Глава 44

Стоило открыть дверь и выйти из храма, как на меня обрушились звуки города: цокот копыт, металлический лязг проезжающих экипажей, множество голосов. Кто-то толкнул меня в плечо — в Храме сегодня много посетителей.

А еще в зените. Когда я прибыла сюда, над столицей царила ночь. Сколько же времени прошло? Мне показалось, что я провела на суде не больше получаса, но это явно обманчивое ощущение. Прошло около шести часов, не меньше!

— Эля! — окликнул меня голос герцога. Я заозиралась, но долго искать не пришлось, ибо он сам нагнал меня.

— Ну что?! — набросился с расспросами Эйден, схватив меня за плечи.

— Я… — хотела было ответить, но тут мой взгляд наткнулся на Полкана, маячившего за спиной герцога. — А он что здесь делает? — вырвалось у меня. Оборотень расплылся в наглой улыбке.

— Для моральной поддержки, — подмигнул он мне.

— Эля! — Эйден слегка встряхнул меня за плечи, заставляя смотреть ему в лицо, а не на Полкана. — Что решил суд? — допытывался он, и прохожие начали коситься на нас.

— Отойдем, — предложил Полкан, и Эйден повел меня в сторону от Храма. Далеко идти не пришлось. Мужчины подвели меня к фонтану напротив святилища, усадили на теплые, нагретые солнцем камни, и нависли надо мной.

— Ну? — с нетерпением спросил Эйден, сложив руки на груди. — Сколько дали?

— Нисколько, — улыбнулась я, возведя на них глаза. Мужчины напряженно переглянулись. Я сразу поняла — мне не поверили. Что ж, раз словам отпущенной девушки они не верят, то, возможно, поверят официальной бумаге. Я вытащила из кармана тот клочок, который мне вручил секретарь. Только сейчас, при свете дня я поняла, что это зачарованный пергамент. Его легко узнать: при попадании на него лучей солнца, он начинает переливаться тысячами крошечных искорок. Такой пергамент невозможно поцарапать, порвать, сжечь и вообще уничтожить.

Эйден взял его в руки и развернул. Он и Полкан склонились над бумагой, и их лица вытянулись от изумления.

— Оправдать? — ахнул оборотень, прочитав мой приговор.

— Ты не рад? — поддела я его.

— Снять все обвинения за отсутствием события преступления, — медленно произнес Эйден и оторвал взгляд от приговора и посмотрел на меня. Недоуменно так посмотрел, будто пытался понять, что за мятное недоразумение сидит перед ним и болтает ногами. — Что это значит?

— Богиня решила, что я ни в чем не виновата, — счастливо сообщила я ему. С души будто камень свалился.

— Это я понял! — припечатал Эйден. — Я говорю о пункте приговора «пять-точка-три»: прекратить расследование за отсутствием события преступления! Это же бред! Ты хоть понимаешь, что это означает, Эля?! — обрушился он на меня, будто я сама себе приговор выносила.

— Что же? — уточнила я. Какая-то странная у него реакция. Герцог будто не рад.

— Что никакой кражи не было, — прошептал Эйден, склонившись надо мной. Он приблизил свое лицо так, что я смогла чувствовать его дыхание на своем носу.

— Что значит «не было»? — не понял Полкан. — Как это «не было»?! Я же сам видел, как ты вынул камень у нее из кармана! — взорвался оборотень. Снова эмоции взяли верх над разумом.

— Читай! — Эйден резко выпрямился и сунул бумагу с приговором Полкану под нос. Мне тоже нужно почитать, что там написано. Помимо спасительного «оправдана» там явно много интересного.

Глаза оборотня побежали по строчкам. Чем дольше он читал, тем сильнее хмурился.

— Как это понимать? — он вопросительно посмотрел на Эйдена, который, в свою очередь, не сводит глаз с меня.

— Да что с вами? — негромко пробормотала я. — Вы не рады? Надеялись, что меня упекут в темницу? — эйфория начала отступать, и улыбка на моих губах погасла.

