Глава 22

Глава 22

У меня просто нет слов. Во всяком случае приличных.

– Есть желание остаться и отпраздновать? Или хочешь уехать? – подойдя ко мне ближе, спрашивает Богдан.

– Угу.

– Что конкретно “угу”?

– Остаюсь. Я сегодня еще ничего не ела, а тут хотя бы торт точно есть.

– О, далеко не только торт.

Богдан взял меня за руку и повел к шатру. Ничего, я сейчас подкреплюсь, восстановлю силы и устрою супругу веселую семейную жизнь. Он еще сто раз пожалеет. Но при всех разборки не люблю, уже поздно что-то делать, а показывать себя истеричкой еще и при детях, нет желания.

Праздник вышел не очень долгим, но, на удивление, не напряженным и где-то даже душевным. Живая музыка, вкусная еда, теплые поздравления и пожелания счастья, даже ведущий появился и интеллигентно юморил и организовывал легкие больше интеллектуальные конкурсы. Торт вообще оказался шедевром кулинарного искусства, как внешне, так и по вкусовым качествам. Только я, наверное, и создавала напряжение, отказываясь целоваться под крики “Громко!” и танцевать с “мужем”, но Богдан и не настаивал, он вообще был вполне доволен жизнью и крайне благодушен.

Под конец вечера меня попросили запустить запустить букет невесты. Мне вручили цветы, а ловить букет вышли все только трое красавиц. Сестренки и Катя. Больше незамужних тут не оказалось. Но с каким азартом и блеском в глазах эта троица готовилась ловить букет, сколько потом было визга.

Поймала букет все-таки Катя, малышки разревелись, и Катя тут же отдала цветы девчонкам. Все разошлись довольные. Девочки с букетом, а Катя с осознанием того, что букет поймала все-таки именно она.

– Отвези меня ко мне домой, – требую я, когда мы неспешно бредем с Богданом в в сторону стоянки. – Я пойду завтра развод оформлять.

– Я пока не готов к разводу, Алин.

– А я это сделаю при первой возможности. Как ты мне это запретишь? Привяжешь к батарее и не будешь никуда выпускать?

– Если уж привязывать, то лучше к кровати. А так, я хочу дать нам хотя бы пару недель. Куда-то на самолете пока не полетим, с твоим настроем не выйдет сесть на самолет.

– О чем ты говоришь?

– На дачу ко мне поедем. Там хорошо, природа отличная, рыбалка невероятная. Глушь, правда, сеть вообще не ловит и волки по окрестностям бродит. За забор лучше без меня не выходить.

Остановилась.

– Серьезно? После всего, что ты сотворил и еще планируешь, думаешь, я тебя когда-нибудь прощу?

– Давай так, две недели со мной, и если не простишь, я не буду никак препятствовать разводу, отвезу тебя куда захочешь и компенсирую нанесенный тебе моральный ущерб.

– Не-а.

Богдан открывает передо мной дверь своей машины и приглашающе вытягивает руку.

– Что ты теряешь?

– Дело вообще не в этом. Либо я сейчас уезжаю домой, либо…

Богдан тяжко вздохнул, приблизился ко мне, взял за талию и запихнул в салон машины. Вот же баран.

– Поехали, – приказывает Суворов водителю и машина трогается с места.

– Я так понимаю, тебе еще и проблемы с законом нужны, – мрачно произношу я.

– Как пожелаешь. Через пару недель можешь мне устроить эти проблемы.

Угораздило же связаться с этим… у-у, зла на него не хватает.

Ехать пришлось долго. Очень успела за время дороги незаметно для себя задремать, проснулась, когда уже остановились, причем на руках у своего негаданного супруга.

Первое, на что обратила внимание, это огроменный, мощный такой высокий забор.

– Ты забор специально к моему приезду поставил? – отодвигаясь от Богдана, спрашиваю я.

– Нет, такой и был, места глухие, диковатые.

– А тебя, кстати, за эти две недели на работе не потеряют?

– Для всех мы в длительной командировке. Последние пару-тройку лет я буквально жил на работе, теперь можно заслуженно и отдохнуть.

