Глава 29

Мы все немного помолчали. Наверное, представляли, что будет твориться в доме, когда там появятся малолетние исчадия Ада. Ви пошел дальше всех.

– А если детей будет десятеро, можно не опасаться, что они нарушат равновесие? – байкер наклонился вперед, чтобы все прониклись его опасениями.

– Они просто разгромят весь дом, – Дисе скривил лицо. Словно заранее меня осуждал.

– Не смотри на меня. Я точно не мать–героиня, – я пихнула его плечом.

– Думаю, не тебе одной предстоит заполнить наш дом детскими криками. Есть еще некая барышня Дистан, – байкер подмигнул другу, замершему от неожиданной подставы. – Она в логове Дисе живет.

– Судьба? – ангел развернулся к нам и сделал большие глаза. – Признавайся, брат, как умудрился отхватить такую?

– Ви, больше ко мне ногой не ступишь, – прошипел побагровевший Дисе. – Даже если умирать будешь, не пущу. Болтун.

– Самое время замолвить о ней слово, – Ви расплылся в широкой улыбке. – Сколько можно приятную барышню прятать? Она как раз четвертой будет.

– Надеюсь, Судьба не похожа на ту, которую ты мне в цирке показывал? – я поймала себя на мысли, что ревную Дисе к незнакомой дамочке. Особенно, если она в таком же нелепом деревянном платье.

– Нет, моя красавица, – Дисе все же разволновался. Протянул руку и постучал Фера по плечу. – Когда прибудет новый администратор? Первого? Скажи там, наверху, чтобы не присылали четвертого. Место уже занято.

Мы все рассмеялись, лишь демон тяжело вздохнул. Видимо, представил, сколько в доме появится детей. Не зря Ви пророчил добрый десяток.

– Онфер, от меня женщин вообще не жди, – ангел согнал улыбку с лица. Такие вещи нужно произносить с серьезным видом. – Я подожду, когда у вас с Шапочкой дочка родится. Сам воспитаю как будущую жену.

Я задохнулась от возмущения. Это же какая разница в возрасте!

– Я тоже пас, – Ви отвернулся к окну. – И тоже подожду. Чур, первенец Онфера мой.

– А вдруг это будет мальчик? – осторожно поинтересовался Дисе.

– Я разве сказал, что жду жену? – байкер повысил голос. – Я наставником быть хочу. Учителем. Я так много знаю о жизни, а опытом поделиться не с кем.

Машина резко затормозила, кинув нас вперед. За разговорами мы не заметили, как оказались дома. Ангел зашипел, потирая ушибленный лоб.

– Ребятушки, у нас пополнение! – радостно возвестила выскочившая на крыльцо Мария.

– Уже?! – ужаснулся Онфер.

– Целых три призрака! – отрапортовала Маша. – Ждут в холле регистрации.

– А мы с победой! – шепнула я ей, поднимаясь по ступеням. – Потом подробно расскажу.

– Бужу я ждать! Ви, мальчик мой, – она споро спустилась с крыльца и повисла на здоровой руке байкера. – А я тебе суфле яблочное приготовила. Твое любимое. Пойдем, угощу. Поговорим заодно…

Ви застонал и поднял глаза к небу. Дисе, не желая задерживаться, торопливо направился к Фонарной улице. Пока шел, из коротышки превратился в себя статного и красивого. Ему есть чем порадовать свою возлюбленную.

Я проводила глазами Фера, который погнал машину в гараж, и прошла в холл.

На диване, словно птички на жердочке, сидели три старушки с ридикюлями в цепких пальчиках. Очень знакомые мне старушки. Те самые сплетницы, которые перемывали мне и Светику–Семицветику кости. Я аж замерла, не веря своим глазам.

– Что случилось, милые дамы? – обратилась я к ним ласково. – Почему все разом?

Те узнали меня, обрадовались, кинулись, как к родной. А ведь стоило мне мимо них в короткой юбке пройти, как вдогонку тут же неслось «простихоспади» и «какая хозяйка, такая и жиличка».

– Мы у Семеновны суп грибной давеча поели, – две тощие старушки посмотрели с осуждением на третью – рыхло–квадратную. – А наутро все трое преставились.

– Кто же знал, что я сослепу ядовитый гриб не замечу? – та пыхтела от обиды. Хотела как лучше, а получилось так себе: скопом освободили подъездную скамейку для следующего поколения сплетниц. – Муська накануне очки с тумбочки скинула, я, не заметив, ночью на них наступила, а новые заказать не успела.

Кошка была рядом. Терлась о ноги хозяйки.

– А она как здесь оказалась?

