Глава 24

Любовь

Наутро Сандро убедил меня отвезти его в больницу. После всех проведенных анализов, обследований и бесед с психиатрами моего любимого официально признали полностью вменяемым и не нуждающимся в изоляции. А также подтвердили, что зрение его восстанавливается. Возможно, оно не станет стопроцентным, но передвигаться Сандро сможет самостоятельно. И даже заниматься делом всей своей жизни: фотографиями.

Это торжественное событие мы отметили в небольшом уютном кафе на набережной. В компании друг друга и вездесущих орбов. Мне все лучше удавалось сдерживать их негативное влияние и подпитывать только положительными эмоциями.

— Ты не представляешь, какое это счастье — видеть мир разноцветным, — признавался Сандро, вглядываясь вдаль. Туда, где над водой замерли десятки его «друзей». — Похоже, такое развлечение им по вкусу.

Орбы, как и немногочисленные посетители кафе, наблюдали за смельчаками, прыгавшими с моста на тарзанке. Захватывающие дух события манили их, как пышные цветы шмелей-опылителей.

— Какими ты их видишь? — спросила я, неспешно потягивая апельсиновый сок. Такой же яркий и солнечный, как сегодняшний день. — Наших «друзей»?

— Много таких, как раньше — ярко-белых, но есть и другие. Голубые, розовые и, кажется, лиловые, — признался Сандро, щурясь. — Я не ошибся, ты сказала «наших друзей»?

— Без их помощи мне не удалось бы повстречать тебя. И стать тем, кем я стала. Орбы ворвались в мою жизнь непрошенными гостями, перевернули все с ног на голову, но и подарили счастье. Веру в то, что нас окружают удивительные, порой поистине фантастические вещи. И я благодарна им за это.

Сандро не мог не поддержать меня. Как два сообщника, мы обменялись многозначительными взглядами и, не договариваясь заранее, ринулись к мосту. Оперлись на перила, позволяя ветру обдувать лица, а орбам — окружить нас своими эфемерными телами. Они стали частью нас самих, и нам невозможно расстаться.

— Ты поедешь со мной в Италию? — наконец Сандро произнес слова, которых я ждала все утро. Да нет, много дней, начиная чуть ли не с нашего знакомства. — Я покажу тебе эту удивительную страну. Куплю дом — какой захочешь. Или отправимся путешествовать по миру. Чего тебе хочется?

Я обняла его за талию, потерлась щекой о мускулистую грудь. От блаженства прикрыла глаза.

— Мне хочется быть с тобой. Неважно где. Главное — больше никогда не разлучаться.

Он приподнял мой подбородок, вынуждая смотреть в глаза.

— Прости, что не поверил в тебя сразу. Когда увидел с тем парнем, в парке — чуть не сошел с ума от ревности. Знал, что сам отпустил, и все же… Не хочу потерять тебя снова.

— И не потеряешь, — сообщила я, целуя его в щеку. — Не для того столько испытаний прошли, чтобы расстаться. Только знаешь, Лисицын не остановится ни перед чем, чтобы отомстить тебе. Ты сорвал его коварный план, раскрыл тщательно замаскированное преступление… так что хорошо, что мы скоро уедем. Подальше от всего этого.

— Тот двойник стал одним из исключений, — признался Сандро. — Я пытался его спасти. И, кажется, орбы не были против. Но он сам прыгнул в люк, столько решимости в его поступке… Мне попадалось много самоубийц, но этот действовал так, будто преследовал великую цель.

Я вздохнула, обвела взглядом спокойную гладь реки. После посмотрела на Сандро и решила его успокоить — он выглядел таким сокрушенным. Еще бы, наблюдать за чужими мучениями и при этом знать, что ты ничем не можешь помочь, — такое выдержит не каждый.

— Долго не могла решиться, но все же скажу. Тот двойник не самоубийца. По крайней мере, не в классическом смысле. Он продал свою жизнь Лисицину. Продал дорого — но это дало возможность вылечить больную девочку. Дочь погибшего. Сейчас она в Израиле, проходит реабилитацию после операции на сердце.

— Надеюсь, успешной? — настороженно спросил Сандро.

— Да, — я улыбнулась, сдерживая слезы. — Потому двойник и действовал так решительно, ему было за что бороться. Ни орбы, ни люди не смогли бы его остановить.

— Узнала об этом на работе? Уехав со мной, ты перечеркнешь прошлое. Не боишься, что станешь скучать по коллегам или начальнику?..

Мой беспокойный и ревнивый итальянец. Даже не знаю, чего мне хотелось в тот момент больше: обругать его за излишнюю подозрительность или расцеловать за беспокойство.

