Глава 30

Стук в дверь разрывает тишину ночи. Сердце замирает на мгновение, а потом начинает колотиться как сумасшедшее.

Влад. Это же он пришел!

Я так долго ждала этого момента, так мечтала о его прикосновениях, о его запахе, его голосе рядом. Но сейчас, когда он стоит за дверью, во мне бушует холодная ярость.

Открываю дверь.

Он стоит, такой родной и такой чужой одновременно. Всё ясно, он в плену алкогольного дурмана. Трезвым бы не пришел.

Смотрю на него, стараясь не выдать бурю эмоций, разрывающих меня изнутри.

– Привет, – говорю сухо.

– Наташа-а, – его голос звучит пьяно. – Я войду, – не спрашивает, утверждает.

Пропускаю его, не говоря ни слова. Он проходит в гостиную, оглядывается, будто ищет что-то. Или кого-то….

– Горский здесь?

– С какой стати? – хмыкаю.

Влад вальяжно усаживается на диван, я остаюсь стоять в дверях сохраняя между нами дистанцию.

– Я соскучился, – говорит он, глядя мне прямо в глаза.

– Да-а? А я, знаешь ли, нет, – отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал как можно более равнодушно.

– Что случилось, можешь сказать? Ты какая-то… другая.

– Ничего не случилось. Просто все кончено, Влад.

– Не ври мне, Таша. Я чувствую. Что-то произошло.

И тут меня прорывает. Ярость, обида, боль – всё смешивается в один ком и вырывается наружу.

– Да ты издеваешься, да? Фотка! Ты видел эту фотографию?!

Влад непонимающе смотрит на меня:

– Какая фотка? Ты о чем вообще?

Достаю телефон и нахожу то самое проклятое фото, которое прислала моя «лучшая» подруга Люда.

– Качество, конечно, хреновое, но твое и Аленкино лицо вполне узнаваемо, – швыряю телефон к нему на диван.

Влад берет его в руки и внимательно рассматривает фотографию. Лицо его меняется.

– Это… это не то, что ты думаешь.

– А что я должна думать? Что ты просто дружески обнимаешь Аленушку посреди ночи? – усмехаюсь горько.

– Я могу всё объяснить, – говорит он.

– Да что тут объяснять? Всё и так очевидно! Ты мне изменил!

– Нет! Клянусь, я не изменял тебе! Это было… недоразумение. Происки матери.

– Недоразумение? Происки матери? Серьезно? Ты думаешь, я поверю в эту чушь?

И тут уже Влад выходит из себя:

– Да что ты вообще знаешь? Ты хоть спросила меня, а? Ты просто сразу поверила в какую-то глупую фотографию! А сама? Ты забыла, как целовалась со своим бывшим мужем? С какого хера вообще?

Меня будто ледяной водой окатывает.

– Я не хотела этого поцелуя! Я была убита и морально раздавлена твоим поведением. А Тимофей просто воспользовался ситуацией.

– Я всё видел, Наташа.

– Да что ты видел??

– Как вы сосались!

– Едва ли Тимофей это умеет!

– Да, он умеет только шлюх трахать! Точнее даже трахаться не умеет.

– Да мне плевать на него!

– А мне не плевать на тебя!

Мы кричим друг на друга, и слова бьют, как удары кнута.

– Ты сам меня отправил к нему! Только вот шпионы из нас никакие! Не вышло ничего.

– Я искал компромат! Но спалился по глупости. Ты звонила в этот момент, поэтому я не взял трубку. Просто не смог! Видео писал.

– Я хотела сказать, что твоя мать все знает!

– Ничего она не знает!

– Знает! Только неправильную версию. Твоя… эта… Аленка! Наврала с три короба.

– Она не моя! И что она сказала?

– Что я озабоченная приставала и лезла к мальчику.

– Что за хрень? – морщится.

– Вот тебе и хрень! А твоя мать поверила ей.

– Я разобью ей лицо, если это правда, – сжимает кулаки.

– Уймись. Ты уже ударил Горского, и что из этого вышло? Думай холодной головой, а не пьяной!

– Я не хочу ни о чем думать, я хочу тебя, – притягивает меня к себе. – Таша, – шепчет мне в губы, – я люблю тебя. Думаешь, я отдам тебя этому старому ослу Тимохеру?

– Не отдавай меня, Влад. Не отдавай, пожалуйста, – всхлипываю и дрожу от эмоций, вызванных ссорой.

– Малышка… Таша… ты плачешь? Ну всё, всё, – прижимает меня к груди, – прости меня, что накричал. Извини, ладно? Обещаю, что впредь буду думать головой.

– Стоп, – упираюсь руками в его мощную грудь. – За фото поясни, пожалуйста.

– Да что тут пояснять? – дергает плечами. – Я к тебе собирался, а они напоили меня чаем со снотворным. Не помню, как дошел до постели и вырубился. А эта белобрысая дрянь видимо рядом прилегла с подачи матери. Когда я проснулся, ее уже рядом не было. Вот и все.

– В штанах хоть проснулся? – спрашиваю ядовито.

– Думаешь, она меня изнасиловала? – расплывается в улыбке, и я невольно улыбаюсь вслед за ним.

– Как знать… – пожимаю плечами ревниво.

– Неа! Исключено. У меня только на тебя стоит!

– Ой ли?

– Проверить не желаешь? – хватает мою руку и сует себе в штаны.

– Так, Влад, у нас тут серьёзный вообще-то разговор! – пытаюсь отнять руку, но уже чувствую его горячий вставший ствол. Ой, мамочки, как же я соскучилась!

– Уже поговорили, – отмахивается.

– Нет, не поговорили. Нам нужно понять, что делать дальше.

– А я тебе скажу, что делать дальше, – наклоняется к моему ушку и говорит, – трахаться до беспамятства в честь примирения.

– Я с тобой не мирилась, – отвечаю с пылающим лицом.

– Зато я помирился.

Влад подхватывает меня под попу и несет на плече в спальню.

Я сучу ногами и колочу его кулачками по спине.

Вот негодяй! Как обычно все в горизонтальную плоскость переводит.

А сама уже оттаяла, конечно. Он же на меня огромное влияние имеет. Даже сам факт, что он пришел ко мне, радует до невозможности.

Кудряш заваливает меня на кровать и, стянув с себя футболку, ложится сверху.

В общем, кажется, у нас намечается жаркий примирительный секс…