Глава 33

— Я согласна, — сквозь зубы процедила я. — Говори, что от меня требуется, — тяжко вздохнула я.

— Нужно вскрыть небольшой хрон, — развел руками Полкан, но я кожей чувствую, что он чего-то недоговаривает.

— Хрон? — приподняла бровь я.

— Хрон — это особый куб из магического сплава, в котором хранят ценности… — начал учить меня ищейка.

— Я знаю, что такое хрон! — остановила я его. — Но хрон может открыть лишь хозяин! Но что там внутри такого ценного, что нужно самому императору?

— Вот вскроешь — узнаем, — пожал плечами Полкан. Ох, недоговаривает он, утаивает от меня что-то важное. Я это по глазам его вижу.

— Полка-а-ан! — протянула я тоном строгой няни, которая точно знает, что ребенок где-то пошалил. И это сработало!

— Хрон принадлежит владельцу крупнейшего столичного борделя, — сдался он. У меня челюсть отвисла от таких новостей. Но как оказалось, это только цветочки. — Сама понимаешь, абы кого он к себе не подпустит. Не волнуйся, работать в этом заведении тебе не светит, — презрительно ухмыльнулся он. — Приоденем тебя соответствующе и дадим доступ. Попадешь в его кабинет и начнешь работать.

— Минутку, — прервала его я. — Я пойду туда одна? — я ощутила холодок страха в душе.

— У тебя будет прикрытие, я и мои люди всегда будут на связи с тобой, — обнадежил меня оборотень.

— Я не… — голос сорвался. К такому я оказалась не готова. Отправить в бордель, затем проникнуть в кабинет его хозяина, чтобы вскрыть его личный хрон. Это страшно. — А если он меня поймает? — выдавила я, не в силах удержать лицо. Паника все сильнее завладевает мною.

Меня оденут как работницу борделя…? А может, лучше в темницу, на солому?

— Тогда мы его возьмем, — ответил Полкан предельно серьезно. Я думала, что он начнет издеваться и запугивать меня, но он смотрит прямо, говорит без ехидства. Кажется, даже немного сочувствует. И это при том, что его глаза красные, будто он два часа рыдал без остановки. — Но будет лучше, если все пройдет тихо. Он не должен успеть замести следы.

Стало чуть легче, но страх и стыд продолжают сковывать меня. Воспитание не позволяет согласиться на весь этот позор. Больше всего пугает то, что рядом не будет Эйдена. Он даже не знает о том, куда меня собираются отправить. Император позаботился о том, чтобы на этот раз его самый талантливый сын не помешал планам короны. А может, это и к лучшему? Узнай Эйден, что я изображаю из себя прости…работницу борделя, то есть, и как он на это посмотрит?

Даже думать о таком противно.

— Эля, — Полкан сделал шаг вперед и забрал нож из моих рук. Он оказался так близко, что я смогла ощутить его запах. Сегодня он вовсе не псиной, а мужским одеколоном. — Я сделаю все, чтобы ты была в безопасности, — произнес он так доверительно, что все внутри меня взбунтовалось против этого проникновенного взгляда и неприличной близости.

— С чего бы это?! — вспыхнула я и сделала два шага назад. — Еще недавно ты говорил, что от меня нужно избавиться.

— Мы своих не бросаем, — твердо заявил он, отодвигая от себя нарезанную луковицу. — Ты спасла Эйдена.

Лучше бы Полкан, как и раньше, был несносным хамоватым ищейкой. Когда он такой, мне с ним легко. А вот как вести себя с этим серьезным офицером, я не знаю.

Одно ясно — готовка откладывается. Герцог Арренский останется без вкусного ужина, и это не добавит ему хорошего настроения.

— Я не хочу в этом участвовать, — выдавила я, понимая, что просто не могу держать эмоции в себе.

— Понимаю, — терпеливо кивнул Полкан. — Но мы оба не можем отказаться.

Я вымыла руки от мяса, поправила на себе платье и молча вышла из дома герцога. Полкан направился за мной и, поравнявшись, как бы невзначай спросил:

— Так что там за история с лицеистами?