— Нет, не буду, — уверенно заявила я.

— О, белла… — Сандро потянулся к моим губам. — Даже не знаю, чем я заслужил счастье быть рядом с тобой.

Его поцелуй оказался неожиданно настойчивым и полным страсти. Горячие губы с силой прижались к моим, заставляя их раскрыться. Восхитительные ощущения захватили меня, и я полностью отдалась этому чувству.

Остановились мы с большим трудом.

— Можно задать тебе один довольно странный вопрос? — спросил Сандро, загадочно улыбаясь.

— Конечно. — Я не стала возражать, силясь успокоить бабочек в своем животе. И восстановить дыхание.

— Какое имя тебе больше нравится: Вера или Надежда? — выпалил он. — Развей мои сомнения.

— Называй, как больше нравится, — смущенно отмахнулась я. — Кстати, обращение «белла» мне очень нравится.

Сандро задумался. Посмотрел на орбов, точно советуясь с ними. И наконец сказал, не сдерживая восхищения:

— Ты дала мне надежду на будущее и подарила веру в себя, теперь хочу, чтобы ты стала моей любовью. Можно я буду звать тебя Аморэ?

От его речи я покраснела, кажется, до корней волос. Слышать подобное из уст любимого — невероятное счастье. У меня голова закружилась и подогнулись колени. Впервые от счастья.

— Можно просто Любой, — шутя, разрешила я. И крепче обняла, боясь упасть в обморок. — А раз уж у нас завязалась такая откровенная беседа… Ответь, почему ты выбирал для себя девушек одного типажа? Что станет, если я, скажем, поправлюсь? Или изменю прическу?

— Тебя ничто не испортит, ты для меня самая прекрасная женщина на свете, — уверенно заявил Сандро. — А что до выбора… ты будешь смеяться, но твой образ преследовал меня во снах. Размытый, нечеткий — как и в видениях Симоны. И даже зная, что ты проникла в мою жизнь обманом, я не нашел сил тебя прогнать. Пытался держаться в стороне, не привыкать и не влюбляться, зная, что нам предстоит расстаться. Не вышло… Ты покорила меня и сумела вытащить из той раковины, в которой я жил многие годы. Изменила мой мир и… даже моих «друзей».

— Орбы были такими до меня, — возразила я. — Но и ты, и они тоже сделали для меня многое. Потому я теперь с вами.

— Поедешь со мной в аэропорт? — предложил Сандро, целуя меня в кончик носа. — Хочу проверить, все ли в порядке с грузом. А заодно заплатить за задержку рейса и договориться о новой дате вылета.

Его предложение мне польстило, но пришлось отказаться.

— Мне тоже нужно уладить кое-какие дела, — со вздохом произнесла я. — Уволиться с работы, собрать вещи и попрощаться с подругой. И по-быстрому оформить загранпаспорт.

— Мы можем поехать вместе, — настаивал Сандро. — Моя машина в твоем полном распоряжении.

Я глянула в сторону стоянки: вскоре должен был вернуться Дино — водитель Сандро. Сам он все еще плоховато видел и не мог сесть за руль.

— Поверь, мотаться по организациям — та еще скукотища, — скривилась я. — Лучше отправляйся к своим фотографиям. Они наверняка скучали по тебе. А я постараюсь управиться до вечера и вернусь в дом Симоны на такси.

— Уверена? — все же переспросил Сандро. — Мне не стоит ревновать и переживать, что ты передумаешь в последний момент?..

— И не надейся! — объявила я.

И подарила ему новый пылкий поцелуй — в качестве аванса к предстоящему вечеру.

Даже недолгое расставание с Сандро показалось невыносимой мукой. Пока добиралась до работы, успела почувствовать себя одинокой. В Сандро я нуждалась, пожалуй, больше, чем в воздухе. Переходила ли дорогу, поднималась ли по лестнице в кабинет начальника, обменивалась ли приветствиями с коллегами — все мои мысли были заняты любимым мужчиной. Я жаждала поскорее расправиться с делами, сбросить с себя тяжкое бремя прошлого и отправиться в новую жизнь. В солнечную Италию, где меня ждали солнце, радость и любовь.

— Ты сияешь, как золотая монетка, — не скрывая легкой зависти в голосе, поприветствовала меня Светка. — Хорошо, что все же позвонила утром Николаичу — он уже собирался подать в розыск. И мне бы просто пришлось нарушить данное обещание и сдать тебя. Ты больше не больна, решила вернуться на работу?

