Глава 4

Ночь выдалась бессонная. Полностью бессонная ночь, и если начальство отключилось от связи и ушло спать часам к пяти утра, то мы с Миром, Эвином и Стэмом сидели до семи, как идиоты, и просчитывали вероятности.

Примерно где-то в семь двадцать, Стам, просматривающий новости, вдруг зачитал:

— Пять дней назад на базу Кареба поступил пиратский корабль. На борту обнаружилось двести семь человек, среди которых были женщины и дети. Используя подкуп, капитан приобрел шесть кораблей, после чего пиратское общество покинуло техническую базу, стартовав в разных направлениях.

Я, приканчивающая бутылку последним глотком, замерла. После мотнула головой, прогоняя сонливость, и потребовала:

— Зачитай еще раз.

Стам с дикторскими интонациями зачитал все повторно. Я, сидящая к тому времени на полу в обнимку с сейром, мгновенно вошла в сеть, ввела свои данные, повысив разом уровень доступа к материалам.

И появилась идея!

— В общем, так, — одновременно с рассказыванием своей мысли, начала строчить доклад начальству, — не было никакой операции на Гаэре, и нас с вами тоже не было. Это пираты. Все это были пираты. И взятки господину Хройту так же не было, у нас вообще не существует взяточников, у нас демократия.

— Э… — протянул Пир.

— Они расплатились информацией, — продолжила я. — Эти пираты передали коменданту базы господину- Хройту храны содержащие информацию, полученную от тареймского офицера. Пираты получили инфу и намеревались выгодно ее продать, но когда запахло жаренным, то есть архонт Дагрей приступил к уничтожению братства, они испугались. Рванули на базу Кареба, и выменяли у коменданта шесть кораблей, в обмен на храны. Среди экипажа были женщины и дети, значит пираты были готовы на все, чтобы спасти свои семьи. И все логично!

Взглянула на мужиков. Нир задумчиво кивал, продумывая схему, Эвин уже начал разработку легенды, Стем просчитал вероятности, кивнул, и вынес свой вердикт:

— Правдоподобно.

В тот же миг я нажала «Отправить» и четыре письма разлетелись по сети. Первым ответил генерал Макартиан: «Да, идет, они получили сведения о хранах двое суток назад. Во временной промежуток влезаем». Затем отписался Бадер: «Отлично, Мегера!», третьим генерал Беймур: «Подгоните инфу, счета коменданта подчистить».

После этого я кивнула Ниру. Хакер улыбнулся и задал провокационный вопрос:

— Деньги должны исчезнуть без следа?

Вопрос я поняла преотлично. Кивнула. И через полчаса все средства продажного коменданта, отчистив его совесть и обелив образ народного героя, умчались в Закрытый сектор, туда, откуда ни один представитель гаэрской власти не сможет их достать… А мы сможем, там счета на наши имена, но это так, маленькая тайна.

Последний, кому отправила сообщение, ответил на него звонком.

Приняла вызов, и на экране отразилось бледное, одутловатое лицо посла Эгвера.

— Хороший ход, Мег, — жалко улыбнулся он, глядя на меня водянистыми светлыми глазами. — Одна проблема — они вызывают нас на корабль.

— Кто? — не поняла я.

— Тареймцы, — устало вздохнул Эгвер. — Затребовали явление в том же составе.

— Хрен им! — выругалась я. — Простите, господин посол, но меня туда теперь клещами не затащишь!

— Понимаю, — улыбнулся этот уже пожилой мужчина. — До встречи.

И отключился.

Не нравится мне, как выглядит Эгвер, ему бы сердце проверить…

На мысли по поводу посла больше у меня времени не было. К девяти часам утра легенда была безукоризненна, правдива и чиста, как может быть чиста только кристальная правда. К десяти отчет, одобренный на самом высоком уровне и содержащий фотографии и видеозаписи изображающие пиратов, спешно переходящих из линкора, к шести полученным кораблям, были отосланы тареймцам.

Не прошло и пяти минут с момента отправки, как раздался звонок.

Нервно включила сейр и услышала слова господина посла Эгвера:

— Собирайся, Мег. Они затребовали заместителя разведуправления Гаэры, для получения официальных извинений.

Выругавшись, я спросила:

— А президентских извинений им было мало?

Посол развел руками.

— Черт!

— И почему зама?

— Генералу Бадеру доступа на территории Тарейма закрыт. Покутил в молодости. Так что остаешься только ты.

Эгнер отключился.

— Что будешь делать? — спросил все слышавший Стэм.