Слова хлыстнули меня не хуже розги. Я сжала руки в кулаки, шумно выдохнула и ответила как можно равнодушнее:

— Аша вечно болтает всякие глупости.

— Правда? — хохотнул он и явно не поверил мне. Мы свернули на одну из улиц и начали углубляться в город. Полкан ведет, а я следую за ним, не имея ни малейшего представления о том, куда мы направляемся. — А мне показалось, что она была вполне искренна. Так что ты успела рассмотреть у тех лицеистов? — спросил оборотень, а я покраснела, как вареный рак. Он ведь не отстанет от меня, да? Что ж, похоже, выход только один — обесценить предмет его насмешек.

— Да ничего особенного, — равнодушно хмыкнула я.

— Да? А твои красные щеки говорят об обратном, — Полкан издевается надо мной.

— У вас жарко, я еще не привыкла, — промямлила я. — А лицеисты — обычные мальчики. Они решили искупаться на озере, а мы с подругой боялись, что они нас заметят. Мы сидели в кустах. Деваться было некуда.

К моему удивлению, Полкан прекратил ехидничать и заговорил предельно серьезно:

— Вы испугались их?

— Конечно, — немного растерялась я. В его словах чувствуется напор.

— Почему? — резко поинтересовался оборотень. — Они…что-то сделали?

— Эм-м… — я попыталась припомнить тот день. Странно, но разговор пошел совершенно не в том направлении, которое я могла бы предположить. — Они громко смеялись, бранились и говорили о таком, чего не должна слышать при…приличная девушка, — ответила я.

— Приличные девушки не сидят в кустах и не подсматривают за полуголыми мужчинами, — со странной интонацией ответил он. — Но ты правильно поступила, затаившись, — неожиданно похвалил меня Полкан. — Когда мужчины собираются вместе, они могут вести себя как свиньи. Неизвестно, что они могли бы сделать с девушками без сопровождения и охраны, в столько пикантной ситуации, — мне показалось, что оборотень проявил обо мне беспокойство.

— Спасибо за совет, но я все-таки боевой маг, — не без гордости заметила я. — Отпор дать могу.

Полкан смерил меня насмешливым взглядом.

— Эля, твой дар — ошибка природы, — снисходительно отвесил он. У меня аж лицо вытянулось от таких заявлений.

— Что, прости? — проморгалась я.

— Боевые способности не делают тебя боевым магом, — вздохнул Полкан. Меня задела эта улыбочка на его губах — насмешливая, терпеливая, будто он объясняет ребенку, почему небо голубое, а трава зеленая. — Ты девушка, и этим все сказано. Да, тебе удалось прижать к стене Лейдена, но давай будем честными. Будь он трезв, и спасать пришлось бы тебя.

— Ты…ошибаешься, — выдавила я, внутренне закипая. — Безусловно, я не справлюсь с профессиональным боевиком, но в уличной драке не растеряюсь!

— Ты слишком самоуверенна, — мрачно заметил оборотень. — Это плохо. Самоуверенность губит. В себе нужно сомневаться, чтобы уметь оценивать все риски ситуации. В бою первыми гибнут именно такие: молодые, дерзкие, переоценивающие собственные способности.

— Тем не менее, мои способности оказались очень кстати для короны, — метко напомнила ему я.

— Твои способности вскрывать тайники, Эля, а не твои «боевые навыки», — откровенно хохотнул он.

Я даже не знаю, что меня задело больше — его обращение «Эля» или высмеивание моих навыков.

— Они у меня, между прочим, очень неплохие. Герцог сам похвалил, — вспомнила я, и на душе разлилось приятное тепло.

— Да то он из вежливости! — фыркнул Полкан. — Не говорить же девчонке, что ее по стенке размажут при первом столкновении с трезвым противником!

— А герцог со всеми воровками вежлив? — приторным голоском уточнила я.

— Честно тебе признаюсь, Эля, ты единственная девушка за много лет, которую он задержал, — просветил меня оборотень.

— Что? — я едва не споткнулась на ровном месте. — Правда? Но…

— Обычно преступники, которые требуют вмешательства главы тайной полиции — это мужчины, — заявил Полкан. — Сильные мужчины, — с нажимом уточнил он. — Не припомню юных девушек, замешанных в черных делах. Обычно им поручают мелкую работу или шантажируют.

