Глава 37

Эйден подхватил девушку на руки и осторожно вынес из кареты. За время их поездки ее шея налилась крупными синяками, по форме напоминающими следы от пальцев.

Ее пытались задушить. Внешне повреждения выглядят неопасными, но Эйден чувствует ее состояние. Это так странно, но ошибки быть не может. Между ними установилась связь. Источник ее тоже ясен, как день — белая вязь, которую Эйден старательно прячет под рукавом рубашки. Час назад магический рисунок защипало, будто его растревожили. Герцог сразу понял, что с Эльвирой что-то произошло. Ее ни на минуту нельзя оставить!

Неужели на нее напали? Да быть того не может! Там, на карусели, он уловил слабый импульс магии. Секундное явление, случайность, которой в иной ситуации он бы не придал значения. Но Эля испугалась не на шутку. Значит, что-то произошло. И пусть все указывает на то, что у нее слишком яркое воображение, что-то подсказывает ему: ее видение имеет смысл. Нужно только понять, какой.

Дома девчонки не оказалось. Эйден раздраженно выдохнул, пытаясь не сорваться. Сказал ведь, чтобы сидела дома! На что она рассчитывала? Чтобы определить ее местоположение, Эйдену достаточно обратиться к рабскому браслету. Полезная штука, однако! И зачем только ее запретили?

Каково же было его удивление, когда он понял, где сейчас находится его собственность.

Городской бордель?

Он выругался. Подобрать приличные слова в такой ситуации не смог даже герцог. Какого демона она там забыла?! Он практически влетел в личный экипаж. Там его дожидались коллеги.

— В городской бордель! — скомандовал Эйден. В салоне экипажа стало так тихо, что можно было услышать, как пищит пролетающий мимо комар. И все в немом изумлении смотрят на герцога, даже не моргают. — Есть важное дело! — отчеканил он таким железным тоном, что вся неловкость мгновенно испарилась. Всем стало понятно, что едут они туда не для развлечений.

Поездка прошла в молчании.

Выйдя из экипажа, Эйден понял, что чувствует местоположение Эльвиры. Очень странно, совершенно новое для него ощущение. Что это? Вполне возможно, что ему подстроили ловушку.

— Боевая готовность, — отдал он короткий приказ, и его люди тотчас прикрылись щитами, а атакующие плетения выставили на изготовку.

— Ваша Светлость, а от кого нам здесь обороняться? — с откровенным недоумением спросил один из его помощников.

Эйден прислушался к своим ощущениям. Со стороны он наверняка выглядит как идиот, которому мерещится опасность, но магия брачной вязи не может лгать. Эльвира в этом здании, и с ней что-то не так.

Неожиданно герцога будто бы ударила молния. Он вздрогнул от пронзившего его магического разряда, покачнулся, и в следующую секунду бросился в здание. Его люди без лишних указаний последовали за своим командиром.

Эйден точно знал, куда идти. Безошибочно сворачивал в коридорах, выбирал нужные лестницы, которые видит второй или третий раз в жизни. Он чувствует: девушка, с которой его связала магия, в опасности.

Когда герцог вбежал на второй этаж, ему уже не требовалась магия, чтобы понять, где находится его «собственность». Из-за дальней двери доносились звуки драки. Арренский даже не помнил, как добрался до той двери. Снес все защиты и распахнул ее мощным ударом ноги.

Его глазам предстала ужасная картина. Бледная трясущаяся Эля, едва стоящая на ногах. Залитый кровью Полкан, над которым занес кинжал Бель — хозяин этого самого Борделя. Выяснять, что здесь происходит, нет времени. Нужно действовать. Первым порывом было броситься к девушке, но Эйдену хватило самообладания и ума удержаться.

Сейчас помощь нужна Полкану. Герцог приказал своим людям увести Эльвиру и охранять, а сам скрутил мага. Это оказалось совсем несложно, Бель даже не сопротивлялся, хоть и сверкал глазами как разъяренный волк. Позволил завести руки ему за спину и скрепить их заклинанием.

— Что здесь произошло?! — потребовал ответа герцог.

