Глава 5

Я смотрела на расширявшийся проем, залитый светом, и не знала, чего ожидать. Но из раскрытой двери повеяло теплом, и я, больше не раздумывая, прошмыгнула внутрь.

Это были обычные покои, состоявшие из нескольких комнат. Та, куда я вошла, напоминала гостиную, обставленную с изысканным вкусом. Здесь находились диваны, кресла, маленькие лакированные столики и не было даже намека на кровать.

– Кто там? – раздался из другой комнаты слабый голос.

«Мужчина?» – вздрогнула я и застыла на одной ноге как цапля.

– Это я, Сули. Вы позволите войти?

– Закройте дверь, сквозит.

И следом послышался натужный кашель больного человека, который к тому же еще и захрипел. Я не на шутку перепугалась, бросилась к входу в комнату, но сразу вернулась к двери. Схватилась за ручку, чтобы ее закрыть, а эта зараза почти полностью вошла в боковой косяк проема и не сдвинулась с места.

– Не получается закрыть! – извинилась я. – Подскажите, как это сделать.

– Нажми на спираль с внутренней стороны комнаты, – прошелестел голос и опять сорвался от кашля.

Спираль тоже не желала поддаваться. Казалось, будто ее что-то удерживает изнутри. Я и тянула, и стучала кулаком по ней, и дула – результата не было. Зато согрелась от усердия, даже вспотела и… прозевала опасность.

Она бесшумно появилась из коридора в виде трех дюжих стражников. Они так внезапно материализовались передо мной, что я не успела ничего сделать. Одного я узнала. Именно он сопровождал незнакомца в маске и меня в замок.

– Держи ее, Гвен! – крикнул другой.

Они с трех сторон набросились на меня. Я увернулась от одного, ударила локтем другого, пнула третьего и прорвалась к двери. И тут случилось неожиданное: створка вышла из пазов и начала быстро закрываться. В своем теле я бы успела просочиться в щель, но не в тщедушном тельце Сули.

– Черт! Черт! – завопила я, встала спиной к стене и лицом к стражникам и приняла боевую стойку.

Не знаю, наверное, смешно было смотреть на щуплую девчонку в шелковой ночной рубашке с детскими кулачками, но мне на это было наплевать: сдаваться я не собиралась.

– Слушай, невеста, хватит дурить, – попытался уговорить меня Гвен. – Не ты первая, не ты последняя.

– А ты, гад, попробуй, подойди!

– Вот дура!

Ругнулся один стражник, кинул Гвену черный рулон. Я не сразу сообразила, что это, и попалась. Рулон оказался плотной сетью. Охранники мгновенно растянули ее и бросились на меня. Они скрутили мне руки и ноги и превратили в обездвиженный куль, как я ни сопротивлялась.

Стражники тяжело дышали, я лежала на полу и чуть не выла от злости. Тут мне показалось, что в проеме в комнату кто-то стоит и наблюдает за происходящим.

– Спасите! – закричала я. – Помогите! Я не хочу!

Больной мужчина только надрывно кашлял. И отчего-то в этом кашле мне чудились смешки. Но анализировать ситуацию было некогда: меня взвалили на плечи и понесли. Я извивалась, крутилась, пыталась даже укусить сквозь сеть, но мужчины не обращали на мой протест никакого внимания.

Шли они недолго, видимо, я уже успела подобраться к краю лабиринта. Буквально через пару минут я снова оказалась в покоях герцога.

По-прежнему завёрнутую в сеть, меня бросили на кровать. Я закрутилась с удвоенной силой, чтобы освободиться от пут.

– Зря стараешься, – хохотнул надо мной герцог. – Мои люди знают толк в стреноживании строптивых лошадок.

Я замерла, обессиленная, приподняла голову и посмотрела на него сквозь пелену рыжеватых волос. Сейчас на нем был длинный халат, полностью скрывавший наготу. Герцог не отправил меня за нападение в темницу, не приказал казнить, а вернул к себе в спальню. Я облегченно выдохнула: все же теплилась в груди надежда, что мы сможем договориться.

Я дунула, пытаясь убрать прядь с лица, но лишь пощекотала волосами нос и оглушительно чихнула.

– Отпустите меня, – попросила тихо, поняв, что не смогу сама выпутаться из кокона. – Я хочу поговорить с Грегором.

– Зачем? С твоим женихом я все вопросы уже решил.

– Я не верю, что он меня продал.

– Верить или нет – твое дело. Но факты говорят сами за себя. Твой жених заключил со мной сделку, и ты – ее часть. А теперь, полагаю, нам стоит поставить на документе печать.

Его слова прозвучали двусмысленно, и я опять закрутилась. Не рассчитала силу и свалилась с кровати на пол.

– Твою ж мать! Да что с вами не так! – я зажмурилась от боли, прострелившей все тело. – Неужели вам нравится насиловать женщин?

Но герцог лишь расхохотался.

– А ты забавная малышка. Пожалуй, оставлю тебя у себя на парочку дней.

Герцог легко поднял меня, положил в постель и схватил кинжал. Паника ударила в голову, разнесенная по всему телу адреналином. Я задрожала и внутренне сжалась. Вот так бесславно закончить свою жизнь в чужом мире я не планировала.

– Я согласна! Согласна! Делайте свое дело и оставьте меня в покое.

Герцог запрокинул голову и весело рассмеялся.

– Ну уж нет! Ты упустила возможность разойтись мирным путем. Теперь я буду решать, что делать с тобой и как.

Он разрезал сеть, освободил мою голову, оставив тело спелёнатым, убрал волосы с лица, потом позвонил в колокольчик. Слуги принесли кувшин, поднос с закусками, тазик и несколько полотенец.

