Глава 14

На следующей неделе, в среду, когда рабочий день уже подходит к концу, раздается телефонная трель. Вздрогнув, с опаской смотрю на экран. В последнее время я вообще боялась звонков. Дело в том, что мне названивал дорогой муж. Упорно названивал, сообщениями закидывал. Ругался, угрожал, просил, снова ругался.

Я его добавила в черный список, но это оказалось бесполезным. Он звонил с других номеров, не давая прохода.

Ладно, хоть встречи не ищет, наверное, слишком ленив для этого, или все еще ждет, что сама вернусь с повинной.

Женька бесится, порывается отправиться к Стасу и поговорить с ним по душам, а я его не пускаю. Только мордобоя не хватает между этими двумя верзилами. Что один, что другой, когда разозлятся - вообще без тормозов, а тут инстинкты собственника играют во всю и в каждом.

Один никак не отпускает, не понимая, что все закончилось и обратной дороги нет, а второй рвет и мечет от того, что прошлое никак не хочет остаться в прошлом. И я между ними такая красивая стою, мычу невразумительно.

Хотя почему мычу? Я тоже решительно настроена. Заявление на развод подала. Сердечко, конечно, дрогнуло, когда заветную подпись ставила. Нет, не потому что со Стасом расставаться не хотелось. Здесь никаких вопросов - мысленно я с ним уже рассталась и начала забывать, вернее уже почти забыла. Просто ставя подпись, понимала, что сжигаю за собой мосты, отказываюсь от прежней жизни. Теперь все будет по-другому.

Первый день после переезда к Жене я откровенно не знала, куда себя деть. Все не мое, чужое, непривычное, а потом осваиваться начала, обживаться. И уже через пару дней самозабвенно подбирала покрывала в тон шторам. Майоров только смеялся, наблюдая за тем, как я переделывала его холостяцкую берлогу в уютное гнездышко. Ворчал. Не серьезно, в шутку, и при этом физиономия такая довольная была, как у сытого кота.

Подойдет, бывало, в охапку схватит, прижмет к себе и стоит, а мне так хорошо в этот момент, что рядом: что дыхание его чувствую, биение сердца. И все внутри наполняется ощущением правильности. Все так, как надо. Так как должно быть. Мое место рядом с ним.

Ладно. В сторону лирику!

На экране высвечивается Валера. В недоумении хмурюсь. Вот уж кого не ожидаю услышать, так это ее. Думала, наши с ней пути разошлись навсегда. Но у судьбы как всегда свои планы, свои гениальные задумки.

- Слушаю, - получается резко, отрывисто.

Она молчит, только ее нервное дыхание слышно.

- Лер? - в душе недоброе предчувствие.

- Привет, - голос тихий, совсем на нее не похожий, и я чутьем понимаю, что она ревела. Не по-королевски, роняя крупные бриллиантовые слезы, а по-обычному, по-нашему, по-бабски.

- Что случилось?

- Да, - она заминается, потом вздыхает тяжело, - ничего. Все нормально. Я просто… это… случайно набрала.

- Что врешь-то? - однозначно врет, неудобно ей, что мне позвонила.

Снова молчание, и мне становится еще тревожнее.

- Лера, не молчи! - мягко, но наставительно.

- Ко мне Стас приходил, - признается она так горько, что волосы на руках шевелятся.

- Зачем? - чувствую, не для того, чтобы присунуть по старой памяти.

- Да, просто так, - снова заминается, - ладно, извини, что отвлекла.

- Лера!

- Все нормально.

Знаю наверняка, что нифига не нормально. Не стала бы она мне звонить, если бы у нее все хорошо было.

- Что он сделал? - у меня даже голос от волнения осип.

- Ничего, - снова врет, и теперь я это слышу.

- Ты где сейчас?

- Что? - она растерянная, какая-то жалкая.

- Я спрашиваю, где ты сейчас находишься?

- До… дома, - заикаясь, произносит Лера.

- Адрес.

- Чего?

- Адрес говорю, давай.

- Зачем, - пищит, как маленькая и напуганная.

- Затем, приеду сейчас.

- Нет-нет, не надо! - в голосе паника. - Лика, не обращай внимания. Я вообще не понимаю, зачем тебе позвонила.

- Адрес давай! - кричу на нее.

- Комсомольская 10, квартира 185.

