Глава 22

Вопрос действительно озадачил. Ведь Неро Дэй так упрямо заявлял, что я драконида, что он проверил это лично и нашел какие-то доказательства в моей крови. Неужели он ошибся и во мне нет магии? Хотя нет, если бы ее совсем не было и если верить дракону, меня бы точно ошпарило, как куропатку. Та так — горяча конечно, местами очень. Но ожогов нет. А это что-то да значит.

Магия в моей крови все-таки есть. Но, судя по обстоятельствам, совсем не такая, какую ожидал Ковен и Неро. И теперь у меня новый вопрос.

— Эм… Ремо, так? Что тогда делать? В смысле, если я не драконида, то близость с тобой меня… что? Убьет?

Дракон поднялся, и прошел по комнате, остановившись возле шторы. Когда дернул в сторону, поднялась пыль, а в помещение хлынул поток солнечного света.

Я закашлялась, а Ремо с наслаждением подставил лицо теплым лучам.

— Если не убьет, — проговорил он, — то навредит. А я больше не хочу никому вредить. Тем более, в угоду Ковену с Сардису.

Забота незнакомого дракона трогала, но задачу не решала. Я потерла нос (все-таки пыли здесь ужасно много) и сказала:

— Это приятно. Честно. Я очень ценю. Только что делать с Ковеном? Если я выйду отсюда без кундалы, они совсем не порадуются. И, наверное, накажут.

Накажут.

Наверняка.

И дракона, и меня, и Неро, который, как выяснилось, тоже пленник в лапах всемогущей Варлок-групп или Ковена Варлока с его таинственным главой Сардисом Бокаро. И сейчас мне совсем не хотелось, чтобы кто-то страдал. Вообще, конечно, даже забавно и иронично, как на меня свалились обязательства за судьбы сначала Лоара и Варлоара, потом Эромии и слуг, а теперь вот собственной, драконьей и Неро…

Кто бы мог подумать.

Но решать все равно что-то надо.

Ремо взлохматил волосы, они заколыхались в солнечных лучах совсем как языки пламени.

— С кундалой ты тоже отсюда вряд ли выйдешь, — произнес он.

Я смутилась. Как они тут все легко говорят на такие интимные вообще-то темы. Понятно же, что эта энергия выплескивается только в момент… гм. В тот самый момент. А сейчас, хоть я и нашла ее в себе, она вроде как запакована во мне.

— И что делать? — озадачено спросила я скорее себя, чем его.

Дракон погрузился в раздумья, потирая подбородок. Я вздохнула с некоторым облегчением — он хотя бы не пытается сделать ничего насильно. И вреда причинять тоже не хочет. Это делает ему честь.

Глубоко внутри я давно себе призналась, что не хочу спать с драконом. И даже не потому, что он дракон, а потому, что есть другой, который влечет меня куда сильнее, хотя и понятия не имею — почему. Это какое-то безумие и глупость, тянуться к тому, кто так отстранен и холоден. Впрочем, теперь я понимаю, откуда в нем столько льда.

И все же сейчас я стала тянуться к нему еще больше. Дурь, конечно, полная. Но когда пролился некоторый свет на его судьбу, многие моменты в его поведении стали объяснимы. Попробуй тут сохранить доверие и мягкость, когда собственные родители так с тобой поступили. Такое предательство не каждый ребенок переживет.

Едва подумала об этом, о том, как тяжело пришлось Неро, внутри аж защемило. А ведь он все еще под началом этого неуловимого Сардиса. Видел его вообще кто-нибудь или нет?

— Какие тогда варианты? — спросила.

Ремо откинул огненную прядь со лба и проговорил, не глядя на меня:

— Ты голодная?

А он умеет перескакивать с темы на тему.

И все же пусть запоздало, но вспомнила, что с утра покормить меня никто не удосужился, а желудок в подтверждение этому тихонько заурчал.

— Если честно, перекусить не отказалась бы, — призналась я.

Не самое подходящее время для того чтобы вспоминать о завтраке, но кто знает, когда мне еще удастся поесть. В конце концов, как говорится, война войной, а обед по расписанию.

Под моим неусыпным наблюдением дракон развернулся и, играя выпуклыми и мощными мышцами спины, прошёл куда-то в глубь комнаты, скрывшись во мраке. Послышался легкий шорох, тихое позвякивание посуды. Мне оставалось только гадать, что именно творит там дракон. Но к моему облегчению вместо пыточного, орудия которое почему-то нарисовало не в меру воображение, через несколько минут дракон вынырнул из полумрака с небольшим серебристым подносом.