Посидела секунд тридцать, не больше, потом встала и отправилась в кабинет к Хаму. Ненавижу просить, вот ненавижу и все, а делать нечего.

Когда шла по коридору, уставшая, помятая, все в том же бежевом строгом костюме, на меня все смотрели. По управлению прошел слух, что кадры Мегеры накосячили, и теперь с языком через плечо заметают следы. Мерзкая ситуация и мерзкое ощущение, ну да делать нечего — не будешь же всем и каждому объяснять, насколько они не правы. Да и нельзя — государственная тайна, причем высший уровень секретности.

Перед кабинетом Хама стояла с минуту, собираясь с силами, затем толкнула дверь и вошла.

Капитану Рего никто не позволил уйти в отставку, военная служба вещь суровая, и потому два дня Хам появлялся на работе в хлам пьяный. Дважды пытался устроить мне скандал, но Шорох и Боров не позволили. И вот я пришла к нему сама.

Войдя, остановилась на пороге, огляделась. Кабинет Хама представлял собой строгое следование классике — деревянные пол и мебель, широкий резной письменный стол, широкое, ну так под габариты, кресло. Гардины на окнах. Раскладывающийся диван у стены. Книжная полка. И да — награды, грамоты, благодарственные письма по стенам. Как же, эго нужно холить и лелеять… Кстати, а где мои грамоты и благодарственные письма? Попыталась вспомнить… Вспомнилась пьяная попытка запихать вываливающиеся листы под диван… Мда.

— И чего пришла? — полюбопытствовал Хам.

Прошла ближе, остановилась перед его столом… Выругаться бы, а нельзя, мне сейчас придется глубоко, очень глубоко запихнуть свою гордость.

— Выпьешь? — неожиданно спросил капитан.

Молча забрала из его руки полный стакан, махом все выпила, с тихим звоном вернула стакан на стол и, вспомнив, что сутки так ничего и не ела, желудок мне об этом явственно напомнил, сказала:

— У меня… трудности.

— Уже слышал, — усмехнулся Хам. — От меня чего хочешь?

И, сволочь, совершенно трезвым голосом спросил. Получается, пьянка была показательной, чисто для воздействия на совесть руководства? Сволочь.

— И? — Хам вскинул бровь. — Давай, Мелани, я очень внимательно слушаю.

Черт! Черт! Черт!

— В общем, так, — я присела на край стола, потому как сутки активной мозговой деятельности, подкрепляемые только алкоголем, уже начали сказываться на самочувствии, — ты заменишь меня и принесешь извинения архонту Дагрею, я откажусь от должности зама Бадера, в твою пользу, соответственно.

Высказав все, выжидательно посмотрела на Хама. Предложение было щедрым, более чем щедрым, а я если давала слово, за слово отвечаю и Рего об этом знает. Но почему-то, взгляд Хама странным образом затуманился и я услышала:

— Раздевайся, Мелани.

— Что?! — от возмущения, голос вмиг охрип.

— Я сказал — раздевайся, — спокойно повторил Хам. — Хочу посмотреть на твои кубики пресса, глядишь и мне тоже будет… забавно.

Появилось непреодолимое желание расквасить его наглую рожу. Преодолела. С трудом, но преодолела, и устало спросила:

— Только пресс?

— Натаем с него, — милостиво просветил капитан Рего.

Нет, я его все-таки ненавижу. Но вспомнив взгляд и усмешку архонта Дагрея, взялась решительно расстегивать блузку. Расстегнула, распахнула края и продемонстрировала свой, не особо накаченный живот.

— Доволен? — вопрос прозвучал враждебно.

Хам плавно поднялся. И мне бы сразу заподозрить неладное, но Рего произнес:

— Стой, дай проверю. От тебя всего можно ожидать, так что это вполне может оказаться пластиковая насадка.

То есть меня сейчас еще и полапают. Хрень! Вскинув руки, продемонстрировала, что может проверять спокойно, и это было моей ошибкой — плавно обойдя стол по кругу, Хам приблизился ко мне, сидящей на краю столешницы, долго смотрел почему-то в глаза… А потом я вдруг оказалась опрокинута, шею сдавила мужская рука, а сам, мерзавец, прикоснулся губами к моему животу! Губами, затем потерся щекой, пока я отчаянно пыталась встать.

— Тихо-тихо, Мелани, — Рего хрипло рассмеялся, — у нас же переговоры, так? Ты меня уговариваешь, так что должна быть хорошей девочкой, да. Мел?

