Глава 44. Покровитель

Я оглянулась на Кеймрона. Все верно сказала? Судя по широкой улыбке на его лице, да.

Азриэл был мрачен и тих. Он смотрел на меня с сожалением. Я тоже ощутила горечь во рту. Будто произнесенные мной только что слова протухли. Хоть бери и полощи рот, чтобы избавиться от гадкого послевкусия.

Мое заявление произвело фурор. Позабыв о похоронах, все повернулись спиной к арене, лицом — ко мне. Белого бы повергло в шок такое неуважение. Мне прямо стало неловко перед ним. Это все же его день, а тут появилась я и все испортила.

Прости, Белый, я не хотела. Обстоятельства так сложились. Ты уже мертвый, тебе все равно. А я еще пожить хочу.

Сзади подошел Кеймрон и опустил руку на мое плечо.

— Я принимаю покровительство над этой женщиной, — произнес он так, чтобы все слышали. — Отныне она под защитой моего рода. Если кто-то попытается причинить ей вред, будет иметь дело со мной.

— Эта женщина — преступница, — выкрикнул Серый. Ему пришлось напрячься, чтобы его слова с первого ряда трибун долетели до нас. — Она освободила дракона.

— Если у вас есть какие-то претензии к Анастейше, — заявил Кеймрон, — пришлите их моего стряпчему. Он разберется.

Серый аж красными пятнами пошел. Откуда-то с неба донесся громкое фырчанье, уж очень похожее на смех. Я посмотрела вверх. Готова поспорить, это Черный потешается. Проигрыш патриархов его явно забавлял.

— Что дальше? — взглянула я на Кеймрона.

— Мы уходим, — ответил он и обернулся к сестре. — Латиша, подойди.

Едва она приблизилась, Кеймрон разжал кулак, бросил на трибуну кристалл и тут же его раздавил. Никто не успел отреагировать.

Последнее, что я видела — Азриэля, дернувшегося ко мне. Он хотел меня удержать, но не вышло. Спустя миг мы уже были в замке Кеймрона. Портал сработал безупречно.

— Латиша, ступай к себе в комнату, — первым делом Кеймрон спровадил сестру.

Глядя ей вслед, я гадала — по своей ли воле она предложила мне посетить церемонию прощания, или все было спланировано ее братом? Я бы уже ничему не удивилась. Похоже, все в этом мире ведут какую-то свою, тайную игру. Одна я дрейфую, как кусок г… то есть как льдина — к какому берегу прибьет.

— Не обольщайся, — осадила я Кеймрона. — Я останусь здесь при одном условии.

— Говори, — кивнул он.

Если все делают только то, что им выгодно, то чем я хуже? У меня тоже есть свои проблемы. Попробую решить их за чужой счет.

— Я должна разобраться, почему меня хотят убить. И ты мне поможешь. Начнем прямо сейчас. У тебя есть соображения на этот счет?

— Хорошо, — принял Кеймрон мое условие. — Но я мало что знаю. Ты же в курсе, что меня не берут в совет патриархов. Но вот тебе любопытный факт: за эту зиму в роду восьми патриархов кто-то умер. Последним был Ангес.

— Белый?

— Он самый, — кивнул Кеймрон. — Лишь у Оллишии и Азриэля пока никто не погиб.

— У Азриэля должна умереть жена, — пробормотала я.

— Что, прости? — не расслышал Кей.

— Я — та самая потеря в роду Азриэля. Но почему это происходит? Думаешь, смерти как-то связаны?

— Без понятия. Я лишь сообщил тебе факт. Выводы делай сама. Я все равно больше ничего не знаю.

— Уж я сделаю, — пообещала, — не сомневайся.

Новая информация в буквальном смысле перевернула все с ног на голову. Я зациклилась на Анастейше и ее прошлом, а все намного масштабнее. Мне определенно есть над чем подумать.

Прежде чем отпустить меня в покои, Кеймрон спросил:

— Ты ведь украла наручи Азриэля, верно? Где ты их спрятала?

Так я тебе и сказала, ага.