— Ты удивишься, — проговорил дракон, глядя на меня своими оранжевыми, но уже не полыхающими глазами, — но кормят меня в целом сносно. Во всяком случае, много и регулярно. Впрочем, это понятно, драконы любят поесть. Обмен веществ у нас довольно быстрый, для превращения создания магического огня и других драконьих даров требуется пища.

Мне почему-то тут же вспомнились фильмы о драконах, которые нападают на беззащитные деревни крушат всё вокруг и уничтожают население.

— Значит ты можешь и корову украсть? — спросила я и смутилась, поняв, как нелепо и бестактно это прозвучало.

Дракон усмехнулся, а я отметила про себя ещё раз, что он действительно очень красив. Красив какой-то благородной, статной и монументальной красотой, совсем не похожей на харизму Неро. И всё же к своему изумлению и стыду, почему-то к темному магу испытываю тягу. Странную, непонятную и совершенно необъяснимую. Ёшечки-матрешечки, это что должно быть в голове, как меня должно угораздить, чтобы я испытывала вот эти самые чувства к тому, кто, во-первых, меня, судя по всему, терпеть не может, а, во-вторых, наверное, вообще не способен на какие-то взаимные чувства.

Ведь если с ним поступили так, как рассказывает дракон, совершенно неудивительно, что Неро очерствел, закрылся и попросту не подпускает никого к своей душе. Потому что в самом начале своего пути в неё плюнули те, кто должны были её защищать.

И разве теперь можно его винить в бесчувственности?

— Могу и корову, — ответил дракон, подойдя к кровати и ставят поднос передо мной, — но чаще предпочитаю что-нибудь менее мычащее и волосатое.

Надо же. Я и подумать не могла, что драконы могут не хотеть есть кого-то с шерстью.

— То есть лично ты пастбищ не разорял? — уточнила я.

Дракон проговорил:

— Я довольно рано попал в этот замок и особо возможности поохотиться на воле не было. Ну разве что совсем в юности. Но молодые драконы не самые лучшие охотники. Поэтому чаще обходился уже готовыми блюдами.

Я догадалась, что под готовыми блюдами он подразумевает, наверное, всё тех же коров, но вдаваться в подробности не хотелось. Тем более что желудок вновь заурчал напоминания, что в нём с утра не было и маковой росинки.

Ремо, видимо, обладает острым слухом, потому что снова усмехнулся и кивнул на поднос.

— Ешь, — проговорил он.

На подносе передо мной аппетитно поблескивает маслянистым боком поджаренная булочка, сверкают каплями воды крупные ягоды винограда на гроздьях. На небольшом блюде яблоки и какие-то ещё фрукты, названия которым не знаю. И вообще, судя по всему, дракона посадили на вегетарианскую, точнее даже какую-то веганскую диету. Правда непонятно — зачем.

— Думала, ты ешь мясо, — проговорила я смущенно.

— Ем, — согласился дракон, — но чтобы был более смирным, меня лишили этого источника питания. Вот, кормят в основном растительной. И только раз в неделю приносят десяток яиц и одну громадную головку сыра.

— Это не то что не густо, — возмутилась я, прикидывая, что если вот такое поведение «смирное», тогда что же будет, когда он перейдет на нормальный рацион. Ив целом — обретет свободу. — Это вообще как-то негуманно и жестоко. Ты же дракон. Тебе по определению положено есть мясо.

В голове не укладывалось. Мне всегда казалось, что драконы хищники, они просто не могут обходиться одной травкой и щипать её на ложку, как барашки. А тут вот какое дело.

Я даже на несколько мгновений забыла, зачем меня вообще к нему прислали, что предстоит, и забыла, что надо думать, как выпутываться из всей этой безумной ситуации.

— Положено, — произнёс дракон вздыхая, — но Ковен на пути к своим целям во главе с верховным некромантом готов принести в жертву кого угодно. Они трясутся над собственным бессмертием. Зачем оно им нужно, если вся цель их жизни в сохранении этого самого бессмертия. Какой в нём тогда прок?

На такие глубокие темы я пока не рассуждала и, честно говоря, ситуация вроде не то что бы подходящая. С другой стороны, я понятия не имею, что будет завтра. Да что там. Не знаю, что будет в следующий миг. Можно и порассуждать.

