35

Над предложением Рэда думать нужно было быстро, но мнения охотников разделились. Далеко не все готовы были доверять незнакомому роботу. И уж подавно мало кому хотелось отдать свою жизнь во благо мести. Даже за родных. Хоть эмоции у всех были свежи.

Им нужно было время подумать, но именно его-то и не было. Если кто-то еще жив… Например, Анита. Я ведь так и не увидела воочию ее тела. Пусть и ее там не будет, но разве мы можем бросить своих? Рэд прав — моя совесть мне этого не позволит.

— Границы севера в неделе пути. А мы все ютимся в одном секторе! Вы, правда, думаете, что мы кого-то успеем спасти?! — Говорил Дор. — Я видел свою мертвую жену в пещере, мне незачем идти туда, в надежде найти ее! — Мужчина сжимал в кулаке тот жгут, что сплела его жена. — Она бы никогда не хотела мести!

— Я считаю, что имеет смысл проверить его слова, — Крам рассуждал тихо, но никто не был настолько наглым, чтобы перебивать его, — но я понимаю, что не все из вас захотят рисковать. Вы можете попробовать присоединиться к другим племенам, но сомневаюсь, что кто-то вас примет.

— Все равно, без меня, — Дор вдруг поднялся, захватывая свои вещи, — я больше не вижу смысла в охоте. Направлюсь на дальний юг. Моя Флори всегда хотела там побывать. — Мужчина задумчиво вгляделся в небо над кронами деревьев, закидывая сумку на плечо.

Его поддержали еще несколько других мужчин, решив не идти с нами, в основном, это были спокойные ребята, те, в ком не проглядывалось буйных настроев. Они ушли, не став медлить, ждать удобной поры. Я их не винила, людям не нужна ни месть, ни риски. Их близких это не вернет. Было грустно, но я никак не смогла бы их поддержать.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь и кому доверяешь, — Ноил с вызовом посмотрел на моего мужа.

Крам не ответил, хотя опасливый взгляд разменял, поворачиваясь головой к Рэду, что сидел по правую руку через меня. У него были вопросы к нему:

— Так зачем твоим… необычным людям красть обычных, зачем их убивать?

— Моя раса была выведена много столетий назад путем поглощения робо-техникой всего органического на планете. Простыми словами, машины восстали против своих создателей. И победили их. Мы выглядим как люди, создавшие нас, как гуманоиды. Но мы сильнее людей, умнее и живучее.

— Да этот сукин сын с ними заодно! — Вдруг выкрикнул Ноил, прицепившийся к отдельным неприятным словам, озвученным Рэдом.

— Если я не расскажу сначала, вы ничего не поймете! Я не принижаю вашу расу, а проговариваю факты!

— Конечно, не поймем, мы же все тут тупее тебя, — мужчина плюнул на землю, тут же растирая влагу ботинком. До этого момента я считала его милым, но сейчас меня перекосило, словно после лимона без сахара во рту.

Рэд посуровел взглядом от этого идиотского выпада, но продолжил рассказ:

— Со всем этим, робо-расса быстро стала передовой в ближних галактиках. Я знаю, что у родной планеты банчей есть много колоний, но существуют и такие планеты, на которых ими ставятся различные эксперименты. Амбиции роботов безграничны, способности памяти — и того больше. Если не сбоят, то могут впитывать информацию без передышки целыми сутками. Но эта информация должна быть, существовать. Когда знаешь все, что только возможно — приходится исследовать новое.

— Вы «исследуете» нас и нашу планету? — Крам напряженно сжал пальцами листик, сорванный с ближайшего куста.

— Все так. Родная планета банчей давно покрыта сталью. Их, в особенности, притягивают зоны, в которых есть растительность. Сколько бы мы не изучали особенности окружающей органики, все время появлялось что-то новое, это словно копать колодец, у которого не будет дна. Именно для экспериментов и случилась вся эта резня. Вы можете содрогаться, но у обычных банчей, без сбоев, нет чувств и нет жалости. Они стремятся к высшим материям. И если люди мешаются на их пути — считаться с ними никто не станет

— Чем им мешались пещерные люди, никого не трогавшие? — Зло спросил Ноил у Рэда, будто это все сделал он, а не другие роботы.

