Глава 10

Лиза – Привет, мам. Целую родительницу в щеку и передаю ей пакет. – Тут всё, что ты просила купить. – Спасибо, дочка. Она заглядывает внутрь, а я поправляю больничный халат, накинутый на плечи. Рассеянным взглядом огибаю светло-зеленое пространство онкологического стационара, где наблюдается мой младший брат. – Как дела? – спрашиваю я, навалившись поясницей на подоконник. Внимательно рассматриваю лицо матери, чтобы исключить признаки беспокойства или уныния. – Стабильно лучше, – кивает мама. – Лечение даёт свои результаты. – Слава богу. У моего брата Юрика было обнаружено злокачественное заболевание. Благодаря своевременным мерам болезнь не успела прогрессировать, и врачи дают хорошие прогнозы на выздоровление. – Нужно собирать деньги на новый курс химиотерапии, – поджимает губы мама. – Я думаю поговорить с Германом Олеговичем. Он как раз у Юры сейчас. – Кто? – Мои глаза незамедлительно расширяются от удивления. – Заславский? – Тише ты, – хмурится мама, оборачиваясь назад. – Он самый. – Что он здесь делает? – Ну как же? Регулярно проведывает Юру. Они подружились, сын в нём души не чает. Так вот, я думаю аккуратно поговорить с ним насчёт материальной помощи. Подобрав отвисшую челюсть, недоуменно моргаю, переваривая поступившую информацию. – Эм-м Давай я сама с ним поговорю, – сбивчиво предлагаю. – Я знакома с Германом. – Правда? – выгибает брови мама. – Да. Через общих друзей, – не вдаюсь в подробности. – Это очень хорошо. Тогда действительно поговори с ним, – кивает она и, приблизившись к моему уху, тихо продолжает: – Я узнала, что в его семье кто-то от рака умер, теперь они активно благотворительностью занимаются, как раз жертвуют средства для онкобольных. – Так и есть, – траурно произношу я. – Младший брат. Ему тоже было десять. – Как жалко. Ох-ох, – горько вздыхает мама. А я вспоминаю, с какой болью об этом рассказывал мне Гера. Пожалуй, именно в тот момент он был максимально искренен в чувствах, чем и подкупил меня. Ранимой и уязвимой – такой я увидела его душу, которую приоткрыл мне, не испугавшись показаться слабым. А я прониклась. Казалось, я увидела его настоящего, который надежно прятался за маской мерзавца. И попросту влюбилась с головой, безоговорочно доверилась и готова была отдать всё. И сердце, и душу, и жизнь, которая без него более не имела смысла. Но Герман использовал мои сильные чувства в корыстных целях. Я была слишком наивна, чтобы прочувствовать профессиональную игру. Он самовольно растоптал сердце, которое любило его. Теперь оно «украшено» шрамами, которые болезненно ноют от воспоминаний. И вот этот человек помог моему брату с лечением, пожертвовал крупную сумму и еще, оказывается, регулярно навещает Юру. Замаливает грехи благотворительностью? Не знаю, какие у Германа мотивы. Не могу ему больше доверять. И не собираюсь больше лезть в его душу. Мне важно, чтобы он не навредил ни мне, ни моей семье. Подхожу к двери палаты, где лежит Юра. Через окно вижу Германа в халате и сидящего на кровати брата. – Смотри, как умею. Гера подкручивает на пальце баскетбольный мяч. Он вращается вокруг своей оси и не падает. – Ух ты! Круто! Я тоже так хочу! – восхищается Юра. – Попробуй. Брат совершает попытку сделать то же самое, но мяч не слушается и сразу же летит на пол. Герман ловит его и даёт подсказку пытливому мальчишке: – Не спеши. Зафиксируй мяч на подушечках пальцев, – наглядно демонстрирует он. – Легонько подбрасывай его во вращательном движении, а большим пальцем подкручивай вперёд. Сначала отработай это, потом палец подставить не