— Не-а, пришла увольняться, — улыбнулась я. — Сандро предложил мне улететь с ним в Италию. Так что по-быстрому пишу заявление, оформляю загранпаспорт, собираю вещички и — пока, продрогшая от ливней Москва!

— Везунчик ты, — вздохнула Светка. — Решено, если в следующий раз подвернется подобное дельце, буду первой в списке добровольцев.

— А мне казалось, что ты решила всерьез заняться Игорем, — «поддела» я подругу. — Или послушалась моего совета и решила не связываться?

— Не знаю, — протянула Светка. — Он пока решительных шагов не делает, а я не настаиваю. Дальше видно будет. Ну давай, иди, пока Николаич не сбежал на обед.

Она подтолкнула меня по направлению к двери и сама постучала.

— Войдите! — распорядился Николаич. — С утра открыто…

Впервые я не испытывала неловкости или нервозности при общении с начальником. Общалась с ним практически на равных и даже приняла предложение выпить по чашке кофе.

— Что ж, — кашлянул Николаич, выслушав мои доводы, — конечно, тяжело будет найти тебе замену, но держать на должности насильно я не намерен. Более того, учитывая обстоятельства, попрошу отдел кадров оформить все в минимальные сроки. Трое суток — потерпишь с отъездом?

Признаться, о таких поблажках я и не мечтала. Мне-то казалось, что Николаич заставит отрабатывать положенные две недели.

— Думаю, три дня подождать можно, — согласилась я, просияв как начищенная сковорода. — К тому же, мне бы хотелось дождаться решения суда по делу Лисицына. Не хотелось бы улетать, оставляя за спиной врага.

Николаич нахмурился. Откинулся в кресле, заложив руки за голову.

— Боюсь, тремя днями тут не обойтись, — объявил он. — Лисицын хитер и коварен, как настоящий лис. И адвокаты у него — что цепные псы. Там, где дело замешано на крови и больших деньгах, довольно сложно добиться справедливости.

— Если понадобится, я могу дать против него показания, — всполошилась я. — Те ребята, что огрели меня ломом, — наверняка его люди. И поджог виллы был далеко не случайностью.

Николаич просканировал меня взглядом, в котором читались уважение и сочувствие.

— Мой тебе совет: уезжай подальше от всего этого, забудь и наслаждайся жизнью. А справедливость… это всего лишь выгодное сочетание общественного мнения с буквой закона.

В его словах был определенный смысл. Но с другой стороны, меня не покидало упорное ощущение, что Лисицын не успокоится, пока не отомстит Сандро. Если этот бизнесмен позволил себе купить чужую жизнь, то что ему стоит разделаться с теми, кого он считает повинными в его крахе.

— Сандро арендовал самолет, — не своим голосом проговорила я. — Фирма частная, работает с крутым охранным агентством. Но мне неспокойно. Не сомневаюсь, что Лисицын попытается отомстить…

Николаич понимающе покивал:

— К сожалению, программа защиты свидетелей у нас почти не отлажена, но я постараюсь оказать вам помощь. Но и сами не плошайте — будьте начеку. Береженого, как говорится…

Он обескураженно развел руками, давая понять, что случиться может всякое. И нет стопроцентной гарантии, что нам с Сандро не грозит смертельная опасность. Даже тюремное заключение Лисицына не даст стопроцентной защиты.

— Вляпались мы по самое «не хочу», — констатировала я очевидное. — Но спасибо за совет, учту.

Николаич подошел и крепко пожал мне руку.

— Будь сильной, Вера, — сказал он. — И не сворачивай с намеченной цели, все остальное приложится. Если могу чем-то еще помочь, говори, не стесняйся. Я перед тобой в долгу.

Глупо было не воспользоваться столь щедрым предложением.

— Не поможете с загранпаспортом? — плаксиво протянула я. Одно представление о том, через что придется пройти, оформляя бумаги, привело меня в уныние. — У вас ведь наверняка есть знакомые.

— Вот тут должность сыграла с тобой злую шутку, Верочка, — подметил Николаич. — Ты слишком много знаешь…

Ну да, работникам архива оформляли доступ к гостайне. Хоть за все время работы я так и не ознакомилась ни с одним сверхсекретным делом. Потому выехать за границу мне не так-то просто.

— Только не говорите, что меня теперь придется убить… — несмешно пошутила я. — Может, можно с этим что-то сделать?

— Попробуем, попробуем… — засуетился Николаич.

Он подбежал к телефону и стал обзванивать знакомых. Все же неплохо иметь в должниках начальника оперативно-поисковой службы.

Благодаря его содействию, спустя несколько часов у меня на руках были загранпаспорт, трудовая книжка и небольшой презент в виде дорожного чемодана — подарок от сотрудников отдела.