– Я же говорю, ночью на них наступила. Сначала на очки, потом на кошку.

Вот Светик обрадуется! Там доставали, теперь здесь проходу не дадут. Надо бы Маше подсказать, чтобы с Семицветиком коалицию создала. Она языкатая, своих в обиду не даст. А не будут слушаться, покажет им сковородку, которую о голову ангела погнула.

Чувствую, будет у нас весело.

– Богато у них здесь, хорошо, – произнесла одна из старушек, рассматривая люстру и лепнину на потолке.

– Еще посмотрим, как кормить будут, – язвительно подметила вторая.

– Дайте же кто–нибудь очки, – рыхлая Семеновна щурилась над книгой регистрации, – совсем не вижу, что пишу.

На странице гроссбуха расползалась жирная клякса.

А кошка – это хорошо. Я взяла пушистую мурку и прижала к своему лицу. Будет с кем ребеночку играть. А то знаю я Дисе, притащит вместо погремушки берцовую кость.

Последняя неделя лета пролетела как миг. Мы с Фером осваивали новые покои. Бурные ночи, дни полные тайных поцелуев и перешептываний. Утром я частенько поднималась на третий этаж, чтобы посмотреть, не висит ли на крюке люлька. Мария клятвенно обещала, что дом сразу поймет, если у меня появятся «те самые» гормоны.

– Торопиться не следует. Пусть будет сюрпризом, – убеждала она. Я и не торопилась, полностью положившись на волю случая.

Милые старушки зорко следили за мной. Теперь они избрали «лавочкой сплетниц» один из диванов в холле, как раз напротив бюро. И если я была занята регистрацией очередного призрака, а Онферу срочно требовалось меня поцеловать, то мы неизменно слышали шипение в свой адрес: «Совсем стыд потеряли» или «Небось ее Светка древнему ремеслу обучила». Демона напрямую они задевать боялись. Видно были наслышаны, что он может показать Ад. Я видела, как сверкала глазами вооруженная сковородой Маша, желая раз и навсегда проучить болтушек, но она терпеливо дожидалась часа Икс. Мы решили не лишать удовольствия Светика–Семицветика. За что–то же ей были посланы эти три фурии?

И вот встреча со Светланой Сергеевной состоялась. Ни свет, ни заря она постучалась зонтом в дверь. Я, выбравшись из объятий полусонного демона, подхватила халат и кинулась вниз. Одевалась на ходу, поэтому кумушки, никогда не покидающие свой пост, поджали губы.

«Бесстыжая! Нагишом готова на улицу выскочить!»

– Та–да–да–дам! – произнесла я и распахнула дверь. Семицветик тут же бросилась ко мне в объятия.

– Наслышана! Замуж выходишь за демона! – воскликнула она, целуя меня куда попало. Я быстро перевесила брошь со своего платья на ее. Око мне больше не понадобится, я для дома давно своя, а ритуал передачи совершить следовало. Семицветик восприняла брошь как подарок, одобрительно погладила ее. Я ей потом объясню сакральное значение Ока, так как сейчас Светлану ждал совсем другой сюрприз. – Почему же не за ангела?

– Вот–вот! – с готовностью подхватили старушки. – А мы о чем? Распутница. Какой ангел на такой женится?

– Ба! – Светик развернулась к дивану. Взяла покрепче зонт. – Знакомые все лица! А я думала, вы давно в Аду чертям кости перемываете!

– А мы для вас сюрприз приготовили, – радостно сообщила я. – Покажите им, Светлана Сергеевна, где раки зимуют. Они и здесь меня обижали. Совсем страх потеряли. Теперь милые сплетницы в полной вашей власти.

– Да кто она такая, чтобы нам указывать? – взвилась Семеновна. Остальные две обиженно поджали губы.

– Светлана Сергеевна здесь главная, – в холле появилась смерть с косой. Даже у меня от неожиданности сердце кувыркнулось. – Давно тебе, милая, предлагал подлых бабок урезонить, – Дисе поклонился зардевшейся Светлане, сделав вид, что нечаянно чиркнул кончиком косы перед самыми носами у старушек. Те в ужасе отшатнулись и прижали ридикюльчики к груди. – А ты все жалела их, окаянных. Вот, возись теперь.

– И буду. Кто–то же должен им мозги на место вставить? – Светик открыла свою объемную сумку и вытащила книгу, на обложке которой крупно было написано «Правила хорошего тона». – Теперь только от вас, милые соседушки, зависит, как вы правила усвоите, и куда с этими знаниями отправитесь.

– Иначе ждет вас прямая дорога в Ад, – рядом со Светиком выросла Мария. Для убедительности она похлопывала скалкой по ладони.