Понимая, что рукой я его хрен достану, нанесла удар коленом в плечо. Рего отлетел, с трудом удержался на ногах, но все же устоял. И когда я поднялась, ринулся ко мне, чтобы получить апперкот в челюсть. Взвыл, пошатнулся, временно утратив ориентацию в пространстве, но не упал.

— Ну ты и мразь, — стремительно застегиваясь, прошипела я. — Мразь ты, Хам, отстойник ходячий!

Он дернул головой, посмотрел на меня налитыми кровью глазами.

— Но есть для тебя одна хорошая новость, ублюдок, — продолжила я, поправляя одежду, — кажется, место зама освободиться для тебя естественным способом — как только я сдохну. Доволен?

Хам нахмурился, перестал изображать подобие быка на арене и, придерживая явно болящую челюсть, спросил:

— Что?

— Что слышал, придурок! — я обошла его, и направилась к двери. — Счастья тебе, на новой должности.

Из управления вышла, ни с кем не прощаясь. На улице уже ждал катер министерства инопланетных дел, так что даже не пришлось своего водителя ждать. Посла не было, видимо мне давали время привести себя в порядок.

В квартире сразу пришла на кухню, поставила кофе, приготовила омлет с поджаренным хлебом. Пока все остывало, приняла душ. А когда вышла из ванной, услышала звук открывающейся двери. Сразу и искренне пожалела идиота, рискнувшего грабануть мою квартиру, но тут из-за поворота в прихожую, показался Хам.

В мундире, гладко прилизанный, без каких-либо повреждений на лице и с самым официальным видом.

— В гелликс наведался? — уточнила я.

Кивнул.

— Дверь зачем вскрыл? — продолжила я, придерживая полотенце.

— У меня ключи, — улыбнулся капитан Рего.

— Откуда?

— Извини, я свои источники не выдаю, — усмехнувшись, ответил Хам. Затем продолжил: — В общем, отдыхай, к тареймцам я сам.

Решила, что больше никогда не буду ему хамить, и с благодарностью сказала:

— Спасибо.

Кэп Рего улыбнулся, и посоветовал:

— Отдыхай.

Когда он ушел, я села завтракать, правда кофе отодвинула. Решила дождаться возвращения Хама, и если все пройдет успешно, лечь поспать. А если нет… будем думать. Легенду- мы проработали отлично, если не тареймцам сможем мозги запудрить, то, как минимум галактическому сообществу. Таким образом, никакой изоляции не будет — нас поддержат все планеты.

Но не успела я доесть омлет, как раздался звонок в дверь.

Все так же в полотенце, пошла открывать — за дверью оказался личный водитель господина посла.

— Оу, — выдала удивленно.

— Добрый день, госпожа Авояр, — улыбнулся мне седой стареющий мужчина. — Боюсь, возникли сложности, господин посол настаивает на вашем присутствии.

Черт!

— Пять минут, — вздохнула тяжело, — входите.

Одевалась вообще нехотя — серый мрачный закрытый костюм с юбкой до колена, серый тон на кожу, серый тон на ресницы и брови. Видок — краше хоронят, но для перепутанной переводчицы вполне пойдет.

Захватила папку с чистыми листами, мало ли, так солиднее.

Когда вышла, водитель заметно удивился.

— Дресскод, — сообщила я, дабы не вдаваться в подробности. Мужчина кивнул.

Катер, который ожидал внизу, тоже был личным транспортом господина посла. И вот это удивило, могли бы и из управления катер послать. А вообще сообщить — я бы в космопорт добралась на своем черном монстре, кстати я по нему соскучилась.

В катере посла царил сумрак и странный, сладковатый запах.

— Это что? — удивилась я.

— Успокоительный сбор, господин Эгвер нервы успокаивал. Сейчас включу кондиционер и все выветрится.

Включил, едва сорвались с места. Но вместо того, чтобы исчезнуть, запах стал сильнее. Прикрыв нос, я попыталась открыть окно, и поняла, что заблокировано.

— Откройте, пожалуйста, — попросила водителя.

Он чуть обернулся, и вновь стал следить за дорогой. И я вдруг поняла страшное — в ноздрях водителя сверкнули фильтры…

На меня накатила тьма.

— Мразь, — выговорила с трудом, пытаясь добраться до сейра, задержав дыхание.

Успела, сообщение о тревоге полетело в офис, а я, потеряв сознание, упала на дорогое кожаное сиденье, с отвратной мыслью — «Седьмое покушение, кажется, не переживу».