— Эти двое проникли в мой кабинет и вскрыли хрон! — рыкнул хозяин борделя. Эйден бросил недоверчивый взгляд на раненого Полкана и сразу понял: Бель не врет. — Девчонка рылась в моих бумагах! Это ограбление! Их нужно арестовать, а не меня! — заявил он.

— Заткнись, — коротко бросил Эйден и грубо толкнул мага в руки своего помощника. Тот доставит его в темницу, а сам герцог займется помощью пострадавшим. Эльвиру и Полкана нужно доставить к целителю. За оборотня можно не волноваться, они известный своей регенерацией. А вот девочке явно досталось, и сомнений в том, кто ее тронул, нет.

От этой мысли все внутри вскипает, а на глаза падает алая пелена ярости. А если бы он, Эйден, не успел бы примчаться в бордель, не спас бы своего клыкастого друга в последний момент?! Бель сильный маг, он легко мог убить даже такого подготовленного оборотня, как Полкан.

И ведь почти убил.

О чем думал отец, отправляя этих двоих в личный кабинет Беля?! Неужели не понимал, насколько это опасная авантюра?! Но ведь хозяин борделя даже не темный маг, он не представляет из себя серьезной угрозы, хоть и другом короны никогда не был. Сильный, хитрый, но очень осторожный.

Зачем привлекли Эльвиру и так понятно. Отец быстро оценил преимущества «золотого ключика» у себя под рукой. А ведь Эйден и подумать не мог, что император будет действовать так быстро! Рано он списал со счетов своего старика, очень рано. Отец всегда был известен своими быстрыми и неожиданными решениями. Даже пожилой лев остается львом.

Но то, что сделали с девушкой, не лезет ни в какие ворота. Вернувшись в карету и увидев ее вблизи, Эйден пожалел, что не поколотил Беля при задержании. Ее шея уже сейчас наливается фиолетовыми синяками.

Бель пытался задушить девушку.

Когда Эльвира потеряла сознание, Эйдена пронзил настоящий ужас. Впервые в жизни на несколько секунд он потерял контроль над своими эмоциями.

А если она умрет? Если этот урод повредил ее внутренние органы? Эльвира ведь такая хрупкая и слабая, а Бель жилистый и широкий, как северный медведь.

Герцогом медленно, но верно начала завладевать паника. Как бы он ни старался взять себя в руки и унять бушующие эмоции, страх за девушку лишь усиливается с каждой секундой. Виной тому ощущения, исходящие от их бледной брачной связи. Ей хуже. Времени мало. Целители могут и не успеть, а потому у него остается только один вариант.

— Эйден, ты куда? — донесся позади него голос Полкана, который выбрался из кареты и только сейчас осознал, куда они приехали. — Зачем мы здесь?! — оборотень в изумлении уставился на Храм Праматери, к которому герцог понес свою «собственность».

Он ничего не ответил. Спешно взбежал по ступенькам и вошел в храм через главные двери. Жрицы, завидев выражение лица герцога, испуганно прижимались к стенам, давая ему дорогу.

Дорогу к Колыбели Драконов.

Формально, Эльвира считается его женой. Да, неполноценной, брачный ритуал не завершен, но все-таки она — жена. Колыбель должна ее принять. Праматерь помогает всем своим детям. Если ее артефакты приняли Эльвиру, то должна принять и Колыбель.

По-другому быть не может. Она не позволит ей умереть.

Он внес девушку в зал Колыбели. Жрица-смотрительница удивленно обернулась, завидев незваного гостья.

— Ваша Светлость? — растерялась она и опустила взгляд, посмотрев на девушку в руках герцога. Главная жрица поняла все без лишних слов. — Колыбель помогает лишь потомков драконов, Эйден, — произнесла она то, что он и так прекрасно знает.

— Она жена, — прохрипел Арренский. Лицо жрицы изумленно вытянулось, но у него нет времени отвечать на ее вопросы. Она выразительно посмотрела на обнаженные ноги девушки, и терпение Эйдена лопнуло. — Откройте Колыбель! — приказал он. — Всю ответственность беру на себя.