— Да! — с чувством ответил Полкан, но Эйден тут же пнул его в бок.

— Ты украла Сердце? — прямо спросил герцог.

— Нет, — ответила я, но ту же почувствовала, что горло сжимается спазмом. Прозрачный намек на то, что больше говорить мне не позволят.

— Нет?! — воскликнули мужчины в унисон. — Тогда как он оказался в твоем кармане?!

— Я не знаю! — с чувством ответила я и сложила руки на груди. Отвернулась от них, но все равно чувствую, что эти двое не сводят с меня глаз. — Кстати, — произнесла я, рассматривая стайку девушек, спешащих в храм, — к тебе есть вопросы, Эйден. Жрица просила тебя зайти к ней.

— Ко мне? — искренне удивился герцог. — Какие вопросы могут быть ко мне?

— Подозреваю, что вы тоже не чисты перед законом, — не удержалась я от капельки яда в голосе.

— Эля, удивляешь на каждом шагу, — неожиданно в голосе Полкана зазвучало неподдельное уважение. Я даже не поверила тому, что услышала. Посмотрела на него и тут же залилась краской. Оборотень смотрит на меня и улыбается такой теплой, светлой улыбкой, что мне хочется спрятаться от этого взгляда. — Эйден, иди в Храм, — сказал он герцогу. — Я провожу Элю домой.

Я заметила, что Эйден растерян. Он держит в руках мой приговор, перечитывает, и что-то в нем пугает его. Случилось что-то неожиданное для герцога.

— Что не так? — спросила я, но он мой вопрос проигнорировал.

— Если с ней случится хоть что-то… — пригрозил Арренский, метнув в оборотня предупреждающий взгляд, и тот уверенно кивнул.

— Отвечу головой.

— Именно так, — мрачно отозвался Эйден и вновь вернулся к изучению магического пергамента. — Идите.

— Идем, мартышка, — улыбнулся мне Полкан, но я не стала бросаться исполнять его решение.

— Что с вами? — обратилась я к Эйдену. — Что все это значит?

— Не забивай себе голову, — по-доброму улыбнулся герцог. Мне показалось, что мое внимание ему приятно. Очень уж нежная улыбка расплылась на его губах. — Иди. Я вернусь вечером, — прозвучало не слишком уверенно.

У меня не осталось выбора. Не выпытывать же у него ответы посреди улицы, прямо напротив Храма. Расспрошу обо всем вечером.

* * *

— Хорошо, — кивнула я и позволила Полкану себя увести. Герцог поспешил в Храм и вскоре вскрылся за его дверями.

— Значит, ты не крала Сердце, — вновь повторил оборотень, идя очень близко ко мне.

— Ты разочарован? — поинтересовалась я.

— Удивлен, Эля. Приятно удивлен, — ответил мне Полкан. Он подвел меня к экипажу и как настоящий благовоспитанный мужчина открыл передо мной дверь.

— Спасибо, — поблагодарила я и запнулась, когда он предложил свою руку, чтобы подняться в салон экипажа.

— Не за что, — прозвучало с такой нежностью, что на миг мне вообще расхотелось оставаться с ним в одном экипаже. Но деваться некуда. Я не знаю город, и буду искать дом Эйдена до вечера. Придется ехать. Не нападет же он на меня в салоне, в самом деле? — Тебе идет это платье, — едва мы уселись, как в ход пошли комплименты.

— Спасибо, — натянуто улыбнулась я.

— Откуда ты? — сразу перешел к делу Полкан, не сводя с меня взгляда. Ох, не нравится мне его пристальное внимание.

— Из Цветущей Равнины, — я озвучила очевидное.

— Кто твой отец? — внезапно спросил оборотень.

— Отец? — немного растерялась я. — Зачем тебе это знать?