– В каком смысле “мы”? Я разве не уволена?

– Нет, с чего бы? У тебя контракт. Прогул я тебе простил.

– О, я прямо трепещу, великое прощение получила. Можешь увольнять.

Богдан хмыкнул.

– Мы уже много раз говорили на эту тему. Такую ценную сотрудницу я не могу отпустить.

– В чем же такая большая ценность у меня?

– Самое главное, ты способна заряжать позитивом, хорошим настроением и вообще меня вдохновляешь.

– На глупости?

– На подвиги. Можно выходить, кстати.

Первым вышел Богдан, открыл мне дверь и помог выбраться.

Оглядываю темную громаду здания. Уже ночь и дом выглядит впечатляюще.

– Ну и домище. У тебя что, гигантомания? – спрашиваю язвительно. Настроение такое.

Богдан не торопится отвечать, подводит меня к крыльцу, а затем берет на руки.

– Что ты делаешь?

– Традиция, кажется, такая есть.

Дверь нам открывает водитель, Суворов заносит меня на руках, и только после этого ставит на землю.

– Как все запущено. Кошку в новый дом запускаешь? Женщин с пустыми ведрами опасаешься?

– Не то чтобы я очень верю, но в некоторых случаях хочется, придерживаться традиций. Проходи. Наша комната наверху, пойдем покажу.

– Никаких наших комнат.

Иду вперед, осматриваюсь осторожно. Дух захватывает, конечно, от этого просторного дома. Действительно мощный, основательный, просторный. Здесь очень приятно пахнет природой, деревом и своя особая атмосфера. Спокойствия, что ли. Большие окна. О, какой камин шикарный,

– Хорошо тут, – не хотела хвалить, но само вырвалось.

– Я начинал строить этот дом с мыслью о большой семье, о том, как буду приезжать сюда с детьми, учить их рыбалке, ходить в походы, а по вечерам собираться за столом на свежем воздухе, – вдруг произнес Богдан, очень меня удивив.

Обернулась.

– Ты же против детей и семьи.

– Так было не всегда. Да и сейчас не совсем так, иначе ты бы замужем за мной не была.

– А как?

– Тебе это действительно интересно? Ты ведь теперь меня знать не желаешь, – говорит Богдан, насмешливо улыбаясь. Фыркнула и отвернулась.

Устала опустилась на диван и закрыла глаза. Ну и денек сегодня был.

Чувствую, как Богдан садится рядом, опять притягивает к себе, обнимает осторожно.

– Есть во что переодеться? – спрашиваю не открывая глаз. В объятиях Богдана так хорошо, что нет никаких сил вырываться. Очень по ним скучала.

– Есть, полно. Ты ушла, оставив у меня все привезенные вещи.

– Почему не привез, кстати?

– Первую неделю после твоего ухода мне было не до этого.

– Чем же ты таким занимался?

– Тосковал. Ну и по барам безудержно слонялся.

– Ну а потом почему не привез? Пусть даже меня и дома не было.

– Потом у меня уже стали зарождаться нехорошие планы по твоему возвращению, но я еще честно с собой боролся. Но вот после твоего звонка и слов про замужество… я очень разозлился. Очень-очень. Ты даже не представляешь насколько. Думаю…

– Вот коза. Все равно же моей будет, – закончила я за Богдана его же когда-то сказанной фразой.

– Да, примерно в таком ключе я и подумал, – хмыкнул супруг. – Еще я много чего нехорошего об Олеге подумал, да и о себе.

Устало вздохнув, выбралась из объятий объятий и поплелась наверх, искать себе место для ночлега и какую-нибудь нормальную одежду. Как бы не заблудиться в таком большом доме. Хотя нет. Муж мой временный, по пятам за мной следует, еще и комментирует, где и что находится. Экскурсию, значит, проводит.

Гардероб мой нашелся в “нашей” супружеской спальне. Выбрала пижаму и пошла в комнату неподалеку, чтобы переодеться. Богдан за мной.

– Может, хватит за мной ходить? – спрашиваю раздраженно. – Мне нужно переодаться, выйди.

