Глава 24 Боль

Я охнула и округлила глаза. При этом, привстала на кресле, на котором, одолеваемая сонливостью, уже начинала моститься.

— Я не знала, что мама Винченсо умерла так, — пробормотала. — Кто это сделал?

— Уже не важно. Тот человек давно мертв, — Ксиан выключил телефон и положил его в карман. — И его имя уже всеми забыто.

— Дон Медичи его убил? — Ян на этот мой вопрос ничего не ответил. Лишь еле заметно кивнул.

— Иди поспи. Тебе нужно немного отдохнуть, — парень встал с кресла и потер лицо ладонью.

— Зачем нам ехать в университет? — встала следом за ним.

— Потому, что это нейтральная территория. Отличное место для того, чтобы ненавязчиво появиться и показать, что с тобой все хорошо. Не заявляться же нам в дом Медичи.

— Почему ты все это делаешь? — я продолжала донимать парня вопросами. Мы вышли из гостиной и пошли по коридору. Дарио ушел немного раньше нас и, наверное, уже был у себя в спальне. — Почему возишься со мной?

— Во-первых, потому, что это интересно. Во-вторых — отдаю долг Винченсо.

— А из-за чего возник этот долг? — спросила. Думала, что Ксиан не ответит. Или опять скажет что-то уклончивое, но, видно, Ян решил побаловать меня ответами на вопросы. С его стороны это небывалая щедрость.

— После того, как умер мой отец, дон Каморры, Риккардо Буджардини, хотел забрать его дело, а меня, как единственного наследника, убрать. Но Каморра все же отступила. Позже я узнал, что это Винченсо заставил Буджардини отказаться от намеченных планов. Конечно, Медичи это сделал из уважения к моему покойному отцу, но я считаю это своим личным долгом.

— Дон Буджардини способен на такие жесткие и кардинальные действия? Вот прям убить наследника той корпорации, которую он хотел забрать?

— Нет ничего странного в том, что он хотел убить меня. Живой наследник всегда риск. Но он хотел так же убить и моих сестер. В первую очередь, именно их.

— Может, он просто запугивал? — вспомнила о доне Буджардини. Он показался мне хорошим человеком.

— Тогда я всю свою охрану направил на то, чтобы защитить своих сестер, но он все равно их забрал. Пообещал убивать их по одной, пока я не перепишу на его человека всю свою собственность, а сам не полезу в петлю. И, знаешь, я был готов это сделать. Мои сестры самое дорогое, что у меня есть. Останавливало лишь то, что получив желаемое, Буджардини все равно убил бы их.

— Мне он показался совершенно другим. Простым и добрым человеком, — я нахмурилась. Вспомнила, как дон Буджардини дал мне пиджак, когда мне было холодно. Но так же кольнуло другое. Ксиан сейчас показывал, что он тоже обычный человек, со своими слабостями.

— Дон Каморры бесчеловечная тварь, скрывающаяся за обликом чести, которой в нем нет, — Ксиан остановился, после чего обернулся ко мне. — Я рассказываю тебе все это не для того, чтобы повлиять на твое мнение о Риккардо Буджардини. Ты можешь даже не верить мне. Я просто дал тебе информацию, а ты воспринимай ее, как хочешь.

После этих слов он развернулся и пошел дальше. Перед тем, как зайти в комнату, которую ему выделили, Ксиан опять сказал, чтобы я шла отдыхать.

— Ты можешь дать мне электрошокер? — спросила прежде, чем Ян закрыл дверь.

— Зачем он тебе?

— Для защиты.

Если честно, не особо ожидала, что парень ответит согласием на мою просьбу, но он все же кивнул и сказал, что достанет для меня электрошокер.

После этого я поплелась к себе, но заснуть не смогла. Все думала о словах Ксиана. О Риккардо Буджардини и о том, как умерла мама Винченсо. Теперь понимала, почему он так сильно напивался каждый год в день ее смерти.

