Глава 13

Ника

— Видела, как этот мужик смотрел? Ну и взгляд! — взволнованно говорит Саби, как только мы оказываемся у неё в комнате. — Кто это вообще? Никогда этого типа раньше у нас в доме не видела. Не удивлюсь, если это с ним как-то связано, что на Глеба повесили лишние обвинения.

Я прикусываю язык, решив всё же не рассказывать ещё и про судью в ресторане. Сабина и без того нервничает. Не вижу смысла заставлять её переживать сильнее.

— Андрей Игнатов, — тянет она. — Его имя мне ни о чём не говорит. Отец ни разу его не упоминал.

— Ну, может он не особо гордится такими знакомыми… Хотя тачка у него зачётная. Стоит признать.

— Ага. Самое то для какого-нибудь криминального короля.

— Если он повязан с преступностью, то неудивительно, что твой отец не хотел, чтобы ты про него знала.

— Зато домой притащил.

— Он думал нас весь день не будет.

— Ну да, — вздыхает Сабина, достав первую коробку с туфлями из пакета. — Ты права. Вряд ли папа обрадовался, что мы раньше вернулись.

— Остаётся надеяться, что этот Игнатов нормально подвесит Глеба за яйца за всё, что он сделал.

Подруга выпучивает глаза.

— Знаешь, раньше я за тобой такой кровожадности не замечала.

— Раньше мы не сталкивались с подобными ситуациями. Теперь ты знаешь, какой я мстительный человек. А я знаю, что ты слишком добродушная.

Снаружи раздаётся шум — хлопок двери и рычание двигателя. Сабина подходит к окну и отводит тюль.

— Кажется, уезжает.

Я поднимаюсь с кровати и следом за подругой подхожу к окну.

Игнатов стоит возле своей машины. Дверь открыта и он оперся на неё плечом. Сафин стоит рядом. Они о чём-то мило болтают. Я даже не побоюсь этого слова «мило», потому что они действительно расслабленно общаются и над чем-то смеются.

— У меня от этого мужика мурашки по коже, а отец такой непринуждённый, — фыркает Саби. — Смотри, как они улыбаются. Прям так и слышу, как Игнатов говорит «Сядет Глеб в тюрьму. Отрежем ему яйца!», а отец на это смеётся и отвечает «Лучше по одному режь, и каждое мне по почте высылай!»

Я прыскаю со смеху.

— А говоришь, что я кровожадная! Вон, какое у тебя воображение лютое.

В какой-то момент Сафин и Игнатов одновременно поднимают головы и смотрят на наше окно. Мы с Саби взвизгиваем и отпрыгиваем в сторону, задернув тюль.

— Думаешь, они видели, как мы на них пялимся? — спрашивает подруга так, словно нас за это пришьют.

— Даже если и видели, то что в этом такого? Там же твой папа, в конце концов.

Сабина кивает, согласившись со мной.

— В общем, не нравится мне это всё. И Игнатов, и то, о чём сказала Инна. Хочу скорее поговорить с отцом, чтобы он в жажде мести не натворил большего.

— А я поддерживаю Рашита Маратовича.

— Это я уже поняла, — она взмахивает рукой. — Вы прям команда садистов. Ты, папа и этот Игнатов наверняка такой же.

— Ну спасибо, подружка!

Спустя какое-то время голоса снаружи стихают, затем раздаётся хруст колес по гравию, после чего наступает тишина.

— Видимо гость уехал. Теперь ты можешь поговорить с отцом. Я как раз пока пойду свои покупки разберу.

— Да. А потом, раз уж мы не пошли в кино, может, в гостиной у телека потусим? Или в бассейне поплаваем? Хотя от бассейнов меня временно тошнит.

— Значит, сделаем попкорн и устроимся в гостиной. У вас там всё равно телевизор почти такого же размера, как экран в кинотеатре.

Саби на это только фыркает.

Взяв свои пакеты, я переношу их в мою спальню и начинаю потихоньку разбирать. Конечно, я купила гораздо меньше вещей, чем Сабина. Я вовсе не считаю, что наглость — второе счастье. И то, что Саби решила оплатить все мои покупки, вовсе не означает, что я стала бы борзеть. Я действительно просто решила поддержать её идею шопинга, чтобы ей стало легче, вот и всё. Но мне приятно знать, что моя подруга такой щедрый, добрый и милосердный человек. Хотя Глеб, конечно, её милосердия совсем не заслуживает.

Сквозь приоткрытую дверь раздаются громкие голоса, словно Саби с отцом о чём-то яростно спорят. Несмотря на моё дикое желание подслушать, я все же плотнее закрываю дверь. В конце концов, если Сабина захочет, она сама мне расскажет, о чем шёл разговор с Рашитом Маратовичем.

Закончив раскладывать вещи, я сажусь на край кровати и разблокирую телефон. На экране светится новое сообщение от мамы в мессенджере. Я жму на значок.

Она скинула мне несколько фотографий. На них они с папой катаются на слонах. Такие счастливые и… нормальные. Ну, то есть, будто между ними нет никакого разлада. Будто они обычная счастливая семейная пара и сейчас они просто отдыхают, празднуя много лет совместной жизни.

Подпись к фото гласит «Между работой и работой».

Я включаю клавиатуру и пишу.

«Очень классно. Вы здорово смотритесь вместе!»

Как же мне хочется, чтобы они поняли, насколько дороги мне оба. И насколько я хочу, чтобы они были снова счастливы вдвоём.

Может быть, небо услышит мои молитвы и эта командировка поможет им наладить жизнь? А если нет, то я обращусь к Рашиту Маратовичу. Он же обещал помочь. Почему-то я верю, что это были не просто слова вежливости, хотя изначально мне именно так и показалось. Но сейчас я чувствую, что это не так. Что он в самом деле поможет, если я попрошу его об этом.