогию с тем, что знала и любила когда-то…

Ну ничего… Мэй… главное жива, молода и даже практически здорова. Остальное лишь ностальгия.

Итак… Химеролог, младший научный сотрудник и биоинженер. У меня теперь будет доступ к медицинским базам данных! И не только…

Бинго! Я смогу узнать, что за эксперименты здесь проводили и для чего!

Но для этого сперва нужно кое-что сделать. И кто бы знал как мне этого не хочется!

Я тоже приближаюсь к столу. Странно, но тело, не считая лица, почти не пострадало. А ведь погиб этот доктор… доктор Каин Сандерс… почти два года назад. Но по виду будто совсем недавно…

— Это представитель расы сайтар. После смерти их тела не подвергаются разложению, как у представителей большинства известных в этой вселенной разумных рас, а переходят в другое физическое состояние. Проще говоря — застывают и твердеют. Они так могут потом века пролежать…

Сайтар… Я о таком не слышала пока вроде. Да, точно, что-то новое. Но может кого-то из представителей этой расы я видела на том суде в трибунальном зале?

Я медленно обхожу стол по кругу, огибаю кресло сзади и... застываю. Лицо и верхняя часть головы обезображены выстрелом из бластера, но задняя часть сохранилась и я вижу длинные светлые волосы, свисающие со спинки кресла до самого пола.

— Сай… А какие у представителей этой расы глаза?

Его конечно же удивляет мой вопрос. И интригует. Но вопросов Сай не задает, просто отвечает на тот, что задала я.

— У них необычные глаза. Похожие на живые осколки льда с переплетением более темных прожилок внутри… Именно такие глаза отличительная черта всех сайтар, ведь их стихия холод и лёд. Ещё у всех мужчин этой расы длинные и очень светлые волосы. У женщин волосы обычно темнее, но тоже холодного оттенка…

Этот доктор-самоубийца принадлежал расе Ранмара… А Ранмар был сайтаром, стихия которого холод и лёд…

В памяти всплывает словно высеченное из камня, но по своему красивое лицо… Температура его кожи… Странные узоры на половом покрытиями корабля, напоминающие чем-то морозные…

А ещё мои страхи, что этот инопланетянин замёрзнет во льдах… которые его родная стихия! Мне был не страшен холод в силу наличия огненного источника внутри, а ему из-за обладания противоположным…

Получается, что по силе мы антиподы. Но разве совместимы тогда? Лёд и пламя? Каким образом всё же образовалась между нами та связь в трибунальном зале? Или противоположности всё же притягиваются?

И что я натворила, позволив своей слюне попасть в его организм при кормлении? Ведь его температура резко ушла тогда вверх и мне много часов пришлось тогда спасать его от жара, который его расе вообще не свойственен. Что я наворотила?!

И ведь спросить можно, но… думаю не стоит. Что-то мешает мне рассказать Саю о Ранмаре. О нашей с ним связи. Словно интуиция шепчет "Молчи!" И я ее слушаю…

Ладно, обо всём об этом я подумаю как-нибудь потом. А пока… За это самое "потом" нужно ещё побороться.

Медленно, не отводя глаз от лица Сая, закатываю рукав халата покойного доктора и получаю закономерный вопрос:

— Что ты делаешь?

— То, что может помочь нам выжить здесь и, возможно, выбраться. Послушай… Это будет выглядеть жутковато, но помни, что я всё ещё я. Ладно?

— Сейчас ты начинаешь меня пугать. Может объяснишь, что происходит? Что ты делать собираешься? Судя по предупреждению этому твоему — что-то из ряда вон.

— Угу, — усмехаюсь я. — Ты если решишь уйти по тихому… Не забудь прикрыть дверь с той стороны. Хотя… С этим успешно и сама система справится. Слышишь, система? Если Сай решит уйти — выпусти его и закрой за ним. Не хочется валяясь без сознания стать чьим-то обедом.

— Поняла, доктор Кира Бэйли, — бодро рапортует система. — Будет выполнено…

— Тааак… Постой! — Сай неожиданно хватает меня за руку, которой я уже тянусь к запястью Сандерса. — Мне это совсем не нравится. Без сознания?! Что это будет?!?

— Сейчас узнаешь…

Мою правую руку Сай так и не отпустил, но, думаю, нет особой разницы какой именно рукой наносить царапины.

Неотрывно смотрю в напряженное лицо мужчины, и вырвать свою конечность даже не пытаюсь, а сама левой рукой впиваюсь в словно каменное мужское запястье. Мгновенно обострившиеся когти оставляют глубокие борозды, получая так необходимый мне сейчас генетический материал.

Сай молча переводит взгляд на появляющиеся от моих ногтей отметины, а я глубоко вдыхаю, ощущая как кисть сначала словно немеет немного, а затем начинает жечь. Всё сильнее и сильнее, по нарастающей. Считанные мгновения спустя это уже не просто жжение, а самая настоящая боль — пульсирующая, обжигающая. И она поднимается всё выше и выше, словно пожирая сантиметр за сантиметром мое тело. Пальцы… кисть… локоть… предплечье… плечо…

Я наконец решаюсь посмотреть и вижу как получившие свою кровавую добычу ногти на пальцах меняют цвет, становясь черно-оранжевыми. А от них вверх по руке, словно набухая изнутри, ползут ядовито-оранжевые вены.

Сай резко вскидывает голову, впиваясь в меня шокированным взглядом. И именно в этот момент меня буквально скручивает от жуткой боли, в глазах темнеет и я начинаю оседать на пол. Чувствую как меня подхватывают, чувствую мгновенное парение словно в невесомости, а потом твердую поверхность под спиной.

А затем меня снова корежило, выгибало и ломало. Пока перед глазами окончательно всё не поплыло и тьма не обрушилась со всех сторон, утягивая за собой в самые беспросветные глубины…