Глава 37. Саймон

Не понимаю, как получилось так, что я вместо стандартного обыска начал трахать земную самку. Похоже, пора перестать думать, анализировать свою реакцию на неё. Можно просто брать, иметь, трахать.

Не отказывает же себе наследный принц в таком удовольствии? Хотя на корабле Ксав после моего предупреждения не тронул самку и пальцем. Побоялся, что может спровоцировать всплеск агрессии других терлеанцев. Наследному принцу стоило больших трудов сдержаться. Сейчас он отчитывается перед моим отцом, Главным Советником. Выполняет свои обязанности, пока я, как животное, трахаю податливую самку. Её тело вздрагивает экстазом наслаждения. Она сжимает меня стенками своей узкой щели невероятно сильно.

Всё, чего хочется, сейчас – продолжения. Не останавливаться. Энергия бьётся сильным фонтаном, стоит только подхватить и тянуть его в себя. Это чересчур вкусно и остро, чтобы отказываться от такого удовольствия.

– Наблюдал за братом? Нравится смотреть? – выдыхает она между стонами и громкими вскриками.

Находит остатки самообладания, собирая их по крохам, чтобы выплюнуть оскорбления на общеземном языке, перед тем, как снова начать стонать и поддаваться навстречу моему члену, врезающемуся в неё на огромной скорости.

– А тебе нравится дразнить меня, землянка, да? – ухмыляюсь я, вынимая член из влагалища.

Перестаю дразнить и разрабатывать пальцами её анус и перехватываю ствол члена пальцами у основания. Веду влажной от соков головкой члена выше. Самка вздрагивает всем телом, чувствуя прикосновения горячего члена к своей попке.

– Я не могу так! – паникует она. – Хватит! Я ничего не брала и не прята-а-а-а…

Возмущение прерывается гортанным стоном, когда я начинаю ритмично проталкиваться внутрь.

– Прогнись ещё сильнее… – приказываю я. – Обыск ещё не завершён.

Эллен недовольно шипит, но выполняет приказ. Её воля плавится под прямой директивой приказа. Несмотря на возмущения, самке нравится, что я имею её нарочито грубо и жёстко. Её или заводит грубость, или наша связь даёт о себе знать. Скорее всего, второе. И если так, то я могу вытворять с самкой всё что угодно.

Ограничений нет. Абсолютно всё позволено, а удовольствие гарантировано оплачено вперёд нашей связью.

Мне хочется проверить, есть ли границы у нашего наслаждения, переплетённого с яркой ненавистью. Ведь я ненавижу её всей своей кожей, но трахать самку оказывается очень приятно. Незабываемое наслаждение, которого хочется тем больше, чем чаще прикладываешься к источнику.

Изогнутая, покрытая каплями пота, спина и сомкнутые запястья чуть выше попки. Беззащитность и доступность позы землянки заводит. Не могу оторвать взгляда от её подтянутой попки.

Мне нравится, как самка покоряется, не переставая шипеть и фыркать от злости. Она неподражаема в своём желании не давать мне ничего, но потом одаривает порцией ошеломительно ярких впечатлений.

Я перехватываю за бёдра пальцами поудобнее. Второй рукой поглаживаю сомкнутые запястья. Не прекращаю толкаться внутрь ни на секунду. Крепко сжимаю запястья и резко скольжу внутрь её попки. До конца. Полностью заполняя членом.

Узкая. Жадная. Горячая. Сжимается со всех сторон и пульсирует.

Острые вспышки наслаждения разливаются по телу, взрываясь фейерверками.

– Ты такая маленькая… и узкая.

Трахаю самку быстрыми точными толчками, выбивая из груди самки глухие стоны. Она сжимает, мня своими тесными стенками. Я клацаю клыками, стискивая челюсти

В следующий раз я пущу кровь этой дряни, пока буду долбиться в неё. Прокушу кожу и буду сосать кровь из раны, наслаждаясь не только сексом, но и вкусом её крови.

Секс жаркий и отвязный. Мне даже не надо стимулировать её дополнительно. Самка и так позволяет мне долбиться глубоко и нещадно. От крошечной фантазии, раскрашенной красным, меня выбивает на запредельно быструю скорость толчков. Самка уже не стонет, а подвывает, готовясь кончить.

Оргазм подступает неожиданно, набрасываясь в тот момент, когда её начинает колотить оргазмом. Я перехватываю поток энергии. Это слепящее удовольствие, от которого прикрываются глаза. Сами по себе.

Самка кончает, меня распирает от её энергии и бьёт оргазмом. Кончаю в неё, толкаясь медленнее и медленнее.

– Охренеть…

Мелкая дрожь бьёт её хрупкое тело. Я отстраняюсь, сытый под завязку. Едва успеваю подхватить самку, потому что она валится с ног.

– Ну же, не падай… – говорю я, прижимая её тело к себе.

Волосы влажные у корней источают сладковатый аромат. Мне нравится, что она вся покрыта влажной испариной и такая разомлевшая. Я утыкаюсь носом в шею и посылаю к хренам всё.

Я получил много, но могу получить ещё больше. Прокусываю шею, пока пальцы второй руки забавляются с её затвердевшими сосками. Утробно рычу, размазывая солоноватую кровь на языке, а потом ныряю пальцами между складок.

– Ещё раз, самка. Кончишь для меня… – отрываюсь всего на секунду, чтобы потом вновь начать брать желаемое.

Она очень отзывчивая. Вывести её на новый виток спирали получается очень легко. Я растираю пальцами пульсирующую горошину, потом ныряю внутрь горячей щели, раздвигая складки, и вновь возвращаюсь к клитору.

Землянка кончает меньше чем через минуту, заливая влагой мои пальцы. Я отстраняю её от себя, перекладывая на узкую кушетку.

Оттраханная, мокрая от пота, обнажённая. Такой, какой и должна быть самка, после кормёжки ею. Влага размазана по бёдрам.

Вот теперь точка поставлена.

– Обыск закончен.