Глава 80 · Женская версия главы разведывательного управления
Когда наконец сели за еду, за окнами снова зашуршал дождь. Юэ Лин жевал и время от времени бросал короткие, полные уважительного изумления взгляды на девушку, из-за которой его ведомство стояло на ушах уже не первый месяц.
Ли Сиань же объявила мужчинам молчаливый бойкот. Она ела с аппетитом и полной невозмутимостью, будто в комнате никого не было, а раненую руку так и держала на отлете, оперев локтем на стол — словно то был не пальчик с порезом, а боевое знамя, пострадавшее в схватке.
«А они, пожалуй, стоят друг друга, — думал Юэ Лин, с хрустом разламывая лепешку. — Ключ и замок. Эту не завалишь подарками и стихами. Эту хоть в поход бери вместо полководца — и ведь справилась бы. Но Его Высочество, конечно, скорее язык себе откусит, чем отпустит ее в бой. Она стала ему дороже собственной шкуры».
Принц перехватил его очередной взгляд на девушку и нахмурился. Ревность царапнула его изнутри быстрее, чем он успел ее осознать.
— Юэ Лин, — спросил он громко и нарочито светски, — как жена? Как дочери?
— Жена окрепла, девчонки растут шумные, как весенний гром.
— Представляешь, Ли Сиань, — принц повернулся к ней, — у господина Юэ Лина двойняшки. Две дочери.
— Поздравляю, — ответила она с прохладцей, но в глазах на миг мелькнула живая искра. — Дочери — это хорошо. Все хотят сыновей. Но если бы рождались одни мальчики, откуда бы эти самые мальчики брались?
Тишина упала, как нож гильотины. Мужчины застыли с не донесенными до рта кусками. Ли Сиань подняла на них ясные, невинные глаза.
— Вы удивлены? Никогда не задумывались?
— Ли Сиань, — начал принц наставительно и тут же сам поморщился от собственного тона, — неприлично обсуждать подобные вещи с мужчинами.
Она медленно положила палочки.
— Неприлично? — передразнила она его интонацию до жути точно. Ее голос набрал высоту и звон. — Неприлично, Ваше Высочество, было приглашать меня на прогулку, умолчав о ночевке. О нескольких ночевках в доме с одной-единственной комнатой. Вот это в крайней степени неприлично! Надеюсь, мой будущий муж, если таковой вдруг объявится, простит вам эту вольность. Хотя на вашем месте я бы на это не рассчитывала!
Юэ Лин бесшумно, одним движением губ, спросил у принца:
— Ее будущий муж?
Чжу Ди закатил глаза к потолку и прошептал в ответ, едва разжимая зубы:
— Я. Так уж и быть, прощу себя сам.
Ли Сиань расслышала. Ее брови взлетели вверх.
— Что вы там себе прощаете, Ваше Высочество?
Юэ Лин, как гончая, почуявшая приближение грозы за много ли до неё, мгновенно отодвинул чашку и поднялся. Он засобирался домой с такой скоростью, словно вражеская армия уже перешла границу.
Уже в седле, под всё тем же бесконечным дождем, он наклонился к принцу и сказал вполголоса:
— Эта девушка — моя женская версия двухлетней давности?
— Можно и так сказать, — принц горько усмехнулся, пряча руки в рукава.
— Как же тебя угораздило, Чжу Ди?
— Я и сам не заметил как.
Юэ Лин помолчал, глядя на серую пелену за воротами. Потом улыбнулся своей светлой, домашней улыбкой, от которой проступали ямочки на щеках.
— Поговори с Ан Мэй. У нее богатый опыт по укрощению таких, как она. А вообще вас обоих следовало бы сослать к моей бабке в мое поместье месяца на три — на перевоспитание. Но раз уж обстоятельства не ждут, послушай мой совет сейчас.
Принц кивнул, серьезно и без тени усмешки.
— Стань ей другом, — сказал Юэ Лин, и голос его был лишен всякой насмешки. — Не покровителем, не женихом. Другом. Тем, кому можно рассказать, почему ей, как она выразилась, мужчины неинтересны. Поймешь причину — возможно, она откроет тебе свое сердце. Дай ей свободы. Пусть ее дни иногда проходят без тебя. Чтобы успела заметить пустоту рядом. И не спеши ни со свадьбой, ни… — он хитро прищурился, — ни с тем, о чем ты думаешь по ночам.
Он хлопнул друга по плечу, развернул коня и, придерживая на крупе увесистый сверток с оленьим мясом, шагом выехал со двора в пелену дождя. Стук копыт утонул в шорохе капель, оставив Чжу Ди одного на пороге — смотреть в пустоту и слушать, как в доме, за спиной, Ли Сиань со звоном убирает посуду.