Глава 63

После полудня пребывания в заточении я наметила план побега. Да, черный маг оплел мое темницу всевозможными заклятиями, но так даже интересней. Мой талант вскрывать самые сложные плетения никуда не делся, а даже укрепился и развился. Опыт, который дали мне приключения последнего времени, очень пригодился сегодня. Я уже вскрыла первый слой защиты своей темницы, как вдруг меня навестил неожиданный гость. Послышались голоса с другой стороны двери, а затем она отворилась, явив мне…

— Ой! — пискнула Аша, первой увидев его. — Ваше Величество! — она присела в идеальном кошачьем поклоне, припав на переднюю лапу и низко склонив голову. Чего-чего, а идеальной выправки у моего фамильяра не отнять.

— Здравствуйте, отец, — растерялась я и тоже присела в приветственном реверансе.

Папа впился в меня пронзительным немигающим взглядом. Мы будто увидели друг друга впервые в жизни. Отец уже немолод, даже старше отца Эйдена. Седые волосы, худощавое телосложение, узкое, испещренное морщинами лицо. Казалось, за те дни, что меня не было, отец постарел еще сильнее.

— Зачем ты вернулась? — огорошил меня вопросом он. И столько боли в его словах, словно я совершила предательство и ранила отца.

— Вернулась? — не поняла я. — Я… Меня переправили сюда насильно, — выдавила из себя признание.

— Ах… — вздохнул отец, разочарованно опустив взгляд. Что-то в его глазах погасло. Кажется, это была надежда. — Я так надеялся, что ты сможешь затеряться на просторах Драконьей Империи… — негромко произнес он, и от этих слов я обомлела.

— Ваше Величество, но разве вы не злитесь на меня за то, что я сбежала? — осторожно уточнила я. Отец, хоть и в возрасте, но все еще сохраняет трезвость разума. Он поднял голову и одарил меня уставшим разочарованным взглядом.

— Нет, дитя мое, не злюсь, — ровно произнес он. — Если на кого и злиться, так это на себя, Жизель. Больше не на кого.

Я застыла, как громом пораженная. Не верю, что это действительно говорит мой отец, король Цветущей Равнины.

— Но ведь я позорила вас, сбежав из дворца и из королевства, — неуверенно промямлила я.

— На твоем месте любой бы сбежал, — вздохнул отец. — Смерть или изгнанье — что лучше? На мой взгляд, изгнанье, ибо оно обратимо, а смерть нет, — король посмотрел мне в глаза, ожидая, что я что-то пойму.

— Но ведь вы сами решили выдать меня замуж за…него, — сглотнула я, окончательно запутавшись в мотивах отца.

— Я, дочь моя, — на лице отца проступило выражение мировой скорби. — И я никогда себе этого не прощу. Я заставил своего ребенка платить за свои ошибки. Боги буду судить меня за это, и я отвечу перед ними на высшем суде.

— О чем вы говорите? — мотнула головой я. — Если вы не желаете этого брака, то зачем же…

— Ты ведь знаешь, что у меня двенадцать дочерей, — перебил меня отец. — И всего один сын, младший, — с трудом сглотнул он. — Рожая твоего младшего брата, твоя мать погибла, Жизель.

— Да, отец, — медленно кивнула я.

— Я остро нуждался в наследнике, дитя мое, — озвучил он то, что я и так знала. Наследовать корону может только сын, иначе она перейдет другому роду. Девушка не может стать королевой, а значит, отец рисковал потерять власть и прервать династию. — У меня не было иного выбора, — снова тяжкий вздох. — Я должен был что-то предпринять. Мне нужен был сын! — воскликнул он, пытаясь донести до меня важность той ситуации. — Тогда я обратился к темным магам. Они пообещали, что тьма подарит мне наследника, но взамен попросит очень многое. Я сказал, что готов отдать им все золото королевства, но маги лишь рассмеялись. Они сказали, что я оскорбляю их такими предложениями. Их интересует не металл, а нечто более ценное. Жизни. Души. Когда твоя мать родила сына, она не прожила и часа. Я потерял ее и знал, что это моя вина. Она умерла из-за меня. Ее жизнь забрала тьма. Я был уверен, что на этом моя расплата закончится, но нет. Когда ты достигла брачного возраста, ко мне явился самый сильный из черных магов. Многих из них уничтожили драконы, и еще двадцать лет назад он не считался бы сильнейшим, но времена изменились. Он потребовал тебя, — шумно выдохнул отец и сделал паузу, собираясь с силами. — Я не знаю, почему он выбрал именно тебя, Жизель. Возможно, потому что ты самая младшая, а может, он как-то узнал о твоих способностях… Не знаю, но маг был непреклонен. Я пытался отказать ему, искал лазейки, но он пригрозил, что тогда отнимет моего сына. Жизель, прости меня, — произнес король севшим голосом. — Но я не мог поступить иначе. Я не могу отнять у королевства наследника!

