Глава 29

Марина Пока поднимались в квартиру Глеба, я думала о предстоящем вечере. Понимала, чем он закончится, видела это в глазах Авилова. В них было обещание и внутри меня все скручивались в тугой узел от ответного желания… И когда я поняла, что сегодня нам помешают, даже почувствовала разочарование. Подумать только, совсем недавно я металась в своих мыслях, боясь предстоящей ночи и того, что будет после нее. А теперь смотрю на то, как Глеб обнимает дочь и думаю о том, что не хочу его ни с кем делить… Девочка-подросток отлипла от Авилова и перевела свой задорный взгляд на меня. Она была довольно высокой, с немного нескладной фигурой. Светлые волосы заплетены в две французские косички, прямая челка открывает темно-карие глаза, точь в точь, как у ее отца. Одета в какой-то бесформенный балахон цвета фуксии и брюки-кюлоты. Довершают образ носки цвета радуги. Невольно я улыбнулась, она выглядела довольно милой. – Так это ты моя будущая мачеха? – с любопытством спрашивает девочка своим тоненьким голоском. – Арина, что за манеры! – беззлобно говорит Глеб и берет меня за руку, – Марина, познакомься, это моя дочь – Арина. Девочка салютует мне рукой и посылает невинную улыбку с брекетами. – Рада знакомству, – говорю я. – Как ты попала сюда? – спрашивает дочь Глеб. Та шкодливо прищуривается. – Бабушка сказала твой адрес, а дальше дело техники. Решила устроить тебе сюрприз. Шалость удалась же, пап? Я не смогла удержаться от смешка, девчонка явно состоит в фан-клубе мальчика, который выжил. – Взломав мою служебную квартиру? – скептически спрашивает Авилов и устало вздыхает. – Кто тебя вообще такому научил? – Токио. – Ты что, ездила в Японию? – удивлённо спрашивает Глеб, а Арина закатывает глаза. – Нет, конечно! – говорит девочка так, будто объясняет что-то несмышленому ребенку, а не отцу. – Токио из Бумажного дома. Глеб хмурится и поворачивается ко мне. В его взгляде растерянность. Авилов точно не поклонник Нетфликс. – Ты понимаешь, о чем говорит моя дочь? – Думаю, да, – с улыбкой отвечаю ему. – Сериал есть такой, про грабителей. – Бинго! – хлопает в ладоши Арина. – А она мне точно нравится, па! Весь вечер Арина болтает без умолка, рассказывает о Норвегии, показывая фотки на своем смартфоне. Для нее это обыденность, а я же в прямом смысле заворожена. Смотрю на пейзажи, что запечатлены на ее камеру, и поражаюсь величию природы. Невероятные ледники и водопады, могучие фьорды, которые навевают мысли о викингах… Потом мы с Ариной обсуждаем одноименный сериал, выбирая лучшего викинга. Я голосую за Рагнара, Арина – за его сына Бьёрна. Авилов, глядя на это, закатывает глаза и уходит на кухню. В итоге Арина выносит вердикт, что я классная и она рада, что я теперь есть у ее отца… – Ты же не против, если я все организую? – с надеждой в голосе спрашивает девочка и складывает руки на груди в просительном жесте. – Нет, конечно… *** На следующий день мы с Глебом после работы сразу едем к матери Глеба. Арина с моей тётушкой уже там, меня даже немного пугает та стремительность, с которой развивается моя жизнь. Хоть Глеб и уверяет, что тетка и его мать найдут общий язык, я все равно переживаю. – Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Глеб, помогая выйти мне из машины. Фигово, хочется ответить мне. С утра у меня был приступ токсикоза, днём на работе напала хандра. И как вишенка на торте – стала свидетелем мерзкого разговора Лады с одной из сотрудниц. Конечно, обсуждали меня и "москвича". Не знаю, как я ещё сдержалась, чтобы не схватить дырокол и не запульнуть в этих мегер. Но ничего из этого я не говорю, улыбаюсь Глебу. – Все хорошо, пошли. Мы поднимаемся на нужный нам этаж, в этот раз мама Авилова не встречает нас как Рэмбо на пенсии. Она открывает дверь и сразу же кидается обниматься. Причем порцию обнимашек сначала получаю я, а только потом родной сын. – Давайте, проходите уже, – ворчит Галина Александровна. Мы заходим в гостиную, и в этот момент раздается взрыв. У меня едва душа не уходит в пятки, пока я стою, стиснув зубы, с ног до головы покрытая разноцветными конфетти. Арина держит в руках хлопушку и улыбается невинной улыбкой. Вся комната украшена шарами и цветами, на столе стоит огромный торт. Моя тетя выходит из кухни и подходит к Галине Александровне. Женщины о чем-то шушукаются, обнявшись. И я понимаю, что зря переживала. Видно, что они отлично спелись. – Пришло время узнать, какого пузожителя ты носишь у себя в животе! Арина протягивает мне нож, я машинально беру его, сдувая с лица конфетти, что лезет в глаза. И тут ко мне подходит Авилов, кладет свою ладонь сверху моей и улыбается. – Давай вместе, Фея. Мы разрезаем торт, и на всеобщее обозрение открывается начинка голубого цвета. Я поворачиваюсь к Глебу, смотря на его реакцию. Слышу, как хлопает в ладоши Арина, охают и ахают тетя с матерью Глеба. Но сейчас я вижу только его… Своего мужчину. Он пристально смотрит на начинку торта, его кадык дёргается. А потом Глеб поворачивается ко мне и в его глазах столько трепета и искренней радости, что у меня едва не подкашиваются колени… – У нас будет сын, – хрипло говорит Авилов, гипнотизируя меня своим пламенным взглядом…