«Никогда не буду сплетницей», – поклялась я себе, поняв с какой командой придется иметь дело на Том свете.

От дальнейших размышлений меня отвлекла Судьба. Она постучалась в двери, и Дисе тут же стряхнул с себя балахон Смерти, обретя вид молодого красавца. Коса со звоном упала на пол, заставив старушек с визгом поджав ноги.

На крыльце стояла красавица, но не из тех, что пышут румянцем. Бледная кожа, светлые волосы, робкая улыбка. Взгляд вроде бы застенчивый, но стоило Судьбе посмотреть прямо, как я уловила в нем такую силу, что невольно сделала шаг назад. Спохватившись, повела рукой, приглашая зайти в дом.

– Добро пожаловать!

Увидев Дистан, я поняла, почему судьбу называют то милосердной, то злодейкой. Она может быть всякой. И лучше с ней не заигрывать.

После фееричного появления Смерти, старушки в холле больше не засиживались. Ви тоже ходил довольный – неугомонная Мария оставила его в покое. Теперь она была занята воспитанием увядающего поколения. Те вели себя примерными ученицами и в сторону высших смотреть боялись. При встрече со мной замирали в изящном книксене. Вот и славно.

– Маша, только на кухню их не пускай, еще потравят сослепу, – качал головой при виде марширующего отряда Фер. Со Светланой Сергеевной он подружился и о чем–то часто с ней шептался.

А в один прекрасный день над входом взвился белый флаг. Сначала я не поняла, забыв значение символа опасности, но Светлана Сергеевна подсказала. Человек рядом. Живой человек. И он шел напрямик к дому.

Я вглядывалась в крепкую фигуру мужчины. Видела, кто пожаловал, но поверить не могла. Едва не забыла, что флаг белый. На минуту от страха сжалось сердце, что к нам явилась неуспокоенная душа.

– Ну что же ты стоишь? – подтолкнул меня в спину Ви. – Встречай!

Я сорвалась и побежала навстречу.

– Папа!

Он тоже побежал. Неловкий, большой. Растопырил руки, а я кинулась в них с размаха. Он целовал меня в голову, а я рыдала, прижавшись к его груди.

– Дочка. Доченька, – в его голосе слышались слезы. – Ты прости меня, дурака старого. Я себя потерял. Я тебя потерял…

– Нет, не потерял. Я здесь! – я горячо шептала, глядя в его покрасневшие глаза. От слез покрасневшие.

– Я ведь совсем не пью. Мне противно оно, вино. Как пришел ко мне Виктор, – отец кивнул на стоящего на крыльце Ви, – так и не пью. В город собираюсь переезжать. Мне Светлана Сергеевна квартиру свою отписала. Вчера документы прислали.

– Спасибо ей. Она добрая женщина, – я хлюпала носом.

– На работу устроюсь, меня возьмут. Я ведь инженер. И хороший инженер. У меня несколько патентов есть. Я все забыл в горе, а потом в пьяном угаре. А теперь вспомнил. Жизнь хороша и жить хорошо.

– Хорошо, папка, очень хорошо, – я смеялась сквозь слезы. Вот какой сюрприз мне приготовили. Вот почему шептались со Светиком. Спасибо им всем. За папку. За меня. Я же неспокойна была, все время думала о нем. И теперь буду думать, но только хорошее.

– Пойдем, папа, я тебя со своим женихом познакомлю.

– А я знаком. И с Фером, и с Дисе, и с Парадисом. Чудные имена у них, – отец ласково погладил меня по голове. – Не бойся, милая, я к старым привычкам уже не вернусь. Ты лучше на могилу к матери меня отведи. Хочу поговорить с ней. Покаяться.

Я оставила папу в гроте одного. Набрала пионов, чтобы украсить ими свою комнату. Они как добрый знак от мамы, ведь зацвели именно тогда, когда я появилась в доме. Она знала, что я пришла и никуда больше отсюда не уйду.

Отец в дом так и не зашел. Нельзя нарушать равновесие. Мы проводили его до Фонарной улицы, где папу поджидал автобус с Чистильщиком. На нем опять были черные очки. Больно смотреть на живых.

– Я приеду на свадьбу. Обязательно приеду, – помахал в окно папа.

– Черт, я же хотел новый автобус купить, – поругал себя Фер, провожая взглядом катафалк. – Этот слишком потрепанный. Стыдно перед гостями.