***

Буквально через пару часов служанка принесла завтрак, на который я накинулась и съела все до крошки. Забрав грязную посуду, девушка передала мне новую одежду. Узкие джинсы, блузку, сапожки и пальто. Даже нижнее белье в этом наборе имелось.

Переодевшись, собралась идти искать Ксиана, но он первый пришел ко мне. Отдал электрошокер и рассказал, как им пользоваться:

— По мощности он очень сильный. Если приставить к оголенной коже, в особенности, к шее, грудным мышцам или спине, человека можно полностью обезвредить. Онемение, паралич и мгновенная потеря сознания гарантирована.

Я молча выслушала краткую инструкцию и положила электрошокер в карман пальто.

Когда мы уже сели в машину для того, чтобы поехать в универ, я узнала, что с нами ехал Дарио и его люди. Такое впечатление, что мы собирались на войну, а не в учебное заведение.

— Ты говоришь, что Винченсо меня ищет и поэтому могут возникнуть проблемы. Так почему в таком случае ты не отдаешь меня ему? — спросила у Ксиана, когда машина тронулась с места.

— Потому, что абсолютно все в Коза Ностре хотят видеть Винченсо в роли приемника дона Медичи. А ты своим присутствием портишь всю картину. И если он сейчас заберет тебя себе, считай, что всему клану объявит, что выбрал недостойную девушку, а не их. А это уже предательство.

В это мгновение так неистово сильно захотела поговорить с Винченсо. Спросить о том, что творилось у него в голове и узнать, почему раньше был настолько груб, а теперь рисковал всем, лишь бы быстрее найти. Но, с другой стороны, желала больше никогда его не видеть. Недостойная девушка. Для Медичи я именно такая и этого ничто не изменит. Так зачем эти болезненные трепыхания? Зачем рисковать жизнью? Проще разорвать то, что нас связывало и пойти отдельными дорогами. Лучше. Легче. Проще. Но так неприятно. Отторгающе. Почему все так сложно?

Я шумно выдохнула. Старалась не думать о том, что в данную минуту мысленно тянулась к Винченсо.

К университету мы приехали через минут двадцать. Когда вышли из автомобиля и зашли на территорию университета, тут же привлекли к себе внимание других студентов. Вернее, внимание привлекал Ксиан, а то, что я приехала с ним на одной машине, явно многих чрезмерно удивило. Отовсюду послышался шепот и я неоднократно услышала два слова: «Фелиса» и «Шлюха».

— Не обращай внимания, — сказал Ксиан, когда увидел, что я зло стиснула зубы и оглянулась, с враждой посматривая на группку девушек, которая сейчас стояла неподалеку от меня. Я слышала то, как они перешептывались и различила некоторые фразы. Какой же мерзкой грязью эти стервы поливали Фелису. То есть, в данном случае, меня. — Мы тут не для того, чтобы реагировать на людей, чье мнение не важнее мусора, — Ксиан говорил не тихо и те девушки услышали его слова.

— А что ты вообще хочешь тут делать? Ну, появились мы в университете. Что дальше? Кстати, где Дарио? — какое-то время его машина ехала следом за нашей, но по пути сюда где-то исчезла.

— Росси приедет немного позже, — Ксиан, достал сигарету и подкурил. — А у нас пока что свободное время. Чем хочешь заняться?

— Поговорить с Джовани.

— Почему-то, я в этом не сомневался. Пойдем, — Ксиан махнул мне рукой, говоря, чтобы я шла следом за ним. Почему-то в этот момент подумала, что Ян не просто так привез меня именно в универ. Предполагал, что я захочу поговорить с Джовани.

Как раз началась лекция и многие студенты разошлись по аудиториям, но Ксиан нашел одну пустую. Завел меня внутрь и встал около окна. Облокотившись рукой о подоконник, кому-то написал сообщение, а я села на преподавательский стол и стала ждать.

— Я не буду вмешиваться в ваш разговор, — сказал Ксиан. Он подкурил другую сигарету и, стал что-то читать на телефоне. — С этим разбирайся сама.