Но есть хочется больше.

Натянуто улыбнувшись, мол, да, всё понимаю, я ухватила сперва булочку, затем взялась за виноград, потом в расход пошли яблоки и те самые непонятные фрукты, очень сладкие и почему-то напоминающие по вкусу хлеб. Дракон терпеливо наблюдал за мной, не мешая и не отвлекая от приема пищи, что немного смущало. Кому понравится, когда на тебя таращатся, пока ешь?

Хотя, чего уж. Находиться рядом с таким прекрасным и удивительным созданием всё равно приятно, хоть и страшно до ужаса. Ведь осознание, что рядом дракон, настоящий дракон, с которым мне по указанию Ковена необходимо вступить в, гм, связь, никуда не делось.

Когда поднос на половину пустел, дракон проговорил:

— Я смотрю тут не один я со зверским аппетитом.

Я смущенно отвела взгляд.

— Это от нервов.

— Знаешь, — проговорил дракон, и я выпала обратно в реальность, — мы можем снова попробовать. Я действительно не хочу, чтобы ты пострадала. Постараюсь все сделать мягко. Хотя женщины у меня не было давно. Понимаешь, что это значит?

Что конкретно это предполагает я не знала, но догадывалась. А в исполнении дракона все может обернуться вообще не в мою пользу, даже с учетом его стараний и попытки проявить осторожность.

— Я не… — начала я, хотела сказать, что не думаю, будто это хорошая идея, но Ремо уже оказался возле постели и стал медленно стягивать с меня покрывало.

Он смотрел на меня неотрывно, и я буквально видела в его глазах отражение себя, которая вот прямо сейчас уже на половину голая перед ним. Как ни пыталась удержать покрывало, все равно оно, в конце концов, оказалось в стороне.

Ёшечки… Все-таки драконье обаяние в нем на сто процентов. Даже не собираясь с ним спать, ощущаю какую-то неуловимую тягу. Взгляда от него отвести нет сил, и я смотрю на дракона, застыв, как завороженная.

Он действительно совсем не торопился, каждое движение осторожное и плавное. Я даже на секунду поверила, что его задумка получится.

Но когда горячая ладонь прикоснулась к моей щиколотке и поскользила вверх, меня обдало все тем же едва стерпимым жаром.

Я отдернула ногу, прижав колени к груди, и выпалила:

— Нет, нет, подожди!

Взгляд Ремо стал еще печальнее, он сел на кровать.

— Тебе слишком горячо, — сказал он устало. — Прости. Тогда я просто не знаю, как быть. Если честно, я уже давно слышу какой-то манящий зов. Может это сама богиня Огненная Илира призывает меня в небесные чертоги. Ведь если не будет дракона, маги не смогут никому ничего предъявить…

Сперва я не совсем поняла, о чем он. А потом вдруг смысл сказанного дошел. Я вскочила, едва успев прикрыть себя покрывалом и придвинулась к нему, прикасаться все же остерегаясь.

— Что?! С ума сошел?! Даже думать не смей!

Сама идея, что вот этот, по сути, честный и заботливый дракон может принести себя в жертву на алтаре бесконечной власти Ковена Варлок и неведомого Сардиса, взбесила. И очень встряхнула.

— Другого решения не вижу, — опустив плечи, проговорил дракон. — Тебе вредить у меня тоже нет никакого желания. И так столько женщин от меня пострадало, что…

Он отмахнулся будто от собственных мыслей, а я чуть не заплакала. Дико видеть, как сильное и могущественное создание, с таким красивым телом шикарного мужчины и такой же открытой и доброй душой (во всяком случае, сейчас) опускает руки и теряет веру.

Идея пришла неожиданно.

Рискованная. Очень хлипкая и вообще шансы, на то, что она получится один на тысячу. Если не больше.

Но это лучше, чем ничего.

— Я знаю, что надо делать, — сказала я уверенно, хотя сама этой уверенности вообще не испытывала.

Дракон обернулся, в глазах появилось явное оживление. Вот так-то лучше, вот так должны выглядеть драконы — уверенными и живыми.

— Слушаю, — сказал он.

Я вдохнула и сказала одним махом на выдохе:

— Тебе надо бежать.

Энтузиазм Ремо тут же угас.

— Дара, я уже это делал. Сама знаешь, чем это кончилось. Чтобы оказаться в безопасности, мне нужно перелететь границу Варлоара, а пока на мне браслет с кристаллом тамуса, Неро за мной следит. Он не даст мне выбраться.