Богдан отрицательно покачал головой.

– Не могу. Я за тобой слежу и несу ответственность. Я выйду, а ты вдруг, на эмоциях, в окно прыгнешь, а там высоко, опасно. Дом, конечно, охраняется, но, если, например, все-таки сбежишь как-то в лес, то там тоже опасно. Волки, маньяки, комары в конце концов. Так что нет. Пока я не буду уверен в твоем благоразумии, переодевайся при мне, а я могу закрыть глаза если надо.

Покрутила пальцем у виска. Ну не драться же с Богданом. Кричать и истерить у меня запал прошел на этот вечер.

Вернулась в прошлую спальню и скрылась за дверью гардеробной, но не все-так просто оказалось. Выглядываю.

– Развяжи мне шнуровку на платье. Туго завязана.

– С удовольствием, – ответил Богдан, тут же оказываясь рядом и вставая позади меня. – Хм. Тут такие мелкие узлы, что быстрее и проще разрезать. Не против?

– Против! Мне это платье еще пригодится целым. Мало ли, сколько раз мне еще замуж выходить придется.

– Идем за ножом.

– Не пойду. Так развязывай.

Оказалась вновь на плече у Богдана. Чуть что, сразу на плечо.

Муж мой, не реагируя на мои подколки и ругательства донес меня до кухни. С настолько мрачным решительным видом взял огромный тесак, что я на пару мгновений подумала, что не платья доведенный супруг сейчас кромсать будет. Но нет.

Богдан развернул меня к себе. Что-то тренькнуло, причем не один раз.

– Все, готово. Я немного промахнулся и срезал лишнего на ткани. Извини.

Если раньше платье туго облегало мою фигуру, то сейчас начало быстро съезжать. Пришлось быстро ловить ускользающую с меня одежду. Кажется, Богдан очень сильно промахнулся. Платье испортил-таки. Вот варвар.

Придерживая испорченный наряд, гордо выпрямив спину и задрав подбородок, ухожу от Богдана. Наверх. Спать. Достал он меня сегодня, этот муж. Зачем я вообще решила венец этот дурацкий снимать? Не замужем же намного лучше.

Я ухожу, но расстояние между мной и Богданом не сокращается, по пятам за мной супруг следует. Иду в выбранную мной спальню. Богдан хочет зайти за мной, но я встаю на пороге.

– Я спать. Одна.

– Алин, ты ведь понимаешь, что мне нужно следить, чтобы ты не пошла ночью гулять?

– Я не пойду. До утра без приключений. Спать хочу. И ты иди.

Муж… слово то какое страшное и непривычное, стоит. Взгляд твердый, вид упрямый. Не верит мне.

– Я бы мог начать уговаривать тебя, просить, – говорит Богдан, пристально на меня глядя. – Все-таки я очень виноват. И… о, что это у тебя там? Супруг пристально смотрит на мое левое плечо, хмурится. – Где? – нервно уточняю я, пытаясь разглядеть, что там на плече. Вдруг… комар-убийца или того хуже. Клещ. – Вот тут. Сейчас. Богдан подступает ко мне и целует в оголенное плечико. Приобнимает за талию и продолжает увлеченно целовать уже не только плечо, но и чувствительные места на шее. Хочу оттолкнуть Богдана, но этим делаю только хуже. Оставленное без поддержки платье начинает быстро сползать, а супругу мои отталкивания вообще никак не заметны. Теперь пытаюсь ослабевшими руками поймать ускользающее платье и как-то устоять на слабеющих ватных ногах. Этому активно мешает Богдан, наоборот, помогая платью скорее опасть. – Прекрати, – Требую я. Богдан послушно прекращает целовать шею, но тут же находит мои губы. Поцелуй ласковый, нежный и, видимо, призванный сделать так, чтобы я перестала говорить лишнее. Платье все-таки спадает, но к этому моменту я уже совершенно про него забыла. Совершенно утонула в ощущениях, по которым так скучала. Не только по ощущениям, по самому Богдану, его близости. Просто до слез. Я могу сколько угодно хорохорится, но на самом деле прикосновения Богдана нужны мне как воздух.

