Глава 18

Мы приземляемся на такой же крыше, как отбывали. Костя галантно подает мне руку и помогает выйти. Нас встречает человек в униформе и ведет за собой под купол стеклянной крыши. – А что это такое? – тихо спрашиваю я, чувствуя, как еще кружится голова после перелета. – Это ресторан одного моего друга! – отвечает Костя, а я хмыкаю. – Мы не могли доехать сюда на машине? – А тебе не понравился вертолет? – парирует мужчина, но потом качает головой. – Нет, сюда можно добраться только с крыши. А на крышу возможно попасть только с вертолета. В этом и смысл этого заведения. Здесь бывают только очень редкие гости. – Ничего себе… – тяну я, резко почувствовав себя неловко. – Не переживай! Здесь на нас никто не будет обращать внимания. Каждый столик стоит в отдаленности от других и с полной шумоизоляцией! – словно чувствует мою неуверенность, успокаивает Костя. Мы заходим в сам ресторан и тот человек, который нас встретил, провожает нас в отдельный стеклянный купол. Костя помогает мне усесться, и сам садится напротив. Я оглядываюсь по сторонам и понимаю, что Романов был прав. Здесь нас никто не услышит и не увидит. А вот мы можем видеть все – город, который раскрылся будто на ладони, сверкая вечерними огнями, звезды, которые здесь особенно яркие, розы, обвивающие низ нашего купола. – Это невероятно! – шепчу я, понимая, что я оказалась в сказке. И самое прекрасное – это то, что Костя рядом. – Я знал, что тебе понравится! – нежно улыбается мужчина. Тут же нам приносят шампанское в ведерке со льдом и блюда. Передо мной ставят рыбный стейк под соусом с овощами, Косте же приносят мясо. – Как они знают, что принести? Мы же не делали заказ? – спрашиваю я, когда официанты уходят. – О, это еще одна фишка этого ресторана. Их шеф-повар готовит блюда всегда эксклюзивно под каждого гостя. – Но как? А вдруг я не ем рыбу? – Ему подается информация о вкусовых предпочтениях гостя, а он уже сам выбирает то, что подойдет именно ему! Ты попробуй! Еще ни разу не было такого, чтобы он не попал в точку! Я пожимаю плечами и отрезаю кусочек рыбы. Кладу его в рот и чуть не стону от удовольствия. Такая нежность, с пряными нотками и чем-то цитрусовым. – Нравится? – хитро спрашивает Костя и подает мне бокал шампанского. – Очень! – выдыхаю я и снова нанизываю кусочек рыбы на вилку. Костя тоже приступает к еде, попутно рассказывая обо всем на свете. Мне так нравится этот вечер, что я даже не ожидаю, что может быть что-то лучше. Но я понимаю, что это не так, когда приносят десерт. Большой шоколадный шар, с золотым напылением, который нужно разбить специальным молоточком. Костя предлагает это сделать мне. Я киваю и с улыбкой ударяю по шару. Он разбивается на несколько частей и оттуда высвобождается лиловый пар. – Ничего себе! – восхищенно тяну я, заглядывая внутрь. Мне кажется, там должно быть еще угощение, но вместо этого я вижу красную бархатную коробочку. Замираю от неожиданности и перевожу взгляд на Костю. – Доставай же! Я неуверенно достаю коробочку и открываю ее. На алой подушечке лежит кольцо с крупным прозрачным камнем в обрамлении маленьких красных. – Костя… – шепчу я пораженно и вижу, как мужчина опускается на одно колено. – Соня, я люблю тебя! Как только увидел тебя, я понял, что ты именно та самая. И с каждым днем убеждался в этом! Ты добрая, отзывчивая, самоотверженная, невероятно умная, любящая детей. Я даже не представлял, что такие бывают! Костя берет кольцо и протягивает мне. – Соня, ты выйдешь за