— Да, все так, — согласилась я, в порыве чувств ухватив его за плечо и тут же, смутившись сама от себя, убрала ладонь, — но тогда здесь не было меня! Я смогу его отвлечь, а ты долетишь до границы.

В том, что действительно сумею отвлечь Неро Дэя от бегства огненного дракона я не уверенна от слова совсем. Но сейчас эта идея казалась не самой безумной. Гораздо безумнее сидеть и смиренно склонять голову перед алчностью Ковена. Тем более, по факту от него страдает и сам Неро. Ну, надеюсь, что страдает. Или страдал.

Конечно, ставить на то, что у меня получится греметь бубнами и швыряться в темного мага вазами — очень слабый аргумент.

Но лучше так, чем никак.

Дракон смотрела на меня и, видимо, все мои эмоции считывал прямо сходу.

Но почему-то кивнул. Наверное, его так достало сидеть в этом замке в качестве волшебного ключика к энергии, что готов пойти даже на такой безумно глупый риск.

— Тогда летим со мной, — предложил он. — Я легко могу унести пару экипажей. А ты для меня не тяжелее пушинки.

Я покачала головой. Конечно, мне тоже хотелось на волю, освободиться от этого кристалла и непрошенных обязательств, но это слишком большой риск. Тем более почему-то мысль о том, что оставлю здесь Неро отзывалась чем-то ноющим и саднящим. Будто он в помощи нуждается не меньше его огненноюродного брата.

Хотя скорее всего я себе накрутила. Женщины ведь умеют накрутить то, чего нет.

И все же сказала:

— Нет. Мне нельзя. Если они разом потеряют и дракона, и источник кундалы, бросят все силы на погоню. И тогда вообще шансов не будет. А сейчас он крохотный, но есть. Ну и, к тому же, кто будет отвлекать темного мага?

Я усмехнулась, пытаясь немного разрядить обстановку. Уголки губ Ремо тоже слегка приподнялись. Да уж, такого нереального «замеса» я в своей жизни точно не представляла.

Судя по виду, дракон не очень верит в успех моей задумки, значит, мне придется верить за двоих.

— И ты готова остаться здесь? — спросила Ремо, взглянув на меня своими оранжевыми глазами, даже в жар бросило, хотя сейчас к дракону не прикасаюсь. — Остаться в Лоаре? Среди темных магов?

— Я что-нибудь придумаю, — ответила я.

Пока придумывать особо не из чего и, скорее всего, Неро и весь Ковен будут в таком бешенстве, что останется надеяться только на то, что они не пришибут потенциального носителя энергии, которая им там нужна. Опять же, если верить словам мага.

Но сидеть сложа лапки вообще не вариант.

— Хорошо, — проговорил Ремо, — допустим. И как, по-твоему, мы это сделаем? Я должен буду тихонечко выскользнуть в окно и улететь? Совсем незаметно? Вот такая незаметная туша громадного дракона в небе. Так?

На секунду я задумалась. Пожалуй, огненный дракон прав, его истинный облик незаметным сделать не получится. Тогда что?

— А мы и не будем делать тебя незаметным, — вдруг неожиданно даже для себя сказала я.

На вопросительный взгляд Ремо, пояснила:

— Ну, ты же большой, огромный даже. И сильный. Прошмыгнуть в небе бабочкой точно не сможешь. Но надо пользоваться тем, что есть.

— И что у нас есть?

— Замок! — выдохнула я. — У нас громадный каменный замок, который ты разгромишь так, что магам, стражам или кто тут они волей не волей придется броситься или к нему, или от него. В любом случае, внимание от себя ты отвлечешь. Все буду заняты разрушающимся замком. А у тебя будет фора.

Сама не поверила, что предложила такое. Устроить «дестрой», как в той песне может и не самая хорошая идея, зато действительно зрелищная. А это только на руку.

Дракон даже бровь приподнял.

— Ты отчаянная, — сказал он.

— Ситуация, — отозвалась я, разводя руками. — Ну? Согласен?

Уже в сотый раз поняла, что он ну ни капли не верит, в успех, но все равно готов пойти на риск. Это как же надо было достать дракона, чтобы он решился на шаг, в котором можно выиграть с шансом в один процент?

— Ты прямо сейчас хочешь начать? — спросил он.

— А чего тянуть?