Супруг резко разорвал поцелуй. А мы, оказывается, уже на кровати. Я момент перемещения тоже пропустила.

– Алин, ты плачешь? Тебе больно, я тебя обидел?

Всхлипнула.

– Алин?!

Сама в шоке. Совсем отчего-то раскисла. Вообще для меня такое нестандартно. Фыркаю и обнимаю Богдана за шею и тяну к себе.

– Потом поговорим, – требовательно говорю я.

Утром, пока супруг мой еще спит, тихо выбираюсь из постели и шлепаю на кухню. Там, за чашкой чая погружаюсь в размышления. Бежать по утреннему холодку или не бежать? Вопрос про развод не стоит, он должен состоятся, я свою позицию не меняю. Подумаешь, немного слабости поддалась. Реальность остается прежней. Почему Богдану я должна прощать то, чего так и не простила Олегу?

Бежать откровенно лень после бурной ночи. Это же своим ходом надо. Телефона нет, денег тоже. Прав тоже нет, а то так хотя бы можно было попробовать машину мужа украсть.

Может и побыть тут пару недель этих? Ну хочет Богдан, чтобы у него эти две недели на нервах и играли, а потом бросили, ну пожалуйста. Перед отъездом устрою ему нежнейшую томительную ночь, буду делать вид, что все в порядке, я уже на все согласна, а уже в городе скажу, что нет, я к семье не готова, Богдан достоин лучше и досвиданья. Правда, не факт, что у меня силы воли на такое хватит.

– Доброе утро, – здоровается супруг, вошедший на кухню с благодушной улыбкой. Мокрые волосы, белый махровый халат. Богдан в любое время дня и в любой одежде выглядит шикарно. – Как хорошо, что ты здесь, а не бредешь по шоссе в сторону города. – Что хочешь на завтрак?

– Я уже чай попила. Домой меня вези.

– Чай – это мало. Сейчас отправимся на прогулку по реке, на свежем воздухе быстро есть захочется.

Богдан идет к холодильнику, открывает его и шустро достает из него продукты. Дальше и вовсе магия. Оказывается, наблюдать за тем, как мужчина колдует на кухне, готовя тебе завтрак очень затягивающие и интересное зрелище. Налила себе еще кружку чая, наблюдаю. В какой-то момент, подойдя к горячей плите, Богдан бормочет что-то насет того, что жарко.

Поперхнулась чаем, когда с супруга слетел халат. Богдан просто отбросил его подальше и продолжил готовить в чем мать родила.

Пью дальше чай, подхихиваю тихонько. Наблюдать стало интереснее.

Вскоре по кухне поплыли вкусные ароматы. Приготовил еду Богдан довольно быстро. И вот передо мной на столе одна за одной появляются тарелки. В принципе, ничего такого сверхсложного. Легкий овощной салат, омлет, свежая выпечка, варенье. М-м-м.

Богдан садится напротив уже в халате. На лице гордая, довольная улыбка.

– Приятного аппетита, – говорит супруг и выжидающе на меня смотрит.

Ждет, когда отведаю его кушанья?

Очень неторопливо беру вилку. С видом строгого критика оглядываю омлет, морщусь скептично, потом вилкой немного расковыриваю еду, и только после этого, словно делая большое одолжение, пробую кусочек омлета. Морщусь.

– Не вкусно? –с удивлением спрашивает Богдан.

– Угу, – киваю.

Омлет потрясающий. Просто верх удовольствия. Тающее во рту лакомство. Такой сочный и все добавки к нему ну просто идеально сочетаются.

– Из-за чего? Что не нравится?

– Пересоленный. И, похоже, недожаренный. Ну и запах.

– А с запахом что не так? – Богдан наклоняется к своей тарелке с омлетом и принюхивается.

– Сама не пойму. Вроде бы и обычный, но если принюхиваться, аж подташнивать начинает.

– Ну, знаешь, – возмущенно произносит муж и тянет руку к моей тарелке. Хватаюсь ха края своего блюда, не давая Богдану забрать тарелку.