- Все. Жди, - вешаю трубку.

Я наверное дура, раз в такую авантюру ввязываюсь. Вот, казалось бы, не наср*ть ли, что там творится у нее, но отмахнуться не получается. Муж все-таки мой, хотя уже почти бывший, и я какую-то ответственность за его поступки чувствую. Блин, синдром курицы-наседки во мне не искореним.

Но ехать к ней сломя голову стремно. Поэтому звоню единственному человеку, который был еще более безумным, чем я, и всегда был готов найти приключений на свою пятую точку.

- Наташ, - воплю в трубку, только подруга лениво отвечает:

- Да, - прошамкала она и что-то отпила.

Опять хомячит!

- Что делаешь?

- Ничего. Сижу, ем.

- Собирайся и приезжай ко мне на работу!

- Зачем? - недовольно протягивает она.

- К Валере поедем! - бодро заявляю я.

Натаха аж давится, долго кашляет, а потом сипит в трубку:

- Морду бить?

- Нет. Там проблемы возникли, надо глянуть.

Конечно же, дражайшая подруга догоняет, что пахет приключениями, поэтому, ни секунды не раздумывая, бросает:

- Жди! Уже лечу!

Лети, лети, цапелька моя громкоголосая!

Тем временем я заканчиваю дела, навожу порядок на рабочем месте и, собравшись, спускаюсь вниз.

Как раз в этот момент к крыльцу офисного здания, где работаю, подкатывает Наташа на своей адской колеснице. Ярко-зеленой, прямо вырви глаз, усеянной ржавыми пятнами, скрипящей на все лады, шестерке.

Ломаться и строить из себя королеву некогда, поэтому я быстренько сажусь на переднее сиденье, искренне надеясь, что никто не видит, как в эту колымагу забиралась.

Натаха свою машинку любила и иначе как Изольдой не называла, искренне считая, что никакие Феррари и Ламборджини и рядом не стояли с этим чудом советского автопрома.

- Зачем мы к ней едем? - сурово уточняет она, не скрывая боевого настроя.

- Она мне звонила, - признаюсь, спешно накидывая ремень безопасности, - какая-то странная. Ревела.

- И что? Мы сопли ей утирать должны? - недоумевает искренне подруга.

- Она сказала, что к ней Стас приезжал. Я боюсь, что он сделал что-нибудь нехорошее.

Наташа задумчиво смотрит на меня, а потом резво, с рывком и скрипом, сворачивает на проезжую часть, подрезав кому-то:

- Поехали.

Вот и все, никаких долгих объяснений, упрашиваний, затяжных и нудных рассуждений. Вот за это Наташку и люблю. Всегда готова в какую-нибудь хрень с головой ринуться.

***

Подъехали мы к Валериному дому, спустя двадцать минут, вдоволь накружившись по незнакомым улицам. Припарковались во дворе ухоженного девятиэтажного дома. Хороший дворик, чистенький, с большой детской площадкой.

Под ребрами неприятно сдавливает. Интересно сколько раз дорогой муж сидел вот так в машине, звонил мне, сообщая, что задержится, а потом поднимался к ней?

Отмахиваюсь от неприятных мыслей и наигранно бодро тороплю:

- Ну, пойдем что ли!

- Пойдем, - Наталья вставляет блокиратор в руль, считая его самой надежной противоугонной системой и, громко скрипнув дверью, выбирается наружу.

- Звони! - Натка кивает на домофон, а я в нерешительности замираю. Нафиг мне это надо? Однако отступать некуда. Будь я одна, может, и свалила бы по-тихому, но с Наташкой и пытаться не стоит. Она просто рвется вперед, ей ужас как любопытно.

Набрав нужные цифры, готовлюсь к долгому ожиданию, очень надеясь, что Лера соврала и дала неправильный адрес. Однако, через три секунды из динамика доносится грустное:

- Да?

- Это я.

Она даже не спрашивает кто я - просто открывает звонок.

- Странная она какая-то.

- Я ж тебе говорю. Чудная.

Мы поднимаемся на нужный этаж, и как две любопытные кошки выходим на лестничную площадку.

Одна из дверей призывно приоткрыта, поэтому, переглянувшись, крадучась идём в ту сторону.

Я шла первой. Легонько потянув дверь на себя, заглядываю в квартиру, неуверенно спрашивая:

- Есть кто живой?