Коллеги во главе со Светкой предлагали отметить мое увольнение с размахом — чай, не каждый день «мыши» из архива перевоплощаются в фотомоделей и переезжают за границу.

— Простите, но пока Лисицын на свободе, мы с Сандро не можем чувствовать себя в безопасности, — отказалась я. — Отпразднуйте без меня.

Без колебаний я отдала остатки «премии» Светке, оставив лишь немного наличных на такси. Смоталась к ней в квартиру. Закидала кое-какие вещи в новый чемодан (при этом искренне надеясь, что вскоре смогу обзавестись новыми, более подходящими под образ). И отправилась домой — туда, где меня ждала моя итальянская семья.

На лужайке возле дома стоял фиат Сандро. И я бы прошла мимо, не забей тревогу вездесущие орбы. Они включили в моем сознании белый шум, заставляя сердце тревожно сжаться. Я обошла авто и заметила разбитую фару и помятый бок. И тут же бегом ринулась в дом.

К моему облегчению, Сандро не пострадал. Он выгнал из кухни своих служащих и, напевая что-то веселое, занимался готовкой. В белом колпаке Симоны и кружевном фартуке он выглядел очень мило.

Завидев движение сопровождающих меня орбов, Сандро насторожился. Долго щурился, но, рассмотрев меня, улыбнулся и широко развел руки:

— Белла, наконец-то ты вернулась!

— С тобой все в порядке? — Я ринулась к нему в объятия. — Что произошло с машиной?

— Да так, какой-то лихач не справился с управлением, — поспешил меня успокоить Сандро. — Хорошо, что Дино вовремя среагировал.

— Сандро, пожалуйста, не ври мне, — беззлобно упрекнула я, — у тебя это плохо выходит. К тому же — не забывай, я все же сотрудник полиции. Точнее, бывший.

— Ты рассчиталась с прошлым, — просиял он. — Поздравляю! А что до происшествия… ты права, вряд ли это было совпадением. Но я уже позвонил в охранное агентство, за домом будут пристально следить. Как и за нанятым самолетом.

Конечно, хорошо, что Сандро позаботился о нашей безопасности. И все же мне было неспокойно.

— С этим Лисицыным надо что-то делать, — заявила я. — Не хочу жить в страхе. Вот бы договориться с орбами — они-то наверняка найдут на него управу.

— Мне не хочется тратить силы на месть, — признался Сандро. — Давай лучше займемся ужином. Поможешь?

— Непременно. — Я улыбнулась и чмокнула его в щеку. — Мне тоже не хочется быть мстительной и отвечать подлостью на подлость. Но Лисицын не оставляет нам выбора.

Сандро

Теперь он был готов к встрече с миром. Чувствовал себя не просто здоровым и полноценным — скорее всесильным. И это ощущение было сродни крыльям, выросшим за спиной. Казалось, нет такой преграды, что он не сможет одолеть. Нет той проблемы, которую невозможно решить.

Его Любовь призналась, что приняла орбов как часть себя, полюбила их, невзирая на все, что они заставили ее пережить. И Сандро в который раз убедился, что это именно она — девушка из его снов. Им суждено быть вместе. Он ждал ее долгие годы, и она, наконец, пришла.

Сандро рассказал ей о своих снах, поделился последней тайной. Она стала для него воздухом, светом, его душой. Расстаться даже на несколько часов казалось невозможным.

Когда его Любовь уехала по делам, Сандро вспомнил своего отца. Как тот нервничал, если мама уезжала из дому.

«Похоже, я стану еще большим ревнивцем, нежели отец, — улыбнулся про себя Сандро. — Надеюсь, моя Любовь выдержит это».

Странно, но воспоминания о погибших родителях больше не доставляли боли, не заставляли сердце разрываться на части. И на смену горечи пришла радостная ностальгия. Картина трагедии больше не стояла перед глазами, вместо этого в голове, как красочные флэшбэки, проносились счастливые и трогательные моменты. Его родители любили и были любимы, и теперь он, Сандро, должен стать достойным их сыном.

Но с одним моментом, связанным с прошлым, еще предстояло разобраться. Лисицын и его люди не оставляли Сандро в покое. Окажись Дино менее ловким водителем, и преследователям удалось бы завершить начатое и поквитаться с Сандро.

Дино замел следы, петляя по узким улочкам и подворотням. Незамеченным добрался до дома Симоны. Но Сандро отчетливо понимал: их убежище рассекретят, это лишь вопрос времени.

И его Любовь поддержала подобный вывод.