2 глава
Нимфа возвращается из ванной, и я снова чувствую себя не в своей тарелке. В руках у нее чистенькая малышка в новом памперсе, завернутая в мое большое банное полотенце, как в какой-то кокон. Выглядит это, конечно, мило, но в моей голове не укладывается, что это чудо сейчас у меня в квартире.
Да еще и якобы мое.
— Все, держи, — говорит девушка, ловко кладя мелкую на диван. — Помыла, поменяла, можешь радоваться. Только у тебя памперсов больше нет, так что придется закупиться.
— Что значит «у меня»? — туплю я, искренне не понимая, когда я свернул не туда и у меня в квартире резко оказалась эта малая. — Ты же вроде знаешь, что с ней делать.
Она закатывает глаза, собирая с пола свои разбросанные вещи. В ушах до сих пор все звенит после вчерашней тусовки, поэтому я не сразу понимаю, что происходит. Хочется курить, минералки и чтобы от меня все отстали.
— Вообще-то я не нанималась тут сидеть с чужими детьми, — заявляет она, надевая джинсы и натягивая футболку прямо на голое тело. — У тебя, кажется, теперь свои заботы. Разбирайся сам.
Она надевает куртку, вскидывает на меня короткий взгляд и ухмыляется.
— Если вдруг захочешь повторить прошлую ночь, — она быстро пишет на салфетке номер телефона и хмыкает. — Звони. Но без мелкой, милый.
Я не успеваю ничего сказать — дверь хлопает, и квартира вновь погружается в странную тишину. Отлично, просто прекрасно.
Осторожно присаживаюсь на край дивана рядом с малышкой, которая снова начинает шевелиться и хмурить маленькие бровки. Честно говоря, я ни черта не понимаю, как так получилось. Она даже не похожа ни на кого из возможных знакомых…
Наклоняюсь ближе, внимательно вглядываясь в ее лицо. Стараюсь заметить хоть что-то похожее — глаза, нос, губы… Блин, да хоть что-нибудь! Но малышня вся на одно лицо, как по мне. Вздыхаю, чувствуя, как в голове снова начинает сверлить тупая боль.
В этот момент малышка вдруг смотрит на меня огромными голубыми глазами, серьезными и такими чистыми, что мне становится не по себе. Словно сканирует меня насквозь. Не выдерживаю, отстраняюсь, и сажусь на пол возле дивана.
— Ну и во что я, мать его, вляпался, а? — обращаюсь я к ней, как будто она может ответить.
Она в ответ снова начинает тихо хныкать, а потом вдруг снова переходит на громкий визг.
— Так, стоп, стоп! Ну не надо, пожалуйста, — бормочу я, панически поглядывая на дверь — вдруг соседи снова явятся и уже с полицией. В этот момент я забываю о крутой звукоизоляции и обо всем на свете. Чертовски не хочется, чтобы она плакала.
Моей голове и так плохо!
Хватаю телефон и звоню девушке, которая только что ушла. Абонент недоступен. Отлично! Ну и иди куда подальше. Затем пролистываю контакты, но в голове пусто. Кому вообще можно звонить с таким вопросом?
Взгляд падает обратно на записку на столе. Да уж, спасибо, кем бы ты не была, удружила!
Я перевожу взгляд на малышку, чувствуя себя полным идиотом. Еще раз всматриваюсь в ее личико, и понимаю, что сам я в жизни не разберусь.
Выдыхаю и открываю контакт «Мама». Нет, не вариант. Меня убьют раньше, чем я обрисую ситуацию. Тогда… Вика? Бывшая? Тоже нет, это самоубийство. Да и она бы не стала скрывать от меня беременность. Выдоила бы по полной программе. Остается одно: поисковик или экстрасенсы.
Малышка начинает снова хныкать, и это решает вопрос мгновенно.
Ладно, позже буду страдать.
«Ромыч, гони срочно номер какой-нибудь детской няньки, это вопрос жизни и смерти!»
Пока жду ответ, снова заглядываю в лицо ребенка. Она, кажется, слегка улыбается или мне это мерещится?
— Ну давай договоримся сразу, малышка, — говорю я ей серьезно. — Ты не орешь, а я… ну, не знаю, куплю тебе конфет? Ты хоть знаешь что такое конфеты?
Она вдруг хмурится и снова открывает рот для вопля. Не прокатило.
Потрясающе, я веду переговоры с младенцем.
Телефон вибрирует — Ромыч скинул мне контакты няни и добавил смайлик со слезами от смеха.
Спасибо, друг.
Я набираю номер, стараясь сохранять спокойствие, но голос предательски дрожит:
— Алло, здравствуйте, тут такое дело… Срочно нужна помощь…
И в этот момент до меня доходит — похоже, от вчерашнего веселого мажорчика остался только жалкий лох с орущей малявкой на диване.
Вот это точно попадос века.