Глава 39

Мы спустились в глубокие подземелья, где воздух пропитался вековой мощью земли, а стены светились мягким голубоватым светом защитных рун.

— Закрой глаза, — приказал Рейнар, становясь у меня за спиной и обхватывая мои руки своими. — Не пытайся подавить хаос. Это твоя часть, такая же естественная, как дыхание. Представь его не как лесной пожар, а как полноводную реку. Ты не можешь остановить воду, но ты можешь построить берега и направить поток в нужное русло. Почувствуй ритм своего сердца и совмести его с ритмом ребенка.

Я сосредоточилась, пытаясь отыскать ту самую тонкую нить, которая связывала меня с малышом и с этой пугающей силой, бурлящей в крови.

— Медленно, Тайлис. Дыши вместе со мной, — голос дракона успокаивающе вибрировал прямо у моего уха.

Выпустив крохотный луч энергии, я направила его в мишень на стене, и на этот раз взрыва не произошло. Четкий направленный удар оставил лишь небольшое оплавленное пятно.

— Получилось... — выдохнула я, чувствуя невероятное облегчение и ту самую искру гордости, которая всегда вспыхивала во мне после удачного эксперимента.

— Конечно, получилось, — он развернул меня к себе, и я увидела в его взгляде такое восхищение, что у меня подкосились ноги. — Ты удивительная женщина, Тайлис. Ты — хаос, облеченный в красоту, и я никогда не устану разгадывать твою тайну.

Он поцеловал меня, жадно и требовательно, напоминая о том, что за пределами острова все еще идет война, но здесь и сейчас мы принадлежим только друг другу.

Однако по возвращении в жилые корпуса академии наше хрупкое спокойствие разбилось вдребезги странными слухами, которые ползли по коридорам.

— Лорд ректор! Вещи... Они просто исчезают! — кричал перепуганный адепт первого курса, размахивая руками перед дверью кабинета Рейнара.

Я остановилась, чувствуя, как по спине пробежал холодок, когда заметила на стене, прямо за спиной парня, странное пятно, похожее на кляксу из черных чернил. Оно медленно росло, пульсируя и поглощая свет факелов, словно живое существо, высасывающее саму жизнь из камня.

— Что это за дрянь? — я подошла ближе, но Рейнар резко дернул меня назад, заслоняя собой.

— Не подходи! Это Пустота, — голос дракона стал пугающе тихим, а рука непроизвольно легла на рукоять меча. — Магия Эдриана. Но как она могла попасть сюда, через все наши щиты и источник?

Я посмотрела на свои руки, и сердце пропустило удар. Мои пальцы, которыми пять минут назад касалась камней в зале тренировок, были испачканы серой дымкой. Ужасная догадка закралась в мысли, отравляя сознание.

Слишком уж этот след походил на последствия проклятия, которым Эдриан пытался вытравить из меня воспоминания о драконе, пичкая ложными воспоминаниями и отварами забвения.

— Это я, Рейнар... — прошептала, чувствуя, как в горле встает ком. — Она во мне. Его магия осталась в моей крови, как инфекция, которую невозможно вытравить.

Рейнар вздрогнул и обернулся. В его глазах я увидела бесконечную решимость бороться за меня до самого конца.

— Мы найдем способ очистить тебя, Тайлис. В древних архивах должен быть ритуал, который выжжет эту скверну, не задев при этом нашего сына.

— А если такого ритуала нет? Если пустота уже стала частью меня? — с ужасом уставилась на черное пятно на стене, которое продолжало бесшумно пожирать реальность.

Теперь я лучше понимала, отчего меня постоянно изводили кошмары, а голос Эдриана преследовал даже наяву.

— Тогда я сам создам этот ритуал, — рявкнул дракон, и от его рыка задрожали стекла в коридоре. — Никто не имеет права прикасаться к тебе, даже мертвый Зодчий. Ты — моя, и я не отдам тебя тьме.

Вечером мы закрылись в библиотеке, обложившись древними фолиантами, пытаясь отыскать спасение. Рейнар злился, перелистывая книгу за книгой, пытаясь найти хоть одну зацепку.

— Мы найдем выход, Тайлис. Просто верь мне, — почувствовав мое волнение, он ободряюще сжал мою руку, и его чешуя на мгновение сверкнула в свете свечи, даря мне призрачную надежду.

Я верила Рейнару. Больше всего на свете хотела верить, что наша любовь окажется сильнее той черной бездны, которую Эдриан оставил в моем сердце.

Но черные пятна на стенах академии продолжали расти, напоминая о том, что время неумолимо истекает, и скоро прятаться станет негде.

— Смотри, здесь что-то есть, — перелистнув очередную страницу фолианта, наткнулась на полустертый рисунок в книге, изображающий ритуал слияния пламени и чистого света.

— Это опасно, — Рейнар нахмурился, вчитываясь в древние письмена.

— Плевать на опасность, Рейнар. Плевать на все, кроме того, что эта дрянь внутри меня тянет щупальца к нашему сыну, — я прижала ладонь к животу, чувствуя, как там, глубоко внутри, искра жизни в страхе сжимается от прикосновения липкой пустоты.

— Ритуал потребует полной синхронизации, Тайлис, — на скулах дракона заходили ходуном желваки. — Если ты дрогнешь, если позволишь страху или памяти об Эдрианe взять верх, ритуал выжжет не только скверну, но и твои каналы. Ты понимаешь риск? — Рейнар поднял на меня взгляд, в котором сталь боролась с невыносимой нежностью.

— Я справлюсь. Не для того я столько времени боролась, чтобы теперь позволить жалкому мертвецу победить, — ответила уверенно, глядя дракону прямо в зрачки, суженные до вертикальных полосок.

— В любом случае, я буду рядом и проконтролирую каждый шаг, — Рейнар крепко прижал меня к себе, поглаживая по спине.

Подготовка заняла бесконечную неделю, каждый час которой я чувствовала, как серые пятна на моих руках становятся все отчетливее.

В ночь ритуала мы спустились в самое сердце источника, туда, где гул земли заглушал даже собственные мысли.

Рейнар заранее подготовил место, просыпав круг очищенной солью и начертив на полу необходимые знаки. Одного магического импульса хватило, чтобы воздух в ритуальном зале мгновенно наэлектризовался, заставляя волоски на руках подняться дыбом.

— Начинаем, — мощный рокот дракона разнесся под сводами пещеры, приказывая самой реальности подчиниться.

Я закрыла глаза, пытаясь почувствовать инородную силу, засевшую внутри меня. Сначала пришел холод. Тот самый могильный холод пустоты, который Эдриан вливал в меня вместе с поцелуями и ложью, пытаясь превратить в Лориану.

Я почувствовала, как эта черная жижа внутри меня зашипела, почуяв угрозу, и впилась когтями в мои нервные окончания.

Больно. Боже, как же было больно!

— Тайлис, держись за меня! Не отпускай! — крик Рейнара прорвался сквозь пелену агонии.

В следующий миг на меня обрушилось солнце. Серебряное пламя ворвалось в мои вены, сталкиваясь с чернильной тьмой в яростной схватке.