– Держите ее! – резко приказал он.

В голове словно коротнуло что-то. Все мысли сбились в один липкий комок страха

«Что он собирается делать теперь?»

Этот человек был полной загадкой. Как я ни старалась, но не могла предугадать его действия.

Двое слуг схватили меня, посадили на кровати, спустив ноги вниз. Чувство беспомощности убивало. Я была в полной власти герцога и ничего не могла сделать.

А он тем временем принес таз, налил в него воду, смочил полотенце, наклонился ко мне. Я видела его совсем близко, но лицо было бесстрастным, словно высеченным из камня.

Лорд смочил полотенце, отжал и бережно, нежно прикоснулся к моим щекам, провел по шее. Теплая вода приятно обожгла кожу, смывая остатки липкой паутины и пота. Замерзшее тело оживало: постепенно возвращалась чувствительность, отступали онемение и страх.

Но прежнее притяжение не вернулось. Я чувствовала, что полностью управляю своим мозгом и телом.

И тут герцог перешел к моим ногам. Это было так странно, что я задергалась, но слуги надавили на плечи, и я замерла. Будь что будет! Господин мыл меня, а я пыталась угадать его намерения. Кто он? Воспитанный мужчина, пытавшийся понравиться смазливой девчонке? Или просто палач, оттягивающий неизбежное?

Влажное полотенце охватывало ступни, а я вздрагивала и напрягалась каждый раз, когда пальцы герцога поднимались чуть выше по ноге. В его движениях не было даже намека на вожделение или сексуальную игру, зато я испытывала что-то наподобие шока. Никто и никогда не мыл мне ноги. Ни один мужчина, тем более такой знатный и властный.

Закончив умывание, он вытер ноги сухими полотенцами, затем встал и отошел к столу. Не произнеся ни слова, взмахнул, и слуги исчезли, как бессловесные тени при зажженном свете.

Щелчок замка. Грохот двери. Я вздрогнула: мы отрезаны от остального мира.

Очередной круг противостояния замкнут.

Атмосфера в комнате дурманящая. И этот дурман выбрасывали в воздух горящие свечи. От запаха слегка кружилась голова, волновалось сердце. Я сидела неподвижно, давая себе возможность ощутить всю тяжесть момента. И мне было так же страшно, как во время первого секса в восемнадцать лет.

«Это эмоции Сули, не мои», – сказала я себе и попыталась пошевелиться.

И сразу удивилась: теперь могу сидеть без поддержки слуг, даже показалось, что путы ослабли, и появились мысли опять спасаться побегом. Но теперь я уже знала, что это ни к чему не приведет.

Герцог взял с подноса графин с какой-то темной жидкостью и направился обратно ко мне.

– Что это? – спросила я.

Мое сердце забилось чаще от недоброго предчувствия.

– Вино. Выпей, оно поможет тебе расслабиться.

И я мгновенно почувствовала, как пересохло горло. Каждое слово пробивалось с трудом.

– Тогда развяжите меня.

– Я не хочу еще раз получить коленом по причинному месту, – усмехнулся герцог. – Позволь за тобой поухаживать.

Он говорил тихо, не напрягая голоса, но я отчетливо услышала угрозу, поэтому не стала сопротивляться. Герцог взял меня одной рукой за шею сзади, а второй поднес кубок к моим губам. Его глаза не отрываясь смотрели на меня, и я смутилась под этим пристальным взглядом, сделала первый глоток. Вино было восхитительно вкусным. Горячее тепло бежало по сосудам, а я глотала, глотала и не заметила, как выпила все.

Последние капли слизнула языком, а потом провела им по губам. И тут опять поймала насмешливый взгляд. Странная вспышка нетерпения сверкнула в его глазах.

«Неужели он думает, что я хочу его соблазнить? – мелькнула мысль. – Или он играет со мной, как кошка с мышкой?»

Не такую первую ночь ждала Сули. Ох, не такую!

– Спасибо, – вежливо поблагодарила я, собрав все мужество в кулак, чтобы не показывать свое смятение. – В той комнате, где меня нашли ваши люди, лежит больной человек.

– Я знаю.

Герцог встал, убрал на место кубок, вернулся ко мне с кинжалом в руках. Адреналин мощной волной хлынул в кровь, ударил шумом по ушам. Я едва сдержалась, чтобы не закричать. А вдруг это омовение было добрым жестом перед жестоким убийством? Я же не знаю, может, в этом мире такие законы.

Господин зашел со спины. Теперь я его не видела, отчего стало еще хуже, неизвестность сводила с ума.

– Ему п-плохо, – заикаясь говорила я, лишь бы не молчать. – Нужен лекарь. Он задыхается в своих покоях.

Герцог натянул сеть, у меня мурашки стадами побежали по спине, я невольно свела лопатки.

– О нем позаботятся другие, – спокойно ответил он и резко дернул.

«Он разрезает сеть! – сообразила я и чуть не заплакала от счастья. – Он не собирается меня убивать!»

Это открытие придало сил и решимости.

Рваными кусками сеть падала на пол, освобождая меня. Я расправила плечи, растерла затекшие руки в полосках от ячеек, подергала ногами. Внутри разливались покой и радость. Тело стало легким, просто невесомым. Чудилось, что сделаю резкое движение и взлечу.

Я расправила на коленях рубашку и встала. Пошатнулась, герцог поднял меня на руки. От неожиданности я обхватила его руками за шею и втянула восхитительный запах мужчины.

Голова закружилась, а вместе с ней закрутился и потолок.

– Возьми меня, – прошептала я и закрыла глаза.