Буквально через пару минут дверь открылась и в аудиторию вошел светловолосый парень. На внешность простоват и даже по телосложению полненький, но очень ухоженный и в дорогостоящей одежде. Сразу видно — мажор.

— Привет, Ксиан. Ты хотел поговорить? — спросил он, показывая в руке телефон, на котором была открыта вкладка с сообщениями. Значит, это и был Джовани.

Ксиан, не отрывая взгляда от телефона, поднял руку и указал на стол, на котором я сидела. Только сейчас парень заметил меня. На его губах тут же появилась ухмылка. Такая гадкая. Мерзкая.

— Фееелиииса, — протянул он, скрестив руки на груди. — И что это все значит? Как и хотела, легла под Яна? Растаяла лишь от того, что он один раз защитил тебя и наконец-то добилась его внимания? — ухмылка стала больше и парень обратился к Ксиану. — А тебе не мерзко от того, что ее половина университета переебала? Хоть резинкой пользуйся, а то еще что-то подцепишь от нее.

Я смотрела на Джовани, слушала эти слова и чувствовала, как внутри разжигалась злость. Чрезмерно сильная. Душащая и растворяющая в себе мысли, подобно жгучей кислоте. Я буквально задыхалась от нее и теряла здравый рассудок. Из-за этой мрази начались мучения моей сестры, а он еще смел смеяться над ней.

— Ты… — прошипела. До боли ладонями сжала край стола, стараясь хоть как-то держать себя в руках и окончательно не вспыхивать от злости. — У меня проблемы с памятью. Напомни-ка что нас связывало и, что ты сделал со мной.

— Проблемы с памятью? С чего это? Головой где-то ударилась? Или же это твоя тупость сказывается? — Джовани закатил глаза. — Издеваешься, Фелиса? Что за чушь несешь? Хочешь записать разговор, в котором я сам расскажу, что делал с тобой? Хочешь собрать на меня компромат? Неужели смелость появилась отомстить? Иди ты, шлюха тупая.

— Так ты все же сделал со мной что-то такое… Пустил по кругу? — меня уже трясло от гнева и голос из-за этого казался хриплым.

— Ты низко упал, раз связался с такой потаскухой. Скоро все узнают, что у тебя в любовницах Фелиса. Станешь для всех посмешищем, — это Джовани сказал Ксиану, который эти слова полностью проигнорировав, показывая, насколько ему плевать.

Светловолосый парень выругался, после чего развернулся и пошел прочь, а я смотрела на его спину и понимала, что, все, у меня сорвало крышу.

— Джовани, — позвала его.

Он остановился и раздраженно обернулся. Я спрыгнула со стола и быстрым шагом пошла в его сторону. До скрежета стиснув зубы, сжала ладонь в кулак, после чего, вспоминая то, как Батиста учил меня бить, со всей силы ударила Джовани по его мерзкому лицу. Попала туда, куда хотела. В нос.

— С*ка, — зашипел парень, закрывая лицо ладонями, но кровь, текущая из его разбитого носа, все равно попала на светлый свитер. А мне легче не стало. Замахнулась ногой и коленкой со всей силы ударила ему между ног. Вот теперь он взвыл от боли и упал на колени.

— Говори. Что ты со мной делал? — зашипела.

— Тебе конец… Я тебя уничтожу, — шипел, пока что не в состоянии встать на ноги. — Проблемы с памятью? Так я тебе все напомню. Вновь организую «веселье».

— Что организуешь? Групповое изнасилование? Почему ты так поступил со мной?!

— Потому, что тебе от меня только деньги были нужны! — закричал, посмотрев на меня глазами затуманенными болью и злостью. — Всегда казалась такой невинной и вечно плакалась, что тебе нужны деньги для лечения больной сестры, но я узнал, что она ничерта не больная. Нет у нее рака! Ты мне врала. Просто вымогала деньги — десятки тысяч евро. Мерзкая тварь. Раз тебе нормально спать с кем-то ради денег, так, пожалуйста, зарабатывай этим. Только врать никому не нужно, Фелиса.