— В надежном месте, — ответила я. — Там, где их никто не найдет. Ты же не думаешь, что я таскаю их с собой?

— Мне ты можешь довериться.

— Не могу, — покачала я головой. — Строго говоря, я сама не в курсе, где конкретно они лежат. Так что если ты вздумал меня пытать, не трать на это время. Я не смогу ответить, даже если захочу.

Кеймрона аж перекосило. Наручи он, видите ли, захотел. Все же хорошо, что некромант спрятал их в тайне, в том числе и от меня. Это было правильное решение.

Кей ушел ни с чем. Но хоть из замка не выгнал, и то повезло.

Я скрылась ото всех за дверью своих новых покоев. Хватит с меня на сегодня общения. Горничную — и ту не пустила. Разделась и расплела волосы сама.

Пришлось повозиться, особенно с платьем. Оно никак не хотело расшнуровываться. В итоге я просто стянула его с плеч и сняла через ноги.

Может, зеленое платье от некроманта не было последним писком моды и вообще выглядело так, будто его до меня носило полгорода. Зато снималось и одевалось оно легко, и я справлялась сама. Все потому, что это было платье обычной горожанки, а у них нет горничных.

Без Сифа и Морта было одиноко. Даже обсудить расследование не с кем. Так что я сразу легла спать. И, самое главное, уснула. Всю ночь мне снился Азриэл. Он ничего не говорил, ничего не делал. Просто стоял и смотрел на меня. Как тогда, на трибунах, когда я приняла покровительство Кеймрона.

Взгляд Азриэля не был осуждающим, скорее, печальным. Он сожалел о моем поступке.

— Ты сам виноват! — кричала я ему. — Не надо было пытаться меня убить.

Пару раз я просыпалась от собственных криков. Я вообще-то не лунатик, но в этот раз, похоже, говорила во сне. Вот до чего меня довел муж-убийца! Ууу, ненавижу! И скучаю… Вот я вляпалась.

Более или менее крепко уснула лишь под утро, но на рассвете меня разбудил протяжный тоскливый вой. Что за злодей мучает несчастного щеночка?

Я, откинув одеяло, подскочила с кровати. Подбежала к окну и, распахнув его настежь, выглянула во двор. Прислушалась. Да это же песня! Щенки могут спать спокойно, это чей-то воздыхатель поет своей даме серенаду под окном.

Навострив уши, даже разобрала слова. Что-то про «услышь мой голос», «без тебя мне грустно». В общем, какая-то романтическая чушь.

Поющий надрывался, хрипел и отчаянно фальшивил. Он выл так, словно ему кое-что прижали дверью, и я сейчас не мизинец на ноге имела в виду. Будь это мой поклонник, я бы сгорела со стыда.

Окна в замке начали открываться одно за другим. Сонные люди возмущались и ворчали. Кто-то предложил облить горе-певца помоями. Вот ему сейчас достанется.

Но в целом я была согласна с негодующими. Это пение звучало хуже вилки, скребущей по стеклу. Когда певец брал высокие ноты, аж передергивало.

Я высунулась подальше из окна в попытке увидеть исполнителя. Моя спальня располагалась как раз над стеной, опоясывающей замок. Вытянув шею, я могла рассмотреть, что происходит у ворот.

Далековато. Вижу только три фигуры. Двое стражей. Они вышли из ворот, чтобы прогнать певца. А вот сам певец…

Его силуэт показался знакомым. Я вытянулась так далеко, как могла. Буквально балансировала на подоконнике на костях таза, пальцами цепляясь за раму.

Эта долговязая фигура, копна светлых волос и манера размахивать руками… Да это же Морт!

На радостях я потеряла равновесие и чуть не вывалилась из окна. В последнюю секунду успела сгруппироваться и упала не вперед, а назад — пятой точкой на пол. И тут же подскочила. Морт пришел ко мне! Но стражи сейчас выставят его вон. Этого нельзя допустить.

Подхватив халат с кресла, я выбежала в коридор. Одевалась уже на ходу. Неслась, перепрыгивая по несколько ступеней за раз. Только бы успеть до того, как Морта прогонят!