Глава 18

«Самый опасный человек — тот, кто перестал бояться. Потому что ему уже все равно»

Боль. Всепоглощающая боль наполняла все тело, концентрируясь в затылке. А еще жажда. Она была настолько сильна, что дышать становилось трудно.

Кое-как Даша открыла глаза, осматривая дощатый потолок, в который уперся ее взгляд. Было холодно и пахло землей. Первые секунды девушка была растеряна, но на смену растерянности быстро пришел страх, заставивший резко сесть. Голова тут же закружилась, и Даша тихо застонала, хватаясь за нее. Она не понимала, что с ней происходит, а главное — где она.

Как только голова перестала кружиться, осмотрелась.

Она сидела на тонком ватном матрасе, постеленном на земляной пол. Пространство было не особо большим. Стены наполовину обложены кирпичом, наполовину досками. По всему выходило, что она находилась в подвале. Единственным источником света были небольшие окошки-продухи, через которые проникал дневной свет и доносилось пение птиц.

Кое-как поднявшись с матраса и пригибаясь из-за низкого потолка, Даша подошла к ближайшему окну и посмотрела в него, леденея от ужаса. Кроме высокой травы и стены густого леса вдалеке, она больше ничего не увидела.

Кое-как дошла, пошатываясь, до окон на противоположной стене. Оттуда вид уже открывался на крыльцо и другие дома. Но они, по всему видимому, были заброшены.

Кричи не кричи — никто тебя не услышит.

Подойдя к небольшой лестнице, ведущей к люку в потолке, Даша аккуратно забралась на пару ступеней и толкнула люк. Конечно же, он был заперт снаружи.

Кто ее похитил, она понятия не имела. Единственное, что удалось вспомнить, — как выходила из дома с утра, отправляясь на работу, но от подъезда далеко не ушла. Почувствовала резкую боль в голове и провалилась в темноту, а открыла глаза уже в подвале.

И очень надеялась, что ее здесь не оставят навечно.

Ее будут искать. Влад обязательно ее найдет.

И сколько вообще она здесь пробыла?

Вернувшись к матрасу, Даша подхватила его и оттащила к дальней стене, в угол. Смешно, но ей казалось, что именно здесь она будет в большей безопасности, чем рядом с люком посередине подвала.

Тяжело опустилась на матрас. Обхватив руками ноги, уткнулась лбом в колени, прикрывая глаза и пытаясь дышать ровнее. Как бы ни было плохо, у Даши оставалась надежда на хорошее. Она в этом городе была не одна, и у нее есть люди, которые о ней помнят и беспокоятся.

Даша прислушивалась к звукам на улице, но, кроме пения птиц и шума ветра, ничего не слышала. Просидела на матрасе до темноты и, как только в подвале стало совсем темно, свернулась клубочком и уснула, дрожа от холода, пробравшегося под пальто.

А проснулась от хлопка.

Резко села на матрасе. Голова закружилась, но Даша, не дав себе опомниться, поднялась на ноги и пошла к противоположному окну, чтобы посмотреть, что привлекло ее внимание.

Еще не дойдя, сообразила: машина. Кто-то подъехал к дому.

Заглянув в окно, убедилась в своей догадке, а когда хлопнула входная дверь, девушка быстро вернулась на свой матрас и села, забившись в уголок.

Страх нарастал с новой силой. А в голове бились панические мысли о том, что пришли, чтобы сделать ей больно.

Над головой послышались тяжелые шаги, и они явно принадлежали мужчине. Человек остановился рядом с люком, звякнул замок, и люк распахнулся, но никто не спешил спускаться.

На лестницу скользнул яркий луч фонаря, и на земляной пол упал пакет.

Даша не пошевелилась, боясь того, что произойдет дальше. Она вся напряглась, дыша через раз, но, на ее счастье, люк захлопнулся, снова лязгнул замок, и уверенные тяжелые шаги проследовали к входной двери.

Даша тут же метнулась к одному из окон, чтобы посмотреть, кто ее похитил, но, к сожалению, человек находился к ней спиной. На улице было темно, и разглядеть похитителя не удалось. Она смогла заметить только его крупное телосложение.

Мужчина забрался в машину, но уехал не сразу. Только минут через пять завел мотор и плавно съехал с места, снова оставляя Дашу одну.

Девушка, держась за стену, добралась до пакета, оттащила его на матрас и на ощупь стала исследовать содержимое. В подвале было слишком темно, чтобы что-то рассмотреть. Назло еще и ночь была темной, даже луны не было видно.

Но Даша все же узнала продукты.

