Глава 112 · О том, что написано на небесах и чего не прочесть в сердце

Вечером господин Гэ приготовил принцу целебную ванну. Их не было так долго, что Ли Сиань поймала себя на неожиданной мысли: ей скучно. Когда они наконец вернулись, по комнате поплыл запах трав и чего-то ещё — неуловимого, тёплого.

Она выглянула из своей комнаты в хозяйскую. Господин Гэ укладывал принца на подушки.

— Господин Гэ, — начала она, усаживаясь на край кровати, в ногах у принца, с пиалой вишен в сахаре, — а можно сюда пригласить кого-нибудь из наложниц? Желательно, девушек пять-семь. Мне кажется, Его Высочеству будет веселее. И заняться будет чем — не всё же меня доводить. — Она отправила вишню в рот. — Может, есть среди них любимица? Та, что ему больше всех подходит?

— Вы ему больше всех подходите, — ответил господин Гэ, поправляя одеяло. — Ваши гороскопы с Его Высочеством идеально совпадают.

Ли Сиань поперхнулась вишней и закашлялась, замахала рукой перед лицом, вытирая выступившие слёзы.

— Вы же меня недолюбливаете! Как вы можете говорить такое… вслух? — Она покосилась на принца и неодобрительно покачала головой.

— Поверьте, я и сам своим глазам не поверил. Несколько раз проверял. Вы родились пятого числа второго месяца осени, год лошади, верно?

— В общих чертах… да.

— Ну вот. Значит, всё верно.

Принц лежал на подушках и смотрел на неё сквозь полуопущенные ресницы — молча, с интересом.

— И что это значит, когда гороскопы идеально подходят? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал небрежно.

— Это значит, что небеса создали вас друг для друга. Что если вы будете вместе, то проживёте долго и счастливо, в мире и любви. И дети ваши, и внуки будут здоровы и счастливы.

— В мире и любви… — повторила она, не веря своим ушам. — Вы не обижайтесь, но, похоже, гороскопы — это не ваше. Вы прекрасный лекарь, повар замечательный, но… нельзя же во всём быть мастером.

— Хорошо. Давайте проверим. Вы назовёте мне даты рождения любой пары, чью судьбу знаете, — а я расскажу вам про них.

Ли Сиань задумалась. Назвала даты родителей. Потом — сестры с мужем. Потом — брата и его жены. Старый слуга после недолгих подсчётов говорил о каждом — и то, что он рассказывал, он не мог знать. Он словно читал судьбы по невидимой книге. Это было удивительно. И немного страшно.

— Всё равно это какая-то ерунда, — сказала она, когда он закончил. — Совпадение, не более. — Она повернулась к принцу. — Вы же не верите в гороскопы, Ваше Высочество?

— Но вся жизнь двора на этом построена, — ответил за него Гэ. — Как Его Высочество может не верить?

— А если люди терпеть друг друга не могут, а гороскоп говорит, что они — идеальная пара?

— От ненависти до любви — один порыв весеннего ветра. Если гороскоп утверждает, что они идеальная пара, — значит, так и есть. — Он помолчал. — Знаете, когда я был молод, я полюбил одну девушку. И я был ей небезразличен. Но наш гороскоп сулил нам как паре горе, слёзы и раннюю смерть. И я отпустил её. Наши сердца порой не так прозорливы, как небеса.

— Небеса жестоки! — фыркнула девушка.

— Небеса жестоки, когда мы их не слушаем. Гороскоп как раз помогает услышать их волю.

— Вы отпустили девушку, которую любили? — переспросила она тихо. — Это так… грустно.

— Сейчас она счастливо живёт в достатке и любви. Я никогда не смог бы так же обеспечить её и наших детей. И у неё есть замечательный сын, которым они с мужем очень гордятся. — Господин Гэ посмотрел на принца — долгим, тёплым взглядом.

Ли Сиань перехватила этот взгляд.

— Не может быть. — Она перевела глаза с Гэ на Чжу Ди. — Вы говорите про маму принца? Про императрицу? — Она вгляделась в лицо Гэ, потом в принца. — Ну нет. На вас он совсем не похож. Он похож на императора.

— Ли Сиань, как ты можешь⁈ Конечно, я похож на императора! Останови свою бурную фантазию! — подал голос принц. — Господин Гэ — не простолюдин, он из древнего, но обедневшего рода. У него прекрасное образование и выдающиеся медицинские навыки. Он пошёл ко мне в услужение, как только я родился, чтобы…

— Принести пользу государству, — закончил за него Гэ.

— Вы хотели хотя бы иногда видеть свою возлюбленную, — поправила Ли Сиань.

Повисла тишина.

— Это так… романтично. И так неосмотрительно с вашей стороны. Лучше было уехать. С глаз долой — из сердца вон, как говорится.

— Поэтому ты хочешь уехать в самый дикий край моего государства и жить там в одиночестве, Сиань? — тихо спросил принц.

— У меня нет сердца, Ваше Высочество. — Она пожала плечами. — Мне просто нравится одиночество. И дикие края.

Она помолчала. Потом посмотрела на господина Гэ — прямо, без усмешки.

— А знаете… я никогда бы не подумала, что вы так жестоки.

— Почему, госпожа? — старый слуга поднял брови.

— Бросить любимую девушку из-за такой глупости, — она покачала головой, — а потом ещё и попадаться ей на глаза — чтобы у неё каждый раз разбивалось сердце? Это самое худшее, что можно было придумать.