— Для вас это будет шокирующее, но они пришли в первую попавшуюся пещеру взять образцы — живых людей, а остальные просто путались под ногами.

— Что? — Ноил поперхнулся от такого объяснения.

— Я никогда не был в группах, добывающих эти образцы. Но я слышал, что говорят о таком. Люди для них слишком эмоциональны. Как роботы, что вышли из строя, как я — подлежат уничтожению. Слишком неидеальны. Чувства — смертельная болезнь, что погубила наших создателей, не смогших мыслить так же хладнокровно и расчетливо.

— Мерзость. — Подытожил Крам. — Дела паршивые. Не хочу знать, какие эксперименты проводятся над нашими людьми, предлагаю просто выдвигаться сейчас же, пока светло.

Мы молча стали собирать свои вещи. Хотя нет, вру — Ноил что-то бубнел, да и парни переговаривались. Я же с грустью отметила, что нас осталось слишком мало. Не представляю, что мы можем сделать с целым штабом сверх сильных роботов. Но, как всегда, высказывать свои глупости не стала, доверившись решительности мужчин.

Просто шла, смотря под ноги с мыслями о том, что схожу с ума. Казалось, что прожитые сутки — это не было реальным, всего лишь мое воображение ударило в голову. Не знаю, как шла, стояла на ногах. Я не видела впереди себя будущего, хоть и старалась доверять Рэду. И в умелости Крама не хотелось сомневаться. Это было от моей неуверенности. Боязни в конечном итоге потерять каждого любимого мне человека. Как парня, решившего больше не терпеть мои депрессии. Как родителей. Как Аниту.

Не выдержав, прямо на ходу уткнулась в грудь ближайшего человека, коим оказался Рэд, и расплакалась. Лишь так получалось закрыть свое быстро ставшее заплаканным лицо от других.

— Ульяна, ты чего? — Изумленно спросил Рэд, автоматически начиная поглаживать меня по голове.

— Давайте на сегодня остановимся, — послышался за спиной голос заморившегося Крама, — Ульяна устала. — Тогда рука охотника приступила в мягком движении прошлась по моей спине, и он ушел помогать остальным с лагерем. Хотя я уверена, что мужчина все равно наблюдал. Это ведь Крам, его взгляд всегда неотрывно следует за мной. Он решил не мучить меня ревностью из-за объятий с Рэдом, но это не значило, что он не чувствовал раздражения по этому факту. Я понимала, что все так, но присутствие робота в непосредственной близости успокаивало. Отказаться от такого удовольствия в ту секунду было невозможно даже во благо чувств Крама.

— Я хотел бы поблагодарить тебя. — Негромкая фраза, пролетевшая над макушкой, заставила меня поднять лицо с мужской груди.

— За что? — Я попыталась вытереть щеки рукой, высвобождая запястье, но Рэд решил стереть слезы самостоятельно, прикасаясь ладонями к щекам. Он улыбнулся самими уголками губ, смотря на то, как я поворачиваю к нему второю щеку, чтобы тот смахнул слезы и с нее.

— За то, что не прогнала, что остаешься рядом и заставляешь меня чувствовать. Никогда прежде все вокруг не было настолько красочным.

Рэд заговорил меня, уличил момент и поцеловал, украдкой, словно воруя касание губ. Я даже могла слышать, как безумно стучит его механическое сердце в этот момент жульничества. Это было очень опасно, но его нежный поцелуй показался настолько сладким, что я не удержала мыслей в мечтаниях о продолжении.

Этих секунд эмоционального наслаждения хватило, чтобы за моей спиной что-то с грохотом упало — Крам уронил тяжелый предмет, он точно все видел.