– Куда? – спрашиваю.

– Пойду выброшу, раз тебе не нравится.

– Не надо. Так и быть, съем из уважения к твоим стараниям.

– Нет, выброшу.

– Я не разрешаю. Свою порцию можешь выбросить, если хочешь, а со своей я буду решать, что делать.

Богдан вдруг улыбнулся.

– Ах ты стервочка моя ненаглядная, – с умилением произнес супруг и как ни в чем не бывало стал есть. Эх, а я рассчитывала Богдана позлить, на нервах поиграть. Ну ничего, еще две недели впереди.

С наслаждением втянула носом воздух. Кхм, а с запахом омлета и правда что-то странное.

Несмотря ни на каких запахи, омлет у меня буквально улетел. Раз, и нет омлета. Маленькая порция просто. Пойду еще возьму, там вроде осталось.

Насмешливый взгляд Богдана преследовал меня все время, пока я быстро расправлялась со второй порцией омлета. Пусть веселится, пока можно. Страшная месть не за горами.

Вскоре после завтрака, как и обещал, Богдан повел нас на речную прогулку. На берегу реки оказался пришвартован знакомый катер. Супруг сразу разогнался, и по реке мы помчались с ветерком, а когда вволю накатались и налюбовались окрестностями встали в тихую заводь. Богдан достал удочки и предложил научить меня ловить рыбу. Неожиданно, конечно, у меня медовый месяц проходит. Согласилась, потому что делать все равно больше нечего и неожиданно увлекалась. Клевало уж очень хорошо, а от того азарт сразу появился.

Полдня на реке пробыли, а вечером супруг мой намекнул, что неплохо было бы и в баню “нашу” сходить. Причем самое интересное, что готовкой полностью занимается Богдан, мне не предлагая ничего делать, видимо, догадываясь, что я и так откажусь. От бани совместной, кстати тоже отказываюсь. Поела вкуснейшей, так что пальчики оближешь, запеченой на углях свежепойманной рыбки и пошла аверх, серде мое не дрогнуло. Правда в выбранной мной спаленке оказалось ну очень уж скучно. Телефона нет, книг нет, даже телевизора, спать рано. Помаявшись минут десять, спустилась в гостиную где и нашла Богдана.

– У тебя еще есть шанс пойти в баню, – замечает Богдан.

– Сам иди в баню. Тут хоть один телевизор есть?

– Да. Одна из комнат оборудована под домашний кинотеатр.

– Которая?

– Пойдем покажу.

Богдан проводил меня в нужную комнату, помог выбрать фильм, включил, но и уселся на диван смотреть кино со мной. Фильм я толком не посмотрела. Как начали в этой романтичной полутьме целоваться, а потом свое кино для взрослых устроили. Диван еле устоял. Толку было от бани отказываться?

Утомленная, я практически уснула на том же диване, но Богдан не дал мне заснуть где попала, отнес в супружескую постель.

– Ну и как оно? – сонно спрашиваю я лежа в объятиях мужа.

– Что именно?

– Семейная жизнь которую ты так боялся и избегал.

– Я не боялся. И в принципе на самом деле не против семейных ценностей, но у меня с ними не сложилось. Помнишь ведь, что я говорил тебе насчет детей? Я просто не могу их иметь и это не мой выбор. Частично по этой причине у меня и прошлый брак не удался. Я не хотел тебя к себе привязывать, поскольку и был так груб в некоторых моментах. Для меня на самом деле это тяжелый вопрос.

Я затихла, крепче сжала руку Богдана.

– Не хотел, но сделал в итоге все наоборот.

– Если бы ты за Олега замуж не собралась, я бы наверняка сдержался. А так лично по моему субъективному мнению, из двух зол, жизнь со мной – меньшее.

– Ну не знаю, – задумчиво тяну я. – Не надо преуменьшать свои достоинства. Ты тоже вполне такое зло, никогда не интересующееся чужим мнением.

– Спасибо, – Богдан поцеловал меня в макушку. – Я рад, что ты оценила меня по достоинству и уже хорошо меня знаешь.