меня? Я даже дышать боюсь, думая, что это все сон! Юра был не прав, я знала! – Да! – роняю я тихо, чувствуя, как на глазах выступают слезы счастья. Костя надевает кольцо на мой палец и встает, подхватывая меня на руки. – Я сделаю все, чтобы ты была счастлива! – И я тебя люблю! – шепчу я, зарываясь пальцами в густые волосы мужчины. Он целует меня снова и снова, распаляя такой жар во всем теле, что трудно дышать. Если бы не стеклянные стены и возможность появления официанта, я бы отдалась ему прямо здесь и сейчас. Но не могу… – Поехали домой, или я тебя съем прямо здесь. Вместо десерта! – хрипло смеется Костя, а  киваю. От его слов бегут мурашки по коже, а возбуждение накатывает новой волной. Мы выходим на крышу и снова садимся в вертолет, но обратную дорогу я уже не замечаю, наслаждаясь губами самого любимого мужчины во всем мире. Когда мы оказываемся в машине, Костя мчит домой, не отпуская моей руки, на которой поблескивает кольцо. Любуюсь им и таю от тепла Кости. Неужели возможно быть счастливее, чем я сейчас? Мне страшно, что наше счастье вот-вот рассеется. Я не знаю откуда это волнение, возможно я просто не привыкла к такому количеству радости, думая, что за ней всегда следует печаль, но я сжимаю руку Кости сильнее, боясь, что он исчезнет. Мы приезжаем домой и мужчина помогает мне выйти с машины. Его взгляд ясно говорит о том, что ночь только начинается, и я улыбаюсь в ответ. Костя подхватывает меня на руки и несет в дом. – Я могла бы и сама дойти! – смеюсь я. Мужчина ставит меня на пол и впивается в губы поцелуем. – Но это хочу сделать я! – смеется он мне прямо в губы. Не успевает он снова меня подхватить на руки, как входная дверь распахивается и на пороге показываются двое полицейских. – Романов Константин Миронович? Вы задержаны! Прошу поднять руки и не двигаться! *** – Что?! – выдыхаю я громко. – Как задержан? За что? – бросаюсь к Косте, но страж правопорядка меня резко отодвигает. – Девушка отойдите! – рявкает он. – Еще раз тронешь ее и я вырву тебе руки! – рычит Романов в лицо полицейскому. Тот бледнеет, но заикаясь, произносит. – Э-это угроза?! Вы уг-грожаете мне? Я при исполнении обязанностей и могу расценить это как нападение… – За что я арестован, позвольте спросить? – игнорирует вопрос полицейского Костя. – Против вас выдвинуто обвинение в похищении ребенка! – Что? – выдыхаю я, чувствуя, как теряю равновесие от головокружения. – Некая Смолякова Дарья написала, что вы похитили у нее ребенка! – добавляет полицейский, застегивая наручники на Косте. – Но он никого не похищал! – срываюсь я на крик и бросаю взгляд на Романова. Тот стоит с лицом, не выражающим никаких эмоций. И только я знаю, что скрывается под этой маской спокойствия. – Разберемся в отделении! Сейчас здесь будет группа по социальной защите детей. Соберите ребенка! И не вздумайте препятствовать, а то и вас заберем! – грозно сообщает страж порядка. – Я не отдам вам Никиту! – кричу я, закрывая собой вход наверх. – Соня, делай так как они говорят! – тихо, но четко говорит Костя. – Но как же? Это же твой сын! Наш Никита! – уже плачу я, не понимая, что происходит. Вижу как Костя хочет подойти и успокоить меня, но любое его движение будет расценено как попытка противостоять. – Соня, я люблю тебя! – роняет он перед тем, как его уводят. Как только дверь в дом закрывается, я уже слышу звук сирен подъезжающих машин. О нет! Это за Никитой! Бегу наверх и без стука залетаю в комнату к малышу. – Ульяна