Жрица поджала губы, но спорить не стала. Понимает, что если начнет возражать, Эйден ее сам вытолкает взашей. Она послушно открыла Колыбель, подняв белую прозрачную крышку. Эйден спешно подошел к древнему артефакту и осторожно уложил девушку на твердую каменную поверхность. Надавив на прозрачную крышку из алмазного стекла, закрыл Колыбель, но так и не смог убрать руки с прозрачной поверхности. Опустил взгляд на бледное лицо Эльвиры и понял, что не в силах отойти в сторону. Он должен остаться, чтобы быть рядом с ней до конца.

Колыбель Драконов начала окутывать белая дымка. Древняя магия этого места заработала, а значит, Эля будет спасена. Да, бывали случаи, когда состояние уснувших в Колыбели было настолько печальным, что им не могло помочь уже ничего.

Но ведь у Эли не тот случай?

Эйден ведь чувствует ее даже сейчас. Закрыв глаза, он полностью сосредоточился на своих ощущениях. Вязь на запястье незримо связывает его с Эльвирой, и он может уверенно сказать, что сейчас, в эту минуту, она жива, спокойно спит и не чувствует боли. Незаметно он погрузился в то состояние, когда время утекает сквозь пальцы, минуты и часы сливаются воедино. Чем-то похоже на сон, но Эйден явственно осознает происходящее.

Неожиданно он ощутил чужое присутствие и чей-то пристальный взгляд себе в спину. Герцог медленно приоткрыл глаза, выходя из транса и возвращаясь в реальность. Он обернулся.

— Здравствуй, сын, — кивнул отец, когда их взгляды встретились. Пожилой император стоит в трех шагах от Эйдена и не сводит с него пристального взгляда.

— Зачем ты послал ее туда? — хриплым голосом спросил герцог и отметил, как опасно прищурился отец. Никто не осмеливается предъявлять претензии императору, это чревато ссылкой. Но для любимца всегда есть преференции, правда? Впервые Эйден испытывает такую ярости, что хочется ударить отца, накричать на него, высказать все, что накипело. Конечно, он этого не сделает. Отец слишком слаб и стар.

— Должен же я извлечь пользу из ее присутствия рядом с тобой, — подчеркнуто ровным тоном ответил император.

— Ты намеренно меня отослал, — припечатал Эйден. Впервые он выдвинул прямое обвинение против отца.

— Ситуация на Алых Островах требовала твоего присутствия, сын, ты не можешь этого отрицать, — усмехнулся император. Его не так-то просто загнать в угол. Отец прекрасный стратег.

— Ты использовал моих людей, — Эйден невольно зарычал. Эта ситуация его бесит! Эля пострадала из-за него, из-за отца, а ему все равно, и ничего с этим не сделать.

— Твои люди должны быть верны в первую очередь короне, а корона — это я, — парировал император. — Пока, — добавил он примирительно. — Пока еще я.

— Зачем ты пришел? — качнул головой Эйден. Он не собирается стыдить отца. Тот прекрасно понимал, что делает.

— Мне доложили, что ты прибыл в Храм Праматери и настоял на том, чтобы в Колыбель поместили совершенно постороннюю девушку, — произнес отец, но Эйден не почувствовал себя обвиненным. Император лишь констатировал факт и перевел внимательный взгляд на прозрачную крышку древнего артефакта. — Ты никогда не казался мне влюбчивым и легкомысленным, Эйден. Кто угодно, но не ты. Неужели эта девчонка так тебя заинтересовала? — нахмурился он.

— Она спасла мне… — с чувством хотел возразить ему сын, но император жестом заставил его молчать.

— Я готов принять это! — отрезал он, снисходительно кивнув. — Итак среди знати ходят нехорошие слухи о тебе и твоих предпочтениях, сын, — с неудовольствием заметил император, а Эйден поперхнулся воздухом. Какие еще слухи?! — Наличие любовницы пойдет на пользу твоему образу. Я даже закрою глаза на ее прошлое. Уверен, что ты скроешь от общества все, что посчитаешь необходимым. Случившееся сегодня останется тайной. Я наложу личную печать на все документы, касающиеся этого инцидента.

Эйден застыл. Отец ни разу не упомянул слово «жена», и это не случайно. Жрица не доложила ему о браке бастарда и воровки. Хм… Она сделала это намеренно или попросту не поверила Эйдену?