Я, пошатнувшись, сделала шаг назад. Несколько раз глубоко вздохнула и прикусила язык. Хотела закричать Джовани, что он врал, но понимала, что в этой ситуации ему не было смысла говорить неправду. Но то, что он говорил… Фелиса… что же она делала? Зачем такие большие деньги? И куда она их девала? В Милане жила просто и, даже можно сказать, что бедно. Я несколько раз приезжала к ней и не видела ни одной новой вещи. А тут оказывается, что она гонялась за деньгами и ей их давали. Нет, что-то не сходилось.

— Ты давал мне деньги, а потом забрал их, — сделала вывод. Еще только сейчас подумала о деньгах, которые Фелиса должна была получить с проституции, но при этом поняла, что, после того, как меня купил Винченсо, я сама не получила ни копейки. Фелисе за это тоже не платили? Тут так же что-то не сходилось.

— Смеешься? Продолжаешь дуру из себя строить? Ничерта ты мне не отдала, — опираясь рукой о парту, парень поднялся на ослабшие из-за боли ноги.

Я ненадолго закрыла глаза. Значит, получается, Фелиса скрывала, что у нее были деньги? При чем, делала это настолько тщательно. Почему? Еще и врала, что у меня рак, чтобы вытягивать их Джовани. Все это так сильно не вязалось с той Фелисой, которую я знала восемнадцать лет своей жизни.

— Сестра, зачем?.. — прошептала пересохшими губами.

Дверь внезапно распахнулась и я обернулась к ней. Сердце пропустило удар, когда я увидела Винчнсо. В такой холод без верхней одежды и без своей привычной холодной безупречности внешнего вида. Кожа серая и волосы растрепанные.

— Мелкая, — прохрипел, впившись в меня взглядом.

Одно мгновение и Медичи уже был рядом. Своими огромными ручищами обвил и притянул к себе. Обнял крепко, но не болезненно.

— С тобой все хорошо? Он тебе ничего не сделал? — спросил, все еще прижимая меня к себе. Подняла голову и увидела, что Винченсо смотрел на Ксиана злым, яростным взглядом и мне показалось, что уже только им одним можно было убить.

— Нет, он мне ничего не сделал, — пробормотала. Почему-то так невыносимо сильно хотелось поднять ладони и пальцами сжать рубашку Винченсо. В его объятиях сумбурность мыслей постепенно уходила и я начинала чувствовать спокойствие, но все это разрушилось, когда я увидела, что в аудиторию быстрым шагом зашло еще несколько мужчин. Одного из них я узнала — он человек дона Медичи.

В голове зазвучало слово «Недостойная» и я вспомнила то, о чем говорил Ксиан. Раньше хотела, чтобы Винченсо горел в Аду, а теперь всем своим нутром боялась, что его могли улучить в предательстве — в связи с недостойной.

Затаив дыхание, я уперлась ладонями в его торс и попыталась отстраниться от Медичи.

— Со мной все хорошо. Отпусти, — прошептала. — Пожалуйста.

— Нет. Не отпущу, — рыкнул, немного сильнее прижимая к себе. — Мелкая, больше никогда не отпущу, — следующие слова, пропитывая жгучей яростью сказал Ксиану: — Больше ты не избежишь своей участи. Я порву тебя на куски.

Краем глаза я заметила, как те мужчины, стоящие недалеко от двери немного отошли в сторону и в аудиторию зашел Дарио.

— Винченсо не трогай мою девушку, — Росси довольно быстро оказался рядом. Сжал мое предплечье и вырвал из рук Медичи, тут же спрятав меня за своей спиной. — Ты знаешь наши правила. Нельзя прикасаться к той, которая принадлежит другому.

— Твоя девушка? — черты лица Винченсо исказились. На губах появился оскал. — Что за бред ты несешь?

— Это не бред, — Росси опять притянул меня к себе. При чем, очень резко. Из-за этого, я упала в его объятия и повисла на мужчине, вцепившись руками в его плечи.

— Дарио, — прошипела, остротой во взгляде попросив не тягать меня из стороны в сторону. Мужчина это проигнорировал. Наклонился и поцеловал в щеку.