так уж и сложно. – Понял-понял. Юра нетерпеливо протягивает руки, выпрашивая мяч. Герман улыбается на то, как юнец старается повторить трюк. Пока не получается, но он не сдаётся – делает ещё и ещё. – Ты молодец, – хвалит Заславский. – У тебя обязательно получится. Тренируйся, теперь это твой мяч. – Серьезно? Ты мне его подаришь? – Уже. – Блин, спасибо. Круто. – Юра радостно обнимает Германа. – А научишь меня играть в баскетбол? – Без проблем. Как только выздоровеешь, сразу поедем тренироваться. – Обещаешь? – детский голос пропитывается надеждой. – Обещаю. – Я скоро вылечусь, – уверяет брат. – Устал уже от больницы. Одно и то же. Скукота. – Понимаю. Но это временно. Наберись терпения и сил, – мягко, но строго осекает уныние в парнишке Герман. – Это важно для спортсмена. – Хорошо, – сразу демонстрирует собранность Юра. – Я так-то реально выносливый и сильный. – Я не сомневаюсь, – по-доброму усмехается Заславский. Подслушивая их разговор за дверью, улыбаюсь и приятно удивляюсь близким отношениям, которые сложились между двумя парнями. Со стороны они похожи на двух братьев, где старший поддерживает младшего и учит его тому, что умеет сам. Чувствуется, как Юра тянется к Герману, восхищается им, хочет быть похожим на него. Не знаю, как относиться к их сближению: если у брата это происходит на искренних порывах, то что мотивирует Германа? Для чего ему тратить личное время на незнакомого больного мальчика? А если в один прекрасный момент он оборвёт связь, потому что ему надоест или по какой другой причине Это принесёт много боли и разочарования Юре – понимает ли Заславский свою ответственность? Когда Герман выходит из палаты, я ловлю его в коридоре. – Привет. Надо поговорить, – довольно спокойно произношу я, убирая личные обиды на второй план. Мужское лицо вытягивается при виде меня: встреча в больнице не входила в его планы. – Ну пошли, – серьезно отзывается парень. Мы подходим к окну. Я прокручиваю в голове слова, с которых следует правильно начать. – Не знала, что ты навещаешь Юру, – делюсь искренним удивлением. – Нужно было отчитываться? – скованно спрашивает Герман, глядя на заснеженный сквер под окнами. – Эм-м – сконфуженно приподнимаю брови. Не хочу, чтобы он воспринимал мои слова как претензию. Прочищаю горло, подбирая нейтральный тон: – Вы быстро нашли общий язык. – Да. Прикольный мальчишка, – кивнув, он поворачивает голову и внимательно рассматривает меня. Не тушуюсь от его взгляда, а наоборот, смотрю в глаза, чтобы при случае уличить подвох или наигранность. – Он дружелюбный и крайне доверчивый, – прямо обозначаю причину моей тревоги. – Не стоит сближаться, если ты не настроен серьезно. – А как, по-твоему, я настроен? – хмурится Герман. Я озадаченно пожимаю плечами. – Не переживай. Мы с ним на одной волне, – успокаивает Заславский. – Врачи обнадеживают прогнозами, я очень рад. – Да, – улыбаюсь на приятную новость. – Ты обеспечил лечение, так что Спасибо большое. – Ты и твоя мама можете не беспокоиться за финансовые вопросы, – серьезно заявляет Герман. – Я всё оплачу и буду поддерживать Юру до конца выздоровления. Уверен, мы и после выписки будем отлично общаться. – Даже не знаю, как тебя благодарить – теряюсь я на неожиданное проявление великодушия с его стороны. – Мы с мамой очень признательны за твою помощь, правда. – Ничего особенного, – встряхивает волосами и устремляет на меня проницательный взгляд, – разве что у меня к тебе будет одна небольшая просьба. – Какая? – настораживаюсь я. Мужские глаза начинают опасно мигать. – Ты должна расстаться с Мишей.