Повисло тяжелое молчание. Что сказать? От его признаний я потеряла дар речи. Мой брат родился при помощи черной магии? Мы с ним никогда не были близки, принц всегда воспитывался отдельно. Его и играть-то с нами не допускали — упаси боги, еще упадет, поранится, и королевство лишится наследника. Однако, если все так, как говорит отец, то бояться нужно было не за него, а за нас.

— Планы чернокнижка уже нарушены, — произнесла я, придя в себя. Отец посмотрел на меня с непониманием. Чтобы ему стало ясно, я закатала рукав с брачной татуировкой. Увидев черную вязь, отец изумленно ахнул.

— Драконорожденный?! — отец произнес лишь одно слово, но я поняла его вопрос.

— Да, теперь я его жена, — подтвердила я. Король немного уронил нижнюю челюсть, глядя на меня так, будто я перепрыгнула через скалу без помощи магии.

— Но…как? — сглотнул он, до конца не веря мне.

— Это долгая история, Ваше Величество, — я смущенно отвела взгляд.

— Что ж… Такой поворот, действительно, многое меняет, но не остановит его. Я успел узнать черных магов, Жизель, и вот что я тебе скажу: они никогда не отступаются от намеченных целей и никогда не прощают. Мстительные, злобные существа. Я не знаю, как помочь тебе. В моих силах лишь предупредить.

— Спасибо, Ваше Величество, — поблагодарила я, улыбнувшись. На душе стало легче, будто с нее упал тяжелый камень. Я была уверена в том, что отец ненавидит меня и презирает за побег, за то, что не пытаюсь вернуться домой и противлюсь его воле. Но он будто бы благодарен мне за исчезновение и разочарован, что я все-таки вернулась.

— Тебе не за что меня благодарить, Жизель, — не принял мою благодарность король. — Я уверен, что черный маг убьет тебя. Прости меня за это, дочь. Знай, что в твоей смерти виновен я. Но все это я делаю лишь для благополучия своего королевства. У каждой принцессы есть долг перед своей страной. Для тебя он заключается в том, чтобы умереть во благо страны, — на этой «оптимистичной» ноте отец умолк, затем развернулся и покинул мою темницу.

— Это какой-то бесконечный ночной кошмар, — жалобно простонала Аша. Ее отчаяние передалось и мне. Родной отец знает, что обрекает меня на смерть, но все, что ему нужно — мое прощение. Совесть все-таки мучает, не дает покоя. — Нужно проснуться, принцесса. Нам с вами нужно проснуться! — если бы кошки умели плакать, Аша уже рыдала бы в три ручья.

— Это не сон, Аша, — вздохнула я, стараясь держаться. Закрыв глаза, прислушалась к своим ощущениям: Эйден все также будто бы отделен от меня прозрачной стеной, но я могу его чувствовать. Он ослаблен, растерян, но жив. Могла ли я подумать, проснувшись этим утром, что буду радоваться лишь тому, что мой муж не расстался с жизнью?! — Мы должны выбираться отсюда, — решила я и принялась вскрывать запирающие заклинания собственной тюрьмы. Не прошло и получаса упорной работы, как ко мне вновь пожаловали гости.

Дверь открылась безо всякого стука, впустив черную тучу, в которой я узнала своего бывшего жениха. После нашей последней встречи он переоделся и теперь ходит в еще более черной мантии. В ней он кажется еще больше и крупнее, чем раньше. Чернокнижник не проронил ни слова, но от него сразу повеяло угрозой.