— Но я оказалась ключевым звеном, — улыбнулась я Полкану. — А это значит, мой лохматый провожатый, что я отнюдь не безобидная ромашка, какой ты желаешь меня представить.

— Да, — к моему удивлению, согласился он и окинул меня подозрительным взглядом. — Это и странно, Эля. Кто ты такая и почему мы раньше о тебе ничего не слышали?

Этот вопрос я оставила без ответа, загадочно промолчав. Отец тщательно скрывал мои необычные способности. Мне всегда казалось, что он стесняется моего дара и старается делать так, чтобы я не бросала тень на своего младшего брата. Он родился слабым, хилым, с очень посредственными способностями к магии. Сейчас в голову все чаще приходит другая мысль: а может, таким образом отец хотел защитить меня?

Ведь я самая сильная среди всех моих сестер, и даже превосхожу брата по способностям. Самый одаренный ребенок отца. Моя сила уже заинтересовала герцога Арренского и самого императора, а ведь они еще даже не знают, кто я на самом деле. Непонятно только, как отец мог отдать столь ценного ребенка черному магу. Его решение стало для меня полной неожиданностью. Да, папа всегда держался со мной холодно, но отправлять на верную смерть самого способного ребенка… У меня нет объяснения его поступку.

Неожиданно Полкан свернул к неприметному домику в конце улицы.

— Что это? — я присмотрелась к довольно скромному строению в голубых тонах. Оно больше похоже на домик скромной бабушки, чем на пристанище разврата.

— Можно сказать, штаб-квартира, — удивил меня Полкан. — Самая маленькая из всех.

Когда мы вошли внутрь, первое, что бросилось в глаза — обилие шкафов. Всюду, куда ни глянь — шкафы, шкафы, шкафы. Едва за нами закрылась дверь, как в прихожую выглянул пожилой невысокий мужчина. Мне сразу бросилось в глаза сухость его кожи и общая немощь. Будучи в очках, он все равно прищурился, будто не смог сходу понять, кто перед ним.

— Полкан? — спросил он, задирая голову, чтобы смотреть в лицо рослому воину. — Ты здесь? Какими судьбами? — удивился старичок.

— Да вот, девушку нужно приодеть, — оборотень махнул рукой на меня. Старик перевел взгляд, увидел меня, стоящую вплотную к Полкану и вздрогнул от неожиданности.

— Девушку? — он снял свои очки и начал протирать их, затем надел и снова посмотрел на меня. — Да, действительно, девушка, — убедился он.

— Позвольте представить: Эльвира, — он вдруг замялся, не зная, что еще сказать. — Наш новый сотрудник. Эльвира, это господин Хаон. Он смотритель штаб-квартиры.

— Очень приятно, — вежливо улыбнулась я.

— И какая одежда вам нужна, прекрасная леди? Пальто? Купальник? Костюм для маскарада?

— Нет, Хаон, — поджал губы Полкан. — Эльвира должна выглядеть как опытная и хорошо продаваемая путана.

Кустистые брови пожилого мужчины взлетели. Он посмотрел на меня изумленным взглядом, а я от стыда готова была расплакаться.

— Зачем же как путана? — он поправил свои очки и перевел вопросительный взгляд на оборотня. — Если ей нужно пробраться в бордель, то лучше притвориться горничной.

— Но это не столь надежно, — попытался возразить Полкан.

— Это безопасно! — удивительно, как мужчине, которого, казалось, уже покинули жизненные силы, удалось так зычно рыкнуть на молодого оборотня. — Горничных, как правило, не трогают и не пытаются купить.

— Но…

— Ничего не желаю слушать! — махнул на него рукой Хаон и шаркающейся походкой направился к одному из шкафов. Открыл его, начал перебирать вещи. — Так… Не то… Не то… Вот это более-менее… Возможно… — он отобрал несколько вещей и обратился ко мне: — Ну-ка, девочка, примерь. Вон там, за ширмой, — Хаон указал мне на деревянную перегородку в другом конце комнаты.