— Мне безмерно любопытно, ради чего ты рискнул моими людьми? — прищурился Эйден, не заостряя внимания на нюансе в виде брачной вязи на его руке, прикрытой рукавом. — Из-за пустяка ты бы не это не пошел, отец.

— Ты мог бы ознакомиться со всеми документами, которые я отправил в твой дом, но вместо этого ты помчался спасать малознакомую девчонку, — развел руками император. — Неужели Колыбель ее приняла? — он вновь метнул взгляд в Эльвиру, бледной куклой лежащей под крышкой. — Очень странно. Подумаю над этим странным явлением этой ночью. Удачи, сын мой, — бросил отец и развернулся, покинув Храм.

С его уходом магическое воздействие Колыбели начало ослабевать. Эйден заметил, что белый туман рассеивается, как и особая атмосфера зала, которая царит здесь, когда Колыбель исцеляет очередную душу.

Эля.

Ей лицо под прозрачной крышкой притянуло взгляд. Девушка уже не такая бледная, какой была, фиолетовые пятна на шее исчезли, дыхание выровнялось, стало медленным и глубоким.

Ей лучше. Только осознав это, Эйден смог спокойно выдохнуть. Камень с души упал. Сзади к нему осторожно приблизилась жрица. Интересно, она слышала его разговор с отцом? Это вряд ли. Император терпеть не может, когда кто-то греет уши возле него.

— На моей памяти это первый случай, когда Колыбель приняла кого-то не из драконьего рода, — негромко призналась она. — Или я не права? Вы сказали, что она ваша жена. Как такое возможно? — последовал закономерный вопрос. Эйден и сам хотел бы получить на него ответ.

— Я обязательно расскажу вам об этом, но позже, — ответил он севшим голосом. — Когда буду уверен, что она в безопасности.

— Девушка проспит еще несколько часов, Ваша Светлость, — с улыбкой произнесла жрица. — Вы можете забрать ее, но можете и оставить в Колыбели для…

Эйден не дослушал, мгновенно приняв решение. Снял крышку и вновь взял на руки свою спящую собственность. Развернувшись, натолкнулся на цепкий взгляд жрицы.

— Надеюсь, вы понимаете, что никто не должен узнать об этом? — спросил он ледяным тоном.

— Конечно, Ваша Светлость, — она едва склонила голову в знак согласия. — В благодарность за вашу преданность Праматери я буду молчать. Но вы пообещаете мне, что расскажете все об этой девушке, — в голосе жрицы зазвучала непривычная твердость.

— Обещаю, — отрезал герцог. Только после этого жрица отошла в сторону, давая ему дорогу. А если бы он не согласился, она бы его не отпустила? Главная жрица лишь кажется хрупкой и нежной женщиной. Эйден как никто другой знает, какой силой и властью обладает эта особа.

При определенных обстоятельствах жрицы могут быть могущественнее императора. Они бдят за соблюдением законов духовных. Обычно ничего серьезного, жрицы не судят тех, кто совершил тяжкие преступления. Но иногда судьба вручает им возможность решать судьбу по-настоящему влиятельных людей.

— Ваша Светлость, погодите! — вдруг окликнула его жрица. Эйден удивленно обернулся. Не успел он и слова сказать, как добросердечная женщина накрыла девушку на его руках теплым пледом. — Пока она спит, ей нельзя мерзнуть, — объяснила она свой поступок.

— Спасибо, — слегка растерялся герцог.

— Идите, — улыбнулась ему жрица. Что-то насторожило Эйдена в этой улыбке. Немного подумав, он понял, что еще никогда не видел главную жрицу такой заботливой и по-матерински счастливой.

Эйден вышел из Храма через главный вход и с удивлением увидел, что на улице уже стемнело. Сколько же времени он провел у Колыбели Драконов? По меньшей мере, шесть часов.

Девушка на его руках зашевелилась, и герцог прижал ее к себе покрепче. Вечерняя прохлада может навредить ей. Плед жрицы тонкий, ослабленную спящую девушку может и не защитить. Нужно как можно скорее доставить ее в теплое и безопасное помещение.

— Ден! — окликнул его Полкан. Эйден удивился. Друг все еще здесь? Неужели ждал его? На лице уже нет следов крови, а вот рана на голове никуда не делась. — Сюда, — оборотень указал ему за угол. — Я нанял экипаж, — объяснил он.