— Зачем вы пришли? — спросила я дрогнувшим голосом и невольно отступила от него на шаг. Маг ничего не ответил, лишь мазнул по мне равнодушным взглядом с пугающими огоньками в глубине. Так смотрят на курицу перед тем, как зарубить ее. — Что вам нужно? — интуиция вопит о том, что нужно готовить к нападению, магия так и норовит сложиться в атакующие плетения.

Чернокнижник прошелся вдоль противоположной от меня стены. Он будто случайно забрел сюда, но я-то знаю, что у таких, как этот маг, ничего случайного не бывает.

— Жи-зель, — протянул он нараспев. — Интересное имя. Дословно означает «залог», — усмехнулся чернокнижник. — Забавно, правда? При рождении ты получила именно то имя, которое определило твою судьбу. Ты — залог того, что твой отец сможет удержать власть и передаст ее сыну. Будь его воля, он бы всех вас обменял на одного мальчика, но тьме не нужно столько принцесс. Ей достаточно одной.

— Вот как? Что же во мне такого особенно, раз за мной охотится сама тьма? — осторожно спросила я и начала медленно пятиться назад. Чернокнижник, как хищник, подбирается к своей жертве, запугивает ее перед главным прыжком. Я уже выставила щиты на максимум и начала плести атакующие заклятия. Буду защищать себя столько, сколько смогу.

— Возможно, твой необычный дар, — ответил чернокнижник. — Возможно, особенности твоей сущности. А может, все дело в том, что ты двенадцатая, — прозвучала странная фраза. — Тьма особенно любит тех, кто благословлен богами. Такие люди обладают особым светом, который очень любит поглощать та огромная сила, которой я служу, — произнес он так плотоядно, что я ощутила себя едой. Впрочем, в каком-то смысле, именно ею я и являюсь. — Твой брак с этим ящером только усилил этот свет, так что я даже рад, что все случилось именно так… — прошелестел он, и я инстинктивно подняла руки в попытке защититься, — сложилось, — прозвучало прямо над моим ухом. Все случилось так внезапно и быстро, что я не успела осознать, что происходит.

Только что черный маг стоял в десяти шагах от меня, а в следующую секунду его силуэт смазался, и он очутился за моей спиной. Мои щиты вмиг были сметены, как бумажные зонтики. Тяжелая мужская рука легла на мою шею, и атакующие плетения сорвались с кончиков пальцев.

— Это лишнее, — раздался смешок, и мои заклинания развеялись. Я ощутила, как он вмешивается в мою магию, перехватывает контроль и разоружает меня. — Способная девочка, даже жаль губить такую редкость. Не будь ты его женой, я бы задумался над тем, не посвятить ли тебя в темные, но теперь слишком поздно. Ты годишься лишь на то, чтобы тьма подкрепилась и стала сильнее, — с каждой минутой его слова звучат все менее четко, перед глазами все плывет, и я теряю контроль над своим телом. — Знаешь, а ведь в этом заключена высшая справедливость, — неожиданно мужская рука обхватила мои бедра и оторвала от пола. Не сумев даже вскрикнув, я оказалась перекинута через плечо несостоявшегося мужа. — Арренский нанес тяжелый урон моим собратьям. Он уничтожил столько чернокнижников, что сама тьма ослабла. А теперь я забираю его жену, благословленную этой шлюхой Праматерью, чтобы отдать тебя тьме. Что это, если не высшая воля? За все нужно платить. Твой муж заплатит самым дорогим, что у него есть.

Все, что происходило потом, я помню очень смутно. Несколько минут меня куда-то несли, и я беспомощной куклой раскачивалась на плече чернокнижника. Мыслей в голове почти не было, как и эмоций. Я словно потеряла себя, став бездушным объектом. Единственное, что я еще могла чувствовать — теплые брачные нити на своей руке. Тепло от них распространялось по телу, расплываясь маленькими волнами. Это заставляло меня чувствовать себя хоть живой и помнить, что есть в этом мире нить, связующая меня с внешним миром.

Чернокнижник начал спускаться по лестнице, и воздух мгновенно стал душным и тяжелым. Сами пространство будто потяжелело, не позволяя нормально дышать. Будь я в нормальном состоянии, уже начала бы задыхаться, но мне нынешней оказалось абсолютно все равно. Даже сердцебиение не участилось.

