Глава 29.

МАКСИМ.

— Здравствуй, мама. — прелестно, что из всех фраз, которые не стоит говорить в присутствии Даши мама выбрала самую главную!

У меня зубы скрипят. Не похожа! Заладили все. Я и сам вижу, что девочка не моя точная копия. Но… в ней есть мои черты, определенно!

— Не похожа, и слава Богу! — давай, мать, добивай меня.

Просто, фейспалм, как говорит молодежь и не только. Я тоже так говорю. И вот что мне теперь делать?

Поворачиваю голову к Дарье, вижу, что та уже готова броситься в атаку, защищать свое чадо. Я должен был предупредить её, что предстоит знакомство с моей драгоценной родительницей.

Нет, я обожаю маму. Без мамы я не стал бы тем, кем являюсь сейчас, но…

— Малышка просто вылитая я в детстве! Я покажу вам фото, вы обалдеете! — вот это поворот, мать, ты меня в могилу свести вздумала? — Вы мама этого чуда? Давайте знакомиться. Меня зовут Диана, можно просто Дина.

— Дарья, можно просто Даша. — мне нравится, что она не тушуется рядом с моей царственной маман. Получает плюсик в карму от последней, определенно.

Мама любит смелых и дерзких. Почему-то я уверен, что с Дарьей они найдут общий язык. И… почему-то меня это совсем не радует.

Почему-то!

Да потому, что эти двое совершенно точно начнут «дружить» против меня!

Вот же засада…

Смотрю на Даришку, сидящую на руках у матери, Даша делает шаг, чтобы взять ее, но девочка видит меня, и издает такой ликующий радостный клич, что я просто готов растечься лужицей.

Моя девчонка!

Стоп, я сказал — моя?

Черкасов…а ты разве еще сомневаешься?

Протягиваю руки к крошке, она тянется ко мне, но…

— Руки сначала надо помыть, Максим, а потом уже брать ребенка. Иди скорее, ей уже не терпится оттаскать тебя за волосы.

Понимаю, что мне реально лучше сейчас сбежать. Прохожу по коридору первого этажа к столовой — ближайшая раковина в ванной комнате, прилегающей к кухне. По дороге встречаю Ольгу, которая улыбается сочувствующе.

— Держитесь, Максим.

А что, у меня есть выбор? Отдаю Ольге пиджак, иду мыть руки.

Возвращаюсь, и вижу, что мама и Даша уже сидят на диване в гостиной, Дариша лежит между ними.

— Девочек не стоит рано присаживать, могут быть проблемы по-женски потом, — мать говорит так, словно вырастила целую роту девочек. Но я у нее единственный сын!

— А я читала, что все это миф. Но вы правы, лучше не спешить, сядет, когда сядет. Ей пока и лежится не плохо, да, моя сладкая? — меня умиляет то, как Даша воркует над дочерью.

— Максим, она тебя заждалась! — маме, похоже, нравится то, как реагирует на меня девчушка. — Бери ее, поиграй, Даше надо переодеться, а нам поговорить.

Все же знают, что обычно бывает после маминых слов — нам надо поговорить?

Нет, я не маменькин сынок, конечно. Почти. Или маменькин? В общем, мать меня растила одна. Отец был старше её и ушел рано, мне было всего четырнадцать, самый гадкий возраст. Но мать меня держала в ежовых рукавицах и в черном теле. Репетиторы, курсы, учеба, спорт — теннис и яхтинг. При этом она умудрялась как-то так со мной управляться, что я даже не пытался бунтовать. Умела, когда надо сыграть в слабую женщину, которой нужна защита единственного мужчины.

Конечно, я был не единственным, мужики вокруг неё табунами ходили. Но мать посчитала, что достойного быть моим отчимом среди них нет.

Сейчас, я знаю, у нее появился новый партнер — я стараюсь следить за ее жизнью, оберегать. Хотя моей матери никакие «обереги» не нужны. Она сама себе оберег.

Моя мама типичная селф-мэйд вумен, этакая Мэй Маск, только моложе, и привлекательнее. Ей всего пятьдесят три. Выглядит она на сорок, сорок два не больше.

Но мозг чайной ложечкой если будет нужно выест не задумываясь!

Даша грациозно поднимается, выходит, не глядя на меня. А вот мама провожает ее более чем многозначительным взглядом.

Каким богам молиться?

Чувствую, что я попал! Реально — попал!

Аккуратно беру Даришку на руки, она улыбается мне, потом причмокивает ротиком, тянет ручку в моей щеке, хватает, издает победный клич, лупит со всей силы. Воу-воу! Полегче, крошка!

— Получил? Еще мало тебе!

— Мам!

— Не «мамкай», Макс! Я и так жутко разочарована!

Держу Даришу как щит, прикрываясь от собственной матери. Я ее не боюсь, конечно, но…

— Интересно, чем, мам?

— Сам не понимаешь, сын?