– Чистильщик против. Автобус напоминает ему о прежней жизни, – Дисе засунул руки в карманы. С тех пор, как в доме поселилась Дистан, он никогда не принимал вид коротышки. – Я, например, часто вспоминаю свой первый дом. Как рыдал на его пепелище. А ведь это он подначил меня на эксперимент. Говорил, давай, дерзай и ничего не бойся! Сделаем много золота и всем утрем нос!

– Золотой телец не одним вам застил глаза, – Фер держал меня за руку, словно боялся, что я потеряюсь.Мы шли по Фонарной улице от пятна света к пятну.

– Это несоблюдение техники безопасности, – назидательно произнес Ви, пиная попадающиеся под ноги шишки. – Не будешь соблюдать, поплатишься кровью.

Я грустила после расставания с отцом. И в тоже же время радовалась, что он нашел в себе силы измениться. Интересно, как его обработали лорды? Ведь ни за что не расскажут, что сделали, чтобы перестал пить. Показали Ад и мучительную смерть? Или Ви рассказал, как хорошо вести здоровый образ жизни? Одно понятно – вместе они сила.

Свадьбу мы назначили на октябрь. Дисан с Машей взялись шить свадебное платье. Общее дело сдружило нас всех. Если до того мы относились к Судьбе настороженно, то после ее активного участия в устройстве торжества и дельных предложений, поняли, насколько она «своя». Обе подруги ни в какую не соглашались на готовый свадебный наряд, хоть Фер и предлагал заказать его из «самого городу Парижа».

– Мы сами. Немного умения, много магии, и Шапочка будет блистать.

Нашлась работа и старушкам. Две из них оказались прекрасными рукодельницами – расшивали мелким жемчугом шлейф и плели нежнейшие кружева. Полуслепая Степановна, не имея возможности показать свое умение, развлекала нас байками о жизни с тремя мужьями, по странному течению обстоятельств тоже умершими от отравления. После рассказа, сдобренного юмором и жизненной правдой, мы любя начали называть ее «Черной вдовой».

Венок невесты решено было сделать из живых пионов. Они по–прежнему цвели и не собирались повиноваться осени, которая затянула небо тучами.

Хиппи даже слушать не желал, что какой–то другой профессионал украсит холл и соорудит алтарь.

– Я все сделаю сам. У вас дух заберет от красоты! – Марк бегал между колоннами и размахивал руками, показывая где пропустит гирлянды цветов, а где развесит воздушную драпировку. – Декор будет достоин нашей невесты.

Проще было согласиться, чем пытаться переубедить призрака, возбужденного захватывающей перспективой.

Лорды так же нашли себе занятие – погрузились в организацию «Передвижного парка братьев Кристофер». Его планировали открыть весной. Составлялись списки аттракционов, которые следовало заказать или сделать самостоятельно.

Поселившиеся в нашем доме призраки продолжали прибывать в прежнем темпе – видно мы оказались обладателями уникального места, плодовитого на неуспокоенные души. Их тоже привлекли к работе. Нечего слоняться без дела. Общая увлеченность каруселями вселила в них надежду, что однажды они встретятся с теми, кому задолжали, и завершат путь, куда бы он не вел: в Рай или Ад. Дистан лишь улыбалась, когда они приставали к ней с расспросами о своем будущем.

– Вот сделают мне шатер гадалки в нашем парке, тогда и приходите. Все карты выложу.

Наши постояльцы боялись Ада. У нас им было хорошо, и это благополучие они относили к положительному предзнаменованию, что однажды попадут в Рай.

В парке развлечений я видела себя лишь кассиром, но Фер сразу обозначил, что владельцам компании негоже заниматься рутиной. Будто они не доверяют своим работникам. Для работы хватит и призраков. Среди них нашлось сразу два бухгалтера. Правда, тот, что постарше, был из проворовавшихся и до сих пор скрывал, где спрятал деньги. Я думаю, именно это обстоятельство и задержало его в нашем доме. Полиция очень надеялась отыскать тайник и вернуть похищенное государству.

Я конечно переживала, удастся ли в парке провернуть ту же магию, как и в цирке. Все–таки призраки не всегда будут находиться под шатрами, как цирковые. Кому–то придется работать у пульта карусели или развлекать детей, нарядившись в мультяшных героев, но останутся ли они при этом видимыми? Меня успокоили. Магическое влияние дома распространится на все его имущество. То есть ограда, возведенная вокруг парка, позволит нашим призракам чувствовать себя внутри нее живыми людьми. Это тоже крайне воодушевляло народ. Души получили второй шанс окунуться в радость реального существования.

Оформлением документов и подходящих территорий для размещения парка поручили заняться Дисе. «Никто из бюрократов не посмеет отказать Смерти». Весьма верное заключение.