— Мы познакомились давно, но только вчера у нас завязались отношения. Между нами все серьезно, — сказал он Винченсо, продолжая меня обнимать.

Эмоции на лице Медичи прошлись рябью, затрещали и начали пылать. Глаза наполнились дичайшим безумием при виде того, как меня обнимал Росси и с губ хриплой злостью сорвалось:

— Дарио? Так это о тебе она говорила во сне?

— Я говорила во сне? — сама удивилась этой новости.

— Так это ты вчера ее забрал? И сразу у вас завязались отношения? — безумие в глазах Винченсо стало более жутким. Он посмотрел на меня и я ощутила, как по спине пробежался холодок. И почему мне казалось, что в черных зрачках промелькнула боль? Настолько сильная, уродующая до рванных ран, что даже мне стало не по себе. — Это правда? — спросил у меня.

— Я… — запнулась. Опять посмотрела в сторону тех мужчин и сомкнула губы. Нужно было как-нибудь успокоить Винченсо и поговорить с ним наедине. Я попыталась подумать, как можно это сделать, вот только, у меня не было ни одной лишней секунды для размышлений.

Я запнулась и не сказала на вопрос Винченсо «Нет». И я не отстранилась от Дарио.

— Значит, правда, — Медичи сделал вывод. Сейчас он был похож на зверя, в которого вогнали меч, но от этой раны он стал только агрессивнее. Злее и ужаснее. — Трахалась с ним пока я тебя искал? Раздвинула ноги перед другим сразу после того, как получила свободу? Наверное, хотела этого, раз даже во сне говорила, что ты принадлежишь ему.

— Винченсо, тебя не должно касаться то, что происходило между мной и моей девушкой, — сказал Дарио. Он тоже чувствовал то, как раскалялся Медичи. — Успокойся.

— Нет, дядя, должно касаться. Ведь происходит это между тобой и моей девушкой, — Медичи сделал акцент на слове «моей».

Винченсо оторвал меня от Дарио, а мужчину ударил в живот. Сделал это с такой силой, что Росси отлетел в сторону и, сбив парту, упал на пол. Успел только подняться на ноги, но Медичи в один момент оказался рядом и, словно кровожадный хищник, вновь набросился. Вздернул Дарио за предплечье и ударил в блок, поставленный мужчиной. Он не сработал и с губ Дарио потекла кровь.

Те мужчины пытались их разнять, но Винченсо разбрасывал их в разные стороны, словно неловких котят, после чего вновь нападал на Дарио. Он пытался защищаться, но получалось плохо. Медичи бросал его, словно тряпичную куклу и, смотря на это я понимала одно — Винченсо сейчас просто убьет его.

Мысли путались и в голове оглушающе звенела паника. Я была в шоке от того, что, оказывается, Дарио дядя Винченсо, но в данную минуту, из-за стресовость ситуации, я больше думала о другом. Медичи и так получит наказание за то, что избил своего. Если убьет Дарио — так же убьют Винченсо. Таково наказание за нарушение одного из самых строгих правил. А Медичи будто бы было плевать на это.

— Винченсо, остановись! — крикнула, но он никак не отреагировал. — Винченсо!

Медичи меня не слышал, хотя я кричала изо всех сил. Просто не зная, что еще делать, я достала из кармана электрошокер. Подобрала момент, когда Медичи стоял ко мне спиной и подбежала к нему. Сделала глубокий вдох и, включив электрошокер, прижала его к шее Винченсо. Сильный и долгий разряд полоснул его оголенную кожу адской болью.

Ксиан говорил, что от такого разряда любой человек мгновенно потеряет сознание, но этого не произошло с Винченсо. Он отпустил Дарио и я заметила, как руки Медичи онемели от боли. Он посмотрел на меня опустошенными глазами и очень хрипло произнес «Мелкая…». Старался стоять на ногах, но рухнул на колени. До конца смотрел на меня. Пытался открыть губы, чтобы что-то сказать, но не смог. Упал. Потерял сознание.