Взяв одну из бутылок, аккуратно открутила крышку и, прежде чем пить, понюхала жидкость. Это была вода. Губами прикоснулась к горлышку и жадно отпила, но вовремя остановилась, вспомнив, что не знает, сколько ей здесь еще сидеть. Вдруг этот похититель больше не приедет и ей нужно как можно дольше продержаться?

Отложив бутылку, взяла пластиковый контейнер, похожий на тот, в котором продавали сэндвичи. Открыв его, потрогала содержимое — это и правда оказался сэндвич. Даша с удовольствием вгрызлась в него зубами, очень надеясь, что ее скоро найдут.

Поев, аккуратно отложила пакет в сторону и снова свернулась клубочком на матрасе. В желудке появилась приятная сытая тяжесть, и жизнь уже не казалась настолько плохой.

Она жива, здорова, сыта и обязательно выберется отсюда, а чтобы это сделать, ей нужны силы.

* * *

Три дня прошло с момента, как она очнулась в подвале. За это время похититель приезжал только один раз, ночью, в ее первый день.

У Даши постоянно закрадывались мысли, что ее здесь оставили умирать. Днями напролет она проводила время около окон-продухов и смотрела на улицу. Деревня, где стоял дом, оказалась заброшенной, но по скошенной траве рядом с ним нетрудно было догадаться, что к ее похищению готовились.

И за эти три дня никто в деревню не наведывался.

Даша никогда не была религиозной, но в такие моменты, когда на кону стоит твоя жизнь, девушка начала вспоминать и молиться буквально всем существующим богам.

А еще она себе пообещала: если выберется отсюда, то больше никогда и ни за что не будет рисковать своей жизнью.

Где она свернула не туда, тем самым оказавшись запертой в подвале? Она же ничего такого не узнала, за что с ней могли так поступить?

Похититель приехал через три дня. Он явился так же ночью, как и в прошлый раз. Даша уже не спала и вовремя услышала подъезжающую машину.

Прильнула к окну, чтобы рассмотреть мужчину, но ей так и не удалось этого сделать. Незнакомец, как и в первый день, сбросил ей в подвал пакет с едой и уехал, снова оставляя ее одну.

Она дрожала. Обхватив руками колени, Даша тихонько раскачивалась из стороны в сторону, глубоко дыша.

С самого утра лил дождь, и за окном завывал ветер. Даша думала о том, что, когда в следующий раз приедет похититель, она возьмет ситуацию в свои руки и расспросит его, зачем она здесь.

Если ее кормят, значит, хотят, чтобы она оставалась жива. А значит, она ему для чего-то нужна.

Капли дождя громко барабанили по стенам дома, и, прислушиваясь к звукам стихии, Даша не сразу услышала подъезжающую машину. А как только распознала чужеродный звук, тут же насторожилась.

Похититель был вчера, он привез ей еды, и она-то думала, что приедет снова через три дня, но ошибалась.

Подскочив на ноги, она подбежала к окну и всмотрелась в подъезжающую машину. На улице было светло, по ее ощущениям, только-только наступил вечер, может, часов пять или шесть максимум. Еще и темнеть-то не начало.

Машина остановилась, из нее вышел мужчина и рванул в сторону дома. По его бегу и рваным движениям Даша поняла: что-то не так.

Сердце в груди забилось быстрее, а в голове запульсировало.

Вернувшись на свой матрас, она слушала, как над головой громко топают мужские ноги, а через пару секунд открылся люк.

— Выходи! — рявкнул мужской голос, но Даша даже не пошевелилась.

Прошло пару секунд, когда похититель снова повторил:

— Я сказал, выходи!

И тут до Даши дошло.

Она знает этот голос.

Но ведь этого не может быть!

На дрожащих ногах подошла к лестнице и, хватаясь за ступени, медленно полезла вверх. Как только ее голова показалась из люка, сильные мужские руки схватили ее за шиворот и вытащили, словно котенка.

Даша больно упала на пол, расцарапав ладонь о деревянные доски. Зашипев от боли, она заметила в ладони занозу, выдернула ее и сжала руку в кулак, но кровь все продолжала сочиться из раны.

Позади раздался глухой удар, и Даша обернулась, посмотрев на мужчину, стоящего в паре шагов от нее.

Не веря своим глазам, она стала отползать, но быстро остановилась, врезавшись спиной в стену.

— Зачем? — Голос ее звучал тихо.

Она смотрела в лицо своего похитителя, которого прекрасно знала.

Это был Петр.

Санитар из больницы.

Он ей нравился. Веселый, компанейский, никогда ничего не принимал близко к сердцу, всегда пытался помочь. А сколько она от него анекдотов наслушалась на работе. Ей нравилось, когда их смены совпадали, день сразу же проходил быстрее.

И он похитил ее!