Если честно, то меня не слабо так потряхивает. Оттого что вторгаюсь в любовное гнездышко, где мой дорогой и некогда горячо любимый муж придавался разврату с другой женщиной. Я точно больная, раз сюда пришла.

- Здесь я, - раздается тихое из комнаты, и на пороге появляется Лерка.

На голове наскоро собранный хвост, одета в спортивный костюмчик, не накрашенная, но вполне прилично выглядевшая. Только вот глаза не обманешь. Припухлые, блестящие.

Точно ревела.

- И это вот твоя любовница? - Наташка указала в сторону нее пальцем.

- Не моя. Мужа. Бывшего, - зачем-то поправляю ее, хотя и так все всем ясно.

- Ну, в принципе ничего так.

- Наташ, заткнись, а? - прошу устало. Иногда она бывает в ударе, и сегодня, похоже, именно такой день.

Лерка смотрит на нас не то удивленно, не то растерянно.

- Это моя подруга, Наташа, - представляю свою буйную сопровождающую, которая разве что из трусов не выскакивает от любопытства.

- Я так и поняла.

- Что у тебя тут приключилось?

- Слушай, я реально не понимаю, почему позвонила именно тебе, - разводит руками Лера, - просто в тот момент была настолько растеряна, что не соображала, что творю.

- Что он сделал?

Лера отходит в сторону и, горько усмехнувшись, кивает в сторону комнаты. Мы с Наташкой дружно идем туда. А там… полный разгром.

Разбитый телевизор, расшвырянные вещи, раскуроченная мебель. Одним словом руины.

У меня даже слов нет. Смотрю на этот беспредел и хлопаю ресницами, не в силах пошевелиться. Глазам своим не верю. Неужели он вот на такое способен. Да как так-то?

Что вообще за зверство? Натаха, стоящая чуть позади, удивленно присвистывает, потом интересуется у Леру:

- И это твой Стас сделал?

Потом осознает, что ерунду сказала, и на меня быстренько переключается:

- То есть твой Стас.

Смотрим на нее с Валерой, скептично, вздернув брови.

- Ваш Стас, - наконец выдает она гениальную фразу.

Я кручу ей у виска, Лерка, закатив глаза, отворачивается.

- Что не так? - насупилась Наталья.

- Он уже не мой! - огрызаюсь.

- Да и мне на хрен не сдался, - вторит мне Валера.

Наташка лишь беспечно отмахивается. Дескать, фигня все это.

- Тебя саму не тронул? - спрашиваю и с каким-то содроганием жду ответа. Я помню как он по стене вмазал. Прилети тот удар мне - я бы точно дух испустила.

Господи, я совсем его не знаю! Если еще и руки начал распускать, то это полный абзац.

Лерка отводит глаза.

Капец. Полный капец.

- Ударил? - настаиваю на ответе.

- Хватал так, что синяки останутся, - поднимает рукава, показывая проступающие багровые пятна на руках, - о стену еще пару раз приложил.

- П**дец, - тянет Наташа, - надо на него заявить!

- Не буду. Не хочу позориться. Сама идиотка виновата. Запустила его зачем-то. Думала спокойно поговорим, а вон оно как вышло.

- Что ему надо было? - спрашиваю, глядя на осколки под своими ногами.

- Ай, - она только горестно отмахивается, - орал, что из-за меня у вас все испортилось. Что я во всем виновата. Что все специально подстроила.

Мда-а-а-а. Лера виновата в том, что подстроила, я в том, что молчала. А он чист аки агнец. Просто невинная жертва обстоятельств.

Это финиш, товарищи.

- И что теперь? - спрашиваю, подразумевая глобальную ситуацию, но опять врывается вихрь по имени Натали, и все переворачивает с ног на голову.

- Как что? Сейчас хлам быстренько соберем и айда в бар, нервы лечить.

Стоим, друг друга молчаливо изучаем, а потом дружно начинаем осколки убирать.

- За мужиков! - очередной тост сопровождается звоном бокалов. - За настоящих мужиков, а не за их подобие!

Нас четверо. Я, Наташа, Лера, а еще к нам внезапно присоединяется Варвара Григорьевна. Но сегодня для всех просто Варька.