Следующим утром супруг велел мне одеваться как можно удобнее и повел после завтрака на ознакомительную прогулку в лес. Воздух невероятный в лесу. Деревья все мощные, красота вокруг неописуемая. Идем с Богданом неспешно о тропинке, он ни на мгновение не отпускает мою руку, но вдруг останавливается.

– Смотри какой гриб. Килограмма на два потянет.

– Гриб? – смотрю в указанном направлении, а там и правда огромный красивенный белый гриб. Я так больших никогда не видела. Да не один он тут. Выцепила взглядом поблизости еще несколько белых, не таких крупных. – Надо брать, – авторитетно заявила я.

– Я тоже так думаю.

И тут Богдан, словно заправский маньяк, достает из кармана складной ножик, ловко, одним взмахом раскрывает его, и идет на дело. В другой руке и супруга каким-то чудом появился ранее мной не замеченный пакет. И теперь вопрос, Богдан шел в лес с ножом для самозащиты в непредвиденных ситуациях, на мне как-то хотел применить, или все же тайно мечтал найти тут грибы?

Богдан срезал один гриб, второй третий, вдруг словно что-то заметил и скрылся в кустах. Да-а, похоже, по части грубов муж у меня очень азартный.

Хмыкнув, прошла чуть дальше и села на поваленное дерево. Вот он – мой шанс бежать, но я еще не совсем кукушкой поехала, чтобы бежать куда-то в незнакомом густом лесу, не имея ни телефона, ни запаса питья и воды, еще и от человека с ножом.

Сижу и вдруг слышу рядом странную возню. Подумала, ежик, но вдруг из травы показался жутко милый малыш-кабанчик. Вот прям совсем мелкий, а за ним второй, третий, они без страха шуруют мимо меня. А потом принюхивются и подходят совсем близко, с любопытством блестя глазенками.

– Богдан, тут кабанчики, – говорю я громко. – Иди посмотри.

Супруг появился возле меня за каких-то доли секунды, бросил пакет с грибами, схватил меня за руку и мы как побежим во весь опор. У меня очень быстро закончилось дыхание.

– Богдан, я не больше не могу, остановись.

Муж вроде бы стал замедляться, но вдруг где-то в отдалении послышался треск и злобный визг. Ничего не говоря, супруг закинул меня на плечо и снова побежал, да еще быстрее, чем раньше.

Замедлились вновь мы только у ворот дачи. Богдан постановил меня на землю, завел на территорию.

– Это мама-кабан за нами гналась?

– Да.

– Про маму я не подумала.

– Ничего, главное, я подумал. Алин, побудь пока одна дома, если что-то срочно понадобится, обратись к охране. Видишь тот домик? Там дежурные сидят. И не убегай, пожалуйста, я скоро вернусь.

– А ты куда?

– Обратно. Надо же пакет с грибами забрать.

– Там же кабаны.

– Ничего, найду общий язык. Сегодня на обед хочу грибным супом тебя угостить. Там еще малинник. Не все собрал. В общем, жди.

– Богдан, не надо! – вцепилась в руку мужа, не пуская. – Это опасно. Пожалуйста.

– Ну и хорошо. Тебе и разводится не придется, станешь богатой вдовой, – Богда хмыкнул, чмокнул меня в губы, отцепил мою руку и ушел-таки обратно в лес.

Он нормальный?! Баран! Побежала к дому с охраной. Пусть бегут за начальником и следят, чтобы я вдовой раньше времени не стала.

Два охранника не восприняли мои слова всерьез. Говорили про то, что угрозы никакой не видят, супруг мой сам пошел в лес, и если бы ему нужна была охрана, позвонил им, а у них сейчас основное задание следить за мной, так что они никуда не пойдут.

Как я орала. Такие заковыристые словечки неожиданно вспомнились. Пообещала им страшную жизнь, если не пойдут мне мужа спасать, и проклятие вечного поноса. Охранники ушли искать Богдана, кажется, лишь бы только меня больше не слышать, только тогда я успокоилась и присела за стол охраны. Кстати, любопытное местечко. На компьютеры выведены изображения с камер наблюдения, они тут, оказывает, по всей территории натыканы. Везде, кроме дома. Ясно, на природе ничем таким с супругом не занимаемся, шторы задергиваем плотнее.