Мы спустились очень глубоко вниз. Я сразу почувствовала, что нахожусь под землей. Здесь сыро, темно и не доносятся никаких энергии привычного мира. Раздался скрип двери, и меня обдало потоком черной магии. Это не сравнится даже с душным воздухом подземелья, потому что теперь я по-настоящему едва не задохнулась.

Неожиданно меня поставили на ноги — резко, порывисто, будто сгрузили мешок картошки. Но я устояла, даже не пошатнулась, будто заколдованная кукла. Отстраненно я наблюдала, как черный маг прошел к алтарю. Равнодушный взгляд скользнул по постаменту со скелетами животных, зацепился за чашу с алой кровью и остановился на распластанном трупе свежеубитого животного. Не то собака, не то волк — непонятно. Я не испытываю никаких эмоций, хотя где-то мелькает мысль, что нужно кричать от ужаса. Я не могу издать ни звука, да и не хочу. Но тепло на моей правой руке усилилось и начало пульсировать и накатывать большими, ощутимыми волнами. Я лишь отстраненно отметила, что это приятное тепло выступает тонкой защитной мембраной между моим телом и темной энергией, царящей вокруг.

Чернокнижник приблизился к жуткому алтарю, встал на одно колено, низко склонил голову и начал читать молитву на языке темных. Едва зазвучали первые слова, как воздух вокруг сгустился еще сильнее, стало тяжело дышать.

— Прими ее в свое лоно и очисти от всего лишнего, — разобрала я слова на незнакомом языке. Молитва резко оборвалась, и концентрация темной магии достигла апогея. Ее можно было почувствовать почти физически.

Чернокнижник стремительно поднялся и направился ко мне. Что-то екнуло внутри от вида его массивной фигуры, опасно надвигающейся на меня. Маг подхватил меня на руки и понес к алтарю. Он усадил меня на холодный черный камень, на небольшом расстоянии от убитого животного. Большие руки легли мне на плечи и надавили, заставив лечь на спину.

Едва я приняла лежачее положение, как в меня словно ударила молния. Огромная масса энергии ворвалась в мое тело и затопила его без остатка. Я чувствовала ее повсюду, словно меня погрузили в ледяную воду. Огромная сила сокрушила все мои барьеры, кроме одного. То самое тепло, которое разливается от брачной метки, не пало. Я ощутила, как оно усиливается, уже почти обжигает меня, но даже и не думает отступать. Если тьма представляет из себя холод и лед, то энергия метки — это огонь, который топит лед.

Мое сознание почти выпало из реальности. Весь мир сузился до одной точки, в которой ледяная энергия борется с силой огня. Тьма напирала, пыталась сломить сопротивление, но не смогла. Ей не удалось даже подточить несгибаемую силу огня.

Сколько прошло времени? Сложно сказать, ведь время для меня исчезло. Возможно, год, а возможно, всего несколько минут. Но я помню момент своего пробуждения, ту самую секунду, когда сознание и чувства вновь вернулись ко мне. Это произошло так внезапно, словно я резко проснулась от долгого сна.

Однако, сомнения в том, что все происходящее — сон, никуда не делись, ибо мне предстала невероятная картина. Разрушенный тронный зал, стоны раненых…дракон?! Передо мной стоит дракон! Огромный, высотой под потолок главного зала, дракон! Мотнув головой, попыталась проснуться или сбежать обратно в бесчувственное состояние, но ничего не получилось. Передо мной по-прежнему разрушенный тронный зал родного дворца, в нос бьет сильный запах гари, а еще чья-то сильная рука перехватила меня вокруг груди, прижала руки к туловищу и крепко сжимает, не давая возможности пошевелиться. Что такое…?

Я подняла голову и, к своему безмерному удивлению, увидела…Полкана. Это он держит меня, при этом сам будучи раненым. Его щека исполосована множеством царапин, будто оборотень решил сразиться с огромной кошкой.

— Что случилось? — прошептала я, посмотрев в глаза Полкана. Тот недоверчиво прищурился и осторожно спросил:

— Неужели очнулась?

* * *