Когда мы ввалились в призывную полутьму бара, она как раз позвонила мне по поводу документов. Услышав музыку на заднем плане, поинтересовалась, что я делаю, и через пятнадцать минут уже была с нами.

- Это Варя, моя непосредственная начальница, - представляю ее немного подвыпившей компании, - это Наташа. Подруга детства, а это Лера. Она…

Умолкаю, крутя пальчиком и пытаясь подобрать нужные слова.

- Любовница ее мужа! - гордо вставляет Наташа, - бывшего.

Варька пару раз медленно моргает, явно пытаясь осознать весь масштаб катастрофы:

- Я даже спрашивать не буду, что у вас тут происходит, - наконец, поднимает руки в пораженческом жесте. - Сделаю вид, что ничего не слышала.

И вот сидим мы вчетвером, глушим текилу, запивая ее пина-коладой и сексом на пляже. Разговор естественно про мужиков идет. Про то, что еще не перевелись на Руси добры молодцы. Но козлов все-таки гораздо больше.

Мы дружно объяснили Варьке нашу ситуацию со Стасом, с Лерой. На что Варвара по пьяной лавочке призналась, что когда-то была в такой же ситуации, и тоже сделала выбор в пользу будущего. Потом мы с Натахой поведали, о нашем гениальном плане. Гоготали все четверо. А я только сейчас поняла, что это действительно смешно. Лерка назвала нас безумными. Варька угорала над нам по полной. И Наташа ржала, как лошадь Пржевальского.

- Как вы стали встречаться со Стасом? - спрашиваю любопытства ради, подпирая рукой свою пьяненькую голову.

- Мы работаем вместе. Ну не совсем вместе. В соседних отделах, в общем. Я зимой только на работу устроилась, и он тут же ко мне подкатил. Шутки, улыбки, случайные прикосновения. Я и подумала, а почему бы и нет? Мужик то видный.

- Тебя не остановило то, что он женат?

- Так ведь это главный плюс. Встретились, приятно провели время и все, свободен. Вали к жене. Удобно, не обременительно, всегда свежо. Никаких обязательств.

- Сука ты!

- Не спорю, - пожимает плечами Лера.

- И вот что ему не хватало? Почему к тебе полез? - озадачиваюсь с досадой. Ревность давно прошла, как и боль. Но вот чисто по-женски все еще обидно было.

- Да, всего ему хватало. Всего! Он же тебя любил по-настоящему. Ваша семейная жизнь - закрытая тема. Лишь изредка что-то комментировал, не подпуская близко. Так что не ищи причины в себе. Ему так удобно! Новые ощущения и любимая жена. Идеальный расклад. Что еще надо-то? Просто он такой. Уверяю, что не я первая, не я последняя. Он всегда гулял, и будет гулять.

- К счастью меня это больше не касается, - выдыхаю облегченно, - Казанова, хренов.

- Просто самцы по своей природе полигамны, - глубокомысленно выдает заезженную истину разлюбезная Наталья.

- Да, ладно, - хмыкает Варвара, - думаете, самки моногамны? Как бы не так! Гляньте на любую самку животного мира. Она всегда находится в поисках лучшего самца: того, который сильнее, умнее, у которого территория лучше, хобот длиннее. Не знаю, в общем, не зоолог. Так что не надо прикрываться природой и инстинктами. Мы не бабуины и не олени, на которых гон нападает. Шляться или нет, решает каждый сам для себя. Это вопрос воспитания, ценностей. Вот и все.

Мы умолкаем, переваривая ее монолог, а потом Лера громко выдает тост:

- Ну, за биологию.

Еще через час звонит Жена, и интересуется, когда я собираюсь домой. Я что-то мурчу в трубку, пытаясь объяснить закон расщепления Менделя, который мы пытались вспомнить коллективным разумом.

- Так, - хмыкает он, - похоже, вы там уже хороши. Сейчас приеду за вашим пьяным отрядом.

- Ты моя радость, - протягивая, поглаживая трубочку.

Женя хохочет, и, сказав "жди", отключается, а мы продолжаем посиделку.

Правда минут через пятнадцать Лерка домой сваливает, вызвав такси, потому что на нее грусть-тоска нападает - захотелось себя пожалеть. Следом за ней Варя, за которой тоже приехал муж. А самые последние бар покидаем мы с Натальей, в обнимку, рассуждая на темы глобального мирозданья.