— Тебя предупреждали, но ты не послушалась. Так что некого винить в том, что сейчас с тобой происходит.

— Предупреждали? — Даша нахмурилась, пытаясь понять, что он имеет в виду.

— Захар Дмитриевич говорил, чтобы ты не лезла к его сыну?

Даша согласно кивнула.

— Говорил, а чего тогда спрашиваешь?

Она смотрела на него шокированным взглядом, а в голове вспыхнул разговор, когда главврач рассказывал о том, что у Стаса есть невеста. И его взгляд — ненавидящий.

— Ты что, серьезно? Между мной и Стасом ничего нет. Да он мне и даром не сдался! — Последние слова Даша практически выкрикнула.

Петр же усмехнулся.

— После предупреждения ты поехала к нему домой. — Губы мужчины растянулись в улыбке. — Даш, ну ты вроде умная девушка. Пойми, от этой свадьбы на кону стоит слишком многое, и Захар Дмитриевич не хочет этого терять. А Стас, он влюбчивый парень. Если бы ты знала, сколько таких, как ты, было…

Он на мгновение замолчал, внимательно осмотрев ее, а затем продолжил:

— Но ты ведь усвоила урок?

Даша нехотя, но все же кивнула.

— Вот и умничка. И запомни, это было предупреждение. Больше с тобой никто говорить не будет. Я тебя сейчас отвезу домой, а завтра ты выйдешь на работу. Не беспокойся, у тебя будет справка от врача…

Мужчина не договорил. Телефон зазвонил, и Петр, достав мобильный из внутреннего кармана куртки, ответил на вызов:

— Да?

Собеседник что-то у него спросил, на что мужчина ответил:

— Да все в порядке. Я на месте.

Пока он говорил, Даша осмотрелась.

Небольшая комната, включающая в себя прихожую и кухню. У стены — старый кухонный гарнитур без дверок, умывальник. На окнах когда-то белые, а сейчас серые от пыли и времени вышитые крючком занавески. Не только на столешнице, но и на полу валялись посуда, какие-то тряпки и разные предметы. Большая русская печь служила перегородкой, разделяя комнату на две части.

Дашу отвлекли слова Петра, от которых она похолодела.

— Ты что, серьезно? Но мы так не договаривались!

Собеседник на том конце трубки что-то ему сказал, отчего мужчина сжал челюсти. Его кадык дернулся, глаза скользнули по Даше.

Сидевшая все это время на полу девушка, опираясь на стену, поднялась, понимая, что ничем хорошим этот разговор не закончится. И интуиция кричала о том, что нужно бежать.

Не выйдет она из этого дома живой!

— Я понял тебя. Как все сделаю, отзвонюсь.

Последние слова похититель сказал тихо, но Даша все равно его услышала.

Думать было некогда. Все чувства покинули ее, и осталась только одна мысль: выжить любой ценой.

Тело как-то само приготовилось к рывку, и, пока Петр убирал телефон в карман куртки, Даша бросилась вперед, прямо на мужчину.

Вложив все силы, она толкнула его в грудь. Петр же, никак не ожидавший такого поворота событий, от резкого толчка сделал неловкий шаг назад и рухнул на спину, ударившись головой об пол. Изо рта мужчины вырвался мат.

Даша резко развернулась и бросилась к входной двери, ведь препятствия в виде мужчины уже не было на пути.

Только вот добежать она не успела.

Сильная рука вцепилась в ее щиколотку и дернула назад, отчего девушка, потеряв равновесие, упала. В последний момент успела выставить вперед руки, но все равно ударилась подбородком об пол. От удара она прикусила язык, и рот наполнился кровью.

— Ах ты ж сука! — зарычал Петр и снова дернул ее назад.

Вскрикнув, Даша заскребла ногтями по полу, ища хоть что-то, чем могла бы дать отпор, и нашла.

Сбоку от нее, в паре сантиметров, лежал небольшой железный ковш.

Не успев обдумать мысль, она схватилась за ручку ковша и, вывернувшись, нанесла удар. Мужчина застонал, а его рука, все это время сжимавшая лодыжку Дарьи, только вцепилась еще сильнее и неожиданно снова дернула.

Паника накрыла ее с головой.

Вывернувшись, Даша принялась бить мужчину железным ковшом. И несмотря на то, что тот был небольшим, оказался довольно увесистым.

Перед глазами от нахлынувшего адреналина и страха замелькали мушки, и она плохо разбирала, куда бьет, но в каждый удар вкладывала все больше и больше силы.

Когда мужчина перестал кричать, а его ладонь разжалась, отпуская щиколотку, Даша наконец прекратила бить и посмотрела на дело рук своих.