Мою маму вообще бывает трудно понять, поэтому я просто вздыхаю, опускаю голову.

С этой женщиной лучше сразу признать вину. Спорить с ней себе дороже.

— Позанимайся с девочкой пока, удивительно, что она с тобой так мила, учитывая, что ты ее не признаешь.

Ого! Даже так?

— Мам, можно я с этим сам разберусь?

— Можно. Но лучше я тебе помогу. Чтобы потом не было мучительно больно.

— Мама!

Хочу сказать, что мне тридцать три, я создал свою компанию практически с нуля, у меня более чем приличный счет в банке, и похвастаться я могу не только счетом! Я занимаюсь строительством, разработкой уникальных экологических проектов, я развиваю ресторанную сеть, сеть автосалонов, много вкладываю в современные IT направления!

Но мама есть мама, а уж моя мама!

— Я тоже, пожалуй, переоденусь, через полчаса жду тебя в твоем кабинете.

Генерал в юбке! Прекрасно! Стоп… что значит… переоденется?

— Я решила пожить у тебя несколько дней. В моей квартире генеральная уборка, замена мебели. И вообще… я, наверное, перееду к Никите Сергеевичу?

— Михалкову? — не могу удержаться и не съязвить.

— Боже, у моего сына совсем нет чувства юмора! Хорошо еще ты Хрущева не вспомнил, надеюсь знаешь кто это? Михалков, к твоему сведению, давно женат и у него куча детей, и типаж не мой. Не люблю мужиков, которые так любят себя. Никита Сергеевич Макаров. Я вас скоро познакомлю. Полчаса, Макс, время пошло.

Полчаса чтобы поиграть с Даришкой? Я только рад. С ней весело. И с ней можно расслабиться.

Она так сладко пахнет, у нее такая нежная кожа! И улыбка… Блин, она действительно похожа на мою маман! Значит, вытащила выигрышный билет генетической лотереи, мама у меня и красавица и умница.

— Ну что, Дарик-фонарик, понравилась тебе бабуля? Ты ей точно понравилась!

Щекочу крохотный круглый животик, вызывая у малышки приступы заразительного смеха. Корчу ей рожицы.

И в какой-то момент меня словно током прошибает.

Это мой ребенок! Мой! Моя дочь! Никаких сомнений нет и тест ДНК мне не нужен!

Она моя.

А я… я…

Я облажался. Я пропустил почти всю ее крохотную жизнь! Пропустил первое УЗИ, первые шевеления, первые удары крохотных ножек в мамин живот, я пропустил ее рождение, появление на свет этого ангела! Пропустил первое кормление. Первый осознанный взгляд. Первую улыбку.

Я прижимаю к себе дочь, чувствуя, как до боли сжимается сердце. Все перестает существовать. Только она. Я ведь так мечтал стать отцом! И… такой подарок судьбы проворонил!

Не знаю, сколько я стою с ней вот так, обнимая самое драгоценное на свете, закрыв глаза, боясь спугнуть это ощущение умиротворения, и опустошенности.

Я, взрослый умный мужик, позволил чему-то или кому-то лишить меня счастья.

Нет, Черкасов. Не позволил. Ты сам себя всего лишил! И если сейчас Даша скажет, что не хочет иметь с тобой ничего общего — она будет права.

Или не права? Дочь ведь общая? И я не позволю теперь просто так у меня ее отнять! Я буду бороться!

— Максим, дай мне Даришку, ее кормить пора.

Смотрю на Дашу, словно вижу ее впервые, не узнаю ее. Если она была уверена, что Дарина моя дочь, почему не боролась? Почему не пришла и не ткнула меня носом в это? И куда делись деньги? Даша ведь их не брала, это очевидно. Если бы у нее были полтора миллиона она хотя бы новый пуховик себе купила, и сапожки удобные, и коляску для малышки нормальную, а не то, что я видел в квартире этой Арины.

— Максим? — Даша смотрит удивленно, да уж, наверное, я выгляжу как последний кретин.

— Да, конечно, — еще раз целую кроху в щечку, — иди к мамочке, пупсёныш! Потом еще с тобой побалуемся!

Иди к мамочке… Мне тоже пора идти… к мамочке. Как на Голгофу, блин…

Сначала быстро принимаю душ. Надеваю домашнее.

Вхожу в кабинет как в клетку с тигром. Нет, на самом деле у нас с мамой теплые, очень родственные отношения, я ее обожаю, она мной гордится. Но сегодня, я знаю, повода для гордости у нее нет.

Мама сидит у стола, не на моем месте — надо отдать ей должное. В руках у нее конверт. Узнаю логотип известной лаборатории.

Неужели?

Покрываюсь холодным потом. Она что, сделала анализ ДНК? Но, как?

— Сам не догадываешься? Твоя Ольга — прекрасная женщина! Все сделала как надо. Собрала необходимый материал.

— Не сомневаюсь. И что там?

— А ты сам не знаешь?

Знаю. Вот именно, что знаю!