Глава 16. Мечты сбываются (часть 2)
Руслан
Я помог Стасе вылезти из машины и придержал её руку - пипец, как хотелось хоть немного продлить физический контакт, но девушка аккуратно вытащила ладошку из моего захвата и пошла рядом - на приличном расстоянии. Однако неприятия не выражала. Спросила с любопытством:
- Куда мы идём?
Что ж, мы - уже лучше, чем ничего.
- Ищем место пообедать.
- Тут везде всё очень дорого, это же самый центр.
- Дорого - это сколько? - усмехнулся я. - Тысяча долларов за тарелку супа?
Мне хотелось угостить её высокой кухней. Показать другую жизнь, которую не видно из униформы официантки...
- Для меня и тысяча рублей - дорого, - поёжилась Стася.
- Не переживай, я угощаю.
Она покачала головой:
- Мне будет неловко, я ведь... - она покраснела.
Не готова подарить мне себя за тарелку супа, я в курсе.
- Я просто хочу тебя угостить, это проблема?
- Нет... ладно... угости.
Малявка всё больше меня удивляла. В глубине подсознания зашевелилась вполне осязаемая надежда...
Мы миновали "Ч****ну" (это место нам не походило. Дешёвым его не назовёшь, но и на фешенебельное не тянет), ещё пару забегаловок. Я уже подумывал спуститься на нижнюю набережную, но тут перед нами выросла многообещающая вывеска на английском - "Aurum restaurant". Поднявшись по лестнице на один пролёт и миновав открытую террасу, мы вошли в стеклянные двери и очутились в красиво отделанном прохладном зале. Я с облегчением вздохнул: сочинская жара, как обычно, давила мне на голову.
Нас встретила симпатичная хостес с широкой улыбкой и спросила:
- Желаете присесть в зале или на балконе с панорамным видом на море?
Я, конечно, желал в зале, но у малявки при словах "панорманый вид" загорелись глазищи. Пришлось пожертвовать прохладой во имя красоты. Я плюхнулся в плетёное кресло с подушками и устало отёр потное лицо салфеткой.
- Это всё твоя масса, - с улыбкой подколола меня Стася. - Вот я со своими 40 килограммами ничуть не страдаю от жары!
Глядя на неё мне тоже необоримо хотелось улыбаться.
- Тебе очень идёт, - вдруг сказала девушка, пряча глаза и краснея.
- Что?
- Улыбка. Ты становишься такой... совсем не страшный.
- Мощный комплимент!
Стася смутилась ещё сильнее и принялась копаться в своём рюкзачке. Я потянулся через стол и осторожно мазнул её пальцем по щеке:
- Спасибо.
Но она вздрогнула. Чёрт! Постоянно забываю, что малявка ощущает прикосновения совсем не так, как другие девушки. Хотя пора бы уже менять восприятие, три года прошло как-никак. Ничего, если всё так пойдёт и дальше, поменяем.
Официантка принесла меню - это была картонка всего в один разворот, и Стася уставилась в неё круглыми глазами. Хорошо, что я вовремя утащил у неё винную карту, и сразу бросил официантке:
- Бокал сухого белого, пожалуйста.
- Какого именно? Грузия, Франция, Австралия? Хотите, я пришлю к вам сомелье?
- Нет-нет, это лишнее. Любое, на его вкус. Для девушки. А мне безалкогольное пиво.
Не хотелось ехать обратно на такси, а завтра тащиться сюда, чтобы забрать машину.
Официантка ушла, а я снова посмотрел на свою спутницу. Её лицо принимало всё более испуганное и сокрушённое выражение.
- Не смотри на цены, - сказал я. - Просто выбери то, что покажется привлекательным.
Девушка замотала головой:
- Я не могу!
- Стася... поверь мне, это такая ерунда.
Она закусила губу.
- На эти деньги неделю жить можно...
- Хорошо, - вздохнул я. - Сам выберу. Ты рыбу ешь?
Кивок.
- Лосось со спаржей, - сказал я пришедшей с вином и пивом официантке. - Стейк рибай, к нему картошка на гарнир. И... - я поискал глазами что-нибудь вроде греческого, но безуспешно. - Салат овощной какой-нибудь.
- Есть из розовых томатов со сливочным сыром, - вежливо улыбнулась официантка.
- Пойдёт. Ещё чай. Чёрный. И десерт какой-нибудь для девушки, - я указал на испуганно скукожившуюся Стасю. - На ваш вкус.
Официантка довольно кивнула, открыла пиво, вылила в высокий стакан и удалилась. Я поднял его и призывно посмотрел на Стасю.
- Не думаю, что это хорошая идея, - пробормотала она, - пить алкоголь в середине дня. - Но послушно чокнулась со мной и сделала глоток.
Я приподнял брови:
- У тебя ещё дела?
Она отрицательно покачала головой.
- А завтра? - мой голос внезапно охрип. - Работаешь?
Стася тяжело вздохнула:
- Если только найду новую... работу. Но это у меня вряд ли выйдет после такого обеда.
- А что со старой?
