Глава 10

Дамиан Колдуэлл

Вот только Дамиан слишком много времени провёл вдали от родины. Он успел привыкнуть к куда более свободным валезским нравам. Забыл, что в Никарии всё по-другому. Там скомпрометированная невеста получала полную свободу выбора и могла бы просто покинуть церемониальный зал, здесь – её судьбой по-прежнему распоряжались другие. В частности, его величество, который и вынес такое решение – выдать Селестину Грей замуж за Колдуэлла.

Видит богиня, он этого вовсе не желал. Намеревался лишь всего-навсего освободить девушку от Джеремайи Стрикленда, до неё каким-то загадочным образом угробившего уже двух ни в чём не повинных женщин, а включая Ринэлис, даже трёх, и не дать ему погубить ещё одну судьбу. К тому же сама Селестина тоже этого хотела. Она собиралась замуж за его сводного брата не по собственному желанию, а потому, что выполняла волю родителей. И само собой, брак с человеком, которого, как ей казалось, леди Грей видела впервые, также не входил в её планы.

Но король решил иначе. Рассудил, что женатый придворный чародей ему предпочтительнее холостого, а тут сразу же после его назначения на эту должность такая возможность представилась. То, что его второй советник таким образом оставался без супруги, Орена, похоже, ничуть не смутило. Он и в молодости таким был. Если чего-то хотелось, добивался своего любыми путями.

Пожалуй, не самое худшее качество для правителя, если не злоупотреблять им.

Его королевское величество настоял на своём и поженил их. А затем отправил в домик для новобрачных под предлогом того, что они должны побыть вдвоём, пока переделывают отведённые им покои в замке. Подозревая, что Джеремайя может как-то использовать это против него, Дамиан оставил приглядеть за всеми работами слугу, а сам отправился сюда вместе с молодой женой, с которой, по правде говоря, не представлял, что делать.

Он так и не разобрался, в чём же состояла её ценность для Стрикленда. Тот, оказывается, ещё и долги на её отца повесил. Наверняка сам же его перед этим и довёл до разорения. От сводного братца всего можно было ожидать, и такого – вполне. Но почему же именно эта девушка?..

«Надо узнать больше об обстоятельствах смерти его предыдущих жён», – подумал Колдуэлл. Сейчас, когда он попал в королевский замок и занял место придворного чародея, это будет проще. Кстати говоря, следовало бы ещё выяснить, что произошло с его предшественником, по какой причине он оставил свой пост – умер, захворал или впал в немилость.

– Вы обещали, что мы обо всём поговорим, когда останемся наедине, – с настойчивостью, которой сложно было ожидать от запуганной провинциальной барышни, произнесла Селестина. – Я уже поняла, что у вас с лордом Стриклендом свои счёты. А я-то здесь при чём?

– Мне и самому это интересно, леди, – усмехнулся Дамиан, проводя подушечкой пальца по жемчужинам на браслете. Как давно он его не видел… С того самого дня, как попрощался с сестрой, ещё не зная, что их разлука – навсегда.

– Вы… вы просто увиливаете от ответа! – заявила она возмущённо. – Я вас не знаю! Понятия не имею, где вы взяли моё покрывало и зачем выдумали всю эту историю о том, что якобы прошлую ночь я провела у вас!

– А вы помните, где её провели?

– Разумеется! Моя карета сломалась, и одна пожилая женщина любезно меня приютила! Я переночевала в её доме… одна!

Девушка уверенно пересказывала легенду, которую чародей сам вложил в её голову. Знал бы, что так выйдет, не стал бы стирать её воспоминания. Если не Джеремайя дал ей этот браслет, выходит, она каким-то невероятным образом обнаружила его в доме Колдуэлла. В комнате Ринэлис, где оставалась всю прошлую ночь. А потом забыла об этом, причём не сама, а его, Дамиана, стараниями. Потому теперь и не может ничего толкового рассказать. А что если с браслетом было найдено что-то ещё?..