— Неужели он не переживает о том, что его дочь пропала? — от этих слов мне стало больно. — Я думаю, тебя втянули во что-то темное, Эля. Что-то такое, к чему ты абсолютно не приспособлена. Если твой отец приложил к этому руку, если это он поставил тебя в такое положение, то…

— Моя семья тебя не касается! — отрезала я, не успев совладать с собой. — Это не твое дело, Полкан. Не лезь…

— Нет, я буду лезть! — неожиданно жестко отрезал оборотень и подался вперед. — Потому что ты нуждаешься в защите.

— Ни в чем я не нуждаюсь! — оскорбленно ахнула я. Захотелось выпрыгнуть из экипажа на ходу.

— Правда? А если я скажу тебе, что за особняком Эйдена следят уже несколько дней? Если я скажу, что с тех пор, как он поселил тебя там, черные маги повылезали из своих нор, как крысы? Мы находим следы черной магии по всей столице. Такого на моей памяти прежде не случалось. Вы с Эйденом катались на карусели, помнишь? — огорошил меня вопросом Полкан. — Она сгорела вчера.

От этой новости я оторопела. Сгорела…?

— Да, девочка, именно так, — Полкан все прочитал по моему лицу. — Черные маги — старейшие враги Праматери Драконов. И ты, Эля, зачем-то нужна им. Нужна настолько сильно, что они готовы рисковать, подбираясь к тебе. Все еще будешь утверждать, что тебе не нужна помощь? — с издевкой спросил оборотень и многозначительно хмыкнул.

— Почему Эйден ничего мне не сказал? — пролепетала я себе под нос.

— Вот еще! — фыркнул Полкан и откинулся на спинку сидения. — Не хватало только делиться с девчонкой такими вещами!

— Но ты же мне об этом рассказал! — разозлилась я.

— Теперь, когда мы знаем, что ты невиновна, имеет смысл посвятить тебя в некоторые подробности, — выкрутился он. — Раньше я был уверен, что посвящать тебя во что-либо опасно для нас. Вдруг у тебя есть связь с теми, кто приказал тебе украсть нашу святыню. Но теперь я понимаю, что ты их жертва. Поэтому хочу понять, что же там произошло, — он посмотрел на меня с ожиданием.

— Почему об этом мне говоришь ты, а не Эйден? Разве не он принимает все решения? — с сомнением спросила я.

— Он немного занят, — коротко ответил Полкан, давая понять, что распространяться на эту тему не собирается.

— Освободится, тогда мы с ним и поговорим, — с улыбкой сказала я, а Полкана аж перекосило. На что он рассчитывал? Думал, что растаю от его намерения мне помочь и все выдам? Так могла бы поступить доверчивая и испуганная девушка, которая нуждается в защите и поддержке. Но почему Полкан решил, что я именно такая?

— Приехали, — внезапно выдал оборотень. Экипаж остановился.

— Что? — я с недоумением посмотрела в окно. — Но ведь это не дом Эйдена!

— Небольшая остановка, — подмигнул мне Полкан и распахнул дверь. — Ты же не против заехать за парой мелочей по дороге? — не успела я даже ответить, как он своей лапищей схватил меня за руку и практически силой вытащил из экипажа.

Мы приехали на городской рынок. Сегодня здесь не так людно, как в прошлый раз.

— Что происходит? Зачем мы здесь? — на повышенных тонах спросила я.

— Сказал же: нужно кое-что купить! — ответил Полкан и потащил меня за собой, вглубь торговых рядов.

— Полкан, объяснись! — зашипела я, со страхом оглядываясь по сторонам. После новостей о том, что за мной следят черные маги, мне в каждом прохожем мерещится враг. — Эйден тебя убьет за нарушение приказа! А как же безопасность?!

— А тебе что-то угрожает? — нагло ухмыльнулся он.

— Полкан, я не…

— Всё, успокойся, — он вдруг подошел к магазинчику и взялся за ручку двери. Это не лавка, а именно магазин в каменном здании. Взглянув на вывеску, я увидела надпись: «Жемчужина». Больше ничего прочитать не успела, так как оборотень утянул меня внутрь.