Эйден удивился, но вслух ничего не сказал. Удивляет догадливость Полкана. Этот хвостатый без прямого приказа и пальцем не пошевелит, а тут дождался его, еще и транспорт подготовил. Его, что, подменили?

За углом, вдали от любопытных глаз, их и вправду ждет экипаж. Очень удобно, не нужно светиться перед прохожими. Полкан распахнул перед ним дверь, и Эйден беспрепятственно забрался внутрь. Приземлившись на сидение, уложил Элю к себе на колени, поправил плед и прижал девушку к своей груди. От него тоже исходит тепло, она не должна замерзнуть.

Он этого не позволит.

— Как она? — негромко спросил Полкан, устроившись напротив.

— Жрица сказала, что поправится, — ответил Эйден и заговорил совсем другим тоном. — Докладывай, — приказал он с привычной сталью в голосе.

— Бель доставлен в темницу, ведется допрос. На данный момент, он сознался в незаконном заеме средств, в принуждении к труду и в уклонении от налогов, — отрапортовал Полкан. Надо же, он и доклад получил. Оборотня как подменили!

— Я прибуду в управление только завтра после обеда, сам его допрошу, — решил Эйден.

— Есть, — кивнул Полкан. — Ден, я… — начал было он и нервно облизнул губы. — Я не хотел, чтобы она пострадала. Я пытался ее защитить, — тихим извиняющимся голосом произнес он.

— Отставить! — скомандовал Эйден. — Доложи о том поручении, которое я давал тебе этим утром.

— О Цветущей Равнине? — нахмурился Полкан. — Никаких подозрительных происшествий нами обнаружено не было. Никто не заявлял об исчезновении девушек ее возраста, — выразительный взгляд на спящую Элю.

— Есть что-то девушек с таким же даром? — потемнел лицом герцог. Не такого ответа он ожидал услышать.

— Нет, — вновь качнул головой Полкан. Эйден досадливо зашипел. — Я отправил людей проверить архивы. Ничего нет. Женщин с таким даром в Равнине не рождалось. Значит, она не оттуда, — поспешил успокоить его друг.

— Неужели ее никто не ищет? — не мог понять Эйден. — Семья, родственники, друзья… Пропала девушка! Должен же у нее быть хоть кто-то!

— Все, что нам удалось выяснить — это странное движение чернокнижников вокруг трона, — доложил Полкан. — Но это связано с помолвкой младшей дочери короля с черным магом.

— Отдал дочь за чернокнижника? — брезгливо скривился Эйден. Равнина не входит в круг интересов Империи, он мало интересуется этой страной на другом конце света. Слышал краем уха, что идут переговоры о свадьбе принцессы и черного мага, но никогда не углублялся в эту тему. Со своими чернокнижниками нужно разобраться, а уже потом браться за чужих.

— Еще не отдал, пока заключена лишь помолвка, — уточнил оборотень. — С принцессой… — он почесал голову, припоминя ее имя, — Жизель.

— Ты выяснил все о какой-то принцессе, но ничего не раскопал об Эльвире? — Эйден метнул в него строгий взгляд.

— Эйден, у меня было мало времени! — взорвался оборотень. — Император выдернул меня с утра, связаться с тобой я не успел! Я не хотел, чтобы все так вышло! Я не хотел, чтобы Эльвира пострадала!

— Я знаю, — на удивление спокойно ответил герцог. — Ты пытался ее спасти. Тем не менее, ты должен был найти способ связаться со мной и поставить в известность о происходящем. Помни, что это я ввел тебя в свой ближний круг, а не мой отец. Ты мой человек. Оборотень, если быть точнее.

— Я помню, — ответил ему Полкан, виновато опустив голову. — Больше такого не повторится.

— Надеюсь, — отрезал Эйден, давая понять, что разговор окончен. Остаток пути прошел в напряженном молчании. Арренский то и дело ловил себя на том, что прислушивается к дыханию лежащей на нем девушки. — Завтра жду от тебя полного отчета, из которого можно будет хоть что-то почерпнуть, — коротко бросил он, когда экипаж остановился.

Полкан открыл для него дверь, и герцог беспрепятственно выбрался с Эльвирой на руках.