- Не хочу навязывать тебе свои заморочки...
- Я хочу. Так что случилось?
Она опять вздохнула:
- Там... недостача обнаружилась. Менеджер думает на меня.
- Большая недостача?
- Десять тысяч.
- Ерунда.
- По отношению к моей зарплате - приличная сумма.
Я нахмурился.
- Когда этот менеджер там бывает?
- Руслан, не надо! - искренне попросила она. - Ещё не хватало впутывать тебя в эти разборки...
- Я знаю, что ты не брала.
- Откуда?
- Немного разбираюсь в людях.
На её лице отразилась внутренняя борьба. Она хотела, конечно, хотела, чтобы о ней позаботились, но боялась, что я потребую что-то взамен. Я осторожно дотронулся пальцами до её тонкой ладошки, лежавшей на столе:
- Это тебя ни к чему не обяжет. Я просто хочу восстановить справедливость.
Она порозовела, глядя на наши соединённые руки и вовсе не пытаясь уйти от контакта. Я осмелел и погладил её ладошку большим пальцем. Стася прикрыла глаза на секунду. Было капец как интересно, что там происходит - в этой хорошенькой белокурой головке, - но я молчал, ожидая ответа на предыдущий вопрос.
- Завтра... - наконец выдавила из себя девушка, - он должен быть после десяти.
- Отлично. Я подъеду, но ты всё же договорись с кем-то из коллег, чтобы тебе дали знать, когда он явится.
Она кивнула. Я остался доволен. Всё шло как нельзя лучше.
Блюда были приготовлены отменно, и мы отлично пообедали, а потом немного прогулялись по верхней набережной. В Адлере меня ждали ещё дела, но расставаться с малявкой не хотелось, и я просто забил, отправив сообщения тем, с кем были назначены встречи или созвоны. Часа в три мы выдвинулись из Сочи, но по дороге ещё тормознули возле Дендрария. Стася попыталась впечатлить меня зарослями бамбука и какими-то деревьями, которые были посажены якобы знаменитыми людьми, но всё, чем было занято моё сознание - это наши соединённые руки. Не отпускало ощущение, что через это место проходит электрический ток. Меня прошибало насквозь, и я не переставал удивляться, как это возможно - что я, тридцатилетний мужик, перетрахавший просто космическое количество баб, млею от того, что какая-то тощая двадцатилетняя девчонка держит меня за руку.
Когда мы проезжали мимо Хосты, я с глубоко затаённой надеждой предложил:
- Поехали ко мне.
Стася, конечно, отрицательно покачала головой.
- Я не стану ничего форсировать, обещаю. Всё будет в комфортном для тебя темпе. Просто... зачем тебе ехать к этой старой грымзе?
- Она не старая, - прицепилась девушка совсем не к тем словам. - И... это для меня комфортный темп - пойти сейчас домой.
Пришлось свернуть в Кудепсту, но подъезжать к самому дому Стася мне запретила:
- Не хочу, чтобы она видела нас и опять выговаривала мне...
- Ты поступаешь глупо. Я могу решить любой вопрос, в том числе с твоей тётей, просто позволь мне...
- Не нужно. Давай не будем торопить события, пусть пока всё будет так.
Я негромко зарычал, но припарковался в соседнем дворе. Отстегнулся, повернулся к девушке всем корпусом. Она тоже щёлкнула ремнём безопасности, но продолжала сидеть ровно, кусая губы.
- Ну... - заговорил я первым, - может, объяснишь мне, что произошло?
- Ты о чём?
- Два дня назад ты сбежала от меня, не оглядываясь.
Она молчала, явно нервничая и подбирая слова, а когда тишина стала невыносимой, вдруг бросила мне обвинение:
- Почему ты не сказал, что не собираешься жениться на Кире?
- А это было не очевидно?! - чуть не заорал я в изумлении. - Ты считаешь, я настолько не уважаю себя, что женюсь на тёлке, которую в Адлере не имел только ленивый?
- Но ведь ваш брак - по расчёту... - пролепетала Стася.
- Брак - это не сделка купли-продажи, и даже не деловое партнёрство. С этим человеком мне жить придётся, детей растить, понимаешь? Мать моих детей не должна быть шлюхой, это исключено. Я лучше вообще без детей останусь, чем подписываться на такое.
Она не стала спорить с тем, что её подруга - шлюха. И правильно, к чему отрицать очевидное? Только снова глубоко вздохнула и наконец повернулась ко мне. В глаза посмотреть не смогла, но уставилась на губы и быстро забормотала каким-то умоляющим тоном:
- Тебе будет очень тяжело со мной, Руслан. Я... сложный человек, мне трудно смотреть людям в глаза, я боюсь физического контакта. Я вообще не знаю, способна ли на нормальные отношения с мужчиной...
Я не стал дальше слушать глупые причитания: был уже в курсе всех этих её негативных установок и плевал на них с большой колокольни. Ясно ведь, что влип. И отступать не собирался. Поэтому прервал поток бессмысленной речи, притянув малявку к себе и впившись в её губы жадным поцелуем.