Мы оказались в ювелирном салоне. Несколько витрин, в каждой из которых сверкают драгоценности. Помимо нас, здесь еще три покупателя.

— Зачем ты привел меня сюда? — зашипела я, с подозрением присматриваясь к каждому незнакомцу.

— Хочу сделать тебе подарок, — прямо ответил Полкан.

— Не нужно мне от тебя никаких подарков! Полкан, прошу тебя, давай вернемся! — это даже не требование, а мольба.

— Вот выберешь себе подарок, тогда вернемся, — начал шантажировать меня оборотень. Не раньше, — вздохнул он и подвел меня к одной из витрин. На ней оказались разложены самые разные украшения: кольца, браслеты, подвески, заколки. Все их объединяет одно: наличие бриллиантов.

— Я не приму от тебя подарок, — рыкнула я на оборотня.

— Примешь, — ничуть не смутился Полкан, сосредоточенно рассматривая витрину. — Эля, пойми, я чувствую свою вину, — признался он.

— Ты? — Полкан и виновность — несовместимые вещи. Он же наглый, как гусар после кружки пива.

— Я! — жарко подтвердил он. —

Получается, что я все это время издевался и подзуживал над невиновной девушкой, которая нуждалась в защите и поддержке! Как я, по-твоему, себя чувствую? Конечно, я хочу загладить свою вину и все исправить! — он произнес это с таким искренним чувством, что мой праведный гнев утих. — Пожалуйста, прими от меня подарок. Это лишь немногое из того, что я могу для тебя сделать.

Вот как он это делает? Только что я кипела от негодования и его взбалмошности, а сейчас чувствую искреннюю жалость к этому невыносимому оборотню.

— Хорошо, давай, — сдалась я. — Так и быть, приму, — буркнула себе под нос.

— Отлично! — просиял Полкан и указал продавцу на ряд колец. — Ну-ка, дай свой пальчик, — не дожидаясь от меня ответа, оборотень сам взял меня за руку и начал примерять одно кольцо за другим. Он надевает их на средний палец левой руки, хмурится, снимает и примеряет следующее. — Вот! — победно воскликнул он. — То, что нужно! — Полкан просиял сверкающей улыбкой.

Я опустила взгляд и едва сдержала смешок. Главная особенность выбранного им украшения — выпуклый, сверкающий, до неприличия крупный бриллиант. Он буквально перекрывает мой палец и смотрится, мягко говоря, нелепо.

— Превосходно, — с придыханием произнес оборотень, даже не спросив моего мнения. — Беру! — заявил он продавцу.

— Э-э-э, — хотела было возразить я, но почему-то запнулась.

— Что? — Полкан обратил на меня свой взор.

— Ничего, — вздохнула я, поняв, что не хочу с ним спорить. Если он хочет подарить мне именно это кольцо, то пусть так и будет. Я вряд ли надену такую вычурную вещь, но Полкану будет приятно. — Спасибо, — улыбнулась я ему. — Очень красиво.

— Прекрасный выбор, — вмешался продавец. — Бриллиант чистой воды, белое золото высшей пробы, работа лучшего мастера столицы. Кольцо, достойное королевской особы, — он хотел сделать комплимент, но я вздрогнула, будто меня ударили. Вскинула голову, с тревогой посмотрела на продавца, но он лишь улыбнулся мне.

Полкан расплатился десятью (!) золотыми монетами за украшение. Затем взял меня за руку и надел кольцо на средний палец моей левой руки.

— Надеюсь, теперь ты станешь относиться ко мне иначе, — произнес он, послав мне довольную улыбку.

— А я плохо к тебе относилась? — фыркнула я.

— Ты настроена недружелюбно, — заметил оборотень.

— Что? Да это же ты меня подкалывал на каждом шагу! — ахнула я. — Еще и делал отвратительные намеки!