При виде Петра, лежащего на полу и прижимающего ладонь к лицу, между пальцами которой стекала кровь, ей подурнело. К горлу подкатила тошнота, но Даша, не обращая на нее внимания, словно пружинка подскочила и рванула на улицу, боясь, что мужчина сейчас отойдет от шока и бросится за ней.

Даша не помнила, как добралась до леса. Помнила только, как выбежала из дома и, завернув за него, пробежала через покосившийся забор, чудом не подвернув ногу, когда та попала в яму.

И даже когда вбежала в лес, не остановилась.

Все бежала и бежала, не обращая внимания ни на хлеставший по лицу дождь, от которого одежда вся промокла, ни на боль в боку. Даже мушки перед глазами ее не беспокоили. Девушку подгоняли страх и желание выжить.

И только когда она запнулась о лежавшую на земле березку, упала. Ее руки погрузились в мягкий ковер мха, и изо рта вырвался всхлип.

Только теперь Даша поняла, что больше у нее нет сил. Даже подняться она не могла, что уж говорить о том, чтобы бежать дальше.

Сидя под дождем на мху, девушка пыталась отдышаться, одновременно осматриваясь и прислушиваясь, пытаясь понять, не гонятся ли за ней.

Но, кроме звука льющегося дождя и шума ветра, не было больше ни единого звука.

Сидела Даша недолго, понимая, что нужно вставать и двигаться вперед. Вряд ли она убежала далеко от той заброшенной деревни.

И очень надеялась, что Петр жив, несмотря на то, что он похитил ее и хотел убить. Она не убийца. Но еще больше надеялась, что он не побежит за ней.

Кое-как поднявшись, опираясь на дерево, девушка все же пошла вперед, в глубь леса.

Шок прошел, и нахлынули апатия и страх. Даша была городской девушкой и совсем ничего не знала о выживании в лесу, но очень надеялась, что рано или поздно все же выйдет на дорогу или к какому-нибудь поселению.

Но большим страхом, чем заблудиться, было встретить диких лесных зверей. Как-то не хотелось быть съеденной стаей волков после того, как сбежала от убийцы.

Сколько она шла пешком, не знала.

На улице полностью стемнело, дождь прошел, и вышла полная яркая луна, которая освещала дорогу. Даша пару раз останавливалась, чтобы передохнуть. Иногда ей казалось, что она и вовсе бродит по кругу.

Когда полностью выбилась из сил, нашла большое поваленное дерево, насобирала немного лапника и, уложив его на землю, села, опираясь на ствол.

Тело болело безумно, а особенно подбородок, которым она ударилась об пол. Ладони тоже ломило, одну из них пришлось перевязать куском ткани, оторванным от кофты.

Уставшая и измученная, она прикрыла глаза и не заметила, как провалилась в сон, хотя понимала, что делать это было опасно.

Проснулась же Даша как от толчка.

Даже не поняла сразу, что ее разбудило. Она дрожала от холода. Одежда вчера под дождем вымокла, но снять ее так и не решилась.

Солнце взошло, и в лесу клубился туман, покрывая землю полупрозрачной белесой дымкой.

И вот снова прозвучал звук где-то очень-очень далеко. Даша не сразу поняла, что это за звук.

Пила.

Где-то недалеко были люди.

И как только до нее дошла эта мысль, девушка подскочила со своего места, тут же поморщилась от боли в ногах, но все же снова прислушалась, пытаясь понять, откуда идет звук, и пошла на него.

Даша спотыкалась и пару раз чудом не упала, но все же шла и шла, каждый раз прибавляя шаг, боясь, что люди уйдут и она снова останется одна в этом лесу.

Звуки пилы то стихали, то снова возникали, и, когда они стали совсем близко, девушка не выдержала и рванула вперед.

Пробежав метров триста, она наткнулась на стену каких-то зарослей, но это ее не остановило, ведь там, за ними, теперь слышались мужские голоса.

По лицу текли слезы от облегчения и счастья. Еще немного — и она окажется дома. И пусть изрядно потрепанная, но живая.

Кусты оказались колючими. Пробираясь сквозь них, Даша не успела отклониться, и одна ветка ударила ее по лицу, расцарапывая щеку, но девушка практически не заметила боли.

Из кустов она буквально выпала, падая на колени.

Подняла голову и увидела трех мужчин. Они грузили в машину напиленные бревна.

Один из мужчин, несший бревно и уже собиравшийся закинуть его за борт, увидел неожиданную гостью, и бревно чудом не выпало у него из рук.

А Даша поднялась на ноги и, покачиваясь, пошла к мужчинам.

Слезы лились по ее щекам, а в голове билась одна-единственная мысль:

ОНА ЖИВА!