Увы, вернуть ей память чародей не мог. Она могла только сама возвратиться, и то не сразу, а со временем. Значит, придётся набраться терпения и ждать. Обыскать бы ту комнату, но пока Колдуэлл не имел права покидать королевскую резиденцию. А браслет… браслет пусть пока остаётся у своей новой хозяйки.

– Возвращаю вам его, – проговорил он, отдавая украшение, и Селестина тут же натянула браслет обратно на запястье. – Берегите только. Это… очень особенная вещь и очень мне дорогая.

– Не понимаю… – покачала головой девушка. – Я ведь никогда в жизни не встречала вашу сестру… и вас тоже… – Она вдруг сделала глубокий, отчаянный какой-то вдох и умоляюще сложила руки. – Пожалуйста, лорд, отпустите меня… Позвольте аннулировать наш брак… это возможно, я знаю… если мы не…

– Допустим, я вас отпущу, а что насчёт Стрикленда? – отозвался Дамиан.

– Лорда Стрикленда? Вы думаете, он… Даже после того, как вы его опозорили на церемонии…

– Подумайте, леди, готов ли он вас отпустить. Пока вы моя жена, у вас есть какая-то защита. Но, стоит вам снова стать одинокой и незамужней, Джеремайя Стрикленд мгновенно возьмёт вас в оборот. И про долг тут же вспомнит, не сомневаюсь. Готовы ли вы противостоять ему, леди Грей? Я знаю своего сводного брата, помню, каким он был, и могу представить, каким стал. Вы против него – точно ягнёнок против матёрого волка.

Селестина молчала, но явно задумалась. Покусывала губы – полные и, чего греха таить, очень соблазнительные. Вздыхала, отчего приподнималась высокая грудь в вырезе платья.

Колдуэлл отвёл взгляд. Вот так откровенно любоваться на девушку, пусть даже собственную жену, не лучший вариант поведения в настоящее время. Ей и без того нелегко пришлось и ещё придётся. В том, что Джеремайя едва ли угомонится, чародей не сомневался. Если ему в самом деле для какой-то конкретной цели нужна именно леди Грей, он её в покое не оставит.

– Хотите сказать, вы женились на мне, чтобы защитить? – вздёрнула голову Селестина. Глаза её поблескивали от сдерживаемых слёз, но сейчас она уже взяла себя в руки. Настоящая леди, что тут скажешь.

– По правде говоря, я не думал, что его величество нас поженит, – сознался Дамиан. – Но отказаться было уже нельзя. Вы ведь и сами попытались, даже готовы были в монастырь уйти, лишь бы не становиться моей женой…

– Да, – не стала отрицать собеседница. – Потому что я надеялась выбрать себе мужа сама… когда-нибудь. И не так.

– И я не предполагал, что мне придётся жениться подобным образом. Да и вообще в ближайшее время вступать в брак не планировал, – развёл руками Колдуэлл. – Но, раз уж мы оказались в такой ситуации, предлагаю использовать её взаимовыгодно.

– Это как? – настороженно уточнила девушка. Во взгляде её мелькнул затаённый страх. Всё-таки она его боится, да и неудивительно, после такого-то обращения со стороны недавнего жениха. Едва ли леди Грей прежде сталкивалась с жестокостью со стороны мужчин. Отец её явно не обижал, братьев не было, тётя, взявшая на себя обязанность заботиться и опекать племянницу, замуж не вышла.

– Подумаем и обсудим, – ответил на это чародей.

– И я тоже могу над этим подумать? – уточнила Селестина. В этот момент у неё громко заурчало в животе, и она смущённо прижала ладонь к поясу платья. Дамиан нахмурился.

– Когда вы в последний раз ели? – осведомился он.

– Что? Не помню, – пожала плечами девушка. Живот её при этом заворчал ещё громче.

– Ступайте за мной, – развернулся Колдуэлл.

– Куда? – донеслось из-за его спины.

– На кухню. Будем ужинать. Я тоже проголодался.

Возражать она не посмела – послушно последовала за ним. Благо об их сытости и комфорте позаботились заблаговременно. Кухня оказалась полна припасов.

– Готовить-то хоть умеете? – поинтересовался чародей, ожидая от молодой леди отрицательного ответа, но она его удивила.

