Глава 39

Виталина

Медленно бреду по больничному коридору. Не удерживаюсь, захожу к Ванечке

– Кто Вы ему? – бурчит сонная медсестра недовольно.

– Я младший лейтенант Андреева Полина, – показываю документ.

– Хорошо, проходите в палату.

Оставляю дверь приоткрытой, оттуда падает свет. Присаживаюсь на кровать к подопечному. Смотрю на него. Не удерживаюсь, глажу ребенка по голове. В пальцах колет и приятно пощипывает от нежности.

Дежавю. Ловлю себя на ощущении, что волосы один в один по качеству с шевелюрой майора.

Ну, они же мальчики! Это нормально.

– Ванечка, прости, – шепчу, бросая на ребенка виноватый взгляд.

Он тяжело дышит, тихо постанывая.

Больно. Как тяжело, когда вокруг ребенка взрослые, думающие только о себе.

Ну, ничего, я уже подала документы на опекунство. Если, откажут в силу моего раннего возраста и отсутствия мужа, тогда подключу папу.

– Будем с тобой жить в своё удовольствие. Стану тебе старшей сестрой. Поедем в Диснейленд, будем гонять на суперкарах на картинге в выходные, научу тебя красиво рисовать, делать анимацию. Конечно, я не смогу заменить тебе маму, но другом стану!

Тяжело поднимаюсь с кровати, выхожу наружу, бреду по коридору. Все мои действия и мысли такие, будто я нахожусь во сне. Вызываю такси, спускаюсь по лестнице на улицу. Подальше от тошнотворного больничного запаха.

Ключи от квартиры Клима звенят в кармане, напоминая о переменах в жизни. Самой не верится, что решилась на этот шаг. Впрочем, Клим не оставил выбора.

Волосы развеваются от резких порывов буйного осеннего ветра. Падаю на заднее сидение в такси.

– Можно не курить, – требую у водителя. Жутко тошнит от голода и запаха больницы, въевшегося в кожу.

Едва вхожу в квартиру, как падаю на софу у входа. Прямо в одежде.

Засыпаю. Сплю прерывисто. Всё время мерещится, что кто-то стоит надо мной, заглядывает в душу.

Что-то недоделано в жизни. Что-то идет не так, как я планировала.

Громкий звонок мобильного вспарывает застывшую тишину.

– Полина? – хватаю трубку, отвечаю сонным голосом.

– Ты где? – приехала домой, а тебя нет.

– Не поверишь. Я переехала к майору…

В трубке висит звенящая тишина.

– Только не говори, что ты с ним спишь.

– Сплю…

– Но у Вас это несерьезно?! Только секс? Успокой, ответь Да.

– Надеюсь, серьезно. Я его люблю.

– Ты-то да, – взрывается Поля. – А он? Вита, беги оттуда, ты его плохо знаешь. Он ужасный тиран. Он…

– Прекрати! – кричу несдержанно. – Ты сама работала с ним два года бок о бок. Сколько я просила тебя бросить работу, помириться с отцом, перейти в наш бизнес, ты всегда отвечала: Нет!

– Вот именно! Работала! Не спала.

Бесит меня этот разговор «ни о чем». Тем более нужно еще успеть принять душ, поесть, не опоздать на службу.

– Полина, мы обе взрослые, совершеннолетние. У каждой из нас своя жизнь. Давай не будем лезть друг к другу в душу. Иначе…

– Что «иначе» огрызается Поля, выкинешь меня снова из своей драгоценной золотой жизни?

– Прекрати! – шиплю я. – Не хочу ругаться с тобой.

– С мамой же поругалась!

– Она твоя мама, не моя. Я ее не видела шестнадцать лет! Что мне ей на шею бросаться?

– Виталина, не включай мажорку. Бесишь! Не папа тебя рожал, а МАМА! – Поля нажала отбой, и теперь в трубке я слушала лишь короткие гудки.

– Ну, надо же! Первая ругань с Полькой. Не ожидала от нее такой стервозности и самоуверенности.

Хотя? Девчонка работает оперативником, ловит стервятников, а с такими самой нужно быть коршуном со стальным стержнем.

Растирая руками глаза, направлялась ванную, когда услышала звонок в дверь.

Тут же кинулась к двери. Наверное, Клим перед работой заехал домой, чтобы переодеться.

Распахиваю дверь, с удивлением всматриваюсь на гостью.

На вид лет тридцать. Ухоженная красотка, будто с обложки журнала сошла.

– Привет! – нагло улыбается мне. входит в холл без приглашения.

– Клима нет, – выпаливаю быстро.

– Подожду. Пока с тобой поболтаем.

– Мне некогда, – шиплю зло. Из-за этой курицы я могу опоздать на службу.

– Ничего, ты занимайся своими делами, я пока нам завтрак приготовлю.

– Вы кто? – под натиском незваной гостьи, отступаю назад.

– Красовская Софья Ильинична – жена Клима.

Нервно кусаю губы, перебираю в памяти всё, что упоминал майор о семейном положении.

Нет! Он точно утверждал, что в разводе. Значит, эта мымра разводит меня на эмоции.

– Знаете, Софья, Вам лучше позже зайти, – надвигаюсь грудью на соперницу.

– Привыкла сама решать, когда мне куда заходить! – парирует женщина, снимая высокие кожаные сапоги.

– Я Вас не приглашала! – сиплю в растерянности, не зная, как выдворить нахалку.

– Меня не надо приглашать, сама прихожу!

Опешив, падаю на софу. Сижу, наблюдаю, как женщина проходит мимо меня на кухню.

Соображаю, может вцепиться ей в загривок, или сразу вытолкать взашей.

Уже набралась смелости, захожу на кухню.

Нахалка распоряжается как у себя дома, заглядывает во все шкафчики.

Кидаю удивленный взгляд на стол – там раскиданы фотографии.

Падаю на стул, с изумлением перебираю карточки.

Вот мы с Ваней бежим в школу, а здесь мы топаем к метро.

Руки трясутся. Судорожно сжимаю карточку, на ней Ванечка с удовольствием ест шоколадное мороженое, а я стою чуть поодаль.

– Сколько тебе лет? – уточняет гостья, сканируя мой силуэт.

– Двадцать один. А что?

– Такая молодая, а уже такая наглая!

– В чем моя наглость проявляется?

– Хочешь чужое присвоить! – шипит женщина за моей спиной.

Меня бьет мелкий озноб.

В моем сознании отчетливо всплывают кадры как из кинофильма: Госпожа Баженова, та самая краля, отдавшая Ваньку обратно в детский дом, сообщает мне, что раньше Ванька носил фамилию Красовский, это она по доброте душевной подарила ему свою драгоценную – Баженов! И отчество мужа присвоила – Дмитриевич.

Господи! Нервно убираю упавшую на глаза прядь волос.

Красовская Софья Ильинична – мать – кукушка.

Биологическая мать Ванечки…

Спазмы сжимают горло. Жгучие слёзы заливают лицо. Перевожу взгляд на замершую напротив меня женщину:

– Что Вы хотите? – хрипло выдавливаю из себя. – Вы сами себя лишили материнских прав!

Женщина ухмыляется:

– Малышка, кажется, мне удалось разрушить твою жизнь. Да?