К моему облегчению, Богдан вышел из леса минут через тридцать в компании тех двух охранников. с добычей. В руках у каждого мужчины по пакету. Оставила свой наблюдательный пункт с камерами и пошла в дом делать вид, что возвращение живого и здорового мужа меня ни капли не волнует.

Супруг нашел меня сам, притом не очень и спешил искать.

– Алин, а ты что тут делаешь? – поинтересовался Богдан, нависнув над моим креслом.

– Разве не видно? Любуюсь потолком. Отдыхаю в общем.

– Пойдем, я уже суп начал готовить грибной, малину помыл.

– Не хочу есть.

Отворачиваюсь от лучезарно улыбающегося Богдана. Веселый такой, довольный, взгляд теплый, ласковый.

– Ты обиделась на меня? А пирог с малиной будешь?

– Буду.

Богдан берет меня за руку.

– Охрана, кстати, под большим впечатлением от твоих проклятий. Ты их больше так не пугай. Заикающиеся охранники – это не солидно. Я их предупредил, чтобы слушались впредь тебя, как меня.

Две недели на даче пролетели, как один миг. На природе, конечно, очень хорошо, спокойно. Две недели практически один на один с Богданом. Без интернета, гаджетов, общественной жизни. Но на удивление очень насыщенно, и по городу я не тосковала совершенно. Каждый день проходил очень легко, просто, был такой настоящий что ли, правильный. Если поначалу я еще вредничала, но к началу второй недели успокоилась, готовить с Богданом стали вместе, по моей инициативе. С ним все так ловко быстро получалось, пробовали постоянно новые рецепты, экспериментировали, постоянно смеялись, болтали обо всем.

Когда настало время уезжать, поняла, что совершенно не хочу этого делать и могла бы тут еще хоть год вместе с Богданом прожить в этом неспешном расслабленном темпе.

Но в город все равно надо. Подташнивать меня по утрам что-то стало в последнее время. Хочу к врачу съездить, может лечение какое-то пропишет. Я подозреваю, что какой-то гриб мог неправильный попасться, ну или несвежее что-то. Но почему тогда только по утрам плоховато становится? Богдан твердо уверен, что это не грибы и за свежестью продуктов он следил, предполагает, что это вирус, приболела. В общем пусть врачи разбираются.

Как и планировала, ночь перед отъездом была особенно жаркая. Правда, пока ехали в машине, засомневалась, надо ли по приезду идти разводится. Уже не хочется, обиды забылись, но если не сделаю этого, покажу, что со мной можно обращаться как заблагорассудится. Захотелось – кинуть, передумал – жениться насильно, я все приму. Нет, так нельзя. Разводу быть.

Уже на подъезде к городу наши с Богданом телефоны начали разрываться. Мужа атаковали по работе, все же он надолго пропал с радаров, а вот мне, судя по истории сообщений, пытались дозвониться почти все знакомые, друзья, родственники. И как только я включила телефон, первыми почти сразу родители.

– Алина! Ты почему так долго была недоступна?! Знаешь как мы волновались? – сразу накинулась мама.

– Я…

– Вышла замуж! – и даже никого не позвала на свадьбу из родных.

– Откуда знаете?

– К сожалению, не от собственной дочери. Нам сообщили родственники твоего мужа.

Ну все, теперь обида надолго будет.

– Это была спонтанная свадьба. Официальная будет позже…

Блин, я же разводится собираюсь.

– Что значит спонтанная свадьба? Что за причуды такие? Ты беременна? Из-за этого?

– Нет.

– Тогда почему? Объясни, я не понимаю.

– Мам, мне сейчас не очень удобно разговаривать, я тебе позже объясню, ладно?

Угу, позже, когда разведусь. Тогда и объяснять что-то уже смысла не будет. Скажу, что свадьба была ошибкой.

Кое-как закончила с мамой разговор. В квартиру супруга захожу в мрачном настроении. Сразу иду в спальню, где остались мои вещи. Надо же забрать хотя бы часть.