— Прости, — просто и легко ответил Полкан. — Я был не прав. Такое обращение непозволительно по отношению к леди, и я должен был понять это раньше, — вздохнул он и снова напомнил мне кота, который ластится к хозяйке после того, как нагадил в гостиной. — Уверен, ты изменишь свое отношение ко мне, Эля. Также, как изменил я, — снисходительно произнес он. Я уже хотела возразить ему, как вдруг оборотень вновь меня удивил: — Сюда! — он резко свернул. — Ты ведь с утра ничего не ела, правда? Так нельзя.

Только теперь я поняла, что Полкан подвел меня к лавке с выпечкой. Нос защекотал умопомрачительный запах сдобы, мяса и овощей. Рот наполнился слюной. Оказывается, я голодна как бродячая собака.

— Заверните нам все виды пирожков, какие у вас есть, пирог с курицей, пшеничную лепешку и леденцы, — распорядился Полкан.

— Куда столько? — тихо спросила я его, пока продавец заворачивал заказ.

— У Эйдена в доме ни крошки. Еще не хватало, чтобы после всего случившегося ты стояла у плиты, — мне показалось, что он говорит с заботой. — Держи, — он протянул мне горячий ароматный пирожок.

Нужно было возмутиться, сказать что-то про то, что он не должен заботиться о моем комфорте, и вообще, неприлично есть прямо на улице, да еще и руками!

Но вместо этого я молча съела весь пирожок. Какой же он был вкусный! Теплый, нежный, сладкий, с сочной, тающей во рту начинкой!

— Еще? — предложил Полкан, как только я доела самый вкусный в моей жизни пирожок. Он протянул мне еще один, но я и с ним разделалась за пару минут. — И еще! — рассмеялся оборотень, отдавая мне третий на растерзание.

— Спасибо, — ответила я с набитым ртом и тут же спохватилась — это ведь противоречит правилам хорошего тона! Только крестьяне разговаривают, когда во рту еда. Благовоспитанная леди обязана молчать, пока не проглотит последнюю крошку.

До дома Эйдена мы добрались без приключений. Полкан проводил меня внутрь и по-хозяйски развалился на диване в гостиной.

— Ты останешься здесь? — я застыла на пороге. — Разве у тебя нет срочных неотложных дел государственной важности? — осторожно поинтересовалась я, стараясь не обидеть накормившего меня мужчину.

— Есть, — влет ответил Полкан. — Это дело зовут Эльвира. Мне приказано охранять этот объект особой государственной важности и защищать ценой собственной жизни!

— Полкан, я устала, — простонала я. Его постоянные попытки бравировать и предстать эдаким благородным рыцарем уже порядком поднадоели.

— Иди, отдыхай, — уже серьезным тоном произнес он, прочитав все по моему лицу. Не приказал, но настоятельно порекомендовал. — Вечером придет портниха, до тех пор можешь валяться, — «обрадовал» меня оборотень. — Эйден ведь уже сказал тебе? Завтра вечером состоится прием у императора.

— Да, он сказал, — без энтузиазма пролепетала я.

— Не переживай, — приободрил меня Полкан. — Я никому не позволю тебя обидеть.

— А меня собираются обижать? — приподняла бровь я.

— А сама как думаешь? — вздохнул он в ответ.

— Успокоил, — буркнула я себе под нос и отправилась наверх, в свою скромную спальню с маленькой целомудренной кроватью.

— Все будет хорошо, мартышка, — крикнул мне Полкан, и на этот раз это обидное прозвище прозвучало совсем необидно.

От трех пирожков в животе чувствуется приятная тяжесть. Немного подумав, я сняла кольцо с пальца и спрятала его в тумбу. Я прилегла на подушку, но мысли в голове вязкие, зацепиться хоть за одну из них не получается. Вскоре глаза начали слипаться, и все тело сковала приятная нега.

Я задремала.

* * *