27

Алина выбралась из машины, Марат перехватил у неё рюкзак. Тяжёленький. А тому, начитанному, девочке помочь даже в голову не пришло. Видимо, напрочь умными мыслями забита, для простых житейских – места не осталось. Вот же бестолковая нынче молодёжь.

Марат усмехнулся, а Алина увидела его улыбку, наклонила голову к плечу, спросила, поглядывая с хитринкой:

– Пап, а ты как в школе учился?

Как он учился? Как все. Средне, особо не напрягаясь и не заморачиваясь на оценки. Но, наверное, не слишком педагогично о подобном честно рассказывать, и Марат выбрал нейтрально-неопределённое:

– Нормально.

Алина прищурилась прицельно.

– Ты прям как Лера.

– В смысле? Учился?

– Неа, – возразила она, и при этом взгляд у неё был подозрительно чист и невинен, а выражение на мордахе чересчур довольным. – Отвечаешь. Она тоже почти на все вопросы говорит, что нормально. А обычно, на самом деле – как раз наоборот.

Ха! Ну надо же! От горшка два вершка, а решила его потроллить. Это за то, что он кавалера её, малолетнего, шуганул? Вот же характерец! На Галку ничуть не похоже.

– Кстати, – многозначительно заметил Марат. – Как раз вспомнил. Я ведь, наверное, должен в твоём дневнике расписываться. Да? Сейчас прямо и займусь. Пока опять не забыл.

– Да там всё в порядке, – негодуя, выдохнула Алина, гордо задрала подбородок, а Марат сгрузил её рюкзак на пол, произнёс невозмутимо:

– Да я ж верю. Так, значит, никаких проблем.

Ага, размечтался. Что никаких проблем, что дома сможет поработать в нормальной обстановке. Только успел перекусить и устроиться за столом, мобильник заголосил. Не Паша и вроде бы вообще не с работы.

Приятный и совершенно незнакомый женский голос произнёс с вопросительными интонациями:

– Марат Оскарович?

Ух ты, интересно. Он даже улыбнулся, выговаривая:

– Да-а.

Хотя улыбку по телефону не видно, но зато слышно, если уметь.

– Добрый вечер. Это классный руководитель вашей дочери.

А он-то обрадовался.

– Ясно.

– К сожалению, с вами лично мы так до сих пор и не знакомы. На родительское собрание вы не приходили.

– Работал.

Не пошёл. Да ну, нафиг.

– Я понимаю, – прозвучало вроде бы и правда с пониманием, но всё равно как-то странно, и тут же разговор окончательно потерял изначальную томность: – А вам Алина ничего не рассказывала?

– По поводу?

– Драки.

– Драки? – переспросил Марат и сразу бодро добавил: – Нет пока.

– А вы у неё спросите, – настоятельно посоветовал голос из телефона. – И вот ещё. Вы сможете подойти завтра в школу? После седьмого урока.

– Это во сколько?

– В пятнадцать тридцать пять. Лучше к шестнадцати.

– А очень надо?

– Желательно. Заодно, наконец, и познакомимся, – голос по-прежнему оставался приветливым и почти нежным, но в последней фразе Марату почему-то почудилась скрытая угроза, и он откликнулся весьма уклончиво:

– Ну, я попробую.

– Тогда ждём вас в четыре часа в кабинете завуча, – прозвучало уже куда более официально. – Это на втором этаже, рядом с учительской.

– Да вроде помню ещё.

– Вот и хорошо. До свидания.

– До свидания, – вежливо откликнулся Марат.

Ну, классно. Чуть больше месяца прошло с начала его отцовства, а ему уже предлагается познать все прелести этого состояния: его вызывают в школу, из-за драки, а у него, между прочим, девка, а не пацан. И где сейчас это сокровище?

Сокровище валялось на кровати в своей комнате, лёжа на животе и беззаботно помахивая в воздухе пятками, и что-то рисовало или писало в блокнотике, а когда Марат вошёл, скорее закрыла его и засунула под подушку.

– Ты же вроде работать собирался? – поинтересовалось невинно.