Собрала небольшой чемоданчик и на выход.

– Ты далеко? – спрашивает Богдан. Он перехватил меня в гостиной. Теперь смотрит удивленно на мой чемодан, удивленно заломив брови.

– Домой к себе поеду. Пока. И это… я тебя недостойна, найди себе ту, с кем заведешь настоящую семью и будешь счастлив.

– Не смешно, Алин. Поставь чемодан обратно и давай поговорим.

– Не о чем говорить. Я люблю другого, ага.

Глаза Богдана опасно блеснули. Разозлила. Может, не надо было так радикально? У него тут плетка где-то спрятана.

– Это ты мне так мстишь сейчас?

– Это я говорю, что мы расстаемся. На развод завтра подам. Помнишь, мы говорили как-то про доверие, которое исчезает, когда человек тебя бросает? После разрыва это уже другой человек, который смог тебя кинуть. Ну так вот, я тебе не верю. Ты то бросаешь, то женишься, завтра тебе еще что-то в голову взбредет.

Успела сделать пару шагов к выходу, как Богдан перехватил меня, отнял чемодан, зашвырнул его в стену. От удара чемодан раскрылся и вещи картинно разлетелись по гостиной.

– Пусти меня! Опять будешь силой удерживать?!

– Если надо, запру в квартире, – мрачно пообещал Богдан и утянул меня на диван. – Кого это ты там любишь?

– Если ты меня сейчас не отпустишь, то я не только подам на развод, но и обращусь в полицию!

Договорить не вышло, в дверь позвонили.

Богдан, видимо опасаясь, что я куда-то спрячусь, к двери пошел вместе со мной. Странно, что в домофон не позвонили.

Богдан не торопится открывать, включил камеру домофона, а там какие-то мужчины, спросил у них, кто и зачем, а они…

– Откройте, полиция.

Богдан отключил домофон.

– Ого, как оперативно. Алин, ты их силой мысли вызвала?

– Не смешно.

Недолгий разговор по домофону, и Богдан все же открывает дверь, но внутрь не пускает никого. А народу собралось немало. Трое людей в форме, охрана мужа оперативно подтянулась. Я осталась в холле, не показываюсь, но слушаю и просто не верю. Богдану предъявили обвинение в том, что он напал и избил человека, а еще, что супруг мой похитил… меня. Просят проехать в отделение для дальнейших разбирательств. Просят, надо сказать, вежливо, хотя тут столько охранников подошло, попробуй иначе.

Выглядываю в коридор.

– Я тоже поеду, – говорю я Богдану, встаю рядом с ним, беру под руку и заявляю уже полиции. – Меня никто не похищал. Могу где угодно в этом расписаться. И вообще это мой муж, как он может меня похитить?

Полицейские оживились, вроде как даже обрадовались.

– Ты же собиралась разводиться, – тихо с усмешкой заметил Богдан. – Да и к полицейским хотела обратится.

Ткнула Богдана локтем в бок, чтобы меньше болтал, а он в ответ увел меня обратно в квартиру.

– Не надо тебе никуда ехать, я сам разберусь.

Наблюдаю, как Богдан берет сумку с документами, ключи, телефон и собирается уходить, но перед выходом оборачивается ко мне.

– Запасные ключи от квартиры у меня в кабинете в верхнем ящике. Не переезжай, пожалуйста, никуда, пока я не вернусь, хорошо? Сначала поговорим.

– Ладно, – бурчу я, а внутри все переворачивается от волнения за Богдана.

– Дождешься, да? А поцелуешь на прощание? И на удачу.

Вымогатель. Подошла, поцеловала в щеку.

– Может, я тоже все-таки поеду?

– Не нужно, все будет хорошо, не переживай. Пирога очень хочется твоего. Приготовишь к вечеру?

Ну то уже совсем наглость, фыркаю и отступаю.

Как только Богдан уходит, достаю телефон. Позвонить Олегу? Поругаться с ним?

Не знаю. Вообще не хочу его слышать, но, видимо, объяснится все же надо.