– Умею. Дома научилась. Будете омлет с овощами?

– Не откажусь, – согласился Дамиан.

Из кухни он так и не ушёл – остался понаблюдать за процессом. Поначалу леди Грей стеснялась его присутствия, но затем её увлекла готовка, и она даже не смотрела на него, занимаясь явно привычным и даже любимым делом. Тонко шинковала овощи, разбивала в миску яйца, добавляла молоко, и всё это легко, аккуратно, не задумываясь.

– У вас что, поварихи в доме не было? – полюбопытствовал Колдуэлл, когда на плите уже скворчал, румянясь, пышный омлет, а кухня постепенно наполнялась вкусным ароматом.

– Была, почему нет? – откликнулась Селестина, нарезая на щедрые ломти холодный окорок. Очевидно, рассудила, что мужчине, чтобы насытиться, одного омлета будет мало. – От неё и научилась.

– И понравилось?

– Да. Я даже думала… может, открыть свою таверну, начать зарабатывать. Но такие заведения женщины обычно не держат, только работают там…

– В столице есть кофейни, – заметил чародей. – Туда ходят барышни, дамы с детьми. Думаю, ты бы смогла стать хозяйкой в таком месте.

– Это только мечты… – вздохнула она. – Пока я не в том положении, чтобы… Садитесь за стол, лорд Колдуэлл, придётся вам сегодня поесть на кухне.

– Не зови меня так.

– Что?

– Мы ведь женаты. Так что называй меня по имени. Просто Дамиан.

– Тогда и вы… можете звать меня Селестиной… – отозвалась девушка, опустив взгляд. Сняла с плиты готовый омлет, разделила на две порции, себе взяв чуть поменьше, поставила на стол. Рядом блюдо с окороком, корзинка с хлебом, ваза с фруктами.

– Уже зову, – хмыкнул чародей. – Только мысленно. Приятного аппетита, Селестина.

– И вам лорд… Дамиан.

Трапезничали в тишине, почти не переговариваясь за едой, но почему-то это молчание казалось не напряжённым, а каким-то… уютным, что ли. За время своей ссылки, живя вдалеке от семьи, после случившегося с Ринэлис ставшей неполной, Колдуэлл привык завтракать, обедать и ужинать в одиночестве. Тем приятнее было поглощать пищу в компании девушки, которая, даже не зная всей истории, разделяла с ним это бремя. Бремя ненависти и желания отомстить, стоящей за браслетом тайны, горечи одиночества и лишений. Жизнь Селестины Грей, как и его собственная, тоже бесповоротно изменилась, свернув в неожиданную сторону, и другая на месте этой молодой леди наверняка уже закатила бы настоящую истерику.

– Очень вкусно, – совершенно чистосердечно похвалил омлет Дамиан, отодвигая пустую тарелку.

– Вы, наверное, привыкли к более изысканным кушаньям, – заметила Селестина.

– В Валезии едят улиток и лягушек, вы знаете? – усмехнулся он.

– Что, правда? – изумлённо приоткрыла рот собеседница. – А вы… оттуда? И родились там?

– Нет, – качнул головой чародей. – Родился я здесь, в Никарии. И даже не очень далеко от вашего родного города.

– А вы откуда знаете, из какого я города? – снова насторожилась она. Ну прямо как маленький неприрученный зверёк, который вроде и тянется к человеку, но всё равно его боится. С ней надо быть деликатнее, а Колдуэлл от такого тоже успел отвыкнуть. Живя в Валезии, он не мог пожаловаться на отсутствие интереса со стороны женского пола, но серьёзных отношений не искал, а с теми дамами, что желали несерьёзных, всё было куда проще. Подарки, поездки в театр, намёки, понятные обоим, и вот уже её будуар распахнут для его визитов.

– Я многое знаю. Забыли, что я чародей? – хмыкнул он и, поднявшись с места, вышел, чтобы не смущать Селестину ещё больше. А когда вернулся, обнаружил, что его молодая супруга крепко спит, уронив голову на сложенные на столе руки.