– Собирался, – подтвердил Марат, опускаясь на стул. – Но мне только что сообщили, ты тут что-то должна рассказать.

– Что рассказать?

– О какой-то драке.

– Да не дрался никто! – воскликнула Алина, уселась, сдвинувшись на край кровати. – Чего они выдумывают? Тебе наша классная позвонила?

– Ага, – опять подтвердил Марат многозначительно. – И позвонила, и позвала. В школу. И ты всё-таки расскажи, чтобы я уж совсем идиотом не выглядел. Как не дрались, и кто этот «никто». Помимо тебя.

Алина показательно вздохнула, чуть сдвинула брови.

– Так Даха, наверное. Из седьмого. «В». Но она сама налетела, орать на меня начала. Я вообще не ожидала. Даже испугалась.

– И что с ней случилось?

– Упала.

Ну да, так всегда и бывает: кто-то на тебя налетает, а потом случайно падает. Потому что людям летать не дано. Всё закономерно. Но не для девчонок же.

– Вот прямо ни с того, ни с сего взяла и упала? А ты всего лишь рядом стояла.

– Да не дралась я! – с ещё больше убеждённостью и возмущением повторила Алина. – И не собиралась. Я вообще ничего ей сделать не успела. – Она помолчала несколько мгновений и негромко прибавила: – Это Лера.

– Че-го?

Марат смог бы представить что угодно, только не дерущуюся Лерку. Вот не способна она.

– Ну, Даха первая на меня полезла, – пояснила Алина, – а Лера её просто оттолкнула. Она о мою ногу запнулась и навернулась. Тоже сама. И лбом прямо об скамейку. – И отвернулась к окну с видом незаслуженно обвинённого.

Похоже, она и правда не врала. Никого не оговаривала, стараясь оправдаться, и не отмалчивалась по-партизански. Просто честно выложила, как дело было. Марат ей верил, и в нелепые случайности верил. И в то, что девчонки не дерутся, тоже почти верил. Уж эти точно не будут, ни Алина, ни, тем более, Лерка. Если уж только совсем что-то запредельное, или если им не оставить выбора. Но кто знает, что там за Даха. Или Маха?

Он помолчал немного и спросил:

– Из-за чего хоть всё?

Алина ответила, по-прежнему пялясь в окно:

– Из-за того, что Антон со мной на перемене разговаривал.

Та-а-ак!

– Что ещё за Антон?

– Дахин одноклассник, – как нечто само собой разумеющееся выдала Алина. – Типа он ей нравится. А он со мной, – подкинула подробностей и поспешно добавила: – Разговаривал.

– Это что, тот самый? – вспомнил Марат. – Который тебя провожал.

Алина фыркнула.

– Да нет. Ты чего? Это же Вова, и он из нашего класса. И я же говорила, он мне на литературу пересказывал, а не провожал.

Офигеть – Антон, Вова. Марат потёр переносицу. Но Галка точно ж такой не была. Или он что-то не знал?

Да всё он знал, потому что та была как на ладони. Тихая, спокойная, не любящая привлекать ненужное внимание. Не то, чтобы совсем уж мышь серая неприметная, самодостаточная по-своему. Хорошо училась, с учителями ладила и с одноклассниками, но мальчики ею особо не интересовались, как и она ими. За исключением одного. А тот относился к ней… как полный придурок. Зато теперь у него есть возможность взглянуть на себя со стороны. Потому что Алинка ничуть не Галка. Она – вылитый Марат, только девчонка. И за словом в карман не лезет.

– Я так понимаю, что не одного меня позвали. Женю, то есть Лерину мама, тоже.

– Ну наверняка, – согласилась Алина, сложила губки бантиком, добавила весьма воодушевлённо: – Вот видишь! Ты же не один там будешь.

Марат кивнул, поинтересовался умиротворённо:

– Можно радоваться, да?

Она не смутилась, даже вообще, вот нисколько, только вид сделала, бровки выгнула, глазки потупила.

– Ну а чего? Ты ведь тоже в нашей школе учился? Разве тебе не интересно, как там сейчас? Вдруг кого-то знакомого встретишь.

И ведь правда, встретил.