Сергеевна, просыпайтесь, скорее! – тормошу я маму Кости. – Соня? Что? Что случилось? Никита? – она кидается к кроватке, но видит, что там мирно спит ребенок. – Костю арестовали! – громко шепчу я. – Из-за Никиты! И его сейчас заберут! Надо спрятать! Нужно что-то делать! Ожидаю, что Ульяна Сергеевна начнет паниковать как я, помогать мне собирать Никиту, но та только спокойно берет меня за руку. – Соня, успокойся! Ты ничего не можешь уже сделать! Нам придется отдать Никиту. Я не удивлена, чего-то подобного стоило ожидать. Жаль только, что Костя не успел сделать тест, но мы все сделаем! – Но как? Слышу громкие шаги внизу и вскрикиваю, но женщина закрывает мне рот рукой. – Слушай! Мы должны доказать, что ребенка подкинули! Любыми способами! И раз эта кукушка подкинула его не просто под дверь, а отцу, то тест должен быть однозначно! Никто не поверит тому, что у них просто похожи глаза! Мне вообще странно, что она раньше этого не сделала! Будто кто-то ее надоумил! – Я, кажется, знаю, в чем дело… – шепчу я пораженно. – Это Юрий! Он все подставил! Этот козел давно копал под Костю! – Ну а вы ему дали все козыри в руки! – шипит Ульяна Сергеевна. – Ладно, забирай его соску, быстро, и клади сюда! – женщина роется в аптечке и достает оттуда баночку для сбора анализов. – Зачем? – выдыхаю я. – Соня, для теста! – Но там нужно принести самого Никиту… – выдаю я, слыша, что за малышом уже поднялись и ищут его по комнатам. – Деточка, ты не понимаешь? Если это подстроил Юра, он сделает все, чтобы ребенка не нашли и не смогли провести экспертизу. Возможно, отправит его с недоматерью куда-то далеко! А Костя будет сидеть до старости! Не слушая дальше, я аккуратно вынимаю соску изо рта Никиты и бросаю в баночку, крепко закрутив крышкой. Тут же в комнату врываются люди. – Отойдите от ребенка! – громко говорит женщина в форме, а я киваю. – Я только выну его с кроватки. Он же испугается! – Я сказала, отойдите от ребенка! – кричит женщина, от чего Никита просыпается и начинает громко плакать. У меня сердце рвется на куски. Я готова бросится на них и перегрызть им всем горло за моего малыша, но Ульяна Сергеевна крепко держит меня за руки. Никита плачет и тянет ко мне свои ручонки, а я рыдаю взахлеб. – Никита, малыш мой, сынок… Его уносят, а я оседаю на пол и захожусь в истерике. Я сегодня потеряла двух мужчин, которых люблю и даже не представляю, что буду делать дальше. А Никита, как он теперь будет с совершенно чужими людьми? Мой мальчик с ума со страха сойдет, если рядом не будет меня или Кости… – Соня, все, успокойся! – садится рядом со мной Ульяна Сергеевна. Я поднимаю на нее заплаканный взгляд и качаю головой. – Как вы можете оставаться такой спокойной? Вашего сына посадили, а внука забрали неизвестно куда! И нет шанса, что мы сможем увидеть его хотя бы еще раз! Женщина грустно улыбается и отвечает: – Если бы я плакала всегда, когда у меня проблемы, я бы затопила полмира! Соня, я и не в такие передряги попадала, поверь. Я растила своих сыновей в девяностые, вот тогда действительно было страшно! А сейчас просто нужно собраться и решить, что делать! – А как же ваш отлет? Вы не уедете? – вытираю слезы рукой, уставившись на маму Кости. Если бы не она и ее спокойствие, я не знаю, что со мной сейчас бы было. – Нет, конечно, нет! Я не оставлю тебя! Открываю рот от удивления. Ульяна Сергеевна не сказала «не оставлю сына», или «не оставлю внука», она сказала обо мне. Снова всхлипываю и бросаюсь в ее объятия. – Спасибо вам…